Зарисовочки по Фрейду

Зарисовочки по Фрейду

Katerina Husser

Дизайнер обложки Katerina Husser

© Katerina Husser, 2026

© Katerina Husser, дизайн обложки, 2026

ISBN 978-5-0070-1815-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Почерк

На бумаге извилистый почерк, за окошком погода — не очень, отчего-то мой вздох больно всклочен, скользкий шаг временами короче, он блуждает среди подлых комнат, презирая удобных обочин, его вряд ли хоть кто-то запомнит — у него некрасивые очи, у него мир надменно сутулый — показалось… иль всё же просрочен… вновь напряг несгибаемые скулы, а погода всё так же — не очень.

Капли

Капли гроздьями свисали с искорёженных ветвей, они ведают печали, оттого стали бледней, они странствуют по свету, превращаясь в злую мглу, исчезают вновь с рассветом, а теперь я их ловлю, вглядываясь, в отраженье — вдруг увижу чью-то боль, в этой капле все мгновенья, все сомнения и скорбь, нет тепла, она так стынет — мне дыханьем не согреть и дрожим от этих линий на безжизненном стекле, не сбегай, прошу, останься… нет, тебя не удержу, ты погибнешь в звуках вальса — я задую лишь свечу.

Опушка

Опушка насквозь пронизана тропой — случайный путник на аллее той, почти чужой на кончике заката и стало мрачновато, в шуршанье лист, ведь ветер не басист и оттого струной вытягиваюсь ввысь… Брысь! Вот тишь на полминуты… Тьфу ты! Взъерошенный комок бежит он с измождённых ног, под сенью древа мгновенье остановит и жалобно так смотрит, но к нему стремлюсь, покорно сжалюсь… каштаны в проседи с чёрной дырой в боку — подкошенный, рыжим хвостом уж не вертеть, оставить просит, в дупле растущий страх дрожит, он не умеет выть — молчит, вновь убедит безмолвный плач, словно палач — зверьку бы без триумфа лишь уйти, не нужно никаких от жизни сдач — просто пусти… и перезревшие оливы сок пустили, да глядят сонливо, мутны, так пугливы и я в ответ устало погляжу, дневной свет отпущу, в окне тенью мелькну и покаянно, и стыдливо…

В точку

И опустело то небо в полночь, дуновенье ветров не пело, я потом расскажу — хочешь… лишь начни разговор первым, так свинцовой мглою давило, привкус дня, помню, всё портил, лиц не видели, коих смутило, ведь мой возглас попал в точку, спотыкаясь, оно катилось, уж без звука, чтоб быть точным, помолчим хоть часок, милый, мир уже не такой прочный.

Маленький корабль

Ну здравствуй, маленький корабль, Плывущий медленно в плену, Озябший и местами дряблый, Никто не ждёт тебя в порту. И одинокий, и забитый, Обманутый в счастливый час, Теперь ты станешь ядовитым, Да вот и твой маяк угас. Бессмысленно освобожденье, Оно покоя не несёт, Не погрузит оно в забвенье, Новой беды не отведёт. Лучше ко дну пойти, но смело, Чем есть с предательской руки, Сейчас же в рабстве ты всецело, И не лишить себя судьбы. Смотрю, о маленький корабль, Жалею. С вздохом прошепчу: «Я тоже шёл и громко падал, Но медленно не плыл в плену». 2015г

Не ждёт

Так холодно и нотами по венам попеременно тянем нервы, верно, а может, и неверно, но гляжу, не отвожу свой взгляд, не отвожу: заметно… и что поделать скажешь… не повторяй, пожалуйста, то дважды: одноэтажный дом стоит вдали и машет всё огнями, сад не пляшет — не отважный, хотя мгновение — я тоже промолчу, вновь холодно и оттого не сплю… неважно… это всё уже давно не страшно, весь наш мир вдруг сделался бумажным —