Тутанканара. Тот, кого остановить невозможно

Отстой, не добежав до меня нескольких метров, вскинул энергоавтомат. Прицелился, но не выстрелил.

Внезапно тень неизвестно откуда взявшегося валолета чёрной птицей накрыла нас. Отстой замер, потом посмотрел наверх и опустил автомат. Тёмно-красная сигара валолета великого господина Карнава медленно опускалась вниз на плато.

Я облегчённо перевёл дух. Я всё ещё был жив.

Глава 5

Грузная махина пассажирского валолета плавно приземлилась и неподвижно замерла на выпущенных стойках шасси.

Валолет, переливающийся всеми оттенками красного цвета, выделялся ярким пятном на сером изорениумном плато, словно дорогая и редкая роза Арпийских гор среди бескрайних и никому не нужных песков затерянной на окраинах Галактики планеты Полоз.

Валолет господина Карнава был не из дешёвых — последняя трёхтысячная модель «Фогеля». Наверняка ручной сборки, с дорогой внутренней отделкой, с антигравитационным двигателем повышенной мощности, с двумя запасными резервуарами для иреантных газов и улучшенной системой поддержания траектории полёта.

По всему видно: не жалел эрц-герцог средств для обеспечения комфорта и собственной безопасности.

Большой парадный люк валолета отошёл в сторону, и в проёме показались два стеротарга. Поводив датчиками по сторонам и убедившись, что всё в порядке и жизни их господина ничто не угрожает, они спрыгнули на землю. Отойдя на три метра от валолета и встав по разные стороны парадного люка, стеротарги заняли позицию охраны. Безостановочно вращая зрительными датчиками, они ловили малейший намёк на что-либо подозрительное. Их энергоружья находились в боевом положении, и, если бы у рухнувших на колени рабов или же у вытянувшихся по стойке «смирно» охранников с убранными за спину автоматами возникла вдруг мысль покуситься на жизнь великого господина — это стало бы последним желанием в их жизни. Не спасла бы полуброня охранников от залпа энергоружей повышенной мощности системы «Фрезер», что встроены в псевдоконечности стеротаргов. Ружей, слишком тяжёлых и громоздких для человека, но очень подходящих стеротаргу.

Стеротарг — это боевой робот-телохранитель. Робот личной охраны, вся хитроумная программа которого составлена таким образом, чтобы круглосуточно охранять жизнь хозяина. Такого робота трудно, практически невозможно уничтожить обычным стрелковым энергооружием. Да и, наверное, мало найдётся желающих потягаться с этой адской машиной. При взгляде на массивные, сделанные из чёрного высокопрочного флака конечности этого двухметрового громилы как-то сразу пропадало всякое желание связываться с ним.

Следом за первыми двумя стеротаргами в проёме выходного люка показался ещё один робот-телохранитель. Он внимательно, словно перепроверяя первых двух, осмотрел окрестности валолета и, не найдя ничего, указывающего на прямую опасность жизни его господина, спрыгнул на плато. Отойдя от летательного аппарата на несколько метров и приблизившись своей плавной раскачивающейся походкой к группе охранников во главе с Отстоем, встал спиной к ним.

Внимательно следя за тем, что происходит с другой стороны валолета, стеротарг отдал беззвучную команду, и сразу же следом за этим опустилась выдвижная лестница.

Лестница, вытянувшись красной лентой из парадного люка валолета, плавно коснулась плато, и в проёме люка показался его Высочество эрц-герцог Пандерлийский, великий господин Карнава. За его спиной стоял ещё один стеротарг; личный, который всюду, даже в сортире, следовал за своим хозяином.

Эрц-герцог был великолепен. В красном тонкого шарлейского бархата костюме, в сапогах с высокими каблуками из мангерунской кожи и в перчатках из карлагского шёлка.

Замысловатые геральдические фигуры, вышитые на широких, стянутых у запястий рукавах и коротких панталонах, выдавали в Карнава особу голубой крови. Небольшой ярко-лиловый беретик с фамильным гербом украшал голову потомственного дворянина. Надменный взгляд из-под длинных женственных ресниц говорил: «Низкие создания. Я вам не ровня. Во мне течёт кровь тридцати предков королевской династии. Я — избранный».

Об этом же поведали спустившиеся сразу следом за рабовладельцем два высоких темнокожих раба. Личные рабы господина Карнава спустились с лестницы и во всеуслышание громкими хвалебными голосами возвестили миру, что собой представляет их господин.

Первый раб не переставал выкрикивать возгласы вроде: «Великий господин Карнава — солнце на земле, светоч во тьме, опора и надежда Пандерлоноса…» Второй перечислял титулы и регалии высокопоставленной особы: «Приближённый второй ступени его Величества короля Пандерлоносского Людвига Сорок Восьмого, старший церемониймейстер двора его Величества, полный кавалер орденов Золотой Десницы, полноправный господин Союза Владельцев, хозяин пятнадцати поместий…»

Все рабы, коленопреклонённые вокруг валолета, не смели поднять взор. Охранники стояли вытянувшись и почтительно внимали хвалебным речам и перечислению званий и регалий своего хозяина.

Сам же «светоч во тьме» не торопясь спустился с трапа и недовольно осмотрелся. Его холодный взгляд заскользил по плато, перескакивая с одной группы рабов на другую. Чуть задержался на груде искалеченных чернорубашечников, потом переметнулся на старшего охранника — Отстоя. Рука Карнава непроизвольно потянулась к болтавшемуся у него на боку большому плоскому, покрытому позолотой палашу. В глазах эрц-герцога вспыхнула искра гнева. Малиновый стеротарг за спиной хозяина насторожился; казалось, сейчас разразится гроза. Отстой, предчувствуя неприятности, неподвижно замер, словно иканейский кролик перед удавом Агра.

Но ничего не произошло. Эрц-герцог перевёл взгляд на меня, и его аристократическое, холёное лицо расплылось в улыбке.

Я — единственный из рабов — остался стоять: не упал на колени, а спокойно смотрел прямо в глаза Карнава. Но эта моя непокорность, казалось, нисколько не возмутила эрц-герцога; наоборот, он остался очень доволен мною. Тем, как я перед ним, перед великим господином, солнцем на земле и всё такое прочее, вольнодумно стою. В моём взгляде читалось, что мне глубоко наплевать на то, какой Карнава «светоч во тьме» и скольких орденов он кавалер, но это нисколько не возмущало рабовладельца. Я не понимал, в чём дело, но вёл себя так, как вёл бы себя на моём месте любой космодесантник; хоть я и находился сейчас в чужой власти — я оставался свободным человеком. Свобода — это состояние души, и никто не в силах её у нас отнять. В конце концов, выбор есть всегда, хотя бы выбор между жизнью и смертью.

Но сейчас смерть мне не грозила. Этой опасности подвергался Отстой в гораздо большей степени, чем я.

Осмотрев меня с головы до ног — крепкие мускулы, плоский живот, ни единого грамма жира, — и явно удовлетворённый осмотром, Карнава вновь обратил свой взгляд на Отстоя.

— Что я вижу? — вопросил «солнце на земле» старшего охранника. — Так-то ты бережно и разумно приумножаешь наше богатство, старший охранник Агрей?

Отстой, боясь неверным ответом, не к месту сказанным словом разгневать господина, подавленно молчал. Молчал не только он. Все охранники, потупив взор, затаили дыхание, словно воды в рот набрали.

— Напоминаю тебе, пока ещё старший охранник, что в твои обязанности входит выявление среди рабов способных, — ровным, без гневных интонаций голосом, голосом, предвещающим бурю, проговорил Карнава. — Способных к механическим и инженерным наукам. И особенно способных бойцов. Ты прекрасно знаешь, Агрей, что хороший боец стоит тысячи этих свиней. Знаешь, и тем не менее я вижу, что ты намеревался уничтожить этого великолепного бойца, лишив тем самым меня целого состояния.

— Господин, я… — начал оправдываться дрожащим голосом Отстой, но Карнава перебил его.

Всё таким же ровным, тихим, без гневных интонаций голосом он произнёс:

— Я понимаю твоё возмущение, Агрей. Этот боец перекалечил и убил много моих рабов, но ты на то и поставлен старшим охранником, чтобы выявлять таких феноменальных бойцов. А выявив, отправлять их в школу гладиаторов, где они с большей отдачей смогут проявить свои способности на наше благо.

— Но великий господин, — вновь начал оправдываться Отстой, — этот раб лишь вчера поступил в ваше распоряжение, и я ещё не успел как следует к нему присмотреться.