СТО попаданки. Красотка рулит

— Ты что? Дева Мария! Ты хоть понимаешь, что натворила и это после газетных сплетен!

— Да, некрасиво получилось. Но я точно знаю, что королева почему-то крайне заинтересована в моём удачном замужестве, мне намекнули, что она сама…

Не успеваю подобрать слова, как тётя вспыхнула, вскочила с кресла и вышла из ложи. Я за ней. Мы почему-то ходим взад-вперёд по пустынному этажу. Она думает, а я как Пятачок за Винни-Пухом еле успеваю наматывать шаги следом. Со стороны мы выглядим комично, но юмором тут и не пахнет, наоборот, наши жизни сейчас зависят от милости Её Величества.

— Подозреваю, что ей нужно оставить наше имение свободным от банковского синдиката. Девочка моя, нам придётся просидеть очень тихо сколько-то дней, чтобы обойтись без новых скандалов, а потом приедет человек и скажет, что делать. Даже если тебе приведут горбатого жениха, умоляю, не злись, не обижайся. Мы не выживем без состоятельного мужчины, заклинаю, это жертва. Но иного не дано. Деловой брак, тебе даже не придётся спать с ним, его просто сделают сенатором от нашего кантона. Вот и всё. Прими эту данность!

Она говорит, а по моим щекам текут слёзы, не для этого мне дана новая жизнь, чтобы вот так сливать её в унитаз с очередным козлом.

— Кэтрин, поедем домой, пока тихо и репортёры пьют в буфете, выйдем через чёрный ход.

И она потянула меня в тайные коридоры театра, мимо гримёрок, костюмерных и репетиционных залов. С каждым шагом мне всё хуже и хуже. Кажется, я не по коридорам спешу, а в ад. Уже ловлю себя на мысли, что обрадовалась бы и барону, ведь у нас даже есть общие интересы.

— Простите, я не смогу выйти замуж за кого попало, не могу. Я умерла и воскресла, и жизнь дала мне второй шанс.

— Не переживай, судьба жестокая дама, шанс дала, и также заберёт! Девочка моя, сейчас не время. Ты не посмеешь противиться приказу Её Величества. И я не посмею. Прими и живи, иначе, работный дом, долговая яма, представляешь, как там обходятся смотрители с такими, как ты? Милая, смирись, замужество – это спасение! Единственное, что я смогу, так это вымолить у королевы барона в качестве мужа. Сейчас он единственный, кто подходит на эту роль. И ты молись, только бы он согласился на её предложение! Ах, только бы согласился.

— Вы сами сказали, что мы не вправе решать за бога. Я буду молиться, чтобы ангелы устроили мою жизнь наилучшим образом.

— Это хитрая уловка, Бог на такое не купится, — фыркнула тётя, и я поняла, что в её жизни подобные мольбы были и не раз, настал мой черёд. Но я теперь верю в чудеса, а иначе на кой весь этот маскарад и сзади бант?

Вышли на улицу, какой-то парень сбегал за нашим кучером, и через пять минут мы уже мчим домой. Теперь уже в полной тишине. Нам не о чем говорить.

Глава 14. Всё ради родины

Ночь прошла ужасно, маленький Джулиан заболел, пришлось пригласить врача, только под утро малыш уснул. Мы, наконец, разбрелись по комнатам и отключились.

— Госпожа, проснитесь! Там к вам барон! — Жульет осторожно толкает меня за плечо и пытается разбудить, но не испугать.

— Кто? Барон!

— Да, у него такая немецкая длинная фамилия! На огромной машине приехал! Вот корзину роз привёз. Просит спуститься.

— А который час? Тётя встала? — подскакиваю, и горничная мгновенно начинает моё перевоплощение в темноволосую шатенку. Сеточка, парик, умывание, и домашнее платье поверх сорочки.

— Без четверти двенадцать! Он ждёт! А тётя плохо себя чувствует, но спустится чуть позже.

Ловлю себя на ужасной мысли, что рада этим цветам. Рада этому великану, что приехал сегодня к нам. Спаситель, пусть хоть так и с ним, чем с кем-то ужасным, типа Фабио.

Быстрее натягиваю парик, домашнее милое платье, слегка умываюсь освежающе прохладной водой и спешу покорять жениха тёмными кругами под глазами после бессонной ночи.

Пока нянчилась с детьми, поняла, что совесть мне не позволит оставить их. Бедная Летисия так и уснула, держа меня за руку. После предательства Марселы малыши никому не верят. Только мне. Подумала и снова слёзы на глаза.

Спускаюсь в гостиную и пытаюсь не выказывать эмоции. Особенно радости оттого, что он не горбун, а всего лишь безобидный сексист.

— Кэтрин! Добрый день! Не знал, что вы так поздно встаёте, — в голосе нотки тревоги.

Улыбаюсь устало и говорю, как есть.

— Сестра оставила племянников вчера, и Джулиан всю ночь плохо себя чувствовал. Мы по очереди дежурили у его кроватки и меняли компресс. Это не заразное, он лишь тоскует по семейному счастью.

Надо было видеть его взгляд. Думала, что получу очередной выговор. НО!

— Не знал, что такая юная особа способна ответственно относится к женским обязанностям. Это лишь делает вам честь, дорогая! Простите, не хотел вас обидеть.

Надо же, как заговорил.

— Да, я понимаю, наше знакомство прошло несколько эксцентрично, однако страсть к автомобилям не отменяет мои нормальные человеческие качества: сострадание, ответственность, уважительное отношение и любовь к детям.

Вот и всё, без тётиных хитростей я сделала подсечку и поймала барона на крючок. Или нет? Не я! А королева?

— Дорогая моя, я боялся вас и этой излишней шумихи вокруг семейства де Конте. Но вчера Её Величество попросила меня об одолжении.

— Вы пришли не по своей воле? Вас заставили? — почти смешно, не я одна тут насильно замуж выхожу.

— Вы чудесная девушка, я для вас слишком стар, но королева просила за вас.

— Прям просила? — от удивления вытаращила глаза. Кажется, я начинаю догадываться. Что-то тут нечисто с этим парнем, от него меня хотят убрать?

Но все оказалось прозаичнее.

— Да! Ваша огромная ферма занимает треть кантона, остальные земли — частные владения, и вполне успешные. Они собираются выдвинуть меня в сенат от вашего округа, но при условии, что я перекуплю права долга. Оставлю фермерские угодия свободными от экспансии банка, вы понимаете, о чём я? — Кайл опомнился и переспросил.

— Да, конечно, продолжайте, — выдыхаю с облегчением, никто не считает меня вертихвосткой, а просто спасают административный округ. Политика и никаких интрижек. Камень с души упал.

— Королеве нужен мой голос в сенате, скоро важное голосование, и наша родина в опасности. Меня наградят орденом за заслуги перед отечеством, и изберут в сенат, как верного короне представителя. Но для этого я должен жениться на вас, моя дорогая! Это некрасивая сделка и не делает мне чести, но с огромной радостью женился на вас, не задумываясь, но будь я моложе хотя бы на двадцать лет. Однако обстоятельства толкают меня на этот шаг, и я с нежными чувствами его сделаю!

В этот момент, он довольно ловко опустился на одно колено и протянул мне в огромной руке малюсенькую коробочку с кольцом. Не успеваю сообразить, как за моей спиной раздаётся громкий, торжественный голос тёти:

— Ах! Боже мой! Кайл, я молила об этом браке! Благословляю вас, дорогие мои. Поцелуйте мою милую Кэтрин, она стесняется.

Барон также бодро поднялся, склонился надо мной и быстро поцеловал в губы. Едва коснувшись. Я сцепила пальцы в замок, чтобы машинально не стереть след его поцелуя, это было бы слишком по отношению к «благодетелю», он не заслуживает такого отношения, честность меня подкупила.

— Дорогая, если вы не против, то составьте мне компанию за обедом, прокатимся по городу в машине, если хотите, то я уступлю вам руль. За городом на берегу реки есть отличный клуб.

Всё решилось за меня, и даже подкуп. Барон ни за что на свете не отступит. Орден, сенат, территории фермы, в королевстве вообще трудно купить земли, только вот в таком случае, как в нашей семье, когда бездарность типа Фабио разоряется.

И радость, и ужасная боль в душе, хорошо, что это барон, плохо, что он не тот, с кем я вчера так неудачно встретилась в театре.

Барон оценил, как на моём пальце сияет кольцо, довольно улыбнулся и протянул мне конверт.

— Это приглашение на бал по случаю дня рождения нашего молодого короля Тэодора, на балу Его Величество сделает предложение Австрийской принцессе Виктории. А вы приглашены, как моя невеста. Если нужны средства на наряды, смело присылайте чеки, но надеюсь на ваше благоразумие дамы. Мне ещё родину спасать! — какой у него довольный голос. Он спас родину, меня, короля с королевой и наши угодья. А для этого всего-то надо, жениться на красивой молодой девочке, внучке по возрасту. Меня неприятно передёрнуло, но тётя и барон посчитали это приятным волнением. А вот я ещё ничего не решила.

Глава 15. Акции

— До бала осталось пара дней! Платье заказано, гарнитур у ювелира в работе и скоро привезут. Новый парик, из натуральных волос. Такая жалость, что краску не прислали. Да и риск есть, волосы можно испортить. Ах, да! Туфли забыли, у нас нет подходящих! Кэтрин! Ты меня слушаешь? Я для кого тут список важных дел составляю? Счастье, что в программе заявлен только вальс, решили не усложнять церемонии. Так, нам нужно ещё парфюм подобрать! — Матильда сидит за рабочим столиком, и карандашиком тщательно записывает все дела на листок. Сама же вслух их и обсуждает.

К счастью, все газетные сплетники заткнулись, возможно, что и это приказ Её Величества королевы-матери. Но меня венценосная семья мало волнует. У нас сейчас другие проблемы, и понимаю, почему Матильда основательно занялась подготовкой к балу.

— Тётя, вы так серьёзно относитесь к этому мероприятию. На меня никто и внимания не обратит, зайдём, поклонимся, поблагодарим, пару танцев и домой, ну может быть, прокачу барона по вечернему городу, — я тоже сижу за этим же столом и на листочке рисую кузов автомобиля, даже не знаю зачем я вдруг ударилась в творчество.

— Ошибаешься, вы такой же любопытный повод для сплетен, как и король с Викторией. Всё должно пройти идеально.

Она ещё что-то написала, замечаю, что это о гардеробе барона. Бедный Кайл, Матильда решила и его контролировать.

— Как ни странно, но барон мне нравится. Он не такой зануда, как я думала. Только старый. Но в этом обществе такие мелочи никого не заботят. Так что, я и об этом неприятном моменте перестану думать. Но, дом? Как мы поступим с домом? Я видела, что адвокат де Анджело принёс тебе неприятные бумаги.

Не успеваю договорить, тётя резко встала со стула и прошла к комоду, достала увесистую пачку бумаг и вернулась ко мне, теперь между нами кипа документов, не решаюсь их тронуть, жду вердикт тётушки. Она с силой торкает пальцем в пачку и произносит трагическим голосом:

— Вот! Тут мои проблемы, банк неожиданно решил аннулировать мои рассрочки платежей. У меня есть накопления, с них сделаю выплату, но это ненормально. Ты говорила про доходный дом, ну вот тебе один из них.

Она подняла глаза и рукой сделала красивый жест над головой, театрально улыбнулась, но так печально.

— Вы решились сдать этот дом в аренду?

— А другого варианта нет! Не посмею просить у барона деньги, это неприлично, я ведь тоже получала небольшую ренту с нашей фермы. Теперь всё заморожено. Банк забирает все платежи нашего фермера, в счёт долгов Фабио. С другой стороны, огромный дом — это скорее проблема, чем привилегия. Уже присматриваю апартаменты в центре, переселимся туда до свадьбы, а потом, если ты сможешь уговорить барона, то я перееду к вам в особняк. Скромно займу пару-тройку комнат с видом на сад и начну наслаждаться тихой сельской жизнью. А вы займётесь всем хозяйством, ах как же я жду этого.

Она мечтательно посмотрела в окно, а я на бумаги.

— Тут ещё какие-то акции? Это ваше?

— Да нет! Де Анджело привёз вчера мусорные акции. Всё, что осталось от «богатства» Фабио. Пустышки мошенников. Напечатали красивые листовки и продали дураку.

Тётя хотела швырнуть эту пачку к камину, но я поспешно пододвинула к себе и начала перебирать «листовки», так искусно выдаваемые за ценные бумаги. Некоторые действительно ничего не стоят, даже из названия понятно, финансовая пирамида. Есть несколько «акций» какой-то мануфактуры, и пятьдесят шесть листов очень любопытных «ценных бумаг».

— Матильда, а это что такое? «Бэнцер и Ко, автомобильная мастерская», — ниже расписан перечень услуг, какие эта компания предоставляет, что-то типа ремонтно-производственной базы, делают многое, судя по списку.

— Анжело сказал, что компания почти банкрот не сегодня, так завтра разорится.

— Но у меня внушительный пакет их акций, тётя, я совладелица этой мастерской. Если правильно понимаю, — у меня нюх на интересные проекты, я знаю себя. Вот прямо сейчас лёгкое возбуждение пробегает по телу, нестерпимое желание посмотреть, чем они занимаются. Адрес указан, это самый дальний пригород Боллиген, а я думала, что вся промышленность в Цюрихе. Но вот кустарное производство и тут затерялось.

— Кэтрин, не забивай голову глупостями! Всё! Ты официально невеста влиятельного человека, сенатора, и теперь твои мысли только о шляпках и платьях.

— Мой разум закиснет, и я превращусь в кого-то похожего на Марселу. Люблю интересные проекты! — всё ещё рассматриваю акцию. Но вижу, как цепкие пальцы тётушки тянутся к моему «сокровищу». Выхватываю пачку и, улыбаясь, шепчу, чтобы не обидеть, — вот и покажу жениху эти бумаги, вдруг у барона возникнут идеи, как получить прибыль из этого дела.

Тётя выпрямилась, долго посмотрела на меня и улыбнулась в ответ:

— Ну, что же! Мудрое решение, может быть, там есть нечто интересное, он мужчина и лучше разбирается в этих сложных вопросах. Молодец!

Не дожидаясь, пока Матильда передумает, убегаю в свою комнату, прихватив акции. Как бы уговорить барона проехать туда и посмотреть на производство. Кто знает, вдруг это золотоносная жила.

Размечталась! А с другой стороны, я сейчас фактически личный шофёр Кайла. Неожиданно сделала открытие, что он очень неуверенно себя чувствует за рулём, особенно в хаосе городского потока людей, экипажей, собак, телег. Правила дорожного движения есть, но на них все плюют, единственное, что нас спасает, это панический страх обывателей перед адской техникой, а если за рулём они видят женщину, единственную во всём королевстве, то разбегаются в разные стороны, а старушки так и крестятся, шепча молитвы.

На днях предложу прокатиться, посмотрим на предприятие и домой. Совместим полезное с приятным. Не успеваю продумать грандиозные планы, как в комнату тихо вошла Анна, не вошла, а прокралась.

— Анна, что случилось? Что-то с детьми? — малыши пока живут с нами, но на втором этаже, полностью на попечении моей горничной, так распорядилась тётя. Пока не решатся все наши вопросы, но все мы втайне надеемся на барона и его снисходительность. Он вроде как бездетный. Может быть, и не отвернётся от брошенных детей.

Но моя горничная лишь покрутила головой и загадочно улыбнулась:

— Вот мне только что на улице вручили и приказали отнести вам записку.

— Кто приказал? — нерешительно беру за уголок небольшой, милый конверт, — что-то подсказывает, что эту СМСку лучше не читать. Но я, как под гипнозом вынимаю письмо, разворачиваю и узнаю аромат парфюма. И накрывает типичная девчачья паника: ком в горле, дрожь пальцев, слёзы на глаза и уши горят огнём.

— На улице молодой мужчина-посыльный поймал за руку и приказал тайно отдать записку, но вам плохо? Вы красная, может, водички?

— Да принеси свежей, будь добра, — шепчу, радуясь поводу спровадить свидетельницу.

Разворачиваю и читаю сквозь пелену слёз:

«Кэтрин, не совершай глупость, ты не любишь его, не выходи замуж за старика! Я решу все твои проблемы, жду вечером на берегу за твоим домом, нам необходимо поговорить. Это решит не только твою, но и мою жизнь!»

Анна

Глава 16. Настойчивость

Я и без подписи понимаю, от кого это дерзкое послание. Господи, даже имени не знаю этого племянника королевы.

Не успеваю выстроить логическую цепочку, хотя бы предположить, каким образом избавиться от навязчивости наглеца. Как в дверь входит тётушка, в руках очередной список дел. Окинула меня быстрым взглядом, недовольно покачала головой, что я не готова к подвигам, и тут же отдала приказ:

— Переодевайся, пора ехать в салон модных аксессуаров, подобрать новые перчатки, те, что мы купили, совершенно не подходят, слишком разные узоры на кружевах.

Матильда раздала приказы всем в доме и ушла собираться. Я же снова перечитала записку, неприятно, что этот незнакомец знает мой адрес. Да он всё обо мне знает.

Не успеваю посетовать на его настойчивость. Как к нам снова посыльный. Теперь уже не записка, а букет роз. Внушительный и очень красивый. Я увидела его в окно своей спальни. И сердечко забилось от испуга.

В букеты принято прятать маленькие записки, интуиция кричит, пробиваясь сквозь нервную панику «Кэтрин»: «Это от незнакомца, надо скорее перехватить букет и забрать компрометирующую записку!»

Бегом спускаюсь в парадное и не успеваю, Анна с улыбкой принимает букет, а рядом стоит Жульет со шляпной коробкой.

— Мадемуазель, вам букет от барона! — довольно громко крикнула Анна и улыбнулась. Выдыхаю.

Но недолго длилось моё душевное равновесие, не успела избавиться от одной записки, как моя горничная тайком передала мне вторую, ещё более настойчивую по содержанию.

Анна успела вытащить этот злополучный конвертик до прихода Жульет.

«Я буду каждый день присылать букеты, пока ты не согласишься на прогулку в горы! Сопротивляться бесполезно, барон тебе не пара! Я настаиваю на встрече!»

— Что б тебя! Какой мерзкий тип! — ворчу, судорожно думаю, как бы нам перехватывать эти пошлые послания.

— Госпожа, я могу встречать букеты, на балу вы точно встретите этого настойчивого господина и попросите его отстать от вас.

— Ты права! Нам продержаться всего пару дней! Ох! Тогда входная деверь на тебе, дорогая. Как он достал меня. Всего два раза мельком встретились в городе, а он решил испортить мою жизнь.

— Или расстроить вашу свадьбу с бароном, причин может быть масса! — Анна сказала это, и я в очередной раз поймала себя на мысли, что моя горничная очень непростая девушка. Что же с ней не так!

Вместо ответа вздыхаю, рву конвертик и послание, быстро сжигаю в тлеющем камине.

Пора собираться в бутики, иначе от тёти устану слушать ворчание, что настоящие леди никогда не опаздывают!

Через час мы уже входим в салон, долго выбираем изысканные перчатки, подходящие к моему новому платью, которое, к слову, оплатит барон. А я всё не могу избавиться от неприятного чувства, после прочтения записок. Он так и продолжит настаивать на нашей порочной связи. А если на балу выкинет какую-то пошлость. Может, он дурачок, ну, бывают же такие юродивые, кому всё позволено…

— Дорогая, ты снова задумалась? Очнись! У нас всё теперь хорошо, хочу отметить это событие! Как насчёт мороженого с ликёром, что скажешь, моя дорогая? — тётя ликует, уже предвкушает новую жизнь за широкой спиной барона. Даже не поняла, про что она говорит. Но захотела в туалет и тихо призналась об этом.

— Не волнуйся, в ресторанчике очень удобные уборные. Поспешим!

Буквально за углом оказался фешенебельный ресторан экзотических лакомств, пока тётушка делала заказ для нас и с собой для детей, я вышла в дамскую комнату, но так и не дошла. За плотной занавеской, разделяющей зал от служебных помещений, меня снова поймал мужчина, силой потащил дальше по коридору и вжал в стену, закрыв рот неприятно пахнущей перчаткой. Он ей коня, что ли, гладил.

— М-м-м! — мычу и удушение становится ещё более жёстким. Пинаю его в пах со всей силы, и он взвыл. Но не отпустил, лишь простонал:

— Ты подписала себе приговор, стервочка! Барону через неделю заблокируют доступ к счетам, как только он объявит о вашей помолвке и желании выкупить земли! Его разорят! Тебе лучше поскуливая уползти в деревню и ждать меня, когда приду и сделаю с тобой то, что не успел сделать идиот Фабио. После отправлю в работный дом, где тебе самое место! Появишься на балу послезавтра – пожалеешь!

Сказал и с силой ударил меня затылком об стену. Я в темноте даже рассмотреть не смогла урода. Это совершенно другой человек, не тот, что пугал меня в первый раз, от злости и бессилия слёзы текут по щекам, но я должна быстро успокоиться, не хочу пугать Матильду. Но за меня взялись основательно. Коллекторы чёртовы.

По стеночке медленно вхожу в туалет, и несколько раз умываюсь с ароматным мылом, чтобы ушёл мерзкий запах его перчаток. Барон ещё не самое страшное, что может со мной случится в этом мире. Да и настойчивость молодого племянника королевы – цветочки, в сравнении с этими монстрами.

Фабио и Марсела не просто так сбежали? Да и живы ли они ещё. Смотрю на себя в зеркало и впервые осознаю, насколько ужасно моё положение, я как заживо похороненная в чужом теле, вроде живая. Но совершенно не принадлежу себе. Все пытаются манипулировать, у всех свои цели. И только я должна всех слушать, быть удобной?

Что-то мне это порядком надоело. У этого типа секса теперь неделю не будет, а то и две, можно поставить себе плюсик, но повезёт ли мне в следующий раз?

Глава 17. Он...

Два дня пролетели как один, тётушка суетилась, собирая наши наряды. На мой чрезмерно аскетичный вкус она махнула рукой и не подпускает к платью, чтобы я не отпорола ненароком лишние рюши, цветочки и прочую модную мишуру. А мне уже всё равно, пойду как ряженая, главное, что там все так выглядят, и я не хуже, и не лучше.

Матильда тоже приглашена на бал, впервые за последние три года, это о многом говорит, королева и правда заинтересована. Вот только о страшном человеке, которому я сделала «взбитые яйца» в ресторане никто не знает, а как сказать, чтобы не вызвать панику, ума не приложу, и это единственное, что меня волнует по-настоящему.

Нас уже нарядили, ни вздохнуть, ни присесть, как танцевать-то? Стоим как два манекена и ждём назначенного времени.

В четыре часа после полудня приехал барон в шикарном экипаже. Всё уже обговорено на десять раз. Но всё равно не обошлось без охов-вздохов!

И вот, наконец, настал тот момент, когда мой решительно настроенный жених увидел «свою красоту» и обомлел. Кажется, тётя угадала мой идеальный образ. Я единственная, кто не в восторге, ну и ладно. Растягиваю губы в приятной улыбке, позволяю барону поцеловать руку и вести в мир высшего света. Пока Матильда вспомнила, что хотела отдать распоряжения по дому, жених снова вспыхнул страстью, и уже не скрывает своих эмоций:

— Этот наряд делает вас чрезмерно красивой, Кэтрин. У меня на балу случится приступ ревности!

— Кхм! — тётя умеет появляться в нужный момент, интимные разговоры прервались, но я снова успела густо покраснеть, прикусываю нижнюю губу и выхожу под руку с женихом, невинно склонив голову, просто чтобы не встретиться взглядами с Матильдой, боюсь рассмеяться, очень уж Кайл выглядит милым, как такого лапочку можно было назвать мизантропом.

Всю дорогу каждый думал о своём, и только барон смотрел на меня не отрываясь. Похоже, что его бурная фантазия уже разыгралась. А может он решает, нужна ли я ему, проблемная, слишком молодая и фактически нищая. И как ему сказать об угрозе разорения?

Уже тошнить начинает, то ли из-за теснейшего корсета, но кого я обманываю. Меня тошнит от страха за всех нас. Детей, тётю, меня, а теперь и барона. Он объявит о нашей помолвке сегодня и конец всему!

— Приехали! Как я волнуюсь! Кэтрин, держись подле меня, слушайся каждого слова. Если скажу поклон, сразу делай реверанс, улыбайся, но не постоянно! Простите нас, барон, первый выход в свет, так волнуюсь за мою девочку.

— Она теперь моя! Не стоит волноваться! Кэтрин произведёт фурор, настолько красивая девица, вы видели принцессу Австрийскую, она урод в сравнении с моей невестой, — сколько пафоса в словах барона. Он реально влюблён? Это же всё усложнит, никакого фиктивного брака, всё по-настоящему? Как же ему гуманно отказать-то?

Молча выдыхаю. Нас неспешно «паркуют» в специально отведённом месте, лакей открывает дверь экипажа и помогает выйти.

Красная дорожка к шикарному крыльцу, снова репортёры с ужасными магниевыми вспышками, я их боюсь, как собачка новогодних фейерверков. Барон в центре, мы с тётей по сторонам, останавливаемся для фото, понимая, что завтра эти безжалостные люди снова придумают какую-то гадость для первой полосы газет.

— Пойдёмте скорее, не хочу стоять на виду, боюсь вспышек, — шепчу барону, и мы сразу входим в просторный холл дворца.