Училка 2 XL для бандита

— А-а-а-а! — мою колбасу накололи и буквально вырвали из рук. Упала! Ах, она упала!..

— Займусь воспитательной работой, ягода. Постой пока в сторонке.

Подобрав батон колбасы, прижимаю его к груди.

Размяв суставы пальцев рук, Вася брюнету нанёс удар в район скулы.

Лёху пнул под зад.

Димке достался щелбан.

А блондину удар в нос, чтобы не зазнавался.

Сирена полицейской машины вмиг отрезвила всех участников «воспитательного процесса».

— И где же твоё разрешение на владение холодным оружием, Вася? — шиплю на него, скованная в запястьях наручниками. — Ммм?

— В машине, — спокойно отвечает мне он. — Ты зачем кинулась меня защищать? Подумаешь мордой по асфальту протащили. Заживёт. Но поступок твой оценил, ягода моя.

— Колбасу конфисковали, как доказательство моей виновности, — он ржёт. — Очень тебе смешно?!

— Кушать просто хочется, — глазами облизывает мои губы, а потом и всё лицо ласкает ощутимо взглядом. — Ужином накормишь, когда освободят?

— А когда нас освободят?! — его уверенность уже подбешивает.

— Позвоню адвокату. Час или два, — склоняется ко мне. — Поцелуешь?..

— Сладкая парочка, вы ещё тут сексом займитесь, — капитан полиции бросает на меня сальный взгляд.

— Да, я — затыкаю рот Васи поцелуем, чтобы нам ещё что-то не приписали за компанию.

Нас уже заподозрили в одном деле со съестными припасами. Смеялись, но говорили всё по делу.

Как так получилось, что жертва и её защитник стали преступниками? Как знала, что стоило отказаться от родительской колбасы!

Ах, точно. Поцелуй Я же женщина: могу делать и думать, причём не прерывая сам процесс.

Классно целуется, девочки. Ещё даже не распробовала толком, но мне уже понравилось.

По выпирающей ширинке Васи – ему уж очень «зашло».

— Ведите себя, как люди, — почему-то только мне делает замечание капитан, а Васи только смущённые взгляды достаются. Если бы не оружие, то повязали бы только меня за хранение колбасы в сумочке.

— А я кто?.. — жалобным мяуканьем к нему обращаюсь.

— Правонарушительница порядка, — смотрит на меня своими холодными глазами, а сквозь них нет и намёка на моё скорое освобождение.

— Пока пишите, как всё произошло, — передо мной лист бумаги и шариковая ручка, обмотанная лейкопластырем.

— По минутам?

— Вот как всё началось и до этого момента, — чеканит по слогам, будто я уже скатилась до существа с одной единственной клеткой, вместо головного мозга.

— Всё-всё?

— Любое сокрытие информации от следователя – карается законом, — стискивает челюсти, явно не от доброты сердечной.

— Надо, так надо, — шмыгнув носом, присаживаюсь.

Размяв запястья, готовлюсь писать автобиографическое приключение с колбасой и Василием в главной роли.

«В отношении меня, Горькой Станиславы Павловны, было совершено посягательство на мои женственные формы. Возвращаясь домой, я никак не могла предположить, что банде молодых людей так важно пощупать женскую грудь, чтобы справить потом свою нужду в кустах. Почему, именно там? Это в лучшем случае, на которое я могла надеяться в тот период эмоционального состояния. Василий, а я его фамилии даже не знаю, спас меня от безнаказанности данных индивидуумов, проживающих в социально развитом регионе. Прошу наказать не меня, а их.

Пы.Сы.: хочу принести извинения капитану полиции за то, что ударила сервелатом по спине. Больше я так не буду.»

— Ой, я там ошибку сделала!

— Где? — капитан растягивает губы в улыбке.

— Да, у меня фамилия такая. Чего смеётесь?!

— Я не над ней, — утирает слезинки в уголках глаз. — Где ошибка?

— Докторской колбасой, а не сервелатом.

— Ха-ха-ха-ха-ха, — и ушёл.

Когда ко мне подошёл его коллега, то я уже была готова разреветься. Но он оказался просто лапочкой с обворожительной улыбкой. Потом сказал, что я свободна и могу забрать свои вещи.

— Ох, Вася, — качаю головой, когда вижу его. — Держись на расстоянии!

— Ягода сладкая моя, перенервничала, — с ленцой растягивает слова. Сексуально надо признать, но спать я хочу больше.

— Горькая, — откашливаюсь, — Горькая Станислава Павловна. Учитель. Законопослушная гражданка и просто женщина, мечтающая снять долбанные туфли на каблуке, которые ни хрена не удобные. Если ещё раз подойдёшь – закричу!

— Кричи, — глаза почти чёрные, если смотреть в упор, — я тоже умею затыкать рот, когда

Глава 6

— Вась, я устала, — свою тоску по тёплой постельке выдаю унылым выражением лица и тяжёлым шумным вздохом.

— Я завтра приеду. Хочешь?

— Зачем? — задаю вполне резонный вопрос.

Мои установки насчёт мужчин: как только появляется, какая-то проблема на этапе знакомства – сливаются. Остаются только влюблённые или те, кто со своей головой в разладе.

К первой категории Вася не принадлежит. Остаётся вторая, что вполне подходит для него в свете некоторых событий. Всё на максимуме, как из девяностых по рассказам моих родителей.

Однако, этот мужчина, если и слышал про те времена, то также от своих мамы и папы. Возможно, они являются криминальными авторитетами в белых пальто в уже современном мире Кто знает, кто знает.

— Хочу продолжить знакомство, — смотрит так, что всё так сладко сжимается за грудиной, а внизу живота глупые бабочки встрепенулись.

— Зови на свидание, как полагается, — запираю на множество замков желание накормить его вчерашним овощным рагу, которое приготовила слишком много. Лучше выброшу, чем поддамся соблазну его пригласить в гости.

— Завтра, — отводит взгляд в сторону, — да, завтра могу.

— А я не

Взрослые мальчики целуются уже «по-взрослому».

А как же целуется Вася?

Такое ощущение, что он прожил не одну жизнь, чтобы так целовать. Берёт жёстко, пока сопротивление полностью не подавлено. Потом мягко касается языком моего языка. Ласкает, посасывает, не забывая про губы. Ласково смакует мой вкус, насыщая своим.

Стоит мне только расслабиться и насладиться исключительно нашим соединением – напирает, как танк, чтобы сломить окончательно мою волю.

Ох, только девочки смогут меня понять!

Когда в голове кисель, а в трусах потоп – ни о чём серьёзном думать невозможно. Неважно, какая профессия накладывает на твою личность определённые штампы. В постели с любовником мы все одинаковые. Желательно, конечно, удовлетворённые.

— Я не — смотрю на него, словно через пелену.

Вновь набрасывается на мои губы, терзая их изощрённее, подключая руки.

— Вась, я не

ДА, БОЖЕ МОЙ!

Моему телу можно прямо здесь и сейчас придать любую форму.

— А ты крепче, чем кажешься, — Вася прижимает меня к себе так крепко, будто сам боится рухнуть без сил прямо у полицейского участка. Надеюсь, что не только свобода ему вскружила голову от счастья. — Славка, чего упрямишься, а?

— Это не упрямство, — перевожу дыхание, а грудь всё равно ходуном ходит.

— Честь и достоинство? — с вызовом, но с таким, что уже смеяться впору.

— Ой, — усмехаюсь. — Разметала, как бисер. Не видать ни того, ни другого!

— Дни «особенные»? — более серьёзно.

— Не могу я так с первым встречным, да без справочки, — во мне заговорила училка, — я никого не осуждаю, не думай. Есть же у человека личные границы.

С минуту смотрим на дорогу и мимо проезжающие нас машины.

Однаиз них останавливается около нас. За рулём его адвокат. Сработал оперативно – молодец.

— Садись, ягода моя, — открыв пассажирскую дверь, Вася пропускает меня первой. — В этот раз провожу до квартиры.

— До лифтов.

— С поцелуем.

— Тогда до лестницы.

— Почему? — приподнимает брови.

— Потому.

Меня всегда восхищали диалоги между мамой и папой. Женщина руководила процессом, оставляя мужчину в неведении некоторых вопросов.

«Мужскую слабую психику нельзя травмировать два раза в месяц: в день зарплаты и аванса. В другое время надо брать тем, что наградила мать-её-природа. Остальным распоряжаться по ситуации», — так гласит мудрость моей матери.

«Женская психология сложна для мужика. Нам же, чем проще, тем лучше. Не у меня руки из жопы растут, а кто-то нормально объяснить не может», — слова моего отца, относительно семейной жизни.

«Потому»растянулось на час с лишним, а губы горели адским пламенем от поцелуев. Он только хотел ввалиться со мной в лифт – согласилась на свидание и вытолкнула.

Цену себе не набиваю, так даже интереснее.

— Славка, а ты сегодня вся сияешь! — Наташа скользит взглядом по моему новому брючному костюму, купленному в том месяце. Всё жалко было, что испачкаю. Повод есть – свидание. — Ты похудела, что ли?

— Крой такой, — улыбаюсь, — скрывает хорошо, что нужно скрыть.

— И подчёркивает-то, что надо подчеркнуть?

— Да, — подмигиваю.

— А к чему такой наряд? Колись!

— Свидание у меня, — от улыбки уже щёки болят, — мужик такой, что надо.

Про вчерашний инцидент с Димкой Титовым благополучно стираю из своей памяти. Мать его утром мне кексы принесла и много-много раз извинилась за поведение сына. Стыдно должно быть ему, а не милой женщине, что его родила в муках и возложила на него большие надежды.

— Где ты успела с ним познакомиться?

— Ты же видела его. В клубе.

— Пропустила необработанный алмаз, получается? — по выражению её лица вижу, что она негодует. — Клюнула на блестящую безделушку.

— Вася он Я не понимаю, как ты могла не обратить на него внимания.

— Вот и я думаю, — сейчас меня её усмешка что-то раздражать стала. — Потом расскажешь, какой он в постели.

— Не буду, — поджимаю губы.

— Я тебе про всех рассказывала Знаешь, я думала, что мы близкие подруги.

Только размыкаю губы, чтобы сказать ей свою позицию насчёт личной жизни – убежала без оглядки и в обиде.

Никогда не просила рассказывать мне про размер члена или, как партнёр имеет её в постели. Она мне всё сама вываливала – я отмалчивалась, чтобы дать ей самой «подумать».

Наташа не пришла за мной на большой перемене. Обедала с учителем английского языка.

Ничего не могло испортить мне настроение перед встречей со своим милым бандосом.

Вася стоит у подъезда с цветами. Одной рукой прижимает к уху телефон, а другой собственно букет. Улыбается.

По мере моего приближения, я выдаю взглядом грусть и тревогу одновременно. Как мой отец, который не мог посмотреть футбол, потому что мать заняла телевизор и смотрит свой любимый сериал.

Действие уже в процессе, а ты ничего уже сделать не можешь

Глава 7

— Руки у вас, что ли из того самого места растут?! — кричу на ремонтников снизу-вверх.

В нашем доме участились жалобы из-за разгерметизации межпанельных швов. Старший по дому собрал целый пакет документов и подписей и с этим отправился в управляющую компанию «Жилищник».

Я живу в угловом подъезде, поэтому люльке здесь особо не развернуться, а головы жильцов беззащитны перед казусами ремонтных работ.

Конечно, за этим следят, но

— Извините! — отвечают мне дружно на уровне шестого этажа.

— Куда я ваше «извините» себе засуну? За шиворот?! — смотрю на Васю, что облит то ли краской, то ли ещё чем-то. Цветочки частично тоже пострадали. И мои носы туфель, чтоб их окаянных. — Я наш жилищник изнасилую так, что потом ваша жопа будет гореть, как в аду!

— Ягода моя, теперь без вариантов мне к тебе домой надо, — Василий улыбается так голодно, что дыхание перехватывает. И жалко его, чего уж. — Впустишь?

— Без вариантов, — поднимаю взгляд на работников, — я на них жалобу напишу.

— Мужик, извини. Хотели доделать, а оно вон как вышло, — вроде бы сами раскаиваются, но я всё равно напишу на них, чтобы прецедентов больше не было.

— Ваше «извините» по-прежнему только в одно место, — я же рассчитывала на ресторан и вкусную еду, а придётся всё тем же овощным рагу, которое мы, наконец-то, доедим.

Хотела от обиды рвать и метать – проявила милосердие к Василию и позвала его в гости.

— Квартирка крохотная, но чистенькая. Окна выходят во двор. Размер спальни восемнадцать, кухня восемь, общая площадь — понимаю, что несу чушь. Девочки, мне очень страшно с ним оставаться наедине, где есть кровать. — Чувствуй себя, как дома.

— Значит, учительницей работаешь, — то ли спрашивает, то ли сразу утверждает. Не буду заострять внимание и переспрашивать.

— Да, начальная школа, — закрываю дверь на замки верхний и нижний, прокручивая два раза. — Мне нравится там работать.

— И детишки тебя любят?

— Один так любит, что я его боюсь, — вспоминаю Попова уже более тепло в домашней обстановке.

— Даже так, — усмехнувшись, снимает кроссовки.

— Кхм, — прочищаю горло. — Раздевайся, а я сейчас придумаю, что мы будем делать. Ой, точнее, что будет с твоей одеждой и со всем остальным. Надеюсь, что отмоешься от этого, — в жар бросает меня, — не заблудишься здесь, Вась. Мне действительно надо

Он в моей квартире, а ощущается таким родным и тёплым.

Энергетикой от него прёт чисто мужской такой, в порочность свою привлекательную затягивает. Как на мне ещё трусы держатся – сама не ведаю.

В ванной комнате проверяю всё на чистоту, чтобы ни пылинки. Надо бы перемыть туалет, да толку-то от этого.

Это всё из-за нервов.

— Слав, мне долго тебя ждать?

— Вась, раздевайся. А дальше, что-то придумаем, — ни одной умной мысли не проходит в голову.

До этого мы обменивались фразами через дверь. Стоило мне распахнуть её, как я увидела мужчину в одних боксерах и носках. А в его руках бутылка вина. Ту, которую мне подарили мне мои родители на день учителя. Сказали, что дорогое – я в винах вообще не разбираюсь, чтобы давать им оценку.

— А-а-а?! — так я выражаю смущение, удивление и неприкрытый восторг.

— Воспользовался твоим советом, ягода моя, — в другой руке испачканная одежда, — закину в стирку.

На моих глазах разворачивается вопиющая ситуация. Моей стиральной машинкой собирается воспользоваться мужчина. К слову, моя мама вообще не подпускает к своей помощнице отца.

А тут ВСЁ САМ.

— У меня нет сушилки, — произношу чуть слышно, — сушиться же долго будет.

— Так, меня мамка искать не будет, — Вася улыбнулся.

— А-а-а-а?!

— Точно, носки не снял же.

— А-а-а-а?!.

— Трусы чистые. Ну, если ты хочешь — оттягивает резинку боксеров, а я аж на носочках приподнялась, но вовремя вспомнила, что у меня есть небольшая дырочка на эластичном носке.

Она стала моей спасительницей!

— НЕТ!

Услышав щелчок дверцы стиральной машины, а потом набор воды – попала я, девки!

В комнате быстро происходит распаковка самой себя до нижнего белья.

А потом ступор.

Что же надеть?!

Халатик в горошек, бриджи или растянутую любимую футболку? Рука тянется то к одной вещице, то к другой. Выбираю халатик.

В мой дом сам СЕКС пришёл в гости! А я не подготовлена, да и из рук всё валится!

— Вот это попка, — стоило мне нагнуться, как слышу рычание за спиной, — Слав, а сделай ещё раз.

— Если я сделаю подобное ещё раз, то у меня будет одышка, — хотела пошутить, а вышло-то, что вышло.

— Сладкая моя, ты же знаешь, чем закончится этот вечер, — жадно пьёт моё вино прямо с горла, а не как положено в изысканном бокале под важные разговоры о совместном будущем.

— За мной не заржавеет тебя выставить в трусах на лестничную клетку. А там до машины доковыляешь и докатишь свою попку до дома. Такой взрослый дядя не должен бояться осуждения кого-то. Так?..

Вместо этого он подходит ко мне. Смотрит в мои глаза. Думала, что поцелует и как-то попытается обыграть мои слова.

Этот человек играет исключительно по своим правилам, но условия к их исполнению буду ставить я. В народе этот феномен называют – гармония в отношениях между мужчиной и женщиной.

— Ты слишком зажата. Распахни губки, — делает глоток вина.

— Зачем?..

Вместо ответа Вася действует. Наполняет мой рот вином, своим вкусом и обещанием того, что секс у нас всё-таки будет. Вместо ужина, чая перед сном и желательно на завтрак.

Гл