Люблю ненавидеть тебя

— Дружбу? – переспросила я и засмеялась. – Не смеши меня, Мартин. Ты никогда не верил в дружбу между мужчиной и женщиной.

— А что мне еще остается тебе предложить? –пожал он плечами. – Воевать я с тобой не хочу и делать что-либо наперекор твоей воли тоже не хочу… — аккуратно закончил он.

— То есть предлагаешь дружить, да?! Сделать вид, будто ничего не между нами не было, по-дружески вместе гулять с собаками, а по воскресеньям наведываться в гости на обед?

Он что, реально свихнулся? Я уставилась на него, высматривая на лице хоть долю иронии, которая просто должна быть в таком случае. Но нет! Он серьезен и невозмутим, а моя истерия на его предложение отразилась удивлением на его лице:

— Почему бы и нет?

— Почему бы и нет? – повторила я в исковерканной манере. – Бог ты мой, Мартин, что с тобой произошло за ночь?

Он усмехнулся. Мы шли неспешно по побережью, а наши хвостатые друзья крутились неподалеку, проявляя друг к другу неприкрытый интерес.

— Да что тебя так смущает?! Я готов попробовать, а вот ты трусишь.

Я покосилась на Мартина, он только что решил меня взять на слабо? Я вспомнила сон и встряхнула головой. Да уж, дружить с ним будет гораздо сложнее, чем просто ненавидеть.

— Я смогу согласиться, если мы назовем это каким-нибудь другим словом. Просто дружба — это звучит слишком.. ну знаешь, не про нас. Может, соседство, что-то типа этого.

—Соседство? – лицо Мартина сморщилось, и потом он засмеялся: – Звучит жутко.

- Ну, зато к соседству я готова. Ну, так что, по рукам? – я остановилась с протянутой рукой и с вызовом посмотрела на него.

Он взглянул на мою руку, и, недолго думая, пожал ее:

— По рукам. Так, а теперь поподробнее, что входит в твое понимание соседства? Мне нужны рамки.

Я задумалась:

— Ну, чем обычно занимаются соседи? Ну, я имею ввиду: здороваются при встрече, можно спросить, как дела, про погоду поговорить, про собак, за солью сходить…

— Подожди, то есть секс по-соседски в твое понятие не входит?! – изобразил он удивление, и в следующую секунду заржал, увидев мое возмущение.

— Чего?! Ну, ты и дурак, Мартин! – я толкнула его в плечо и ушла чуть вперед. – Я так и знала, что ты прикалываешься!

— Да ладно, я же пошутил! – крикнул он, сдерживая смех. – Чего ты такая серьезная?!

Он догнал меня и начал идти спиной вперед, пытаясь продолжить разговор со мной.

— Слушай, а твой возлюбленный знает обо мне, в смысле..

—Нет, – резко оборвала его.

– И не надо его так называть.

— А как же мне его называть?

— Ты знаешь его имя, ну или можешь называть его «будущий муж», так даже лучше будет!

Я гордо подняла голову и машинально выпрямила грудь. Боковым зрением я увидела, как Мартин смотрел на меня и молчал.

— О, пожалуй, я обойдусь именем,–сдержанно сказал он.

Я усмехнулась про себя. Еще бы.

— Не терпится стать его женой, да? – он сложил руки в карманы и взглянул на меня с прищуром. – Чисто соседский интерес.

— Да! Знаешь, я тщательно готовлюсь к торжеству, хочу, чтобы все было продумано до мелочей. Такое бывает раз в жизни! – я нагло соврала ему в лицо, даже не краснея…Зато я увидела, как покраснел он. – И конечно, наших дорогих соседей мы известим о дате и пригласим на свадьбу.

— Отлично! – кивнул он. – Я понимаю тебя, Дэйв богат и…Что там еще привлекло тебя?

— О, много чего… — закатила я глаза. – Тебе лучше этого не знать!

— Ну, почему же… Я как сосед просто обязан выслушать тебя. Пусть даже мне это будет и неинтересно.

Я остановилась, и мы прожгли друг друга взглядом. По-соседски, конечно. Он сам нарвался на откровенность. Я начала загибать пальцы, припоминая самые положительные качества Дэйва:

— Хорошо! Он красивый, сексуальный… а еще добрый, отзывчивый, внимательный, да еще много чего! И вообще, он идеальный!

— Не надо так кричать, Оливия. Я рад за тебя, – кивнул он и широко улыбнулся.

Меня немного перекосило. Я пыталась доказать ему, что счастлива, когда истинное счастье вовсе не нуждается в доказательствах. И тут я жестко прокололась.

У Мартина зазвонил телефон. Он ответил очень ласковым голосом:

— Да, золотце, – уголки губ подпрыгнули наверх.

Сейчас он не смотрел на меня, а в сторону дома, где его ждала возлюбленная, которая приготовила обед. Я напряглась, затаив дыхание, прислушивалась к разговору. Иногда даже удалось уловить голос девушки. Он был мягким и жутко бесил.

— Мы уже почти около дома. Не скучай.

Когда он закончил разговор, он обратился ко мне с предложением, который абсолютно сбил меня с ног:

— Заглянешь, на обед, соседка? Сегодня у нас изумительные котлеты, приготовленные с любовью.

Я подавилась слюной от возмущения, которое пыталась подавить в себе. Он пригласил меня есть котлеты этой белобрысой козы?! Откашлявшись, я ответила, как можно вежливее:

— Спасибо, я на диете, – я натянула улыбку, хотя глаз нервно подрагивал.

Он быстро пробежался глазами по моей фигуре:

— Не переживай, они на пару.

Серьезно? Ну, конечно, Мартин, это же в корне меняет дело! Так, стоп, он что, согласился, что мне надо бы скинуть вес?!

— Пожалуй, я все-таки откажусь. Может, когда-нибудь в следующий раз, – выдавила я, закипая внутри.

— Ну, ладно, как хочешь, – подмигнул он мне и присвистнул своей собаке: – Айрин, домой, хозяйка заждалась!

Собака по имени Айрин послушно подбежала к Мартину, и он погладил ее блестящую молочную шерсть.

— Нашла себе друга, да? – он посмотрел на моего Харли, который все еще подбивал клинья к породистой сучке.

—Харли, ко мне! – командным голосом позвала я его. – Домой, говорю!

Харли заскулил, а я просверлила его рассерженным взглядом. С поникшей головой он поплелся ко мне.

— Пока, соседка! – махнул мне Мартин.

— Пока, сосед. – буркнула я.

Харли смотрел им вслед, как и я.

—Харли, думаю она тебе не пара, – мотнула я головой, и Харли издал протестующий лай. –Смотри, она даже не обернулась. Вряд ли она нарочно изображает равнодушие, у вас ведь все намного проще, не так ли?

Харли заскулил и уткнулся мне мордой в ноги.

—Ну, хватит страдать, друг… Хочешь нажарю нам котлеток?

Харли приободрился, и я улыбнулась:

— Правильно. Они будут куда вкуснее, чем у наших соседей! Так-то.

Глава 7

Пробовали ли вы когда-нибудь делать что-то запретное? Когда сердце замирает в груди, и ты стараешься не дышать, чтобы не спугнуть момент… Я испытывала эти чувства именно сейчас.

Я подглядывала за Мартином. Мой сексуальный сосед купался в бассейне и бессовестно демонстрировал свое красивое подтянутое тело. На нем лишь плавки, которые прилипли к коже и обтянули все интимные неровности. Капли воды на его теле прозрачными жемчужинами переливались на солнце, и он издалека казался еще более маняще прекрасным.

Я нервно выдохнула. Заставила себя отвернуться, но мои ноги приросли к полу, а глаза отказывались даже моргать. Я следила за тем, как он приглаживал пальцами свои мокрые волосы назад и расслабленно прикрыл глаза. В памяти замелькали картинки прошлого, когда я пробегалась пальцами по каждой его татуировке, чувствовала запах его кожи, а мои губы знали ее вкус.

Внезапно Мартин открыл глаза, и посмотрел на меня. Вот блин! Я резко отвернулась от окна и прижалась к стене спиной. Сердце заколотилось в груди, а в крови заиграл адреналин. Он заметил меня, и теперь будет думать, что я за ним подглядываю! Мне стало смешно, и я засмеялась, сползая по стене вниз.

— Привет! Давай рассказывай, что так тебя позабавило? – в комнату вошла Карен, и я встала с пола.

— Привет, дорогая. Так, глупости всякие! – я отмахнулась и обняла подругу.

— Тогда пошли медитировать?

— Да, это то, что мне сейчас нужно.

Занятие йогой помогли мне расслабиться и не думать о Мартине. Мои шальные мысли успокоились, и я почувствовала себя гораздо лучше.

После обеда я решила погулять с Харли. Обойдя всю виллу, я не нашла своего хвостатого друга и запереживала.

—Абби, где Харли? Нигде не могу его найти.

— Он позавтракал с утра, а потом я его не видела. Наверно, лежит под деревом в тени…

— Его не было на улице, я проверяла, – с тревогой сказала я.

Я выбежала на улицу еще раз, начала громко звать его и присвистывать. Но он так и не показался. Я вышла с виллы и начала искать его любимых местах на прогулке:

— Харли, дружочек, где же ты?!

Мои метания заметил садовник с виллы Мартина:

— Мисс, вы кого-то ищите?

— Да. Мой пес Харли потерялся. Лабрадор. Может, видели?

— Такой золотисто-бежевого цвета с гуляющим любопытным взглядом и непрестанно дергающимся хвостом?

— Да-да, это он! – воскликнула я и подошла ближе к садовнику. – Где вы видели его?

— Да у нас на вилле и видел, – усмехнулся он. – Сегодня с самого утра здесь. Уходить отказывается. Я хотел прогнать, но хозяин запретил.

Услышанное удивило меня, но позже я смогла найти объяснение такому поведению моего пса.

— Это точно мой Харли, – твердо сказала я. — Проводите меня?

— Конечно, мисс. Они гуляли на улице недавно, может, еще не зашли.

Внутри все заликовало, когда я увидела Харли, лежащего в тени с собакой Мартина. В отличие от хозяйки, Харли беззаботно отдыхал и не беспокоился, как там я поживаю. Я была рассержена и счастлива одновременно. Но, видимо второе превалировало, потому что я бросилась обнимать своего потеряшку.

—Харли, вот ты где! Я тебя обыскалась! И не стыдно тебе, а? – я потрепала его за уши.

Мартин был неподалеку. Он лежал на широких качелях, и я не видела его глаз из-за темных очков, но он смотрел на нас и расслабленно улыбался.

— Привет. Почему не отправил Харли домой, я потеряла его…

— Привет, Оливия, – он снял очки и зафиксировал их на голове. - Зачем же я буду выпроваживать дорогих мне гостей. Харли пришел к Айрин. Я не стал им мешать.

Я оценивающе посмотрела на хвостатых питомцев, которое игрались лапами друг с другом. По-моему, и вправду у них что-то намечается. Собачья влюбленность… И судя по поведению Харли, намерения у него точно серьезные.

—Харли, ты не можешь здесь оставаться, – пыталась я достучаться до собаки. — Пошли домой. Айрин не нравятся такие надоедливые ухажеры! Придешь к ней завтра.

Я взяла Харли за ошейник и потащила к выходу. Всем своим весом Харли рухнул на землю и отказывался куда-либо двигаться.

—Харли!

Мартин громко засмеялся, а я прожгла его взглядом:

—По-твоему, это смешно?!

—По-моему, ты придумываешь трагедию там, где ее нет. Пусть Харли остается здесь, я не против.

Мартин встал с качели и двинулся ко мне.

—Вообще-то это мой пес, – я прочистила горло. – И он не может вот так просто сменить место жительства.

— Мне кажется, Харли, что так не считает… Послушай, пусть пока побудет здесь. Он не по-детски запал на Айрин, и его можно понять.

Я встряхнула волосами и недовольно нахмурилась. Моя собака не хочет возвращаться ко мне. Вот дела. Харли— молодой пес, и он впервые загулял по-взрослому. Почувствовала себя мамочкой, переживающей за ребенка, который пустился во все тяжкие.

—Ладно, – с трудом согласилась я. – Пусть пока побудет здесь. Но не вздумай поощрять его разгульное поведение. А то он подумает, что его хозяйка — монстр в юбке, и не захочет возвращаться вовсе.

—Хорошо, – со смешинкой в голосе сказал Мартин.

— Раз так, то я тогда пойду, – поджала губы я и посмотрела в сторону выхода.

— Ну, уж нет! Ты — моя гостья э, и без чашки чая я тебя не отпущу, – засуетился Мартин и преградил мне путь.

Я растерялась.

— Всего лишь чашка чая, Оливия, – мягко и в то же время требовательно повторил он.

— Я… я не пью чай после полудня.

— Мы будем не одни. Если ты до сих пор сомневаешься в моих бескорыстных побуждениях…

— О ком ты?

—О Лили. Думаю, она с радостью захочет увидеться с тобой, – засиял Мартин.

— Лили?

— Да, она в доме. Я приглашал тебя вчера, но ты отказалась. Сегодня у тебя просто нет выбора.

Я впала в немой ступор. Если та девушка, которую я видела вчера в доме Мартина и есть Лили, то… Блин, я ревновала Лили к Мартину? Какой кошмар… Как же эта малышка изменилась за пять лет?

Глава 8

На свой страх и риск я согласилась зайти к Мартину в дом, чтобы повидаться с Лили.

Как ни крути, но я скучала по этой малышке и нередко вспоминала ее, когда общалась с другими детьми. Я помнила, как в прошлом мы легко с ней находили общий язык, а ее заразительный смех не мог не заставить засмеяться в ответ. Мы дурачились и подшучивали над Мартином и ловили кайф, когда наши детские проделки удавались на славу.

Приятная грусть заполнила грудь при воспоминании о беззаботном, счастливом времени, и губы сами растянулись в улыбке. Сердце сжалось, а в животе все скрутилось в нервный узел… Я переживала. Спустя пять лет вновь увидеть ее мягкий доверчивый взгляд голубых глаз, ее милое личико со вздернутым носиком, слегка обсыпанным веснушками и с широкой жизнерадостной улыбкой.

Даже не верится, что сейчас нас разделяла одна комната.

Мартин остановился перед входом в гостиную и пригласил войти внутрь:

— Проходи, она здесь. Я сказал ей вчера, что ты живешь по соседству. Для нее будет сюрпризом увидеть тебя в гостях.

Мартин поддерживающее кивнул. Я увлажнила свои пересохшие от волнения губы и с приветствующей улыбкой прошла в гостиную.

В центре комнаты стоял огромный диван, на котором лежала девушка. Она закинула худые длинные ноги с массивными бутсами на подлокотник и была погружена в смартфон. Услышав движения у входа, она повернула голову на нас, задержала секундное внимание, а затем, как ни в чем не бывало, продолжила смотреть в телефон, громко пощелкивая своей жвачкой.

Моя улыбка сползла вниз, как и воодушевление, наполнявшее меня, перед встречей с Лили. Где моя Лили?! Это что, она? Я обернулась на Мартина и послала ему шокированный взгляд. Мартин нахмурился и недовольно посмотрел на наглую девицу.

— Лили, поздоровайся с гостьей. Это Оливия, ты же помнишь ее? – очень сдержанно спросил Мартин.

— Как забыть? – пробурчала она в ответ и бросила косой взгляд на меня.

—Лили, – требовательно повторил Мартин, и та тяжело вздохнула.

— Да блин… — она убрала телефон в задний карман коротких джинсовых шорт и с шумом встала:— Ну, привет.

Я не знаю, какое у меня было лицо в этот момент. Наверно, очень растерянное, в какой-то мере даже напуганное и шокированное. В ушах был шум, а глаз задергался от увиденного. Я просто не могла подобрать слов для этой девахи с холодными недоверчивыми глазами, которые подчеркивались резкими черными стрелками. Ее мелированные волосы были собраны в небрежный пучок, который отражал всю суть отношения ко мне да и ко всему миру, в частности. От нее веяло наглостью, невоспитанностью и пофигизмом.

— Ладно, с тобой мы позже поговорим, – сквозь сжатые губы прошипел брат сестре. – Оставь нас.

Лили хмыкнула и, зазвенев своими многочисленными браслетами и цепочками, двинулась к выходу.

— Хотя нет, подожди… — остановил ее Мартин. – Приготовь для мисс Браун чашечку чаю. Тебе ведь это будет не в тягость?

Я видела, как Лили шумно вдохнула и закатила глаза. Ее вздувшиеся ноздри просигналили, что она не в восторге от такого поручения.

— Конечно, нет, – натянуто улыбнулась она и сверкнула глазами. — Одну минуту.

Когда Лили вышла из гостиной, я обхватила себя руками, чувствуя себя абсолютно растерянной и сконфуженной. Мои глаза нервно забегали по стенам, ища ответ на вопрос о кардинальном изменении Лили и ее отношению ко мне.

— Прости ее, – нарушил тишину Мартин. – У нее сейчас такой возраст. Все воспринимает в штыки.

— Сколько ей уже? – тихо спросила я.

— Пятнадцать. Время летит, да… — он поджал губы.

— Не то слово, – я встряхнула головой. — Она злится на меня.

— Присаживайся, Оливия. – сказал Мартин, указывая на диван. – Сейчас она всем недовольна. Бывают редкие моменты, когда я вижу ее удовлетворенной чем-то.

Я присела рядом с Мартином и отрицательно покачала головой:

— Нет. В ее глазах я увидела обиду и злобу на меня. И дело тут не в возрасте.

— Не принимай близко к сердцу. Это пройдет. Она еще мала, чтобы делать какие-то выводы о сложной взрослой жизни.

Я горько усмехнулась:

— Детские обиды не забываются. Они сидят глубоко внутри. И кажется, сегодня мы расковыряли незажившие раны. Не надо было мне приходить, – я шмыгнула носом и отстраненно посмотрела в окно.

— Не говори так. Может, Лили обижена, но она должна перебороть это чувство. С возрастом она все поймет.

— Для нее я враг. Предатель.

— Не надо… — остановил меня Мартин. – Таких резких слов.

— Боже, зачем ты попросил ее приготовить мне чай?! Для нее же это было унизительно вдвойне…

— Она должна научиться вести себя вежливо со всеми. Неважно кто перед ней лучший друг или…

Мартин замолчал, потому что в комнату зашла Лили. Она скрипела своими массивными ботинками и приближалась к нам. Она несла поднос с кружкой чая. Лили небрежно поставила поднос на стеклянный столик, отчего содержимое кружки вылилось за края.

Лили глупо присела в реверансе, выказывая свое непримиримое отношение ко мне:

— Что-то еще? Или служанка Лили может быть свободна?

Мартин переглянулся со мной, и я взглядом умоляла его отпустить сестру, избавив таким образом всех нас от этого показного представления.

— Спасибо, Лили, больше ничего не нужно.

— Прекрасно! – воскликнула она, шлепнул себя по бедрам. – Я гулять!

Она подобрала с груди свисающие наушники и засунула их в уши.

—Лили, – с предупреждающей интонацией обратился к ней брат.

Лили подошла к Мартину и, встав на носочки, поцеловала его в щеку.

— Доброго дня, братец, – она повернулась ко мне и одарила меня холодным взглядом. – Оливия.

Мы молча проводили глазами ее до выхода, а затем в унисон выдохнули.

— Это чудо, что она приготовила чай, – сказала я и придвинула чашку поближе к себе.

— Она прекрасно знает, что мне лучше не перечить. Через себя, но она делает то, что нужно. Надо было раньше ее воспитывать, но я был занят другими вещами, о чем сейчас жалею.

— Не дави на нее слишком много времени , – грустно сказала я и взяла в руки кружку.

Я поднесла кружку ко рту и отпила чаю. Все, что попало в рот, я фонтаном выплюнула на стол. Чай был невероятно соленым, словно кружкой зачерпнули воду из океана.

— Что такое? – подскочил Мартин.

— Ничего. Просто она перепутала соль с сахаром, – криво улыбнулась я.

— Вот коза. Я поговорю с ней, - нахмурился Мартин и передал мне стакан воды.

Я сделала глоток, и во рту стало намного приятнее.

— Знаешь, надо сказать спасибо ей, что она добавила не слабительное, – хихикнула я, вспоминая свои нелепые проделки в прошлом.

— Это да, – захохотал Мартин. – Лили, конечно, далеко до твоего уровня махинаций.

— Это в прошлом, – отрезала я и мы поймали тишину. – Думаю, тебе не следует отчитывать Лили…

— Я не могу спустить ей это с рук, – отрицательно качнул головой он.

— Эта девочка понимает, что сделала, и, я думаю, морально уже готова к последствиям… Для нее будет более неожиданным фактом, если никто не обратит на это внимания. Знаешь, словно ее проделка не удалась.

Мартин задумался. Его деловая поза с расставленными по бокам руками выдавала обеспокоенность за поведение его младшей сестры. Он старался, но не понимал, как будет правильнее поступить в этой ситуации.

— Я сама поговорю с ней, – тихо сказала я, потупив взгляд в пол. – Я давно должна была это сделать. Но лучше поздно, чем никогда.

— Хорошо. Я подумаю.

Я слабо улыбнулась. Он шел навстречу и прислушивался ко мне, рассуждая здраво, откинув личные амбиции, которые могли бы помешать. Это мне нравится.

— Лили надолго здесь? Она по-прежнему живет с мамой? – не без интереса спросила я.

— Нет. Мать умерла. – сжал губы Мартин. — Это случилось через полгода, как… Как мы расстались.

Я замерла. Новость ужасная и неожиданная. Я вспомнила образ матери Лили, и внутри все передернуло.

— Что случилось?

— Очередная попойка стала последней. Если вкратце, – холодно сказал он. – Слава богу, что сестра тогда была у меня.

Что бы Мартин не говорил и как бы себя не вел, я уверена, что для него это тоже была потеря. Она была его матерью, и он ее любил. Мартин сдерживал свои чувства по-прежнему, и это двойной удар по сердцу.

— Я стал опекуном Лили. – завершил он. – И сейчас я – это все, кто у нее есть. Как и она у меня.

Последняя фраза прозвучала завершающей нотой, которая кольнула в грудь. Всем в то время было непросто. У Мартина с Лили были не лучшие времена, им обоим пришлось рано повзрослеть. Мартин взял на себя большую ответственность, возложив на свои плечи воспитание Лили. А маленькая девочка увидела худшие реалии жизни, к которым не была готова. Отразилось ли это на ее психике? Для меня, очевидно, что да.

В руке зазвенел телефон, я вздрогнула, и он полетел на пол. Как и я, Мартин потянулся за телефоном, и наши руки коснулись друг друга. Его ладонь накрыла мою, и мы замерли, смотря друг на друга. В эту секунду невозможно было не утонуть в его бездонных темно-карих глазах.

Неугомонная мелодия на телефоне вернула к реальности. Мартин убрал руку, и я увидел, что звонил Дэйв. Отключив мелодию, я поняла, что пора прощаться с Мартином.

— Мне пора, – поджала я губы.

—Да, – кивнул он.

— Я пойду тогда, – глупо улыбнулась я и посмотрела на дверь.

— Я провожу тебя.

Я шла медленно, осматривая богатое убранство дома. Все очень со вкусом и без лишних вычурностей. Я заметила на стенах мои картины и улыбнулась. Это не прошло мимо глаз Мартина:

— Они идеально сюда вписались.

— Не буду спорить, – кивнула я.

Мы вышли из дома в сад, где нас встретили Харли и Айрин.

— Я буду проведывать, Харли, если ты не против.

— Конечно, в любое время!

Я погладила своего друга, и тот довольно завилял хвостом, высунув розовый язык.

— Я приду завтра. Веди себя хорошо, – пожурила я его взглядом.

Я попрощалась с Мартином и направилась домой. По пути я набрала Дэйва, который звонил уже три раза. И пока слушала гудки, придумывала причину, почему я не смогла ответить на его звонки.

Глава 9

На следующий день в моей комнате с утра играла музыка. Я пританцовывала перед зеркалом, подбирая подходящее платье. Остановив свой выбор на ярком желтом, я перешла к прическе. Собрав волосы в хвост, я посмотрела в отражение и недовольно поморщилась.

— Пойду с распущенными! – раскинула я слегка вьющиеся волосы по плечам. – Там-та-да-ла-ла-ла….

Я запела и закружилась перед зеркалом. В комнату вошла Абби и ахнула:

— Вы уже на ногах в такую рань!

— Да! – засмеялась я. – Птицы уже не спят, отчего же я должна?!

Я схватила Абби за руки и начала ее кружить ее в танце. Она заохала и пыталась остановить меня:

— Голубушка, потише… Во мне уже нет такой резвости. Я вижу настроение уже у вас сегодня отличное!

— Именно!

— И куда же вы собрались?

— Проведать Харли. Ты приготовила его любимые лакомства?

— Да. Все уже в контейнере на кухне, – сказал Абби и не сводила с меня глаз: – Наш сосед должно быть очень милый человек?

— М? – остановилась я на секунду. – О чем ты?

— Он приютил у себя Харли. Это ли не показатель доброты?