Дневник Алисы, застрявшей в Майнкрафт. Что было бы, если мы со Стивом попали в Майнкрафт вместе

Алиса Посыпанова

Дневник Алисы, застрявшей в Майнкрафт. Что было бы, если мы со Стивом попали в Майнкрафт вместе

Вторник

Английские буквы на чемодане. Я водила по ним пальцем, а Пульс стоял рядом и тихонько сопел. Я положила ладонь ему на бок — и почувствовала это самое ровное, сильное «тук‑тук». И вдруг стало чуть спокойнее. Если у Пульса сердце бьётся так уверенно, значит, и меня получится.

Мы переехали в Лондон из России в конце августа. В Москве всё было понятно: там я была просто Алиса. Здесь я стала «той самой новенькой», про которую все шепчутся в коридоре. И каждый раз, когда я слышала это слово, оно будто становилось громче, чем весь остальной день.

Первый школьный день начался с дождя. Он не лил, а именно шептал: капли стучали по крышам, по зонтам, по асфальту, будто город заранее извинялся, что мне тут поначалу будет неуютно. Пульс хотел бегать по лужам, но я держала его на поводке крепко‑крепко. Он чувствовал, что мне страшно, и даже не тянул вперёд, а просто шёл рядом, тёплый и тяжёлый, как самое надёжное одеяло.

Школа оказалась красивой, новой, с высокими окнами и просторными коридорами. Когда я вошла, все будто на секунду замерли. Учительница улыбнулась и сказала:

— This is Alice. Shes new here.

И все головы повернулись ко мне. Я стояла и думала: «Я ведь та же самая Алиса. У меня тот же рюкзак, тот же пенал, тот же пёс, который сейчас скучает у входа». Но здесь моё имя звучало по‑другому, и от этого я будто стала чуть меньше.

Меня посадили на третью парту, у окна. Рядом сидел мальчик с растрёпанными волосами и очень серьёзным лицом. Он посмотрел на меня, потом на мою ручку, потом снова на меня и тихо сказал:

— Привет. Я Стив. Если кто‑то будет слишком пялиться — просто скажи. Я умею делать вид, что происходит что‑то очень важное, и все отворачиваются.

Я даже не сразу поняла, что он шутит. А потом вдруг поняла — и чуть не рассмеялась.

— Спасибо, — прошептала я.

Стив достал из рюкзака странного вида бутерброд, завёрнутый в фольгу, и протянул мне половину:

— Это с сыром. Английский сыр немного другой, но он не кусается. Честно.

Я взяла кусочек, и в этот момент будто что‑то щёлкнуло: мир стал чуть меньше чужим. Даже запах этого сыра был каким‑то новым, но не страшным.

Сзади нас сидел какой‑то вредина. Он то и дело толкал спинку моего стула кончиком ручки — тук‑тук‑тук, — будто проверял, на месте ли я. Я обернулась. Мальчик ухмыльнулся и тихо протянул:

— Новенькая. Интересно, сколько дней ты тут продержишься, прежде чем попросишься обратно.

Я уже хотела съёжиться, но тут Стив негромко, но очень твёрдо сказал, не глядя на него:

— Хватит, Дирк. Дай ей хотя бы до обеда дожить спокойно.

Дирк хмыкнул, откинулся на спинку стула и пробормотал:

— Ладно‑ладно. Просто любопытно. Тут новенькие обычно либо плачут в туалете, либо сбегают через неделю.

А я вдруг разозлилась — не сильно, а так, по‑хорошему, — и сказала Дирку:

— А вот и не угадал! — Я повернулась к Стиву, будто Дирка и не было, и прошептала:— Спасибо.

На перемене мы вышли во двор. Пульс, увидев меня, радостно запрыгал, чуть не сбив с ног. Стив посмотрел на него и сказал:

— Ух ты. Хаска. Он выглядит так, будто знает все секреты всех дворов на свете.

— Он знает только один секрет, — сказала я. — Что я его хозяйка.

Тут из‑за угла выскочил Барсик. Пульс скосил на него глаза, фыркнул едва слышно: «Фррр кошатина!» — и тут же сделал вид, что просто нюхает воздух. Я хихикнула. Стив закатил глаза и прижал Барсика к себе: — Не обращай внимания. Он всегда так. Считает, что собаки — это недоразумение с хвостом. — — А он твой? — — Ага. Барсик переехал со мной из другого города ещё в прошлом году. Сначала я тоже был «тем самым новеньким». Так что я знаю, каково это.

Откуда‑то сбоку раздался знакомый голос: — Ой‑ой, какая трогательная история. Прямо плакать хочется. — Это был Дирк. Он стоял, прислонившись к стене, и крутил в пальцах скомканный листок. Стив спокойно, без злости, ответил: — Дирк, если тебе нечем заняться — иди помоги кому‑нибудь. Хоть мусор подбери. — Дирк фыркнул, закатил глаза, но листок не выбросил, а сунул в карман. И ушёл, нарочно громко топая.

Я выдохнула. — Он всегда такой?

— Всегда, — кивнул Стив. — Но знаешь, иногда это даже полезно. Когда Дирк ворчит, все остальные как будто стесняются быть злыми. Как будто он забрал себе всю вредность, и другим уже нечего отдавать.

И тут я поняла: вот оно. Вот как знакомятся настоящие друзья — не когда всё идеально, а когда рядом есть кто‑то, кто протягивает половину бутерброда, прижимает к себе кота и спокойно говорит: «Я знаю, каково это».

Вечером я села писать дневник. Дождь всё ещё шептал за окном. Пульс улёгся у моих ног, положил голову на лапы и уставился на дверь, будто охранял наш новый дом.

На следующий день всё было хорошо, пока Дирк не поймал меня после уроков. Встретив его сегодня в коридоре, я знала, что ничем хорошим это не закончится. Так и оказалось.

У него была новая компьютерная игра «Майнкрафт». Он хвастался, какой он в ней крутой. Я не понимала, что он говорит, но было там что-то про:

— битвы с большими, черными Странниками Края (чего?);

— победы над гадами в Нижнем мире;

— то, как он почти победил Дракона Края.

Но тут вдруг Стив проорал:

— Да? Ну а я вот игру закончил еще в середине июля, НЕУДАЧНИК!

Клянусь, слово «НЕУДАЧНИК» эхом отдалось по всей школе.

Неудачник! Неудачник! Неудачник!

У окружающих пооткрывались рты, а глаза вылезли из орбит. Весь коридор замер в ожидании. У Элизы из первого ряда ручка выпала из пальцев, но никто даже не дёрнулся её поднять — все уставились на Стива и Дирка. Никто не смел так говорить с задирой Дирком. НИКТО. Я даже не заметила, как сама вцепилась пальцами в лямку рюкзака — так крепко, что ногти чуть вдавились в ткань. И в эту секунду мне казалось, что если я хоть чуть-чуть ослаблю хватку, то сама рассыплюсь от волнения или наоборот — подпрыгну и закричу: «Да! Вот это ты выдал, Стив!». Но я только стояла и смотрела.

Дирк прищурился, шагнул ближе — так, что между ним и Стивом осталось всего полшага, и прошипел: — В восемь. «Краевой шторм». И не вздумай слиться. Если не зайдёшь — я всем скажу, что ты просто струсил. А если зайдёшь ну, тогда я тебя так разнесу, что ты даже криперу будешь казаться лёгкой прогулкой. — Стив не отступил ни на миллиметр. Только спокойно скрестил руки и чуть наклонил голову: — Зайду. И знаешь, что будет? Когда я выиграю — ты больше ни кого не задираешь. Ни кого.

И тут — дзинь-дзинь-дзинь! — прозвенел звонок, будто кто-то резко дёрнул за невидимую струну, и тишина в коридоре рассыпалась на сотни торопливых шагов и шёпотов.

Все задвигались разом: кто-то потянулся за рюкзаком, кто-то толкнул соседа, Элиза наконец нагнулась и подняла свою ручку — дрожащими пальцами, будто боялась, что та снова выскользнет. А я стояла ещё секунду, чувствуя, как ткань лямки всё ещё тёплая от моей хватки. Потом, очень медленно, я разжала пальцы — сначала один, потом второй и только когда ладонь наконец легла свободно, я выдохнула так тихо, что никто не услышал.

И в этом выдохе было сразу всё: и «фух, пронесло», и «что теперь будет в восемь на Краевом шторме...».

Я зашла в библиотеку. Хотела сразу свернуть к дальнему стеллажу, где стоят книжки про фэнтези, чтобы просто посидеть и сделать вид, что я тут по делу, а не прячусь от Дирка.

Шагнула вперёд, не глядя, и — бам!

Прямо лбом во что-то твёрдое. И это «что-то» ойкнуло.

Я отшатнулась, потёрла лоб и только тогда подняла глаза. А там — Стив. Стоит, одной рукой держится за лоб, другой прижимает к себе какую-то потрёпанную книжку, и глаза у него круглые, будто он сам не понял, как тут оказался.

Секунду мы просто смотрели друг на друга. Потом одновременно сказали: — Прости! И тут же рассмеялись. Потому что это было так нелепо, что даже злиться было невозможно.

Из-за стойки библиотекарь строго кашлянула. Мы тут же притихли, только плечами вздрагивали от смеха.

Стив шёпотом кивнул на книжку: — Тут слишком много взглядов. И ушей. У меня дома спокойнее. И потолки выше — точно не стукнемся.

— Ладно, — сказала я тоже шёпотом. — Только давай без резких движений.

И мы потихоньку, почти на цыпочках, попятились к выходу. Библиотечный кот с верхней полки лениво моргнул: мол, «Ну наконец-то. А то я уж думал, вы тут так и останетесь стоять».

Мы со Стивом наконец-то уселись у него в комнате, когда он запустил Майнкрафт — я на край кровати, он прямо на пол, прислонившись к столу. Барсик тут же решил, что это приглашение, и плюхнулся мне на рюкзак. — Ну, давай уже, — пробормотала я, поправляя рюкзак под тяжестью кота. — Пока он не решил, что книга — это игрушка. Стив открыл бумажную обложку, я наклонилась поближе, чтобы разглядеть какие-то пометки на полях И вдруг — яркая вспышка света!

Очнулись мы посреди какой-то библиотеки. У меня ушла минута, чтобы понять, что происходит. Осмотрелась — все вокруг было из блоков. Я посмотрела на свои руки — прямоугольники. На свои ноги — прямоугольники! На свое тело — ПРЯМОУГОЛЬНИК!

И тут до меня дошло мы стали персонажами «Майнкрафта»!

Вот тогда Стив запаниковал. Секунд на десять. Может, он бы продолжал бегать кругами, кричать и махать руками, если бы я его не остановила.

— Эй, — сказала я, хватая его за рукав. — Мы в Майнкрафте. Значит, тут есть правила. А если есть правила — мы их найдём.

Когда мы немного успокоились, нам пришла в голову идея. Возможно, «Как пережить первую ночь: взгляд изнутри» — это был не просто путеводитель, раскрывающий секреты игры. Возможно, это был путеводитель, помогающий выжить, если ты в прямом смысле В ИГРЕ «Майнкрафт».

Это же невероятно! Узнать секреты Майнкрафта не из гайдов, а прямо здесь, вживую Я смогу понять, как тут всё устроено, блок за блоком. Не чтобы кого-то победить, а чтобы найти дорогу назад. Чтобы мы со Стивом просто смогли вернуться.

Хватит сидеть и прятаться. Надо идти и смотреть, трогать, запоминать. Я запишу всё, что увижу: и странные пещеры, и как растут деревья, и куда ведут тропинки. Пусть это будет не история про битвы, а карта нашего пути.

(На заметку: надо не забыть найти дорогу домой)

Ночь со вторника на среду

А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!

Какой кошмар! Рычание! Стоны! Они повсюду!

Надеюсь, это просто плохой сон. Пожалуйста, пожалуйста, пусть это будет плохой сон!

Среда

Плохие новости: это не сон.

Еще плохие новости: тут есть МОНСТРЫ!

Нет, правда! Прятаться и писать в дневнике — это ГЕНИАЛЬНО! Прямо самый лучший способ не сойти с ума в этом мире. Пусть монстры шуршат где-то там за углом. У меня тут целая страница, и пока я пишу, они меня не достанут.

Прошлая ночь была БЕСКОНЕЧНОЙ! Сейчас я опишу, что произошло

Мы услышали громкий шум с улицы. Когда Стив открыл дверь, чтобы посмотреть, что происходит, он увидел, как люди разбегались и прятались по домам, потому что за ними гонялись МОНСТРЫ! Он лишь на секунду увидел зелёных монстров, колотивших в двери, и светящиеся пурпурные глаза вдалеке, и поскорее захлопнул дверь. Не знаю, чьи это были пурпурные глаза, но ничего хорошего от них мы не ждали.

Я так вцепилась в дневник, будто он мог меня защитить, как щит. А Стив стоял, прислонившись спиной к двери, и дышал так тяжело, будто пробежал десять километров.

— Они не вошли, — прошептал он наконец. — Дверь выдержала.

Я хотела сказать «ура», но вместо этого резко выдохнула, будто сбросила что-то тяжёлое с плеч, и тут же заговорила — быстро, чётко, чтобы даже собственный страх не успел меня перебить:

— Значит, дверь держит. Это уже не просто удача, это наша первая настоящая защита. Надо её укрепить. Досками, железными пластинами — всем, что найдём. И ещё: нам нужны факелы. Много. В темноте эти штуки становятся сильнее, я уверена.

Стив приподнял бровь, будто не ожидал, что я вот так, сразу, начну командовать.

— Ты откуда знаешь?

— Не знаю, — честно призналась я. — Но это логично. В Майнкрафте монстры появляются в темноте, а раз мы теперь внутри значит, правила те же.

Он чуть улыбнулся — на этот раз не краешком рта, а почти по-настоящему.

— Ладно. Логика у тебя железная. Что дальше?

Я открыла новую страницу и крупно написала наверху: «План выживания на ближайшие часы». Ниже быстро вывела:

Укрепить дверь — найти доски и любые крепёжные штуки.

Собрать все источники света в доме. Если нет факелов — сделать.

Осмотреть дом: найти подвал, кладовку или любую комнату, где можно закрыться, если дверь не выдержит.

Держаться вместе. Никаких «я быстро гляну один» — только вдвоём.

Внизу, уже не так крупно, но очень твёрдо, дописала:

Мы не просто переживём эту ночь. Мы разберёмся, как тут всё устроено, и найдём дорогу домой. Даже если для этого придётся обойти каждый блок этого мира.

Стив посмотрел на список, потом на меня.

— Знаешь, если бы мне сказали, что в самый страшный момент меня спасёт девчонка с дневником и планом из пяти пунктов, я бы не поверил. —

— Зато теперь веришь, — ответила я, защёлкнув дневник и крепко прижав его к себе. — Пошли. Сначала укрепим дверь. Потом всё остальное.

Вот ТЕПЕРЬ нам бы очень пригодился путеводитель «Как пережить первую ночь». Но мы не можем его найти. Блин, наверняка он все еще лежит у Стива в комнате. Ну что ж. Уверена, в местной библиотеке ПОЛНО книг про «Майнкрафт».

* * *

Мы ворвались в библиотеку — ну, не ворвались, конечно, а вбежали, стараясь не шуметь, будто если будем тише, монстры нас не заметят. Я сразу метнулась к полкам, пробежалась пальцами по корешкам, сердце колотилось где-то в горле.

— Тут должно быть что-то полезное! Хоть что-нибудь: «Выживание для новичков», «Монстры и как от них прятаться»