Внучка Морлины. Вивиолон

Добежав до нужного места, она совсем выбилась из сил и, хватая большими порциями воздух, стала ходить вокруг меча. Оружие лежало на поржавевшей подставке тыльной стороной вверх, острый волнистый конец был отломан. Клинок демонстрировал запредельное мастерство оружейника, который украсил эфес металлической змеёй и россыпью драгоценных камней. Девушка хотела аккуратно снять меч с держателей, но какая-то невидимая сила не пустила его. Варя попробовала ещё, потом ещё. Тогда она вцепилась в рукоять оружия и двумя руками потянула к себе. Но неведомая сила будто разозлилась наглости девушки и резко отбросила её в сторону.

В Вариных глазах блеснуло отчаянное недоумение, и, заведомо зная результат, она снова и снова пробовала победить невидимого врага, который так упорно не пускал меч в её руки. Она вертелась вокруг клинка, как лиса вокруг кувшина, подлезала снизу, сверху, сбоку, пока наконец не дотронулась до его лезвия. Металл обрезал ладонь девушки и оставил на себе следы её крови.

Рефлекторно отдёрнув руку, Варя обнаружила, что красные капельки, оставшиеся на лезвии, стали быстро ползти по направлению к змее. А как только добрались, исчезли под её сереньким телом. Тут же всё вновь закружилось, затряслось, и Варя поняла: больше времени нет. Резким движением руки она схватила рукоять меча и…

Открыв глаза, Варя увидела нависшую над собой Агафью. Лицо её было так взволновано, что девушка спросонья ещё больше испугалась.

Варя резко вскочила и выпалила:

– Что случилось?

Служанка даже отпрянула, всплеснув руками:

– Батюшки мои! Да разве ж можно так пугать! Я вас, госпожа, уже пятнадцать минут не могу добудиться, – и чуть не плача добавила: – Думала, госпожа, не проснётесь уже.

В комнату с взволнованным видом влетел Вайер. Он с ужасом посмотрел на сидевшую в постели девушку. Казалось, в этот момент князь даже перестал дышать. Но, увидев гостью живой и невредимой, тяжело выдохнул и уткнулся лбом в дверной косяк. И Вайерли, на лице которого застыл мрачный оттенок усталости, сказал:

– Собирайся, Варя, мы скоро выезжаем.

И он скрылся за дверью. Не понимая, в чём дело, Варя хотела узнать у князя причину его тревоги. Но, едва пошевелив ногой под одеялом, наткнулась на что-то жёсткое, и мысли тут же уплыли в другое русло.

– Голуба моя, – начала суетиться служанка. А Варя в этот момент откинула одеяло и обнаружила рядом с собой длинный узкий меч без острия, тот самый, из сна.

– Святые прародительницы! – всплеснула руками горничная. – Душенька, милая, откуда же это?

– Князь! Вайер! – не обращая внимания на причитания женщины, Варя рывком спрыгнула с кровати и вылетела в коридор. Мужчина как раз хотел начать спускаться по лестнице. – Вайер, подожди! Иди скорее сюда.

Князь заинтересованно повиновался и уже через минуту возле окна внимательно разглядывал меч.

– Мне снилась Матушка, она мне дала этот меч во сне, – рассказала Варя.

Вайер повертел оружие в руках, осмотрел рукоять, поднёс меч ближе к свету, и вдруг его глаза загорелись каким-то странным радостным огоньком.

– Удивительно! – восхитился князь. – Совет четырёх королевств уже несколько месяцев гоняется за малейшей подсказкой о приблизительном местонахождении этого меча, а тебе нужно было просто уснуть, чтобы получить его прямо в руки. Мы были правы, когда решили, что с тобой дело пойдёт быстрее.

Варя не нашла, что ответить. Она по-прежнему считала, что жители Вивиолона серьёзно ошибаются, возлагая на неё большие надежды. Девушка встала с кровати и подошла к умывальнику.

– Не поможете мне? – обратилась Варя к тихо стоявшей Агафье, этим давая понять князю, что ему пора покинуть помещение.

Молодой человек, прихватив с собой меч, в приподнятом настроении вышел из комнаты. С помощью служанки Варя быстро собралась и заплелась, взяла свою сумку и вышла вслед за Агафьей.

В столовой уже всё стояло на столе, но Вайерли не было. Увидев две большие порции тушёной курицы с овощами, Варя вспомнила, что вчера на ужин съела только кекс с молоком, и, учуяв аппетитный запах съестного, вдруг поняла, что страшно голодна. Она подошла к столу и уже хотела за него присесть, как дверь с грохотом распахнулась. В столовую уверенно и даже нагло ворвалась молодая красивая особа с абсолютно белыми волосами и злобными тёмными глазами, в меховой короткой накидке и шерстяной юбке. Она стремительно прошествовала прямо к стоявшей недалеко от неё девушке. Остановившись перед Варей, незнакомка смерила её горделивым оценивающим взглядом. Не зная, кто эта пришедшая и как на неё реагировать, Варя терпеливо сносила на себе пронизывающий холодный взгляд гостьи.

– Где князь? – жёсткий, ледяной до дрожи голос разрезал тишину.

– Сейчас должен подойти, – кротко ответила Варя.

Незнакомка снова уколола острым презрительным взглядом и, отвернувшись, хмыкнула:

– Варвара… – создавалось ощущение, что блондинка, которую Варя видит впервые, уже ненавидит её всем сердцем. – Последняя надежда Вивиолона! Не боишься, что силёнки подведут?

Варя немного помолчала, обдумывая поведение молодой особы, и, не сумев найти ей оправдания, задала вполне естественный вопрос:

– Вы кто?

– Лу́на! – послышался голос Вайера, опередившего незнакомку.

Его руки были заняты какими-то бумагами, но тем не менее с распростёртыми объятиями Вайер направился к старой знакомой. – Каким ветром, милая?

– Прекрати, Вайер! – прикрикнула блондинка и рывком руки отбила протянутую ладонь князя. – Почему я узнаю о том, что ты направляешься в Морволон, через третьи руки, а не от тебя лично?!

– Видишь ли, милая, – князь положил на край стола бумаги, – об этом вообще никто не должен знать. Я поражён, как тебе-то удалось это выведать. Кстати, познакомься, это Варвара.

– Догадалась уже.

Вайерли помог присесть Варе и снова подошёл к Луне. И, отодвигая возле неё стул, вежливо улыбнулся:

– Позавтракаешь?

– Сыта по горло! – продолжала разоряться блондинка. – Твоими обещаниями, секретами. Как был эгоист самолюбивый, так и остался им.

Князь терпеливо хмыкнул.

– Ладно, – тон гостьи стал спокойнее, – я здесь не за этим. Налей мне вина, – как только Вайер отошёл к столику с графином, Луна заметила бумаги на краю стола, развернула верхний свиток и, пробежав по нему взглядом, с усмешкой спросила: – Что это? Ваш маршрут?

– Святые прародительницы! Луна! Положи карту на место! – видно настал предел терпению князя, и он, отставив наполненный бокал, подошёл к знакомой, отобрал пергамент и аккуратно вытолкал её в холл.

– Извини, Варя, мы скоро, – сказал Вайер и прикрыл за собой дверь.

Варе было интересно, что за персона их посетила и почему она так свирепствовала. Однако сейчас девушка была слишком голодна и не могла думать ни о чём, кроме еды. Она решила обо всём узнать позже и принялась за завтрак.

Через пять минут вернулся хозяин дома, он был один. Молодой человек, мрачный из-за неприятного разговора, не поднимая глаз на Варю, проследовал к своему месту и принялся за еду. Девушка решила не лезть не в своё дело, захочет – расскажет, поэтому они продолжили завтрак в тишине.

Глава 5

Солнце уже давно поднялось над землёй, но лес, казалось, только-только пробуждался от ночного сна. Даже капельки росы в тенистых местах всё ещё скатывались с густых перьев папоротника. Где-то в ветвях щебетали неугомонные птахи, раздавалась размерная дробь дятла, с далёких опушек доносилось мычание молодых оленей. По лесной, давно заросшей и всеми забытой дороге ехал всадник. Его лицо скрывалось в глубоком капюшоне, а стан – в свободной чёрной рясе, поводья держали кожаные безмерные перчатки. Не было понятно, всадник –мужчина или женщина. Назойливые ветки встречных кустов и деревьев так и норовили обличить неизвестного, поэтому ему постоянно приходилось то держать капюшон, то раздвигать преграды, а порой делать это одновременно.

Наконец мучения путника закончились, и его кобыла вышла к небольшому лесному озеру. Остановив лошадь, всадник спрыгнул на землю; осмотревшись по сторонам, стал медленно ходить по поляне в ожидании кого-то.

Через мгновение из подлеска вышел налысо бритый мужчина с чёрной бородой до ключиц. Его свободную рубаху подпоясывал широкий, плетёный из кожи шнур, по бокам торчали изогнутые кинжалы. Весь его вид, а в особенности бандитский оскал, наводил страх на встречных людей.

– Здрав буди, графиня, – улыбка, с которой приветствовал лысый человек, была настолько наигранной, что скорее становилось противно, чем страшно. – С чем пожаловала Ваша милость к нашим скромным хоромам? – широко улыбнувшись, мужчина оголил свой золотой передний зуб и подал даме руку для приветствия.

Графиня, озлобленно рыкнула и, проигнорировав мило предоставленную ладонь, направилась к кустам, откуда он вышел.

– Отвали, Остап, достал своим лицемерием, бандит несчастный.

– Так сделай счастливым, графиня! – неприятно сладко улыбнулся мужчина.

В его исполнении эта улыбка скорее была угрозой, чем флиртом. Дама сделала вид, что не услышала Остапа, и скрылась в густой листве кустов. Бородач чему-то весело рассмеялся, оставаясь возле озера.

В тени старого орешника стоял невысокий господин с огромным шрамом от ожога на правой щеке, из-под серой банданы выглядывали курчавые тёмные волосы. Графиня всё также находилась в плаще и капюшоне, не показывая своего лика.

– Надеюсь, в этот раз полезные сведения, графиня? – обратился к ней мужчина.

– Мне известно, Круг, как вам тяжело выбираться в эти земли, – обдавая собеседника холодом, сказала молодая (судя по голосу) особа. – Возьмите, – незнакомка протянула запечатанный конверт, – здесь все ключевые точки и цели миссии. И имейте в виду: основной проводник девчонки – Северный. Скорее всего, мы с вами больше не встретимся, это становится слишком опасно. В Совете знают про измену и чистят заседателей.

Тут она достала из-за полы своего плаща голубя и передала мужчине, произнеся:

– Впредь будем использовать его.

Посыльный спрятал письмо и птицу во внутренний карман куртки и, медленно кивнув, дал собеседнице понять, что понимает всю важность предприятия. После этого графиня резко развернулась и ушла к своей кобыле. Уже через пять минут всадники скакали в противоположные стороны, стремясь поскорее оставить за собой маленький город Лагло, где проходила встреча.

***

Тем временем два путника въехали в лес Арзюри. Он как бы сплетал узлом концы соседних городов Лагло и Агосто, их границы терялись в густых насаждениях осин и берёз. Местные жители решили просто: пограничной чертой будет служить небольшое озеро Киш. Так и сохранилось за ним название «пограничник».

Путники ехали по широкой выездной дороге, всё ближе и ближе подъезжая к Лагло.

– Вайер, – женское любопытство не покидало Варю ни на минуту, и она решила аккуратно всё выведать. И, дождавшись заинтересованного кивка в свою сторону, девушка продолжила:

– А кто была та красивая блондинка?

Князь усмехнулся и снова замолчал. Он сам себе задавал тот же вопрос. Девушка расценила паузу как нежелание друга говорить об этом.

Она попробовала перевести беседу на другую тему:

– Смотри, какие красивые фиалки...

Но девушка не успела договорить, Вайерли перебил её:

– Это моя бывшая невеста.

– Почему бывшая?

– Ну... Просто... – он замешкался, пытаясь найти ответ и на этот вопрос. – Мы, наверное, слишком долго откладывали нашу свадьбу. Сначала не готовы были, потом приближение войны помешало. Короче, охладели друг к другу, решили разойтись.

– А почему твоих друзей так взволновал твой поход в М... Ма... Как его?

– В Морволон, – помог князь девушке. – Ну, это давняя история.

Молодой человек посмотрел вперёд и прищурил глаза, как будто пытался там, вдалеке, увидеть своё прошлое. Варя заинтересованно ждала, и князь начал:

– Шесть лет назад я служил у Морлины. Тогда война не велась открыто. Между землями был установлен зыбкий, но всё же мир. Сын Морлины (твой отец) в то время готовился стать королём Элдура – верховного королевства Морволона. Но Морлине захотелось власти, и она пригрозила Оуну ссылкой, если тот не отречётся от трона. Но твой отец не простак, он начал играть в какую-то свою игру, нашёл заветный меч и скрылся в вашем мире.

– Подожди, подожди, – перебила Варя, – сколько, по-твоему, мне лет?

Вайер негромко рассмеялся, понимая недоумение девушки, и затем начал объяснять:

– Время в нашем и вашем мире течёт по-разному. Ну, так вот. Тогда в голове Хранительницы что-то сдвинулось. И война неявная переросла в открытую. В Морволоне началось беззаконие, из тюрем стали выпускать преступников, готовых послужить Морлине. Убийцы, воры, насильники совершенно свободно гуляли по улицам сначала только некоторых провинциальных городов, а затем и всего Морволона. На мирных землях поселилась разная шваль. Надо заметить, Морлина не первый раз нападала на земли Вивиолона. Помню, в детстве мой дед часто проводил военные сборы. В памяти сохранились толпы солдат, марширующих на войну… Я был совсем мальчишкой, когда дед отдал меня в военную академию. Там я делал большие успехи. И в шестнадцать лет, когда Морлина собрала войско для очередного нападения на Вивиолон, меня отправили на фронт. Там я быстро построил карьеру благодаря своему знатному происхождению (спасибо деду). Ещё помогло вот что: мой дед умер, и я стал повелевать ветрами вместо него.

– Что значит «повелевать ветрами»?

– То и значит: ветры меня слушаются. Могут отнести письмо, переместить человека или предмет по воздуху, сам я могу становиться ветром.

– Ух ты! Покажешь?

– Обязательно, – пообещал Вайер и продолжил: – Ну, так вот. Вивиолон не был готов к нашему нападению, поэтому кампания прошла успешно. В одном из боёв погиб наш командир, и тогда я занял его место. Мы взяли город Лагло и перекрыли выход в море. После этого я стал любимцем Морлины и получил допуск в Высший Совет. Моё положение ещё больше укрепилось после сражения с троллями, что натравила на нас Матушка. Наше войско тогда победило их, и мы частично осели в соседнем городе Агосто. По нему мы сейчас и едем. Тогда я познакомился с принцессой эльфов Миртой. Эта добрая, милая девочка помогла мне понять ситуацию и пошатнула мою уверенность в правильности наших действий. Из-за молодости я не понимал, что Морлина жаждет войны только из-за собственной алчности, но никак не ради блага государства. После этого мне потребовалось ещё два года прослужить возле Морлины, чтобы осознать правильность суждений Мирты. Кстати, сделать окончательный выбор мне помог Деней.

– Правда? Каким образом?

– Однажды утром я пришёл на службу в замок и…

Вайер замолчал, внезапно погрузившись глубоко в себя.

Подождав пару секунд, Варя слегка дотронулась до его плеча, возвращая обратно в реальность:

– И что?

– Морлина приказала привести на допрос вивиолонского шпиона. Ей доложили, что он прятался в камине зала, где проходил Тайный Совет. Мне был дан приказ его допросить... с пристрастием, – в этот момент князь как-то резко оживился, видимо, в нём снова, как тогда, закипело чувство собственного достоинства. – Но я воин. Полководец! Я не палач. Так я и сказал Морлине, но она ничего слышать не желала. В зал завели и до меня замученного, измазанного в собственной крови молодого человека. Его буквально швырнули к моим ногам. Я хорошо помню перекошенное от боли и страдания лицо ни на миг не сломленного человека. Морлина поставила условие: либо я допрашиваю его, либо мы оба попадаем в руки Жорлана, в то время это был самый жестокий и безжалостный мучитель в замке. Видимо, мой вид в тот момент был настолько непреклонный и твёрдый, что Хранительница всё поняла без слов. Она позвала охрану и приказала нас схватить. Я понял, что отступать некуда, выхватил меч из ножен, разрезал путы заключённого, и мы вместе стали отбиваться от стражников. Я до сих пор не понимаю, откуда взялись силы у этого до смерти замученного шпиона. Он бился как лютый волк, загнанный собаками.

Помолчав немного, Вайер усмехнулся:

– Само сражение я плохо помню, – его глаза восторженно заблестели, – помню лишь, что соратник мой сражался обычной кочергой, удачно попавшейся ему под руки. В последний момент, когда несколько стражников заключили нас в кольцо, блокируя все пути побега, мы, не сговариваясь, разбежались и, с размаху выбив стекло, выпрыгнули прямо в окно. Сколько было осколков! А сколько женских визгов на площади!

Варя так заслушалась рассказом друга, что низко висевшая ветка чуть не отпечаталась на её лбе. Вайер вовремя увидел преграду и натянул повод её кобылы, чтобы та ушла в сторону.

– Ну вот, так мы и познакомились с Денеем. Так и стали закадычными друзьями, – закончил рассказчик.

– Это был Деней? – девушку так взбудоражил рассказ о побеге молодых людей, что ей не верилось в знакомство с такими смельчаками.

– Да! – успокаиваясь, выдохнул спутник. – С тех пор мы всегда вместе. И в огонь, и в воду. Я благодаря ему и попал к Матушке.

– Он о тебе слово замолвил?

– Угадала. Конечно же, не сразу, но я вошёл в доверие к Хранительнице Жизни, стал её агентом, как Хелен и Деней, и вскоре доказал свою преданность.

– Как?

– Матушка на свой страх и риск и под поручительство Плейсинских назначила меня главнокомандующим Летонской армии.

– И ты стал сражаться со своими же войсками? – изумилась Варя.

– Ну, теперь-то они были уже не мои. Кстати, до этого момента нужно было немало подвигов совершить. Вивиолон не имел сильной армии, большинство воинов были обычными мирными жителями, многие из них про оружие только в сказках читали. Я и занялся их подготовкой. Нанял учителей по военному делу, сам преподавал немного. Иерархию ввёл, дисциплину поправил. Правда, с последним пришлось похлопотать немного. К порядку можно только силой приучить, а Матушка поначалу была вообще против этой меры, но Деней (хвала прародительницам!) меня поддержал и настоял на необходимости стимула для солдат. В итоге в довольно короткий срок у нас появилась сильная армия, которая уже через два месяца заставила бежать врагов восвояси.

– А почему Денис сказал, что тебя ждёт «ссыльное». Что это?

– А, ссыльное, – пренебрежительно бросил князь, – это место, которое когда-то создала одна из хранительниц Смерти, чтобы отправлять туда неугодных королевской власти людей. Но никто не знает, что это за место, где оно и как из него вернуться. Те, кто туда попадает, обратно не возвращаются.

– Это королевство моего папы?

– Возможно, а может, и другое.

За этим разговором путники не заметили, как выехали на небольшую тенистую поляну. Утро давно перешло в обед, а солнце перекатилось на другую часть небосклона.

– Нужно устроить привал, – неожиданно произнёс Вайер, спускаясь на землю.

Варя и не ждала такого подарка. Ноги ужасно затекли, хотелось есть, пить, принять горизонтальное положение. Обрадованная решением князя, она спрыгнула на землю и сделала облегчённый выдох. От непривычной и долгой позы по ногам побежали мелкие иголочки. Девушка стала разминать свои конечности.

– Ничего, пройдёт, – заметил Вайер.

Он отдал ей поводья, попросив привязать коней у какого-нибудь куста.

– Я пойду наберу хворост, а ты пока достань перекус, – сказал Вайер и, захватив кнут и топор, направился вглубь чащи.

– Да, кстати, – обернулся он у самой опушки, – остерегайся арзюри.

– Кого? – насторожилась девушка.

– Это твари такие, полуженщины лохматые. Они редко встречаются прохожим, но если вдруг тебе повезёт и ты их увидишь, то отбивайся кнутом, – парень кивнул в сторону коней, на седле которых было привязано оружие, – у него наконечник и шипики металлические, арзюри этого боятся. И не дай им себя укусить.

Последнее наставление Вайер уже прокричал из-за кустов, которые его скрыли.

– Ага, спасибо, что предупредили, – пробурчала Варя, снимая с крюка свёрнутый кнут, – а не рассказали всё после сражения.

Не расставаясь со своим оружием ни на секунду, девушка отвязала мешок с продуктами и достала оттуда котелок, в котором лежали буханки ещё свежего ржаного хлеба, несколько сваренных куриных яиц и брусок сыра. Она сняла свой плащ и расстелила его вместо скатерти.

Вдруг откуда-то сбоку послышался хруст ветки. Девушка резко повернула голову на звук.

– Вайер? – с надеждой в голосе позвала Варя. Но никто не ответил. По рукам пробежал недобрый холодок.

Девушка продолжила разбирать продукты, напряжённо вслушиваясь в звуки леса. Лёгкий шелест листвы, пение птиц – всё, вроде, привычно, ничего страшного. Но сердце пронзили холодные иголочки паники, в мыслях рождались проклятья и всевозможные ругательства в адрес князя. Варя молилась, чтобы он пришёл как можно скорее.

Неожиданно девушку накрыла волна плохого предчувствия, Варя резко развернулась и на мгновение оцепенела от страха. Прямо перед ней, в десяти шагах, стояло лохматое подобие наполовину обнажённой женщины. Всё её тело покрывала чёрная шерсть, немытые длинные волосы сбились в колтуны, на бёдрах мотался единственный атрибут одежды – рваная грязная тряпка. Чудовище уткнулось голодным взглядом в беззащитную девочку, мысленно лакомясь её молодыми косточками. Ощутив на себе другой взгляд, Варя снова обернулась и увидела, как ещё три арзюри медленно окружают её со всех сторон. Девушка почувствовала себя загнанным лисёнком, которого вот-вот растерзают. Вспомнив слова друга, она рывком щёлкнула хлыстом по воздуху и увидела, что едва задела плечо одного из чудищ. Арзюри зашипели, оскалив свои клыки, и перешли в наступление. Тогда Варя начала вращаться на месте, кнутом рассекая воздух.

– Вай-е-ер! – заверещала она.

Сердце бешено колотилось от страха за собственную жизнь. Паника набирала обороты. Девушка без остановки хлыстала воздух, пытаясь защититься от непонятных существ, но всё было безуспешно. Когда укротительница поняла, что и арзюри вовсе не боятся кнута (Вайер был неправ!), она отчётливо почувствовала близость смерти. Уворачиваясь от выпадов, чудовища шипели, рычали и сужали круг.

Вдруг одна из арзюри схватила добычу за руку, но девушка тут же смачно хлыстнула её кнутом. Та, взвизгнув, как шавка, отскочила в сторону, поскуливая. Тут же другая прицепилась к ноге жертвы и, улучив момент, вцепилась зубами. В следующий миг Варя почувствовала, как жгучая боль, словно река, растекается по всему телу. Мышцы парализовало, а в мозгу вертелась одна-единственная фраза, фраза мамы из сна: «И тебя потеряю…». В глазах потемнело. Собрав все свои силы, Варя тихо прохрипела имя князя и рухнула наземь. Боль полностью поглотила бедную девочку, она ничего не слышала и не видела, язык перестал ворочаться, но страшнее всего было не это, а те адские муки, что заставляли жертву корчиться, изнывая от бессилия и боли. Однако мучения продлились недолго, через минуту всё закончилось: она потеряла сознание.

***

Варя открыла глаза. Привстала на локтях. Осмотрелась по сторонам. Ни леса, ни арзюри не было – только луг с пёстрыми цветами, небольшая чаща вдалеке да закатное, раскрашенное тёплыми красками небо, которое тяжёлой простынёй нависало над землёй. Девушка не чувствовала ни боли, ни страха – ничего, кроме умиротворения и спокойствия. Лёгкий прохладный ветерок нежно ласкал её лицо, разбрасывал волосы в разные стороны. По земле по своим делам ползли жуки, прыгали кузнечики, на цветах, лениво шевеля крыльями, сидели бабочки. Варя забыла обо всём, её ничто не тревожило, она просто сидела и любовалась пейзажем.

Неожиданно её плеча слегка коснулась чья-то рука. Девушка оглянулась и застыла в изумлении – сзади стоял её брат Артём. Она очень удивилась увиденному, но, как ни странно, ничего больше не почувствовала. Боль, радость – ни одна струна в груди не дрогнула. Создавалось впечатление, что какая-то неведомая сила блокировала все чувства, оставляя лишь покой.

– Здравствуй, Варежка, – парень присел рядом, глядя перед собой на мирно плывущие розовые облака.

После этих слов девушка перестала дышать и лишь через несколько секунд спохватилась:

– Артём, – выдохнув, выдавила она.