Полная версия
— Я, наверное, после учёбы домой пойду, — сказала я, которая вечно пропадала на занятиях. Ну, нужно же чем-нибудь в жизни заниматься, пока я отвлекаюсь только уроками.
На переменах, да и во время уроков, мы болтали о всяком, а после расходились по домам. Последний год учёбы длился вечно.
Пока мы болтали, прозвенел звонок. И началась новая неделя. Я ведь не единственный человек, кто представляет неделю как страницы в дневнике?
После школы я, как обычно, вернулась домой, покормила животных и пошла гулять с собакой. Амур — спокойная молодая немецкая овчарка. Никогда ни на кого и зубы не покажет, ласковый как кот. Раньше он служил в вооружённых силах и вырос там, но теперь живёт у меня.
Прогулка проходила спокойно, без игр и баловства. Амур, как истинный бог, вёл себя прекрасно. Но лишь до тех пор, пока мы не перешли дорогу по пешеходному переходу.
На светофоре остановились несколько чёрных машин с тонированными окнами, и пёс потянул поводок в сторону машин, странно рыча. Но я, не обратив на это внимания, просто потянула его за собой, и мы продолжили прогулку. Дойдя до конца парка, мы развернулись назад и, не доходя до той же дороги, увидели странных людей в костюмах. «Наверное, депутаты какие-то», — подумала я.
В это время пёс заметил что-то в руке одного из тех людей — это был пистолет. Амур начал громко лаять и рычать на того человека, вырываясь с поводка, но после одного движения рукой успокоился и встал рядом. Он был хорошо натренирован, но я ещё научила его паре команд, которые выполнялись без слов — просто по движению руки. Успокаивая пса, я и не заметила, как ко мне подошёл странный парень в костюме, который, сразу подумала я, ему совсем не шёл.
Он был темноволосым, со светлой кожей и синими глазами, которые сначала показались чёрными, но при приближении оказалось, что они цвета океана. Бушующего океана, что несёт с собой бури и грозы. Лицо его было недетски серьёзным, хотя в глазах читалось веселье. Выглядел он на лет 22—25. Я была уверена, что он моложе — просто костюм его старил.
— Привет, — сказал незнакомец.
— Здравствуйте, — автоматически ответила я и подумала, что меня отругают за собаку.
— Красивый пёс. Твой?
— Мой, — ответила я, не понимая, к чему этот разговор.
— Только почему твой пёс лаял на моего солдата? — спросил парень.
— Точно не знаю. Может, кошку какую-нибудь рядом увидел, — ответила я, подумав, что говорить про оружие — не лучшая идея. Это не моё дело, кто и что носит в кармане.
— Ясно, — ответил брюнет, но по его глазам было видно, что он прекрасно понял, зачем лаяла собака.
— Откуда он? — услышав вопрос, я подумала, что наверняка он уже догадался. Уж слишком манили его глаза — как будто знали всё о мире.
— Работал в армии, сейчас на пенсии, — ответила я, чуть помедлив.
— Он выглядит ещё молодым. Сколько ему?
— Два года. Не работает потому, что ослеп на один глаз.
— Ясно. Ты сама работаешь в армии? — задал странный вопрос незнакомец.
— Нет, я учусь в училище при вооружённых силах. А его там оставили из-за того, что стал бесполезным, — честно ответила я.
— Почему не переведёшься в более престижное учреждение? — глупый вопрос. Ясное же дело — дело в деньгах. Хотя он, наверное, такие проблемы только в фильмах видел. Незнакомец начинал нервировать и меня, и Амура.
— Мне здесь удобнее.
— Как его зовут? — казалось бы, самый обычный вопрос, но зачем незнакомцу, который явно что-то знает про армию, имя моей собаки?
— Рекс, — быстро ответила я. А пёс даже не отреагировал, что вызвало смешок в глазах незнакомца.
— А тебя?
Я удивилась. Неужели собачникам когда-нибудь задают такой вопрос?
— Соня, — чуть помедлив, ответила я и опустила взгляд. Я никогда не умела смотреть человеку в глаза во время разговора.
— Я Дариан. Приятно познакомиться, — сказал он со странной улыбкой. Как будто делал это так редко, что уже забыл, каково это. Он протянул мне руку.
— Взаимно, — сказала я и, взяв поводок в другую руку, нехотя пожала ему руку. Ладонь его была холодной, будто если бы он гулял на улице в мороз. Но в то же время — приятной, и кожа была мягкая.
Не понимая, к чему весь этот разговор и знакомство, я по привычке посмотрела вперёд, на дорогу, в желании уйти отсюда скорее. Ещё в голову пришла мысль больше никогда не приходить сюда гулять.
— Вам, наверное, пора, — сказал парень.
— Да, — сказала я и вытянула свою руку, которая до сих пор лежала в его ладони.
— Ещё увидимся, — сказал он.
«Надеюсь, нет», — подумала я, а ему просто кивнула и двинулась дальше, в сторону дома.
День и впрямь выдался долгим. После возвращения домой я дала воды Амуру и поужинала. Уставшая и сытая после долгой прогулки, пошла в душ, а после — в свою комнату. Завтра с утра — на тренировку, а после — целый день свободы.
********************
Колёса машины зашумели по каменистой дороге. Дверь распахнулась, и из машины вышел молодой человек в белой рубашке с костюмом в одной руке. Он быстро поднялся по тёмной лестнице и зашёл в комнату, в которой царили тьма и тишина.
Он кинул костюм в прихожую и, расстёгивая верхние пуговицы рубашки, сел на кожаный диван. Напротив стоял кофейный столик, заваленный бумагами. Он смотрел на камин, в котором уже давно не горел огонь, и думал о работе. Но вдруг вспомнил ту встречу днём — девушку с собакой.
В этот момент в кабинет зашёл мужчина высокого роста, средних лет, прилично одетый. Он поставил стопку бумаг на стол и отдельно вручил Дариану пару листов. Это была информация о девушке, которую он видел сегодня днём.
— Это пока что всё, что удалось найти про неё, — сказал мужчина.
— Ясно, — сказал парень, проверяя адрес места проживания, учёбу и прочее. Из интересного — только социальные сети. «А я думал, будет что-то поинтереснее», — подумал Дариан.
— Этого мало. Она явно не такая простушка. Мне нужно знать про её жизнь в вооружённых силах. Пока можешь быть свободен, — махнул он рукой в сторону мужчины, не поднимая взгляда с фотографии девушки.
— Из неё что-то выйдет, — сказал сам себе Дариан. Он кинул бумаги на стол и прикрыл лицо руками. Он думал, где бы её снова встретить и поговорить. О чём? Что он ей скажет? Глупо, глупо… Нужно было придумать что-то поумнее.
Глава 4
Начало нового
В ясное утро девушка проснулась от голоса орущего блогера на телефоне младшей сестры. Видео у него были хорошие, но то, что он орал с утра, бесило. Открыв глаза в прохладной комнате под работающим кондиционером, она вспоминала свой сон.
Во сне она попала в комнату. Тёмную, без окон, и, кажется, даже без двери. Было душно, где-то горели свечи — их огни не колыхались, настолько в комнате не было воздуха. Взгляд её был прикован к дивану — кожаная обивка цвета тёмной коры, плотно прижатый к стене, а точнее — к девушке, сидящей на нём. Она была похожа на Соню, но выглядела красивее и умнее. Тёмные густые волосы распущены по плечам, недлинная стрижка каскад. Правильная осанка, гордо вздёрнутый подбородок и тёмные глаза, обрамлённые длинными ресницами, — в темноте они казались бездонными. Чистая смуглая кожа, густые брови. Девушка была как её идеальный двойник. Она смотрела в стену напротив и молчала. Соня подошла ближе. Через секунду та, не отрывая взгляда, сказала:
— Появится тот, кто изменит твою жизнь, — спокойно, без эмоций. Она смотрела на неё ещё немного, а затем в комнату опустился мрак, который продлился до самого пробуждения.
Лежа в кровати и думая о странном сне, Соня поняла: сегодня — тот самый день. День, когда её жизнь и правда изменится. Она встала с постели, умылась, поставив на фоне случайный плейлист песен. На завтрак пожарила яйцо с помидорами — подруга называла это «татарской пиццой». Оделась, бросила пижаму там, где сняла, взяла заранее приготовленную сумку и, так и не заправив постель, вышла из дома. Соня зажмурилась, когда утреннее солнце ударило в лицо. Жара стояла с самого утра — липкая, плотная, как будто воздух забыл, как дышать. Под тонкой хлопковой кофтой уже начала прилипать спина, а до училища — почти час дороги.
Она поправила рюкзак и пошла к остановке, машинально проверяя, не забыла ли шлем. В училище при Вооружённой армии дисциплина была прежде всего, и Соня давно научилась держать всё под контролем — от утреннего подъёма до мельчайших деталей формы. Но именно в седле она чувствовала себя свободной. Только она и лошадь — ничего больше.
Автобус пришёл с опозданием. Салон — как духовка. Люди уставились в окна, избегая взглядов, словно это могло спасти от жары. Соня встала у двери, держа равновесие на поворотах — через три остановки пересадка. На втором автобусе стало чуть легче: меньше людей, приоткрытые окна. За стеклом — дачные дома, пыльные деревья, редкие прохожие. Соня вспомнила вчерашний вечер — прогулку с собакой. Именно тогда она увидела его: высокого, в деловом костюме, с людьми, одного из которых он назвал своим солдатом. И глаза. Глубокие синие глаза, в которых хотелось утонуть. Они ведь познакомились. Но зачем?
«Глупости», — отмахнулась Соня. Но сердце всё равно забилось быстрее.
Училище было на окраине, вместе с конюшней недалеко от учебного здания — старые строения, запах сена и кожи, щебет птиц. Лошади фыркали, кто-то бил копытом, нетерпеливо ожидая. После уроков Соня отправилась сразу туда. Она переоделась, надела сапоги, заправила волосы под шлем и пошла седлать коня.
Когда тренировка подошла к концу — солнце уже стояло высоко, и даже навес не спасал от жары. Соня вытерла лоб, похлопала Плутона по шее. Конь тяжело дышал, но в глазах была та же уверенность, как будто он знал: всё под контролем. Соня сняла седло, проверила копыта — она всё делала всегда до конца. Такой у неё был код: делай, как надо. Потом отдыхай. В раздевалке она сполоснула лицо, заплела волосы в косу и, взяв свои вещи, вышла. В прохладном бетонном проходе она уже думала о холодной воде из автомата, когда из-за угла вышел кто-то.
— Доброе утро, — сказал знакомый голос.
Соня остановилась. У стены стоял парень: джинсы, лёгкая футболка, черный рюкзак. Волосы чуть растрёпаны. Это был Дариан.
— Удивительно, как в одном городе можно так часто сталкиваться, — сказала она с лёгкой насмешкой, понимая что почти все утро мысли возвращались к нему.
— А может, это судьба? — он шагнул ближе, но оставил расстояние. — Ты с утра здесь?
— С восьми. А ты? Что делаешь?
— Смотрел, как тут всё устроено. Инструкторы, лошади, манеж… ну и вдруг кого-то встретить.
Соня чуть сузила глаза. Вчера он казался спокойным и уверенным. Сегодня — тоже. Только взгляд стал внимательнее.
— Если ты здесь давно, — сказала она, — готовься к запаху конюшни, он будет преследовать тебя долго..
— Мне это не страшно, — он улыбнулся. Она тоже, чуть-чуть. В тени бетонных стен на миг стало легче.
— Мне пора, — сказала она, проходя мимо. Он схватил ее за руку.
— Подвезти тебя?
— На чём? На лошади? — спросила она поднимая на него усталый взгляд.
Он кивнул на стоянку. Там стояла чёрная машина.
— Там лошадей под капотом больше. Хотя и не такие послушные.
Соня задумалась. Автобус, духота, пересадка…
— Ты уверен, что это хорошая идея? Мы почти не знакомы. Вчера — пара слов. Сегодня — пара фраз. А дальше что? Предложишь вместе пасти лошадей?
Он улыбнулся.
— Я бы не рискнул. У тебя лицо, как у командира взвода. Просто хотел сэкономить тебе час дороги.
Он наклонил голову.
— Без намёков. Без обязательств. Хочешь — высажу на остановке.
Она смотрела пару секунд. В его глазах — усталость и честность. Ни нажима, ни фальши.
— Хорошо. Но только до дома. Без кружков почёта.
— Принято, товарищ сержант. — сказал он и отпустил ее рук.
— Я солдат, а не сержант.
Солнце пекло, дорога до стоянки — короткая, но казалась пустыней. Соня шла рядом. Внутри боролись привычка держать дистанцию и новое ощущение — лёгкое, неопасное.
Дариан открыл пассажирскую дверь, придержал её. Машина тронулась. Сквозь открытые окна ворвался горячий ветер — но это было всё равно лучше душного автобуса. Соня устроилась у окна, облокотившись на подлокотник, и смотрела вперёд. В салоне негромко играл инструментальный рок.
— Так что у тебя за училище? — первым нарушил молчание Дариан.
— Военное. При академии
— Серьёзно? Я думал, ты просто в секции. А у вас там, выходит, и форма, и распорядок?
— И присяга, и устав. Мы не для галочки, — она посмотрела на него, чуть приподняв бровь. — Ты думал, если я девушка, то максимум — кружок верховой езды после учёбы?
— Признаюсь — да. Но, похоже, ты умеешь удивлять.
— Это не умение, — сухо ответила она. — Это необходимость.
В машине повисла короткая тишина.
— А почему именно военное училище? — спросил он. — Не самая очевидная мечта.
Соня смотрела в окно. Машина выехала на шоссе, ветер стал сильнее.
— Потому что дисциплина — лучшее, что может случиться с человеком, когда вокруг хаос. И мы это вчера обсуждали.
Пауза.
— И потому что мне нужно было кое-кому доказать, что я справлюсь.
Дариан мельком посмотрел на неё. Он знал про её семью, но не выдавал это.
— Родителям?
— Не совсем. Скорее — себе. С родителями у меня сложная ситуация. — Она вдруг усмехнулась. — В общем, всё как у всех. Детство, развод, одиночество. Ничего интересного.
— Мне интересно, — спокойно сказал он.
— Тогда ты слишком много интересуешься, — отрезала Соня, но без злости.
Он не ответил сразу. В динамиках снова заиграла гитара. И только потом:
— А ты всегда держишь людей на расстоянии?
Соня снова смотрела в окно.
— Нет. Только когда чувствую, что кто-то слишком быстро приближается.
Он кивнул, не обижаясь.
— Запомню. Спасибо за честность.
Они молчали пару минут. Потом он снова заговорил:
— А ты… Зачем тебе это всё? Училище, служба, конный спорт?
— Я с детства хотела быть нужной. Не просто работать, а защищать. Быть частью чего-то большего.
Он чуть улыбнулся.
— Звучит по-книжному, но… правда?
— Правда, — кивнула она. — И к лошадям тянуло всегда.
Салон наполнился горячим воздухом, но с открытых окон дул ветер. Несколько секунд ехали молча — только шум дороги и треск гравия под колёсами.
— И давно ты в училище?
— С пятнадцати. Поступила в подготовительное, сейчас на втором курсе. Почти привыкла.
— Не страшно было? Всё-таки не каждый такую дорогу выбирает.
— Страшно — это всё время бояться, что за тебя кто-то решит. А тут — устав, расписание, порядок. Мне с детства это ближе.
— Значит, прирождённая армейская душа? Интересно. А конный спорт — часть программы?
— У нас спортивное направление. Верховая езда — дисциплина. Кавалерия, патрули, потом — контракт. А для меня — это ещё и любимое дело. Лошади честнее людей. Я устала от слов, которые ничего не значат. Лошадь или идёт, или не идёт. Всё ясно. А люди… улыбаются — и забывают твоё имя сразу после знакомства.
— А я пока помню твоё имя. Значит, не всё потеряно.
Соня хмыкнула, чуть приподняв бровь:
— Пока ты в зелёной зоне. Но не обольщайся — я не веду дневник знакомств.
— А у тебя вообще есть время на что-то, кроме формы, строя и копыт? Например отношения. Любовь.
— Иногда выгуливаю собаку. Иногда читаю. Иногда думаю, зачем всё это. А потом — встаю в 6 утра и снова иду. Я люблю свое дело, этого вполне достаточно.
Он замолчал. Несколько секунд — только шум дороги. Потом:
— А вчера… ты удивилась, что я подошёл. Но не испугалась.
Соня посмотрела прямо:
— А ты не выглядел как тот, кого стоит бояться.
Он усмехнулся. Но в глазах — что-то серьёзное.
— Теперь я боюсь тебя чуть больше, чем ты — меня.
— И правильно. Я, между прочим, с пятого класса собираю калашникова вслепую.
Они оба рассмеялись. Атмосфера разрядилась. Машина свернула в её район.
— Слушай… а ты всегда такой?
— Какой?
— Такой. Как будто проверяешь всех на выносливость. Или на вшивость.
— Нет. Только тех, кто задерживается в поле зрения дольше двух дней. Ну и тех кто мне интересен. По особому.
Машина свернула во двор. Панельные дома, асфальт с трещинами, старушки на лавке. Солнце всё ещё било в лобовое стекло.
— Тут? — уточнил он.
Соня кивнула. Дариан выключил двигатель. Несколько секунд — молчание.
— И ты снова уходишь, как будто мы больше не увидимся?
— Может, и не увидимся. Я не планирую.
Он смотрел на неё иначе. Пытаясь понять, кто она на самом деле.
— Я устроил эту встречу, потому что считаю: в будущем мне может пригодиться твоя помощь. И я хочу быть уверен, что могу на тебя положиться.
— Если тебе нужна будет помощь — я не пропаду. Ты знаешь, где меня найти.
— Пока ты не выглядишь как та, кто легко теряется.
Соня полуулыбнулась. Мягко. Открыла дверь и вышла. Несколько шагов до двери. Жара все еще давила. Дариан смотрел ей вслед — как она исчезает за тяжёлой дверью. Та захлопнулась. Он пару секунд сидел, потом завёл машину — и уехал прочь.
Глава 5
Его мысли
Соня скрылась за дверью подъезда — ровная спина, уверенные шаги, ни одного лишнего взгляда назад. Как будто за спиной не парень, который только что подвёз её домой, а обычный прохожий. Или вовсе никто. И в этом была её сила.
Дариан остался в машине, не спеша заводить мотор. Он сидел, положив руки на руль, и несколько секунд просто молчал, разглядывая ржавую табличку. Двор был тихий, вялый от июльской жары. Воздух вибрировал от зноя, и казалось, что всё застыло — даже листья на деревьях не шевелились.
Он слегка наклонился вперёд, опёршись локтями о руль, и усмехнулся себе под нос.
— Наивная. Дисциплинированная, сильная — и при этом до глупого открытая. Делает всё по правилам. — Он усмехнулся уголком губ.
— А правила — это то, на чём удобно играть. — начал говорить сам себе Дариан.
— Упрямство есть. Самоуверенность — тоже. Хорошо. Значит, можно давить через доверие.
Пауза.
— Главное — не спешить. Дать почувствовать, будто она управляет ситуацией. Пусть думает, что я просто «заинтересовался».
Он откинулся на спинку сиденья, постучал пальцами по рулю.
— Такие, как она, сами не понимают, когда начинают верить. Особенно если говорить не в лоб, а между строк.
Он вспомнил, как она смотрела на него — настороженно, но с интересом. И как чуть склонила голову, уходя. Этот момент был короткий, но заметный. Соня не заметила подвоха. Ещё бы. У неё на лице была настороженность, как у дикого животного, привыкшего, что опасность не кричит, а приходит молча.
— Уже цепляется. Потихоньку. Главное — не давить. Пусть тянется сама. Тогда будет проще.
— Она мне пригодится. Не сейчас — позже. Сначала — связь. Потом — влияние. А если повезёт… — Он усмехнулся холодно, без веселья. — …она сама станет делать то, что нужно. Главное — чтобы думала, что это её выбор.
Машина медленно выехала со двора. За рулём сидел не просто парень с лёгкой улыбкой. За рулём сидел человек с планом. Маска доброжелательности, с которой он обычно работал — улыбки, ненавязчивые фразы, мягкий взгляд — сидела на нём легко. Почти неотличимо от настоящего.
Но именно такую он и искал.
— Сильная, — подумал он. — Не размазня. С характером. Воспитана армией и, похоже, жизнью без особых поблажек. Папаши нет, мать вечно занята — всё понятно. Девочка, которую никто не учил, как быть мягкой. А значит, можно научить — по-своему.
— Добро пожаловать в игру, Соня.
Глава 6
Её мысли
Дом встретил тишиной. Не той уютной, домашней — а той, от которой звенит в ушах. Пустые комнаты, неподвижный воздух, чужой запах обоев, выцветших от солнца. Соня сбросила рюкзак у порога, разулась и прошла на кухню.
На столе — забытая кем-то кружка. В раковине — одна ложка. Всё как всегда.
Она включила воду, налила себе стакан воды и долго смотрела, как капли стекали по холодному стеклу. Мысли не шли в порядок. Сегодняшний день оставил привкус… странный. Не плохой. Просто новый.
Она вернулась в комнату, бросила рюкзак на кровать и села рядом, прислонившись к стене. Амур, её верный пёс, лениво подтянулся поближе и положил голову ей на колени. Соня погладила его по ушам — движение автоматическое, бездумное.
— Что скажешь, друг? — тихо произнесла она. — Он нормальный?
Пёс вздохнул, тяжело, как будто понимая всю серьёзность вопроса. Она закрыла глаза. Перед ней всплывал его голос. Его лицо. Спокойствие. Улыбка — не наглая, а будто вежливо приглушённая. И при этом в нём было что-то… как у инструктора на первом курсе, когда он смотрит не на форму, а сквозь неё. Прямо в суть.
— Я не умею это понимать. В эти намёки, взгляды, смех сквозь полслова. В училище нас не учили, как разбираться в людях — только в ситуации.
Она встала, подошла к зеркалу, задержала взгляд на собственном отражении.
— Я сильная, да. Я справляюсь. Но когда он смотрит так, как будто понимает, кто я, — мне хочется… поверить. А это уже слабость.
В животе — лёгкое, почти незаметное волнение. Она взяла телефон, открыла экран. Сообщений нет. Никто не написал. И это даже правильно. Потому что если бы написали — она бы не ответила.
— У меня не было отношений. Никогда. Я не знаю, как «встречаются». Я знаю, как держать оружие. Как падать правильно. Как не подавать вида, когда страшно. Но как быть рядом с кем-то — по-настоящему — этому не учили.
Пауза. Она вернулась к кровати, легла на спину. Амур положил голову рядом, фыркнул.
Может я все придумала и на самом деле он ничего ко мне не чувствует. Но все равно, он другой, Амур. Или просто хорошо притворяется.
Она замолчала на несколько секунд.
— Папа бы сказал: «Не верь. Они все такие». Но, может, он был неправ. Или просто сам не умел быть честным.
Она закрыла глаза, глубоко вздохнула. Лето за окном шептало своё — вечер, жара, пыльный свет. А в голове крутился один и тот же вопрос:
— А если на этот раз кто-то хочет быть рядом не потому, что нужно… а потому, что хочет?
Глава 7
Контакт
Телефон завибрировал, когда Соня выходила из ванной. Она вытерла руки о полотенце, подошла к тумбочке, взяла аппарат, мельком взглянула на экран.
Неизвестный номер
*Привет*
*Надеюсь, не напугал*
*Просто хотел узнать, как ты добралась*
*Не жалеешь, что села в мою машину?*
Соня застыла. Пальцы инстинктивно сжали корпус телефона чуть крепче. Она не давала ему свой номер. Точно. Брови сдвинулись, лицо стало сосредоточенным. Она села на край кровати и, немного подумав, набрала:
*А ты как вообще нашёл мой номер?*
Ответ пришёл почти сразу, как будто он ждал.
*Угадай :) *
*Просто внимательность*
*Утром видел как ты разговаривала с девчонкой из младшего курса*
*У неё я и спросил*
*Пообещал, что не спам и без подстав*
Она долго смотрела на экран. Девчонка, конечно, болтливая, это неудивительно. И всё равно — неприятно, что её номер оказался у него так просто. Но… если бы он просто хотел «написать ради флирта» — мог бы и не заморачиваться. А он заморочился.