Друг моего сына. Запретная страсть

Невольно любуюсь ей.

Настоящая королева «ЛеммингМед».

— Добрый вечер, Валерия Сергеевна, — заходя, говорю не тушуясь и не боясь.

Стоит нашим глазам встретиться, как безупречный фасад Леры дает едва заметную трещину.

Я вижу, как она меняется. Ловлю эти изменения, наслаждаюсь ими.

Ее расширенными зрачками и вспыхнувшим в них ужасом.

Изящной шейкой, дернувшейся в попытке сглотнуть вставший в горле ком.

Моя птичка попалась в ловушку. И поняла это.

Она узнала. О да, Лера все вспомнила! Каждый мой поцелуй, каждый толчок внутри нее…

Наши запахи, порочные шлепки тел друг о друга. Ее покорные стоны.

Валерия Сергеевна хватает со стола ручку и замирает.

Вижу, что ей тяжело дышать. Ее «четверочка» высоко вздымается, скованная этим белым пиджаком.

— Что ты здесь делаешь, Данила? — произносит властно. Изо всех сил старается скрыть ураган, который прямо сейчас разрывает её изнутри. — Это какая-то шутка?

Она резко вскидывает подбородок, включая режим жесткого босса.

Сильная женщина. Борется.

Пытается удержать контроль, который я уже надломил, и он пошел трещинами.

Медленно прохожу вглубь кабинета. На губах играет коварная ухмылка. Я доволен. Все идет по плану.

— Какие могут быть шутки, Валерия Сергеевна? — намеренно выделяю ее имя-отчество, подходя к столу почти вплотную и нависая над ней. — Я пришел презентовать вам свой проект. Вы ведь любите инновации?

От ее аромата кружится голова. Но на моем лице не дрогнет и мускул. Потому что она сразу почует мою слабость. С такими женщинами нельзя показывать уязвимость, пока она не очарована. Пока не у твоих ног… по своей воле.

Лера откладывает ручку. Сцепляет пальцы в замок и смотрит на меня ледяным взглядом. Наверняка на этом моменте многие мужчины давали заднюю.

Но не я.

Я слишком хорошо изучил ее тело. И вижу, как бьется жилка на белой шее. Как кончики пальцев подрагивают.

— Я думал, вы будете рады меня видеть, — произношу хрипло, намеренно понижая голос до опасного шепота, — что вы помните…

Она шумно втягивает носом воздух, словно ей его не хватает. Давай, Лера… позволь мне расширить трещинки в твоей броне.

Незаметно вдыхаю ее аромат. Потрясающе! Ни одна женщина в моей жизни так не пахла! Розой с нотками табака.

— Данила…

Наши взгляды сталкиваются. Лера медленно облизывает свои пухлые сочные губы. Которые должны не командовать, а обхватывать мой член. И стонать от удовольствия.

— Да, Валерия Сергеевна? — я держу расстояние в сантиметры между нами. Намеренно. Нет, я не сделаю шаг, Лера.

Я заставлю тебя сгорать… хотеть так, что ты сама разрушишь свою тюрьму.

Внезапно хлопает дверь в приемную. Я быстро, но плавно отступаю от Леры. Наслаждаюсь вспыхнувшим на ее щеках румянцем.

Моя…

Теперь я окончательно в этом убедился. И меня уже никто не остановит!

Глава 5. Презентация с намеком

Лера

До меня не сразу доходит. Данила здесь! Он стоит над моим столом с той самой хищной ухмылкой, от которой я две недели назад полностью потеряла голову. А в глазах пляшут чертики.

Мажор снова ворвался в мою жизнь, как ураган! Внезапно и без предупреждения. Кружит вокруг, словно хищник, ищет слабые места. И находит…

А я в полнейшем смятении! С одной стороны, мне обидно, что Данила исчез после нашей ночи на две недели. Мог позвонить, дать как-то о себе знать. Но с другой, я так рада…

Боже, какая идиотка!

Но я держу себя в руках. Стараюсь скрыть дрожь в кончиках пальцев и прокатившееся по телу возбуждение от близости лучшего друга моего сына.

Тем временем в кабинет заходит Боков в сопровождении Бориса. Взгляд Дани меняется. Он сразу же оценивает своего будущего руководителя.

Затем маска равнодушия дает трещину, мажор расправляет плечи. Протягивает ладонь Вадиму. Первым. Весь его вид говорит о доброжелательности.

— Добрый день, Данила, — сияет Боков, пожимая ладонь парня. — Вы прям минута в минуту.

— Пунктуальность — мое второе имя, — вкрадчиво произносит Данила, затем бросает короткий, едва заметный взгляд в мою сторону. Кровь приливает к лицу, на щеках появляется румянец. Я вся горю.

Однако от меня не укрывается, с какой агрессией Данила глядит на Бориса. Этот парень ловко жонглирует эмоциями, не задерживаясь ни на одной. Хищник.

И мне предстоит понять: он пришел сюда из-за меня или две недели назад трахнул, чтобы получить протекцию? От этих мыслей становится горько, но я девочка взрослая.

Сколько раз мужчины пытались меня охмурить, чтобы получить лояльность.

— Боря, сделай мне кофе, — бросаю помощнику. — Данила, чай, кофе?

Откидываюсь в кресле, кладу ногу на ногу. Борис и Вадим тут же вытягиваются по стойке смирно.

А Данила нет. Он смотрит на меня таким голодным взглядом, что под белым костюмом становится жарко.

Так жарко… Боже! Втягиваю носом воздух, стараюсь успокоиться.

— Эспрессо с одной ложкой сахара, — бросает моему помощнику, затем лезет в портмоне и достает флешку. — Думаю, нам стоит начать. Уверен, у Валерии Сергеевны еще куча дел, помимо нас. Не хочу тратить ее время впустую.

— Да, точно! Очень хорошее замечание! — начинает суетиться Боков. — Давайте приступим. Борис, мне ничего не нужно.

— Понял, — улыбается мой ассистент и испаряется из кабинета.

— У вас есть доска для презентаций? — Даня осматривает кабинет. — Или интерактивная панель?

— Мой ноутбук сойдет? — спрашиваю равнодушно. Кто бы знал, чего мне стоит этот спокойный голос! Внутри все дрожит, эмоции через край. Но я слишком хорошо знаю, чем грозит потеря самоконтроля.

— Вполне, — улыбается Данила, затем подходит ближе. Слишком близко! — Куда я могу вставить… флешку?

Сглатываю. Как хорошо, что Вадим сейчас полностью поглощен своим восторгом!

Он явно думает, что мажор способен всего одной программой вывести нашу компанию на уровень выше.

Что ж, я дам этому парню шанс. Но между нами ничего не будет. Хватит с меня эмоциональных качелей. Мне нужен надежный мужчина, с которым я буду уверена и как за каменной стеной.

Все же молодые парни непостоянны.

От мыслей меня отвлекает шлейф прекрасного дорогого парфюма, исходящий от Данилы. Тот самый, которым пропахла моя постель.

— Могу я? — от шепота Данилы по телу прокатывается дрожь. Да чтоб тебя! Он накрывает мою ладонь рукой. Машинально ее сжимаю.

Мышка под моими пальцами издает жалобный хруст.

— Пожалуйста, — медленно отнимаю ладонь. — Удивите меня, Данила…

— Романович, — выдыхает он, затем вставляет свою флешку в мой ноутбук. Дико сексуально…

Боже, Лера! Прекрати сейчас же!

— Программа, которую я разработал, — это умная экосистема, созданная для помощи отделу закупок и логистики, — произносит ровно. — Она сама видит, каких позиций не хватает, и заказывает их напрямую по самым низким ценам. Выбрав поставщика, она анализирует условия контракта и выявляет потенциальные зоны риска.

Вадим не скрывает восторга.

— Потрясающе! А как система решает проблему конфликта протоколов безопасности при интеграции с нашими старыми базами данных? У нас ведь закрытый контур.

— Архитектура построена на изолированных микросервисах, — без колебаний отвечает мажор. — Ваша база остается неприкосновенной. Мой модуль подключается через зашифрованный шлюз API.

Я чувствую, как и сама начинаю поддаваться этому восторгу Вадима. Даня явно очень умен.

Спешу задать свой вопрос, чтобы сбить с него эту спесь.

— А если один из поставщиков сорвет сроки? Как ваша нейросеть перестроит логистическую цепочку? Как она работает с форс-мажором?

— Если на промежуточном узле возникает задержка, программа автоматически дублирует заказ у резервного поставщика. Вы даже не заметите, что была проблема. Система всегда берет то, что ей нужно. И доводит дело до конца.

Облизываю губы. Наши с Данилой взгляды сталкиваются.

И почему мне кажется, что не я тут босс, а?!

Его глаза находят мои. Взгляд тяжелый, обещающий. От него по телу бегут сладкие мурашки.

— Все это звучит красиво, Данила Романович, — я складываю руки в замок на коленях. — Но проект завязан лично на вас. Где гарантии, что в самый ответственный момент вы не потеряете интерес к нашей компании? Что не исчезнете так же внезапно, как появились, оставив нас расхлебывать последствия? Вместе со всеми обещаниями?

Он улыбается. Понял, что я имею в виду.

— Исключено, Валерия Сергеевна, — в его голосе появляется опасная хрипотца. Бросаю взгляд на Вадима, но Боков с восторгом рассматривает интерфейс. — Если я за что-то берусь, то не бросаю это на полпути. Мне просто нужно время, чтобы довести всё до идеала. Можете быть уверены: я останусь с вами до тех пор, пока мы оба не получим взаимное удовлетворение от этого союза.

Меня начинает потряхивать. Этот разговор с намеками… бодрит.

— Хорошо, — говорю ледяным тоном, чтобы скрыть смущение, — оставьте мне презентацию, я еще раз все проанализирую. И проконсультируюсь с юристами.

— Как скажете, — Даня выдергивает флешку и вкладывает ее мне в ладонь. — Буду ждать вашего решения, Валерия Сергеевна…

ДА ГОСПОДИ!

Прекрати уже таким сексуальным голосом произносить мое имя-отчество! Несносный! Наглый! Внутри меня рвет на части, но снаружи я лишь вежливо улыбаюсь.

— До свидания, Данила Романович.

— Нужно подписать протокол встречи, — Боков увлекает мажора за собой. — Пройдемте!

Они выходят. Дверь закрывается. Я остаюсь одна. Сердце бешено колотится. Да это чертово торнадо!

Тянусь к чашке с остывшим кофе. Щеки до сих пор горят огнем. Хорошо, что я выбрала пудру на тон светлее.

Она скрывает мои пылающие щеки.

Вдруг мой мобильный вибрирует. СМС с неизвестного номера. Открываю. Читаю.

По телу проносится горячая волна и устремляется вниз живота.

Вам очень идет белый, Валерия Сергеевна. С радостью сорву с вас этот костюм. Кстати, запишите мой номер. Д.

Глава 6. Игра на опережение

Данила

— До свидания, — сдаю разовый пропуск девчонке на ресепшн, она тут же краснеет. Осматриваю ее. Симпатичная, приятная. Но внутри ничего даже не екает. А вот Валерия Сергеевна…

Выхожу. Темнеет.

Сотрудники спешат с работы, стоянка стремительно пустеет.

Поднимаю взгляд и смотрю на окна бизнес-центра. Она где-то там. Одна.

В голову невольно лезут слова лучшего друга…

Мама слишком многое пережила…

Макс особо не распространялся об их отношениях. Я лишь знаю, что он совсем недавно вернулся из Англии в Россию к матери. И что его отняли у Леры…

Достаю сигарету из портмоне. Задумчиво кручу ее в руках, понимая, что веду себя, как одержимый сталкер. Но иначе не могу…

Ведь, увидев Валерию Сергеевну впервые, я просто пропал. Это было на третьем курсе…

— Привет, Даня! — одногруппник плюхается рядом со мной. — Ого! А что это?

На столе передо мной журнал о передовых технологиях в медицинской сфере. По определенным причинам именно это мне интересно.

— Журнал, — коротко отвечаю. Открываю оглавление. В основном ничего интересного. Каких-то значимых открытий в медицине не было уже давно. В основном снобы в белых халатах переливают из пустого в порожнее.

— Да я понял, — фыркает одногруппник. — А нахера тебе? Это ж для старперов.

— В отличие от некоторых, я смотрю вперед… — хмыкаю. — Хм… а вот это интересно.

В самом низу последним пунктом оглавления:

«Я двадцать лет боролась за сына. Интервью генерального директора компании „ЛеммингМед“».

Почему-то именно оно меня тогда зацепило. Я открыл. Увидел ее фотографию и пропал. Ее фото из этого журнала до сих пор висит в моей спальне.

Хотя там не было ничего, кроме сухих фактов. Она ловко лавировала и уходила от неудобных вопросов. Говорила много, но ничего не раскрывала. Ее ум меня покорил.

Лера явно оберегала свою личную жизнь и историю с первым мужем. Но ей придется все мне раскрыть. Не сейчас. Пока она не готова.

После моей презентации у нее наверняка куча вопросов. Она смущена, растеряна.

Делаю затяжку. Достаю мобильный и пишу сообщение.

Вам очень идет белый, Валерия Сергеевна. С радостью сорву с вас этот костюм. Кстати, запишите мой номер. Д.

Затем сую телефон в карман, докуриваю и иду к тачке. Сажусь, кладу девайс на панель. Включаю музыку, и тут раздается звук вибрации. Сердце ухает. Лера?

В груди разливается нетерпение. Но на экране высвечивается: Макс.

Черт!

— Да? — отвечаю, выруливая с парковки.

— Ну, как все с мамой прошло? — весело спрашивает друг. — Норм?

Улыбаюсь.

— Да, все отлично.

Не хочу распространяться. То, что было в ее кабинете, эти намеки и фразы, которые понимали лишь мы с ней… это только наше. Даже Максу не стоит этого знать.

— Мне позвонить ей? Чтобы она точно твою программу одобрила?

Во мне закипает злость. Сжимаю зубы, желваки ходят ходуном. Он думает, что я настолько никчемный, что не смогу сам представить труд последних двух лет?

Но это же Макс. Ее сын. Мой друг.

— Не нужно. Я уверен, Валерия Сергеевна сама в состоянии принять верное решение.

— Ты так в себе уверен? — в голосе друга сквозит подозрение. Умен. Но я не могу спалиться. Тогда весь мой план пойдет псу под хвост.

— Я уверен в своем продукте. Он реально может вывести компанию на новый уровень. Твоя мать умная женщина, она все понимает.

— Данила… — прокашливается Макс. — Напоминаю… не смей подкатывать к моей матери.

— Ты это уже говорил, — улыбаюсь. Внутри я дико зол, потому что Валерия Сергеевна уже моя. И никто, даже ее сын, не имеет права решать за нее, с кем встречаться.

— Повторяю. Ди на меня ругается, но…

— Я тебя понял, дружище, — в трубке раздается писк, оповещающий о звонке. — Макс, у меня вторая линия. До связи, бро.

Кладу трубку, не дождавшись ответа. Смотрю на экран. Дед.

— Да? — отвечаю спокойно.

— Данила, — слышу хриплый голос в трубке. — Ты мне нужен. Сейчас.

— Что случилось? — включаю навигатор, перестраиваю маршрут. Если дед говорит, что я ему нужен, значит, так и есть. После смерти бабушки я единственный, кто у него остался.

— Что за вопросы? Когда ты навещал меня в последний раз? — недовольно фыркает.

Не скажу, что у нас с ним сильно теплые отношения. Скорее нейтралитет. Он не лезет в мои дела, я обязуюсь в свое время унаследовать его империю.

— Я работал, — отрезаю.

— Хочу, чтобы ты кое с кем познакомился, — дед даже не слушает меня. Моя работа для него так, пыль. Он не воспринимает всерьез мои проекты. Оно и к лучшему. Я огородил свою жизнь забором с высокой проволокой и никого туда не пущу.

Кроме моей Валерии Сергеевны.

— Уже еду, — кладу трубку.

Особняк деда скрыт в густой тени вековых дубов. Напоминает старинное английское поместье. Бабушка всегда любила такой стиль.

Фасад из темного кирпича увит диким плющом. Узкие готические окна словно глазницы. Когда я был маленький, безумно боялся в них смотреть. Казалось, что они прямо в душу заглядывают.

Внутри царит дух консервативной роскоши. Тяжелые портьеры из бордового бархата. Резные панели из мореного дуба. Монументальная мраморная лестница в холле, под которой я прятался от гнева деда.

Этот дом идеально отражает характер своего хозяина. Холодность, чопорность.

Ставлю машину, захожу в парадную дверь. Дед выезжает навстречу на своей инвалидной коляске. Сколько раз я предлагал нанять ему сиделку, но этот гордый старик категорически против, чтобы кто-то, цитата, подмывал его сморщенную задницу.

— Дед, — сдержанно здороваюсь. Он оценивающе смотрит на меня. На сухих губах появляется довольная улыбка.

— Ты быстро доехал, Данила. Это хорошо. Наша гостья не должна ждать слишком долго.

— Гостья? — выгибаю бровь.

— Да. Я пригласил Арсения и его дочь Марию. Мы обсуждаем вашу свадьбу…

Глава 7. Суррогат

Данила

Мое лицо остается непроницаемым. Но сразу включается внутренний стратег. Свадьбу?

— Арсений! Машенька! — дед разворачивается. Из гостиной выходит здоровый мужик бандитского типа и хрупкая мамзель. Я подбираюсь, расправляю плечи. Воспитание не пропьешь.

Устраивать разборки с дедом на глазах гостей — не мой стиль.

— Данила, — басит мужик, протягивает мне мозолистую ладонь, — Арсений Иванович.

— Очень приятно, — пожимаю его руку.

— Это моя дочь Маша. Ты ее, наверное, не помнишь, — скалится он, — но вы в детстве пару раз вместе играли. Когда я заезжал к твоему деду по делам.

Не помню в упор…

— Маша! Точно, — натягиваю на губы фальшивую улыбку, — привет.

Она во все глаза смотрит на меня. Вся хрупкая, худая. Голубое платье висит, как на вешалке. Ей вообще восемнадцать есть?

— Мы с Арсом подумали, — произносит дед, — что было бы неплохо породниться. Я уже стар, ты еще не готов принять бразды правления моим бизнесом. Этот брак станет отличным промежуточным звеном.

Ясное дело.

Я не психую. Выжидаю. Смотрю на эту девчонку, которая напоминает олененка Бэмби из известного мультика.

Похожа на мою мать… Та тоже была такой красивой, милой брюнеткой с огромными глазами. А потом просто бросила меня у порога дома деда и бабушки.

Они с отцом свалили за границу. Пожить им, видите ли, захотелось. А ребенок — это слишком хлопотно…

Сжимаю зубы, стараясь закупорить старую рану. Я презираю своих родителей. Они — единственное, что может вывести меня из себя.

Дальше друг деда начинает расхваливать свою дочь, я слушаю вполуха. Соображаю, как с меньшими потерями избежать этого брака. Я намерен жениться на Валерии Сергеевне, и это не обсуждается.

Пропускаю мимо ушей всю брачную презентацию.

— Данила, проводишь наших гостей? — улыбается дед. Я знаю эту улыбку. Он уже все просчитал и мысленно прикидывает дивиденды.

Провожаю Бэмби с папашей и возвращаюсь к деду.

Вхожу в гостиную. Он сидит у камина. На лице стандартное выражение — уверенность, надменность.

— Маша — прекрасная партия, Данила, — произносит ровно, лениво раскуривая сигару. — Арсений готов инвестировать в наш новый логистический хаб. Свадьбу назначим на осень.

Подхожу ближе. Внутри сейчас бушует шторм. Но я умею мастерски скрывать эмоции. Этому дед меня научил в совершенстве.

Если поддамся чувствам, проиграю. Но ради моей строгой Валерии Сергеевны я не допущу, чтобы планы деда сбылись.

— Свадьбы не будет, — останавливаюсь напротив него. Говорю спокойно и взвешенно. — Я не женюсь на этой девушке.

Дед медленно выпускает кольцо дыма. В глазах появляется лед, которого я так боялся в детстве. Нет, он никогда не бил меня и не применял физические наказания.

Но этот взгляд означает, что он на сто процентов уверен в своей власти. Увы, придется его разочаровать.

— Ты, кажется, забыл, с кем разговариваешь. Этот брак — важный стратегический ход для нашей семьи. Как мой преемник, ты обязан подчиниться.

— Напоминаю условия нашего уговора, — не хотел давить на это, но придется. — Я согласился унаследовать твою империю только при одном условии: ты не лезешь в мою жизнь. Твоя территория — бизнес. Моя свобода не обсуждается.

— Твоя свобода заканчивается там, где начинаются интересы семьи, — он слегка повышает голос, пытается давить авторитетом. Но прошли те времена, когда я дрожал от его взгляда и соглашался на все. — Твои родители тоже думали, что могут выбирать свободу, и к чему это привело? Избавь меня от этой юношеской спеси, Данила. Ты сделаешь то, что должен.

— Мои родители были слабаками, — отрезаю. Гостиная наполнена напряжением, которое чуть не искрит. — Со мной этот номер не пройдет. Брак по расчету — это твои методы, дед. Мне это неинтересно, и я не женюсь на этой девушке. Можешь не стараться.

Дед откладывает сигару в пепельницу. Затем складывает руки в замок. Сверлит меня пристальным тяжелым взглядом.

— Если ты переступишь порог этого дома, то поставишь под удар свое будущее в компании. Я найду, кем тебя заменить, Данила.

Цинично ухмыляюсь, понимая, что он блефует. Мы оба знаем, чего я стою. Что лучше меня он управленца себе не найдет.

— Валяй. Но мы оба знаем, что без меня твоя империя пойдет ко дну. Так что, дед, разгребай это дерьмо с несостоявшейся помолвкой сам. А у меня дела. Важные, не терпящие отлагательств.

Разворачиваюсь и ровным, уверенным шагом выхожу из особняка, оставляя старика в полном одиночестве. Жалко ли мне его? Нет. Он сам выбрал такую жизнь.

Бабушка терпела его скверный нрав, смягчала его, как могла.

Она полностью заменила мне мать. Но после той аварии, когда ее не стало и дед стал пленником инвалидной коляски, все изменилось.

Сажусь в машину и уезжаю.

Невольно бросаю взгляд на мобильный. Я заложил на ответ Валерии Сергеевны примерно неделю. Но все равно меня корежит от ее молчания.

Особенно сейчас. Да, я вел себя холодно и временно отстоял свое право на выбор. Но, зная деда…

Возвращаюсь в квартиру.

Бросаю ключи на комод, срываю пиджак и рубашку. Падаю на постель.

Я хочу ее…

Боже, как же хочу сжать в руках тело моей Леры! Слушать стук ее сердца, гулять руками по шелковистой коже. Сжимать упругую попку и зарываться в пышную грудь.

— Сука… — стягиваю брюки, обхватываю член. Кончаю очень быстро. Потом еще и еще…

Но это гребаный суррогат!

Гляжу на ее фото над моей кроватью.

Я год дрочил на Валерию Сергеевну…

Но больше это меня не устраивает. Потому что я попробовал ее. И мне нужно еще! Больше, сильнее, глубже! Быть в ней, терзать ее сладкие губы.

Она нужна мне, как воздух!

Но Лера остается верна себе. Она не звонит. Ни на следующий день. Ни через день…

А спустя неделю я уже начинаю сходить с ума. Держусь из последних сил, чтобы не начать задавать вопросы Максу.

Мне физически плохо без моей Валерии Сергеевны. Кажется, что внутри все горит.

И тут, по истечении семи дней, ранним утром на моем мобильном раздается звонок. Я вижу ее номер. Значит, позвонила сама.

Сердце довольно ворочается в грудной клетке. Сука, да я счастлив!

Не скрывая довольной улыбки, беру трубку…

Глава 8. Шаг за грань

Лера

Неделю спустя после визита Данилы…

— О чем задумалась? — спрашивает лучшая подруга Диана, когда мы сидим в кафе и пьем кофе. Вернее, кофе заказала я, а беременная подруга — полезный зеленый смузи.

— Да так… — рисую ногтем узоры на керамической кружке.

— Кофе остыл, — улыбается Диана, — рассказывай, что у тебя с Данилой.

Я поднимаю взгляд на подругу. Одна рука лежит на еще плоском животе, второй она медленно размешивает смузи трубочкой.

— Счастлива? — улыбаюсь, желая поскорее увести тему подальше от опасной зоны. Всю эту неделю я качалась на эмоциональных качелях.

Когда Даня написал то смс, схватила мобильный и чуть не набрала ему. Чтобы отказать в сотрудничестве. Потом здравый смысл взял верх, я успокоилась и стала думать.

На это потребовалось ровно семь дней. Я то брала мобильный, то уже звонила Вадиму, чтобы делегировать этот непростой выбор… но в итоге поняла, что сама должна сообщить Даниле о своем решении.

Боков заколебал меня, каждое утро ждал у кабинета и спрашивал, решила я что-то насчет программы или нет?

— Очень счастлива, — Ди аж сияет. Беременность ей очень идет, — но ты тему не переводи. Лера…