Наследница Лугов. Кᴩоʙь ᴨоʍниᴛ

В подполе было сыро и темно. Бабушка зажгла свечу, и в её тусклом свете Ясения увидела старый сундук, обитый железными полосами. Внутри лежали вещи. Старые платки, обувь, нательный крест с цепочкой, золотое кольцо с камешком… Всё это выглядело так, будто пролежало здесь много лет.

— Это я у неё отняла, — тихо сказала бабушка. — За двадцать лет. Она воровала с кладбища, я у неё отбирала и прятала. Думала — перестанет. Не перестала.

— Но при чём здесь души? — повторила Ясения.

— Это не просто вещи, — бабушка подняла кольцо. В свете свечи оно блеснуло. — Это память. Вещь, к которой душа привязана. Пока вещь здесь — душа может уйти. А она утащит вещь в свою избушку… и душа не уходит. Блуждает. Не знает, куда. Привязана.

Ясения почувствовала, как по спине пробежал холод.

— Она крадёт не вещи. Она крадёт души?

— Душа без вещи — как без нити, — кивнула бабушка. — Без ориентира. Ходит кругами. А Аглая… она их держит. Зачем — не знаю. Может, силу черпает. Может, просто компания ей нужна. Она ведь совсем одна.

Ростислав, сидевший на ступеньке, вдруг издал низкий, вибрирующий звук. Ясения обернулась к нему.

— Ты знал, — она указала на него пальцем. — Всё время знал.

Кот медленно моргнул. В его глазах было что-то похожее на сожаление.

— Ладно, — Ясения повернулась к бабушке. — Что делать? Как остановить её?

Мирослава Никитична посмотрела на внучку долгим взглядом.

— Ты что, в самом деле лезть собралась? Покалечит тебя или заговорит. Или того хуже…

— Завтра на рассвете я иду к Аглае Патриковне, — объявила она бабушке. — Одна.

Глава 4. Гордей

Утро третьего дня началось с пугающей обыденности. Неужели так бывает? Никаких призраков, никаких краж душ, никаких говорящих котов с саркастичными комментариями. Только запах сдобного теста с брусникой, тепло от русской печи и тихое мурлыканье.

Бабушка возилась на кухне — месила тесто, прихлопывая ладонями по деревянной доске. Ростислав сидел на подоконнике, вылизывая лапу, и смотрел в окно с выражением кота-философа, размышляющего о бренности бытия.

— Ты чего это малюешься? — Ростислав прервал своё занятие и уставился на неё. — Тут три человека населения, не считая меня.

— Привычка — вторая натура, — усмехнулась Яся.

Закончив с макияжем, она критически оглядела свою косметичку. И тут ей в голову пришла идея.