Апокалипсис. Москва. Начало.

***

Две черные машины въехали на территорию больницы со стороны приемного отделения. Подполковник быстро вошел в больницу, показал удостоверение и потребовал срочно каталку. Ее привезли через три минуты. Туда положили Смирнова и в сопровождении местного врача направились в зал МРТ.

Удостоверение полковника ФСБ творит чудеса, а потому уже через пять минут зомби лежал в аппарате.

- Это какая-то чертовщина! - закричал врач-рентгенолог. - Что у него в голове? Я такого никогда не видел.

- Что там? - спросил подполковник и прильнул к монитору.

- Там там что-то странное. Там гриб.

Через 15 минут подоспели эксперты, посмотрели МРТ. Убедившись в своих самых страшных прогнозах, они решили тут же, в этой же больнице, вскрыть голову продавца и забрать гриб на исследования. Это была большая удача: поймать гриб живым. Возможно, благодаря этому, можно будет как-то остановить грядущую эпидемию и изучить доселе невиданный разум.

Группа победно вернулась на Лубянку и снова собралась в кабинете полковника.

- Наши худшие ожидания оправдались, - полковник стукнул ладонью по столу. - Это паразит, захватывающий управление человеком и стремящийся к размножению. Он довольно разумен, а потому - непредсказуем. Скорость его распространения пока составляет каждые три дня.

Полковник заходил туда-сюда по кабинету:

- Никогда не думал, что придется такое говорить. На уровне фантастики. Но - он оглядел собравшихся и продолжил. - У нас есть два дня до следующего всплеска самоподрывов. И за это время мы должны понять, насколько ситуация опасна и что нам стоит предпринять.

Он устало сел за стол и махнул рукой:

- Сегодня мы поработали очень хорошо. Предлагаю разойтись всем до завтра! Впереди нас ждет война!

Глава 3

Ранним утром подполковник уже был на рабочем месте. Он молча стоял перед окном и смотрел на Лубянскую площадь. Людей на улице было меньше обычного, но те, кто не побоялся выйти из дома, спешили по делам.

Москва была напугана.

Серия взрывов людей в разных концах города и молчание властей усиливали панику и порождали домыслы один нелепее другого. Но властям нечего было сказать.

Паразит, кордицепс, зомби?

Об этом даже сложно думать, не то, что говорить в эфире.

В углу комнаты тихо работал телевизор. Показывали очередное политическое ток-шоу, где видные люди с умным видом рассуждали о причинах взрывов. Кто-то уверял, что во всем виноваты ближневосточные террористические организации, кто-то говорил, что Соединенные Штаты Америки таким образом объявили войну России, а кто-то предлагал просто ударить ядерной бомбой то туда, то сюда. Были даже экстрасенсы и предсказатели.

А на самом деле ядерной бомбой бить надо по Москве, - усмехнулся мыслям подполковник.

Ожидалось, что сегодняшний день будет тихим, а потому ученые смогут спокойно рассчитать последствия и дальнейшее распространение этой заразы. И на основе расчетов дадут рекомендации. Подполковник свою работу закончил. Он молодец. Разобрался в такой нетривиальной задаче всего за три дня и дал миру шанс на спасение. Но на душе не было умиротворения. Хотелось выть от бессилия. Он больше ничем помочь не мог.

К 10 утра стали подходить сотрудники. Все, кроме майора Романова. Он больше никогда не войдет в эту дверь. Эта мысль пульсировала в голове Сергея Владимировича и отдавалась болью по всему телу. Перед глазами все еще стояла вчерашняя сцена, когда он рассказывал жене Романова, что ее муж больше не придет домой. И похоронить она его не сможет по-человечески. Потому что от него ничего не осталось. Хоронить толком нечего. А то, что есть - опасно для здоровья. Прикасаться нельзя.

Заразность - 100%. Смертельный исход - 100%.

Надо позвонить попозже в зону карантина, узнать как она и как группа захвата, - подумал подполковник и тяжело вздохнул.

Входная дверь с грохотом отворилась. В кабинет влетел полковник. Он был испуган. Глаза бегали, голос дрожал.

- Сергей Владимирович! Снова два взрыва в Москве. Идентичные остальным. Все наши расчеты оказались неверными или мы что-то упускаем! - он заходил по кабинету, то пряча руки в карманы, то складывая их за спиной. - В шесть вечера объявлено совещание у Президента. К этому времени надо разобраться откуда взялись эти двое.

- Их личности уже установлены? - Сергей Владимирович старался не показывать волнения насколько это было возможно.

- Да! - кивнул полковник и вытер пот со лба тыльной стороной все еще дрожащей ладони - Вся информация должна быть у тебя в почте уже. Думайте!

Он указал пальцем на компьютер.

- Так точно, товарищ полковник.

Когда Олег Викторович вышел из кабинета, Сергей Владимирович оглядел притихшую на своих рабочих местах команду.

- Коллеги, у нас есть несколько часов, чтобы понять откуда взялись эти двое зараженных.

Он включил компьютер и открыл почту.

- Так, посмотрим. Первый самоподорвавшийся - Никифоров Валерий Иванович. Взорвался утром в вагоне электрички Фрязино - Москва. Виктория Геннадьевна, возьмите его себе. Проверьте все, что с ним происходило три дня назад. - обратился подполковник к майору и продолжил. - Второй подрывник - Антонов Юрий Игнатович. Взорвался утром в своем офисе. Михаил Олегович! Он твой, - подполковник пристально посмотрел на коллегу, пока тот записывал указания в блокнот. - Проверяйте очень хорошо. Даю час. Потом мне нужны отчеты.

Сергей Владимирович вышел из кабинета, прошел по коридору к окну. Достал телефон и набрал номер.

- Привет, Ань.

- Привет. - женский голос замолчал, но вскоре продолжил. - Давно тебя слышно не было.

- Знаю. Ты сейчас где?

Снова на том конце провода воцарилась тишина. Сергей Владимирович посмотрел на экран: не прервалась ли связь.

- Мы в разводе, тебя это не должно волновать, - тихо проговорила женщина.

- Все очень серьезно, Ань. Ты где?

- На работе, - в голосе зазвучали нервные нотки

- А Олька где?

- Она на парах.

Сергей Владимирович хмыкнул, выдержал паузу, как будто подбирал слова или, наоборот, боялся наговорить лишнего, выплеснуть все, что накопилось на душе: тревогу, желание помочь, спасти, уберечь любой ценой.

- Как вернетесь, сидите дома, никуда не ходите сегодня, - он добавил в голос твердости, но после смягчился. - Очень прошу.

- Это как-то связано со взрывами?

- Ничего не могу сказать, просто сидите дома. Я вечером позвоню, - Сергей Владимирович вздохнул и провел ладонью по лицу.

- Хорошо.

Далее он позвонил в карантинный центр.

- Алло, это подполковник Андреев. ФСБ. Отдел по борьбе с терроризмом. Расскажите, как там поживает наша группа захвата. - в груди затаился холодок плохого предчувствия. - Что? Все с температурой высокой? Хреново. А как там Алла Петровна? Температуры нет? Чувствует себя нормально? Хорошо. Сын тоже? Это хорошие новости. Спасибо.

Подполковник положил трубку, выдохнул, уперся руками в подоконник и опустил голову. Все летело к чертям со стремительной скоростью. Он должен был что-то сделать, но что именно - не знал. И от этого чувствовал себя паршиво: бессильно и затравленно. Услышав в коридоре чьи-то шаги, подполковник выпрямился, одернул пиджак и пошел обратно в кабинет.

- Товарищ подполковник, три дня назад камеры не засекли Антонова на улице. Он был дома. Четыре дня назад зашел домой вечером и так там оставался до сегодняшнего утра, - отчитался капитан Леонов.

- Что это может значить? - буркнул подполковник, не смотря на подчиненного: не хватало еще тому увидеть проблеск сомнений в глазах начальника.

- Либо он как-то заразился дома, либо заразился четыре дня назад, - развел руками Леонов

- Отследи все, что с ним происходило четыре дня назад.

- Так точно, товарищ подполковник.

Капитан взял бумаги и вышел из кабинета.

- Виктория Геннадьевна, что у вас? - подполковник опустился на стул и посмотрел вправо, где располагался стол капитана Багдасарян.

- В 05-30 утра Никифоров вышел из дома, сел в электричку и поехал на работу, - начала отчет капитан. - Я позвонила ему на работу. Его руководитель сказал, что ближе к вечеру тот почувствовал себя плохо и его отпустили домой на пару часов раньше. Приехал он домой и до сегодняшнего утра никуда не выходил.