В рифму и без неё. Книга первая

Полная версия

В рифму и без неё. Книга первая

текст

Марат Аваз-Нурзеф

Жанр: современная русская литература стихи и поэзия любовь и отношения

Язык: Русский

Год издания: 2026

Добавлена: 11.07.26

О книге

Читать онлайн

Настройки чтения

Размер шрифта

Высота строк

Поля

1 2 >

На страницу:

Перейти

1 из 2

В рифму и без неё. Книга первая

Вношу посильный вклад…

Фестиваль т.н. высокой моды: высоченные и худющие манекенщицы; отрешенные, каменные лица; походка, прически, макияж, позы – всё особое, стоящее вне и над повседневностью. В жизни – так никто не одевается. Даже сами модели. И высокая мода – это капля в сравнении с морем индустрии пошива одежды для людей. Вот так и в нынешней русской поэзии. Вернее, на ее конкурсах. На них ни Пушкин, ни Лермонтов, ни другие классики не попали бы не только в призеры, но и в группу так называемых финалистов. Продолжают же официально возносить классиков потому, чтобы, во-первых, было кем вызывать чувство гордости у народа; во-вторых – очень удобно, легко и дёшево чиновникам склонять на разных мероприятиях имена, которые у всех на слуху; а в-третьих – народ (некая доля былого, самого читающего в мире) их, классиков, только и читает. Сочинения реалистов золотого века – вроде одежды для людей. А произведения сегодняшних лауреатов и чемпионов – лишь для подиума и узкого круга любителей таких зрелищ. Остальная же толпа номинантов для организаторов конкурсов – то же самое, что требуется политикам и военачальникам под артикулом пушечное мясо. Но в текущем потоке литературы жива и поэзия классического покроя.

Ныне поэзия для людей – это Другая Стихия Стихов. Непонятная т. н. известным деятелям культуры и Ко. Которые могут быть ленивыми, недобросовестными, а то, увы, и ограниченными. С тех пор, как пришел в литературу, вношу посильный вклад в дело возвращения читателям этой самой Другой Стихии Стихов. Которая есть Ясная и Емкая Поэзия Действительности.

ЧТО НАМ ГРЯДЁТ

Ты – белая, я – черный.

Ты – хваткая, я – скромный.

Орлица ты, я – ворон.

Ты – сладкая, я – солон.

В сравнении с тобою

И снег не очень белый.

Не потому ль со мною

Ты делишься постелью.

Не потому ль мы вместе

При солнце в занавесках,

Что, может быть, лет двести,

Тебя я ждал в потемках.

Ты – светлая, я – темный.

Ты – пешая, я – конный.

Голубка ты, я – коршун.

Ты – озимь, я – пороша.

Когда погаснет солнце,

Ты тоже станешь темной.

Вздохнешь, взгрустнешь, а после

Не будь чрезмерно твердой.

А дальше? – Дальше просто:

Будь мне во всем покорной,

Тогда нам жить лет до ста,

В теплице санаторной.

Ты гордая – я гордый,

Ты светлая – я светлый,

Ты добрая – я добрый,

Ты белая – я белый.

Но если семя вздора

К нам залетит однажды,

Взрастет оно раздором,

Нас ввергнет в распрей жажду.

И будут бесполезны

Все умные советы.

Нам будут лишь любезны

Чужих людей приветы.

Ты вредная – я вредный,

Ты грозная – я грозный,

Ты злобная – я злобный,

Ты черная – я черный.

Ну что ж! Понять – не диво.

Но может быть и так:

Тот верен – та блудлива,

Та – чудо, тот – чудак,

Тот в деле – та ленива,

Та – в дом, а тот – в кабак…

Ах, кто б представил живо,

Что нам грядет и как?

ГАДАНИЯ НА СТРУНАХ ДУШИ

Коли шел сквозь препоны я и преграды,

коли наши встретились пути-дороги,

коль свою я бросил жизнь к твоим ногам,

коль сошелся клином на тебе весь свет, –

видать, суждено так и было. Но ты

ни «да» не сказала, ни «нет».

Я стал тогда поездом, с пути сошедшим,

я стал кораблем, в океане тонущим,

я в тоске чугун рубил ребром ладони,

я в блокнот твой кровью записал сонет, –

не просто любил, а смертельно. Но ты

ни «да» не сказала, ни «нет».

Где ближайший берег? – Столица? Наука?

Родители? Долг пред семьей? Дочь и сын?

Светлейшего строя болезни темные?

Философ? Художник? – Кто сыщет ответ?

Иль всё же Любовь всех сильнее? Но ты

ни «да» не сказала, ни «нет».

Меж нами большие пролегли пространства,

всех и тебя убедив: «Лечу в Москву», –

я в сентябре стал учителем физики,

и Музу искал в той глуши, как во сне,

тебе я письмо в декабре написал,

но ты не ответила мне.

Три зимы мои строки шли к тебе снегом,

летом – синью небес, цветами полей,

отдушиной были в осеннем ненастье,

подснежником первым навстречу весне…

Растаял бы айсберг в безбрежье страстей,

но ты не ответила мне.

Ты, улыбаясь, гадала на ромашке,

спешила куда-то по листьям опавшим,

в руке обращала снежинки в капельки,

мой стих на песке отдавала волне:

то – струны души моей, слезы, мечты...

Но ты не ответила мне.

24.07. – 30.07. 2004

ВСЁ ТОТ ЖЕ СТУК

Безмолвные мольбы

вдали от мира дрязг,

струн жгучий звук: увяз

Тахир в глазах Зухры.

А где-то мчался конь,

нес всадника с мечом,

сшибался сын с отцом

в войне за царский трон.

А где-то по жнивью

блицкрига рвался танк...

Кино, арена, банк,

поп-идол, интервью...

В умах струилась нефть...

Заоблачная высь...

Наркотик. Террорист...

Восток и Запад. Смерть...

Поверий чехарда:

культ денег, постмодерн,

Шакти, Грейвс, Ницше, дзен, –

no comment, господа!..

Но в мире кутерьмы

cтрун вечных жгучий звук:

сердец всё тот же стук

Тахира и Зухры...

23.09.2006

ТОК и СВЕТ

Компьютер не включается без тока,

Без тока мыслей – и включать нет толка,

А в свете, от Любимой исходящем,

Поэт чеканит сердцем – Ей же! – строки.

03.03.2010

Риторические вопросы

20-30-е годы прошлого столетия. Независимая Латвия.

Добровольно-принудительное присоединение к Советскому Союзу еще грядёт. Композитор Оскар Строк. Король танго – так его характеризовали. Одна из его композиций называется «Скажите, почему?» Существует несколько вариаций текста, но суть везде одна: случайная встреча после разрыва отношений; она его не видит, он же тайно следит за ней, усматривает в ее взгляде печаль; к нему возвращаются чары прежних дней, и раз за разом он мысленно обращается к ней: «Я знаю, Вы меня любили. Но ушли. Скажите, почему?» Именно так: на «Вы», – как это было принято в стихотворной и песенной культуре тех лет, которую тогда, возможно, именовали кафешантанной, а сейчас назвали бы гламурной.

К музыке этой композиции я написал свой текст. Как это нередко водится у стихотворцев, личного содержания. Стихотворение сложилось 4 дня назад, 8 декабря текущего, 2012 года. Которого, понятно, осталось совсем немного, меньше двух декад. Сегодня, кстати, уникальная дата: 12-е число, 12-го месяца, 12-го года. Трижды двенадцать – такое в тысячелетье бывает лишь однажды. В следующий раз случится только в 3012 году...

А 8 декабря – это День Конституции Республики Узбекистан. Иначе говоря, 4 дня назад был праздник, красное число. Особенно красным оно было для некоторой части населения – мизерной, причастной так или иначе к официозу. Остальные же люди – то есть народ! – занимались, как говорится, кто во что горазд. Я – сочинял...

И последний момент. Снова и снова исполняя свое сочинение (число проб приблизилось к трём десяткам), я пришел к пониманию, что танго надо петь с музыкальным сопровождением. Скажем, вальсы вполне звучат и в чистом вокале, а танго – нет. Конечно, у меня певческого опыта не ахти, а музыкального образования и вовсе пшик. И, тем не менее, я утверждаю: должный эффект песня в ритмах танго будет иметь только с оркестром, на худой конец – с ансамблем, в составе которого обязательны смычковые и ударные инструменты. Итак, текст – Марат Аваз-Нурзеф, музыка – Оскар Строк: «Риторические вопросы». Поёт – автор слов.

Мне снилось, будто ты вернулась

Разлуку нашу оборвать,

Слеза мне на ресницу навернулась,

Рванулся я тебя обнять.

В ногах же тяжесть не пускала

Ступить и даже полшага,

А ты печально улыбалась

И стала вдруг почти нага...

ПРИПЕВ:

Скажи же, почему

С тобой нас разлучили?

Зачем навек

Ушла ты от меня?

Люблю тебя,

Ты знала, больше жизни...

И всё ж ушла...

Скажи же, почему?

Годам же счет уже за двадцать,

Как в вечный ты ушла покой...

Не уставал я, знай, за правду драться

И стал весь пепельно-седой.

Змеёю правда ускользала,

Стремясь шмыгнуть за горизонт,

Венец советского развала,

Досель невиданный урод...

ПРИПЕВ.

Отец подросшим детям нужен

По долгу лишь, не по любви,

И потому не внять им вдовой стуже,

Им застят взор дела свои.

Вот за окном рассвет уж близок,

Один в квартире, средь теней,

Смакую в яви сна огрызок,

Что не забрал с собой Морфей.

ПРИПЕВ.

Я знаю: век мой будет долог,

Здоровье – неотступный труд,

Быть может, стану я кому-то дорог, –

Заброшенность с тоской уйдут.

Мечусь, устав во вдовой сети,

Прости, Вершинная Любовь!..

Пока ж, как два десятилетья,

К тебе взываю вновь и вновь.

ПРИПЕВ.

8 декабря 2012 г.

Ташкент.

Официальный Узбекистан празднует свой День Конституции.

Какао

Танго прощания и прощения

Исполняется под музыку «Утомлённого солнца» от Е.Петербургского

В карамели какао

Не кладут почему-то,

А ведь было бы круто:

Дешёвый смак.

Радамелу Фалькао

Дать готов море пенсов

Абрамович – босс «Челси»:

Не просто так!

За окном злится стужа:

Не найти ключ от дверцы

В вечно юное сердце, –

Гора помех.

Там привиделась лужа,

Здесь в неё ж и попали,

То не стоит печали –

Да будет смех!

Пониманья не купишь,

Мил насильно не будешь,

Счастья ввек не добудешь,

Где нет любви.

Мне нисколько не грустно:

Оставляйте свой неуд

И считайте за бредни

Слова мои

22-23.12.2012

Радамел Фалькао – футболист. Роман Абрамович – российский олигарх, владелец английского футбольного клуба «Челси».

Память...

За годом год, сегодня тридцать пять, а кажется, истёк столетий чан...

С зари ж эпохи пушкинской – сезонов двести лишь водил стада Чабан...

Из тридцати пяти за рок-чертой ты пребываешь ровно половину...

Экватор наш... С него б взметнуться вмиг на пограничный мой меридиан...

11.09.2008 г.

Ровно 35 лет назад пересеклись наши пути.

20 апреля 91-го Неповторимая вступила на свой пограничный меридиан.

РЕЦЕНЗИЯ НА МИНИ-ПОЭМУ «ДВИЖЕНИЯ»

Дорогой Марат!

Мои заметки о Вашем произведении никоим образом не могут претендовать ни на широту, ни на глубину, ни на основательность. Так как ваша мини-поэма (давайте я не буду тратиться всякий раз на подъем начальной «в»! я вас без этого, в самом деле, уважаю безмерно!) достойна большого литературоведческого исследования, чего я сделать не могу. Во всяком случае, пока.

Мне очень нравится жанр мини-поэма, который, пожалуй, вы и вводите в современную поэзию. Во всяком случае, в такой трактовке, которая имеется у вас, я пока не встречал у других авторов. В ваших мини-поэмах вроде бы и нет ни героев, ни действия, ни сюжета, ни кульминации, ни развязки. Нет в классическом понимании. Однако, на самом деле, все эти атрибуты имеются! В другом виде! Другая, так сказать, физика! На ум приходит такая аналогия: аудио– видеокассеты с магнитной лентой (классические поэмы) и компакт-диски с оцифровкой информации, звука и изображения (ваши мини-поэмы). Потому у вас в минимуме объема содержится масса информации, ракурсов, эмоций, мыслей, проекций, ассоциаций, выводов. А! Вот еще одна аналогия пришла на ум: ваши мини-поэмы – это как бы заархивированные файлы больших текстов; разархивирование – это дело читателя, причем разноуровневое; от уровня разархивирования зависит объем получаемых сведений, информации, чувств, мыслей и т.д.

Первая и шестая главы (главы – без кавычек, хотя в них всего по 16 строк, – симметрия!), касаются Англии, некогда названной Пушкиным мрачным Альбионом (в первую очередь в метеорологическом смысле). Они написаны классическим рифмованным размером – четырехстопным ямбом, задаваемым пушкинской строкой: «Лети во мрачный Альбион». В названных главах 16 строк как бы распадаются на два восьмистишия, в первой половине которых автором использована перекрестная рифмовка строк, а во второй – кольцевая (опоясанная). Такое сочетание способов рифмовки в пределах одного восьмистишия у автора настолько органично, что не замечается на слух. Напротив, оно создает особую динамику и мелодию, которые впитываются совершенно естественно, как воздух – легкими или жабрами. Восьмистишия каждой главы несут и разную смысловую нагрузку: первое – это подготовка, второе – основное содержание и вывод.

В каждой из 2, 3, 4, 5 глав по 12 строк. Из которых десять – это чистый белый стих, написанный 5-стопным ямбом, а две последние строки – рифмуются друг с другом. В результате возникает удивительная штука: все 12 строк воспринимаются на слух как рифмованные!

Содержание глав 2-5 – это как бы Узбекистан в ракурсе России и Россия в ракурсе Узбекистана. При том, что в уме и сердце держится образ Альбиона, созданного в главе 1, а также пренебрежительное, высокомерное отношение Запада к России, о чем сказано в главе 2. Отношение и понимание, в общем-то, неверные: умом Россию не понять!

И, конечно же, юмор и гипербола, которые пронизывают поэму насквозь! Здесь они меньше всего озабочены тем, чтобы рассмешить читателя. Отнюдь! Они здесь несут большую смысловую и эмоциональную нагрузку.

И всё это в целом и позволяет уместить в небольшом произведении огромные массивы вопросов, проблем, ценностей...

А седьмая, заключительная глава и вовсе бесподобна: в ней всего 5 строк и 10 слов. Но в них – и резюме, и заставляющая задуматься сила, и грусть, и печаль, и надежда... Даже коверкание слов (урус, узбак, Тёмза) работает на общий замысел.*

А две фотографии – как будто сделаны на заказ, специально для поэмы. Создают дополнительные аллюзии...**

-----------------------------------------------------------------

*Это – рецензия одного из пользователей сайта Клубочек, на котором очень скоро меня убьют, совершенно по-хамски забанят. И все комментарии и рецензии к моим произведениям станут недоступными (давно всё пережито, больше ничего и не буду добавлять). Но вышеприведенная настолько мне понравилась, что я ее, к счастью, сразу же сохранил на своем харде. Автор рецензии выступал на сайте под псевдонимом Richard Hawker. Сохранилось так же мое обращение к друзьям на Клубочке, в котором упоминается и Ричард (Лорд Охотник):

Леди Лин Нафта Наталья –

море обаянья!

Вслед за ней и Ольгу славлю,

пусть в лицо не зная!

Лорд Охотник! Верный глаз!

Словом бьете в точку!

Лорд Мартѝн! Вас в добрый час

встретил на «Клубочке»!

Леди Клавдия! Москва!

Труженица-пчелка...

Всем-всем-всем мои слова:

«С чувством жми! И с толком!»

----------------------------------------------------

**О каких иллюстрациях говорит рецензент – не могу припомнить…

ДВИЖЕНИЯ

(мини-поэма)

1

Лети во мрачный Альбион

про Джона Буля смеходранчик,

хоть так достану я Ландон,

фанат Москвы, ташкентский мачо...

Семья. Английский интерьер:

камин, журнальный столик, кресла,

контракт, полученный от «Tesla»,

шкафы и книги, бультерьер.

Муж смотрит чопорно в «The Times»...

Жена (из спальни синевы):

– Разочарую, сэр, я вас,

моя беременность – увы...

– Вопрос с наследником не снят?!

– Не снят, к большому удивленью...

– Нелепые телодвиженья

мне, значит, снова предстоят!..

2

Вчера о том, прочел я в Интернете,

как Западу вести дела в России.

«Лед отношений враз растопит пьянка.

Коль в баню русский пригласит, – идите:

там с водкой он откроет душу настежь.

А если же в парной он вдруг предложит

вас веткой можжевельника хлестать,

держитесь: то – традиция, обряд,

полезные, считается, для крови»...

К советам умным есть одно сомненье:

а предпочтет ли новый русский в веник

и дубу, и березе можжевельник?

3

Среди дерев, остриженных под конус

и собранных шеренгами в бульвар,

я давеча случайно оказался:

то есть арча, иначе – можжевельник, –

наверно, всем его знакома хвоя...

Но свеже-бирюзовые отростки

и жесткостью, и колкостью, и видом,

скорее, на еловые похожи...

О, веник можевёлово-весенний!

Зависит всё от данной установки

на дозу, амплитуду, частоту:

не только кровь – разгонишь и тоску!

4

Коль речь коснулась вскользь менталитета,

секреты вскрою тайного оружья,

которое узбек зовет янтак...

Весной он зелен, молод, мягок, вкрадчив, –

интимных освежитель сил мужских

и верный страж прелестниц обаянья:

хандру и лень он разгоняет вмиг,

прирост народу – нации надежду

печёт легко и смело, как блины!

О, дар небес – янтачно-банный веник!

Тобой хлестаться – безусловно, круто!..

В последнем даже тени нет от плута...

5

Москва, Москва... (По-прежнему мне снишься...)

Ну, как тебе наш опыт примененья

весенне-нежного янтакова оружья?

Нет, нет, не вместо дуба и березы:

их, чай, тебе ничем не заменить...

Но русских у тебя всё меньше, меньше...

Не хочешь ли испробовать наш веник

как ключ к демографической проблеме,

грозящей и Руси и всей Европе?

Вздыбить бы экспорт янтакá!.. Его

и в летний зной, и в зимний холод вьюжный

еще зовут колючкою верблюжьей...

6

«Вечор, представьте, джентльмены», –

в английском клубе разговор:

«дождь за окном взбивает пену,

огонь в камине манит взор,

читаю Байрона – «Жуан»...

Нежданный звон! Иду я к двери –

походкой Дориана Грея...

Сама Венера – бюст и стан!

И вся промокшая до нитки... –

Прошу! Дал виски, платья смены,

поставил диск Альфреда Шнитке, –

согреву нет. Мне на колени

вдруг попросилась... Милтон Джон!

Клянусь, полгода не минует,

она... она моею будет!..»

Не мрачен – чуден Альбион!

7

Дуб и берёза,

арча и янтак,

инглиз и Тёмза,

урус и узбак...

Грёзы и слёзы...

Апрель, 2006: 11-13,24.

МажЬнун-тал

Локоны милые, нежные пряди ивы плакучей

ветер ласкает с чувством и толком ранней весною,

сердце поэта полнится грустью томной, не жгучей,

благо, Всевышний, не испытуешь прежней тоскою.

Ива плакучая – это в России женские слёзы, –

звать Мажьнун-талом сердца печали здесь, на Востоке,

муки поэта, страсти безмерной призраки, грёзы

в непостижимом, необъяснимом вьются потоке.

9-12.03.2005

Высоченная ива плакучая. Одинокая. Ее длинные-длинные ветви. Покрытые только-только пробившейся зеленью. Провисающие сверху вниз, почти до земли. И развевающиеся на ветру. Как распущенные волосы…

Иву плакучую по-узбекски называют мажьнун тол. Тол – ива. Отсюда: тальник – растущая по-над речкой кустарниковая ива. Мажьнун – по-русски это слово принято писать Меджнун. А мягкий знак здесь, собственно, поставлен для приближения к правильному произношению: в узбекском алфавите такой буквы вовсе нет.

Мажьнун – безумец. Именно в этом смысле отец красавицы Лайлы прозвал любящего ее юношу, бедуинского поэта конца 7 в. Кайса ибн Мулауваха. По преданию, Лайлу выдали замуж за другого, а поэт удалился в пустыню, где сочинял стихи в честь возлюбленной.

Потом Мажьнун стало как бы вторым именем Кайса, затем – и основным.

История Мажьнуна и Лайлы вдохновила многих поэтов и прозаиков Востока: Низами, Навои, Джами и др.

Со временем слово мажьнун обрело и другое значение, – одержимый любовью, а также – обезумевший (в переносном смысле) от страданий любви.

Мажьнун-тал – символ сердечной страсти, горя, разлуки, одиночества, безысходности.