Тени Фламира

— Вы уже слышали про нападение на прибрежное селение? — понизив голос, спросила я.

— Нет, — Джена вопросительно посмотрела на меня. — Что случилось?

— Подробностей я не знаю, но говорят, что есть погибшие.

— Я бы не спешил верить слухам, — произнес Тэвин, поправив завернувшийся рукав пиджака. — Если произошло что-то серьезное, Локвуд наверняка расскажет об этом на занятии.

Когда мы вошли в аудиторию, профессор Локвуд уже стоял возле преподавательского стола, сложив руки за спиной. Высокий, подтянутый, с коротко остриженными темными волосами, он производил впечатление серьезного человека, которого практически невозможно вывести из равновесия. Едва все расселись по местам, он обвел присутствующих взглядом, и все одновременно замолчали.

— Добрый день, — спокойно произнес он. — Сегодня мы разберем недавнее нападение на западное побережье Калфира и попробуем оценить действия обеих сторон с тактической точки зрения.

Я переглянулась с Тэвином.

Похоже, он оказался прав.

Профессор Локвуд подошел к висевшей на доске карте берега, несколько секунд молча всматривался, а потом повернулся к нам.

— Что мы знаем, — он постучал по ней пальцами. — Пять погибших, все мирные жители со слабым магическим даром. Следов борьбы почти нет, как и нет ни одного свидетеля. Итак... кто это мог быть?

Несколько секунд в аудитории стояла тишина.

— Тёмные? — неуверенно предположил Колин с заднего ряда.

— Возможно, — Локвуд сложил руки на груди, — Но тогда почему никто не почувствовал колебания энергии?

— Нейроманты? — вбросила версию Дана.

— Доказательств нет, — покачал головой он. — Но исключать их вмешательство тоже нельзя.

Я невольно нахмурилась.

Пять человек, и ни одной зацепки

— Файерглэйд, — голос Локвуда заставил меня поднять голову. — Что думаешь?

— Если это были нейроманты, они могли бы заставить свидетелей забыть увиденное, — я поежилась, представив, на что вообще способна их магия.

— Верно. Отсутствие свидетелей еще не означает, что их не было.

— Если бы это были нейроманты, — с насмешкой произнесла Эмбер, — свидетелям не пришлось бы стирать память, их бы просто не оставили в живых.

— Массовые убийства стали бы полноценным объявлением войны, — я повернулась к ней. — Но, вероятно, цель у них в другом, раз они решили действовать так, чтобы остались только подозрения.

— Хороший ответ, — похвалил Локвуд. — Вы не должны пытаться угадать, что сделал бы противник. Важно понять, чего он хотел добиться, только тогда у вас появится шанс предугадать его следующий шаг.

— Теперь другой вопрос, — Он подошел к доске и несколькими быстрыми движениями отметил на карте место нападения. — Что вы будете делать после того, как получите подобное донесение?

На этот раз ответы посыпались один за другим.

— Усилить патрули.

— Проверить ближайшие деревни.

— Эвакуировать жителей.

— Организовать разведку.

— Перекрыть дороги.

Локвуд внимательно выслушивал каждого, иногда задавал уточняющие вопросы, иногда сразу указывал на слабые места предложенного плана. Почти все занятие превратилось в одну большую дискуссию. Кто-то думал, как командир армии, другие – как глава города, или простые солдаты. Профессор же снова и снова заставлял нас смотреть на ситуацию глазами противника. Когда занятие подошло к концу, я неожиданно поймала себя на том, что так и не услышала ответа на главный вопрос.

Кто убил тех пятерых?

Мысль о нейромантах никак не выходила у меня из головы. Слишком уж многое указывало на них.

Но если они действительно были замешаны, конфликт между Фламиром и Когнитаром в скором времени может обостриться.

Остаток занятий прошел словно в тумане. Пару раз Джена с Тэвином переговаривались, обсуждая предстоящее празднование и вечерние планы, но я не вслушивалась. Все мое внимание занимали слова Локвуда и загадочное нападение. После занятий мы разошлись по домам, договорившись встретиться вечером в Дымэльном переулке, где находились знаменитые бары и рестораны Калфира. Место считалось безопасным, но свой кинжал я все равно никогда не оставляла дома, постоянно носила его на поясе.

Бар встретил нас теплом, приглушенным светом и негромкой музыкой. После ноябрьской прохлады улицы здесь казалось удивительно уютно. За столиками негромко переговаривались посетители, за барной стойкой поблескивали бутылки, а в воздухе смешались запахи пряностей и алкоголя. Управляющий сразу узнал нас, приветливо кивнул и проводил к столику в дальнем углу зала.

— Сегодня без происшествий, пожалуйста, — шутливо попросил он.

— Ничего не обещаем, — тут же отозвался Тэвин.

Негромко рассмеявшись, мы устроились за столом, и спустя пару минут перед нами уже стояли бокалы с вином и несколько тарелок с закусками.

— Ну что... — Тэвин первым взял свой бокал и выразительно посмотрел на Джену, легонько толкнув локтем. — Эй, вообще-то это командная работа.

— Прости, задумалась, — пробормотала она, встала со стула и подняла бокал. — За Катерину. За то, что она каким-то чудом дожила до семнадцати лет, умудрилась не убить никого в академии и не умерла при этом сама.

— Хотя попытки были, — серьезно кивнул Тэвин.

— Спасибо за веру в меня, — я театрально закатила глаза.

— Пусть этот вечер окажется настолько хорошим, — продолжила Джена, — что завтра мы дружно пожалеем о каждом выпитом бокале.

— Это проблема завтрашних нас, — философски заметил Тэвин.

— Очень мудрая мысль, — рассмеялась я.

Мы одновременно подняли бокалы, они звонко стукнулись друг о друга. Вино оказалось удивительно легким и сладким на вкус. Разговор быстро перескочил с тренировок на обсуждение преподавателей, потом на предстоящие экзамены, а спустя еще несколько бокалов на то, кто из нас проспит утренние занятия и кому сильнее всего достанется от Блэйвен.

В какой-то момент мой взгляд скользнул в центр зала, где за большим столом сидела компания, которую я бы узнала где угодно. Дана Силенто, как обычно, всем своим видом показывала, какая она важная особа. Она почти не участвовала в общем разговоре, лишь иногда вставляла редкие фразы в ответ на высказывания Эмбер. Та расположилась рядом с ней, держа идеальную осанку и постоянно поправляя свои тщательно уложенные волосы цвета зрелой пшеницы. Яркая помада и платье, едва прикрывавшее бедра, прямо кричали о ее планах на сегодняшний вечер.

Наши взгляды встретились, и на ее губах мелькнула кривая усмешка. Я равнодушно отвела глаза. Чуть дальше сидел Зейн. Высокий, широкоплечий, с короткими золотистыми волосами и неизменно спокойным выражением лица. Он что-то рассказывал остальным, время от времени посмеиваясь. Именно в этот момент я заметила, что Джена подозрительно притихла.

— Перестань на него пялиться, — прошептала я, наклонившись к ней.

— Не мешай мне наслаждаться видом, — так же тихо ответила она, не сводя взгляда с Зейна. — Между прочим, ему очень идет эта рубашка.

Напротив нас кашлянул Тэвин.

— Может, мы все-таки вспомним, зачем мы сюда пришли? — проворчал он, привлекая наше внимание. — Я вообще-то готовился произнести еще один гениальный тост.

— Прости, — я виновато улыбнулась, сделав глоток вина.

Мы вернулись к разговору, постоянно поглощая напитки после каждой произнесенной речи в мою честь. А таких было много. Когда на столе остались только пустые бокалы, а официантка перестала приносить нам новые, я поднялась, собираясь подойти к барной стойке.

— Сейчас вернусь, — бросила я. — Закажу еще.

По дороге к бару я снова заметила Эмбер. Она стояла, облокотившись локтем о стойку, и, услышав мои шаги, повернула голову.

— Любопытный выбор, — ее взгляд скользнул по моей одежде. — Не знала, что сегодня вечер тематических костюмов.

— И какая же тема? — я посмотрела на ее платье.

— Судя по твоему виду, — она изобразила отвращение на лице, — экономия.

— Тогда твой наряд дешевой проститутки отлично подходит, — я одарила ее искусственно-натянутой улыбкой и повернулась к бармену. — Еще три бокала белого вина, пожалуйста.

— Зависть тебя не красит, Файерглэйд, — со злобным прищуром произнесла она.

— Ваш заказ, — бармен поставил напитки передо мной.

— Хорошего вечера, Эмбер, — бросила я, забрав поднос, и развернулась, чувствуя, как она прожигает мне спину взглядом.

Возвращаясь к столику, я заметила, как Тэвин придвинулся ближе к Джене. Он сжал край стола до побелевших костяшек пальцев и что-то говорил, почти не поднимая глаз, пока та с удивлением слушала его. Я уже хотела улыбнуться и притвориться, что ничего не заметила, когда прозвучал грохот. Бутылки за барной стойкой жалобно задребезжали, несколько стаканов сорвались с полок и со звоном разбились о пол. С потолка посыпалась мелкая пыль от качнувшейся над головой люстры, музыка оборвалась, и вокруг наступила такая тишина, что я слышала собственное сердцебиение.

— Взрыв!.. — раздался истошный женский вопль.

Я замерла посреди зала, крепко удерживая в руках бокалы.

Нет наверное, это кто-то устроил салют или

Следом прогремел второй взрыв, сотрясая стены, а сразу за ним третий. Окна разбились, осыпавшись стеклом, и бар наполнился криками. Я машинально посмотрела на часы за стойкой.

Три часа ночи.

Если кто-то объявил войну Фламиру, прямо сейчас моим родным может грозить опасность.

Пальцы разжались сами собой. Бокалы со звоном ударились о пол и разлетелись на десятки осколков, а я уже неслась к выходу. Стоило распахнуть дверь, как в лицо ударила горячая волна воздуха, пропитанная запахом гари. У меня перехватило дыхание. Над городом клубился черный дым. Дома были охвачены огнем, языки пламени жадно пожирали деревянные балки и крыши, взмывая высоко в ночное небо. Совсем рядом обрушилось здание, и в воздух взметнулось облако пыли вперемешку с каменной крошкой.

По улице в панике бежали люди. Кто-то прижимал к себе перепуганного ребенка, кто-то тащил за руку пожилых родителей, почти силой заставляя их двигаться быстрее. Другие, не разбирая дороги, перепрыгивали через горящие балки и обломки стен, пытаясь добраться до укрытия. Повсюду звучали крики, сливаясь в один непрерывный, пробирающий до костей гул, от которого кровь стыла в жилах.

Тэвин и Джена выбежали вслед за мной, застыв, как и я, от увиденного. Повернувшись к ним, я заметила, как их лица мгновенно побледнели, а в глазах блеснул страх. Двери соседних баров с грохотом распахивались одна за другой. Люди выбегали наружу и точно так же замирали, не в силах поверить в происходящее. А затем я увидела наемников. Они убивали каждого, кто попадался им на пути, не разбирая, мужчина перед ними, женщина или ребенок. В зареве пожара вспыхивали клинки, раздавались выстрелы, и люди один за другим падали на землю. Меня бросило в холод.

— Нет... — едва слышно сорвалось с губ Джены. — Нет... этого не может быть...

Тэвин остановился чуть впереди нас, с ужасом обводя взглядом улицу, усеянную обломками, полыхающие дома и людей, мечущихся между языками пламени. Я нашла взглядом возвышающийся над городом королевский дворец, от одной из башен которого поднимался густой черный дым.

Только не они...

— Моя семья... — собственный голос показался чужим. — Они сейчас во дворце.

— Кэт... — Джена коснулась моей руки. — Я пойду с тобой. Мне нужно в восточный квартал, нам по пути.

Я молча кивнула. Тэвин тяжело выдохнул и снова оглянулся по сторонам. Вдалеке между клубами дыма мелькнули темные силуэты наемников.

— Я не хочу оставлять вас одних... — его взгляд стал тяжелым. — Но мои родители и брат сейчас дома, а это в другой стороне.

— Иди, — я шагнула вперед и крепко сжала его предплечье. — С нами все будет в порядке.

— Я найду их, а потом вернусь к вам, обещаю, — произнес он, и, развернувшись, сорвался с места, исчезая среди обезумевшей толпы.

Еще несколько секунд я смотрела ему вслед, а внутри появилось тяжелое чувство, будто больше мы можем не увидеться.

Не думай об этом.

С ним все будет хорошо и с нами тоже.

— Надо идти, — Джена застегнула свою куртку, и мы одновременно бросились бежать.

Под ногами хрустели осколки стекла, горячий воздух обжигал легкие, глаза щипало от поднятой пыли. Мы едва успели пробежать мимо очередного дома, как он внезапно вспыхнул, будто кто-то заранее облил его горючим, а сейчас бросил спичку. Огонь перебирался с крыши на крышу, с жадным треском пожирая деревянные балки и выбивая раскалённые искры высоко в ночное небо. Казалось, он был живым, будто какое-то чудовище, вырвавшееся на свободу, теперь неумолимо пожирало мой дом.

Если я не успею... он доберётся и до моей семьи.

Нет, не позволю.

Перед глазами вспыхнули воспоминания о долгих разговорах с отцом. О нашем плане, который мы когда-то обсуждали на случай нападения, и который, я надеялась, никогда не пригодится. Он говорил, что под дворцом скрыт древний механизм, способный изменить ход любого сражения, а ключом к нему был мой кулон, что я всю жизнь носила на шее. Сейчас мне казалось, что это был единственный шанс остановить безумие, происходящее вокруг нас.

Я сильнее стиснула зубы, продолжая бежать, наблюдая как вдалеке полыхают строения королевского двора. Мы почти не разбирали дороги, перепрыгивая через груды камней и огибая брошенные рунокары, едва успевая уворачиваться от падающих обломков. Вдруг Джена резко схватила меня за руку.

— Подожди...

— Что?.. — я по инерции пробежала еще немного и только потом остановилась.

Она ничего не ответила. Её взгляд был прикован к узкому переулку между двумя полуразрушенными зданиями. Проследив за ним, я увидела темный силуэт, привалившийся плечом к стене.

— Калеб! — отчаянно закричала Джена, бросившись к нему.

Я тут же поспешила за ней. Одной рукой он зажимал бок, а вторая бессильно скользнула по стене, словно он вот-вот свалится с ног. Наши глаза ненадолго встретились, но, почувствовав прилив неловкости, я тут же отвернулась. Сейчас было совсем не время вспоминать то, о чем мы часами спорили с отцом.

— Боги Калеб — прошептала Джена, обратив внимание на его рану, а затем посмотрела на меня. — Я не могу его оставить...

— Я знаю, все в порядке, — я бросила обеспокоенный взгляд на дворец. — Но у меня мало времени

— Беги, — она качнула головой в сторону дорожки. — Только береги себя, ладно?

— Ты тоже, — отозвалась я и снова побежала, сдерживая себя, чтобы не оглядываться.

И тут мой слух уловил безумный женский крик возле одного из горящих зданий. Я затормозила и, развернувшись, увидела девушку. Кажется, ее звали Селеной Озервуд, она училась со мной в академии на три курса младше. Ее мать являлась единственной женщиной, входящей в круг семи, будучи принятой в него после смерти мужа.

Селена кричала и билась в руках наёмника, пытаясь вырваться, но ей не хватало на это сил. Я выхватила кинжал, но не успела даже сделать шаг в её сторону, как мужчина, державший её, воткнул нож ей в горло. Ледяной ужас сковал мое тело, когда кровь полилась на светлое платье Селены, которая уже больше не боролась за свою жизнь. Я не могла ничего сделать, растерянно глядя, как ее обмякшее тело падает на холодную землю.

Нет. Кое-что я всё-таки могла.

Магия внутри меня дрогнула, словно проснувшийся зверь. Сила вспыхнула, разливаясь по венам, а ярость затмила разум. Я направила ладонь на наёмника, и из неё вырвалось ревущее пламя. Огонь обвил убийцу, впился в него, пожирая плоть и кости. Его дикие вопли заполнили пространство, он корчился и извивался, пока на месте этого урода не осталась лишь безжизненная обгоревшая масса. Когда всё было кончено, огонь погас так же внезапно, как и появился. Я стояла, тяжело дыша, чувствуя, как магия вновь успокаивается, оставляя после себя пустоту и дрожь во всём теле.

Кажется, прошло несколько минут, прежде чем я смогла осознать произошедшее. Перед моими глазами всё ещё стояла Селена в окровавленном платье, с широко распахнутыми глазами. Я смотрела на оба тела, но видела, как в тумане. Возможно, это был дым, который становился всё гуще и заслонял глаза, а может это мой разум, который отказывался принимать тот факт, что Селена мертва, а я впервые убила человека.

В академии нас учили сражаться, владеть оружием, управлять силой, нанося смертельные удары без сомнений и жалости. Нас закаляли, ломали, собирали заново, делая из нас тех, кто должен был стать бесстрашными воинами. Я отрабатывала удары до автоматизма и умела вызывать пламя по первому требованию, но никто не объяснил, как существовать после того, когда отнимаешь жизнь. Смерть наёмника, сгоревшего от моей магии, не принесла облегчения.

Кажется, мы с Селеной даже разговаривали пару раз. Она была тихой доброй девушкой, с мягким взглядом, и в чём-то неуловимо напоминала мне мою сестру Лию. И именно это сходство било по мне больнее всего. Мысль о том, что на месте Селены могла быть Лия, которая всего на два года младше нее, сдавливала грудь.

Лия.

Вспомнив о ней, я вырвалась из оцепенения и, сделав пару неуверенных шагов, снова сорвалась на бег. Мне оставалось всего пара сотен метров до дворца, когда я увидела еще одного наемника и тех, на кого он наставлял пистолет.

Какого Морвала они здесь забыли? Неужели нельзя было спрятаться?

Калеб стоял посреди улицы, прижимая к себе Джену так, чтобы она не могла видеть того, кто намеревался оборвать их жизни. Выглядел старший Сартор плохо, было заметно, что он исчерпал весь запас своих сил, а ранение еще больше ослабило его. В памяти снова всплыла картина истекающей кровью Селены Озервуд.

Боги, ей же было всего 14.

Нет, эти ублюдки не убьют их.

Наёмник всё ещё не замечал меня. Он стоял спиной, крепко сжимая пистолет обеими руками и целясь прямо в Джену и Калеба. По тому, как подрагивали его пальцы, было заметно, что он нервничал. Будь он опытнее, давно бы нажал на курок, а значит, до этого ему не приходилось убивать.

Я задержала дыхание и, стараясь не издать ни единого звука, шагнула вперед. Под подошвой тихо хрустнул обугленный камень, отчего наемник заметно напрягся, но обернуться уже не успел. Подкравшись сзади, я одним быстрым движением полоснула кинжалом по его шее, и горячая кровь брызнула мне на руку. Тот захрипел, выронив пистолет, тут же прижал ладони к порезу, надеясь остановить кровотечение, но уже через мгновение его тело безжизненно повалилось на землю.

Я подняла взгляд на Калеба. Он все еще закрывал собой Джену, крепко прижимая ее к себе. Лишь убедившись, что опасность миновала, он постепенно разжал руки.

— Спасибо, — прохрипел он.

Не теряя времени на лишние разговоры, я кивнула. Калеб мягко обнял сестру за плечи и, прихрамывая, повел ее прочь.

Надеюсь, больше до них никто не доберется.

Нет, этого мало Я остановлю это все

Я коснулась кулона на своей груди, а затем, крепче сжав в руке кинжал, снова побежала ко дворцу. Но я еще не знала, что моим планам не суждено сбыться.