Силар. Цена будущего

Строгий взгляд Харальда напомнил блеск лежавшего перед ним меча.

— Если вы, став здесь князем, пойдете на поводу императора и предадите своих нынешних предков, то потеряете абсолютно все. И вместо славы получите лишь презрение, а затем забвение. Так и останетесь навсегда никем и ничем. Позорным грязным пятном на родовом древе Бьяртмаров. И про вас предпочтут забыть, чем скорее, тем лучше. А Льёсвальд всегда светил и всегда будет светить. С вами или без вас. И будет светить после вас. Даже если вы его продадите. О вас никто не вспомнит уже на следующий день. Система же стряхнет пыль завоевателей и вновь станет свободна. Пусть даже века спустя. Поняли?

Навао быстро кивнул.

— Да, лорд Харальд. Я понял вас. Я сохраню честь рода Бьяртмаров.

Взгляд конунга немного потеплел.

— Уверен, что это так. Вы больше не Харата. К тому же из вас, лорд Навао, как я вижу, кто бы и что мне в столице с деланно скорбным видом и усмешкой за моей спиной ни намекал, вполне может выйти что-то толковое. Надеюсь, мы поняли друг друга, и нам не придется возвращаться к этому разговору. А сейчас… Сейчас я хочу спросить вот о чем. Вы бывали в космосе?

Трек 0032

Как бы Навао ни старался владеть собой, его глаза изумленно округлились.

— Что?! В космосе? Нет, мой конунг… Я только пользовался…

Харальд кивнул и закончил за него:

— Телепортами. Все понятно. Танэ не дал вам даже этого. Что же, мой домашний птенчик. Пора вам покинуть гнездо и полетать на свободе! Следуйте за мной.

Бьяртмар старший встал из-за стола, повесил меч на стену и стремительно вышел из кабинета. Навао бросился за ним вдогонку, задыхаясь от восторга.

В голове стучало:

«Побывать в космосе! В космосе!!!»

Они миновали коридор за коридором, лестницу за лестницей и наконец остановились перед высокими дверями. Сердце Навао билось так, что, казалось, его грохот слышен снаружи замка. Вот сейчас будут настоящие корабли! Вот сейчас!..

Харальд распахнул двери. Навао чуть не завыл в голос от разочарования. Перед ним раскинулся зал телепортов.

— Спокойно, молодой человек! — невозмутимо сказал конунг, активируя ближайший портал. — Это лишь начало нашего пути. Следуйте за мной.

Пройдя через противно звенящую раму, они оказались в странном помещении, сплошь покрытом старыми металлическими панелями. Стационарный пространственный переход там оказался только один, а вдоль стены выстроились огромные боевые боты. Навао замер. Он впервые видел автономные военные машины так близко. Казалось невероятным, что вся эта груда железа сможет самостоятельно двигаться и четко выполнять полученные приказы.

— Добро пожаловать на одну из тысяч баз охранения Льёсвальда. Они равномерно расположены по периметру всей нашей системы. Пойдемте дальше.

Открыв похожую на люк дверь, Харальд поднялся по длинной крутой лестнице. Навао, уже не зная чего ожидать, последовал за ним. Наверху раскинулся большой ангар. И в нем целых три корабля!

Харальд, о чем-то коротко переговорив с подошедшим к нему дежурным офицером, указал на ближний:

— Мы полетим на этом.

Навао, чувствуя, как ноги становятся ватными, подошел вплотную к истребителю со знаками Иггдрасиля на боках. Тот возвышался сгустком осязаемой, но абсолютно невозможной еще несколько часов назад реальности. Блестящий, серебристый, похожий на огромную хищную птицу. Контуры такие плавные, будто его отлили из цельного куска металла…

Ладони Навао сами собой легли на борт корабля. Глаза закрылись.

С губ сорвалось чуть слышное:

— Мы — звезды,что родились в дыхании неба,Мы видим путь твой, Навао.Мы звали тебя с детства…

На плечо легла крепкая рука. Навао оглянулся.

— Пора.

Они поднялись на борт двухместного истребителя. Навао подошел к летному креслу. Оно выглядело массивным, почти грубым. Словно сразу давало понять, что сделано не для комфорта, а для выживания. Темный каркас из матового сплава повторял форму тела, заранее точно зная, где пассажиру станет больно, а когда — страшно. Навао коснулся подголовника. Прохладная внутренняя обивка, плотная, с едва заметной зернистой текстурой, мягко отпружинила под пальцами.

Кресло казалось слишком большим. Навао вопросительно глянул на Харальда. Тот, уже занявший место первого пилота, по-доброму улыбнулся.

— Садитесь. Оно подстроится.

Навао представил себя на борту огромного королевского каноэ калия и осторожно, почти неловко забрался внутрь жутковатой конструкции. Кресло приняло его сразу. Спинка подалась вперед, подголовник мягко выдвинулся, ловя затылок. Тихо защелкал сервопривод, выстраивая опору под позвоночник и ноги. Широкие ремни безопасности сами сошлись на груди крест-накрест. Кресло еще слегка сжалось, фиксируя бедра и ребра. Не больно, но так плотно, что шевелиться уже не хотелось.

Выдохнув, Навао положил ладони на подлокотники. Те мгновенно отреагировали: поверхность стала шероховатой, противоскользящей. Загорелись тонкие полосы индикаторов, отражая пульс, дыхание, давление.

— Что скажете? — Харальд испытующе посмотрел на него. — Не передумали? В космосе просто не бывает. Каждый, даже самый краткий полет может нести опасность.

— Как в океане, — парировал Навао, привыкая к новым ощущениям. — Корабль и человек становятся единым целым. Взлетаем?

— Взлетаем! — Харальд коснулся модуля управления.

Купол ангара раскрылся. Космический ястреб будто ожил и оторвался от стартовой платформы. Мощный гул двигателей прошел сквозь кресло прямо в позвоночник Навао, и от этого по коже побежали мурашки. Начавший разгон истребитель рванул вперед и вверх. Давление навалилось сразу. Сжало грудь. Сбило дыхание. Сердце будто бы попыталось догнать скорость корабля. Навао стиснул подлокотники, чувствуя, как влажнеют ладони.

Кресло держало крепко, не позволяя ни дрогнуть, ни отступить. И в этой стремительно несущейся вверх неподвижности Навао вдруг ощутил странную ясность. Все, о чем он мечтал, больше не впереди — оно происходит прямо сейчас. Давит. Гудит в ушах. Стучит в висках…

Внезапно тяжесть пропала. Тело стало легким, почти невесомым. Кресло больше не затягивало в себя, а лишь мягко поддерживало. Дыхание выровнялось. Сердце замедлилось. Осторожно разжав пальцы, Навао почувствовал, как внутри разливается тихий, чистый восторг.

Харальд выключил двигатели, переходя в режим свободного полета. Навао подался вперед так, что ремни безопасности больно впились в грудь.

Перед ними, за большим лобовым стеклом лежал бесконечный, бездонный космос. Невероятно близкий и далекий одновременно. В центре, ярко выделяясь на фоне слепящей черноты, сияла крупная звезда.

Трек 0033

Харальд активировал что-то на панели управления, и перед ними опустился прозрачный тактический экран. Звезда на нем загорелась ярче и стала объемной.

— Так скальды вещают, — нараспев начал Харальд, указывая на нее. —

До времени — тьма.Без песни, без дыхания.Мир спал в ледяной пасти мрака,пока искра не упала из пустоты.Из той искры взошел Льёсвальд.Пламень Света,что расколол тьму,словно меч ледяную твердь.Он выдохнул жар свой в бездну.Стал нашим Иггдрасилеми сотворил четыре ветви света —четыре мира под его рукой.Так загремело небо,и камень впервые запел.

— И камень впервые запел… — эхом отозвался Навао.

Харальд кивнул и указал на едва заметную светящуюся точку возле Льёсвальда. Она тут же увеличилась, и стало понятно, что это первая из планет системы.

— Близко к звезде пылает Рауннир,кузня отважных.Медные горы,пески, полные искр.Здесь куют мечи из жара земли,здесь закаляют души.Кланы воинов идут по пустыне,и броня их сияет, как пламя.«Мы клинки Льёсвальда, —говорят они, —ни буря, ни смерть не погасят нас».

— Ни буря, ни смерть…— прошептал Навао.

А Харальд уже показал новую точку. Она тоже увеличилась, обозначая место, откуда они только что прилетели.

— Посреди ветвей — Мидвёль,Планета зеленых равнин.Здесь кровь руды течет в земле,серебро звенит под копытами.В залах Советагорят кристаллы знаний,и мудрые ярлывысекают судьбу из камня.«Мы храним порядок, —говорят они, —пока молот и перослужат одной руке».

— Хранить порядок…

Одобрительно кивнув Навао, Харальд указал на следующую планету.

— Глубоко под волнами спит железо,рубины поют в темноте.Сьёрна — море света,Море Звезд,Третье дитя пламени.На ее водах плывут кораблииз кристаллов, что крепче стали,а шторма служат им парусами.Морские ярлы —воины приливов,кричат громче ветра:«Волна — нам щит,гроза — наш зов!»

Сердце Навао билось в ритме древнего сказания.

— Крепче стали… Шторма — парусами…

— А вон там, — Харальд коснулся самой дальней точки на другом краю экрана. — Это Вардскуг. «Тень стража». Наш форпост. Ваша вотчина. Отныне и навсегда.

Он еще увеличил изображение планеты так, что под тонким шелком ее атмосферы стали видны золотые огни городов, и торжественно произнес:

— Дальше всех, где свет угасает,стоит Вардскуг —крепость на краю сияния.Горы его черны,как лезвие меча,а в их недрах —огонь обсидиана и гранат войны.Там стоят дозорные башни,и вардры несут службу без сна.Они клянутся в огне:«Мы — последняя тень,враг не пройдет».

— Враг не пройдет! – решительно подтвердил Навао.

— Именно так. Здесь есть все, что необходимо для жизни. Но главное, там сосредоточено управление сетью радаров и сканеров всех сторожевых баз Льёсвальда. Зоной вашей ответственности станет их постоянное курирование и наблюдение за дальними секторами. В случае обнаружения опасности, Вардскуг принимает первый удар. Его флот находится в постоянной готовности для прыжка в точку боевого соприкосновения. Это понятно?

— Да, мой конунг! — твердо ответил Навао.

— Но радары, это не все, чем славится Тень стража. На нем есть еще кое-что особенное. Это…

— Подземные моря… — тут же восхищенно выдохнул Навао, не веря, что говорит это вслух. — Загадочные, никем подробно не изученные и не пройденные до конца…

Харальд, глядя на него, немного улыбнулся.

— Да, молодой человек. Подземные моря. Их открыли лет семьдесят назад. Очень громко объявили о находке на весь Силар. Но ни у деда, ни у отца, ни у меня не дошли руки заняться систематическим описанием этой аномалии. Однако что-то подсказывает мне, что ей совсем недолго оставаться белым пятном на карте Вардскуга.

Навао, уже пришедший в себя, чуть слышно спросил:

— Вы что, действительно разрешите мне туда спуститься, лорд Харальд?

— Почему бы нет? Среди Бьяртмаров не так часто рождаются мореходы. Все-таки, наша родная планета — это Мидвёль. Всеблагой не простит, если я упущу такой шанс. К тому же, настоящий хозяин должен знать свои владения от и до. Свяжетесь с ярлами Сьёрны, соберете команду океанографов, картографов, подготовите оборудование. Я командирую для экспедиции дельных спелеологов. И вперед. Вам ведь нужно будет заняться чем-то полезным во время каникул в академии…

— Лорд Харальд!

— Спокойно, молодой человек. Спокойно. Нам с вами до всего этого еще нужно дожить. Но, на все воля Всеблагого Отца. Я лишь хотел показать ваше будущее. Ваш новый дом. Храните его. Любите. И тогда Льёсвальд будет всегда светить вам везде, где бы вы ни оказались.

— Да, лорд Харальд. Я обещаю вам.

— Хорошо. Но песня еще не кончилась. — Конунг активировал экран так, что снова стала видна вся система. — Есть продолжение.

Когда пламя Раунниравстретит прилив Сьёрны,когда мудрость Мидвёлякоснется тени Вардскуга —тогда заговорит звезда,и Льёсвальд родит Пятый Луч.Из огня — меч,из моря — песнь,из земли — мощь,от стража — удар.Так откроется новая кузня небес,и со звезд оковы падут.

Голос Харальда стал жестким, а глаза решительными.

— Это касается всех, лорд Навао. Это суть существования Льёсвальда. Его предназначение. С нами или без нас. Сейчас или через века.

Так скальды поютв залах под камнем,где стены блестят от рубинов,и свет Льёсвальда горитв крови потомков Ветвей.***

Эйнар снова выключил прибор. У него не было сил слушать дальше. Льёсвальд. Их Льёсвальд. Его, Эйнара, Льёсвальд. Его предназначение.

«…И со звезд оковы падут…»

Отчаянно захотелось не прятаться в пропахшей плесенью кабине экскаватора, а выскочить наружу! Встать во весь рост и перестрелять все клятые дроны!..

С трудом отдышавшись, Эйнар махнул рукавом по глазам и тыкнул кнопку.

***

Трек 0034

На следующее утро Навао пригласили спуститься в один из дворов замка. Лето заканчивалось. На Мидвёле оказалось гораздо прохладнее, чем на Таи-Нуа. Одетый в новую, удобную, но тонковатую черную форму, Навао, выходя из башни, зябко повел плечами. Да и коротко стриженная голова ощущалась крайне странно. Сейчас бы какую-нибудь куртку и шапку…

— Да будет светить тебе Льёсвальд! — оборвал его мысли, бритый налысо высокий здоровяк с длинными седыми усами. — Мое почтенье, твое сиятельство!

Он стоял посреди двора в такой же форме, только китель снял и повесил на ветку старой яблони, росшей неподалеку. Навао учтиво поклонился, не зная, как вести себя дальше. Тут никто не носил особых знаков различий, кроме шевронов на одинаковой форме. Незнакомец мог оказаться как сановником, так и простолюдином.

— Только давай договоримся на берегу, — заявил воин, — общаемся попросту. Я Ольгерд.

Шагнув вперед, он протянул огромную ладонь. Навао повторил его маневр и пожал руку как смог сильно.

— А ты теперь наш наследник, так? — Ольгерд внимательно посмотрел сверху вниз. — Навао. Правильно я сказал?

— Правильно. А вы?..

— Я ж говорю, — поморщился тот. — Давай-ка без церемоний придворных. У нас тут все просто. Ты мой князь, я твой хускарл. Телохранитель. Так что, давай на ты.

Навао кивнул.

Ольгерд, сложив руки на груди, пояснил:

— Меня лорд Харальд к тебе приставил. Чтоб охранять да поучить кое-чему. Он говорил, ты в академию комсостава собрался?

— Собрался, — подтвердил Навао так, словно это решилось не вчера, а годы назад. — Лорд Харальд одобрил.

— Хорошее дело. Вот только… — Ольгерд придирчиво оглядел его с ног до головы.

— Только, что? — Навао выше вздернул подбородок, готовый отстаивать свое право на учебу.

Ольгерд, тяжело вздохнув, покачал головой.

— Да съедят тебя там. И не подавятся, — еще раз покачав головой, пояснил он. — Понимаешь, там все адмиральские да генеральские сынки учатся. Которые думают, что родились уже со звездами на плечах. Старшие сыновья командиров, одним словом. Ты для них будешь никто и ничто. Даром, что вырос в доме Харата. А теперь еще и от нас прилетел…

— И что в том такого? — вскинулся Навао.

— Да ты не кипятись так, парень. — Ольгерд грустно улыбнулся. — Понимаешь, не любят на Линденвальд наших. И ничему толком учить не хотят. Политика такая… Вот я и говорю, что трудно тебе там придется. Преподаватели три шкуры спустят, и от курсантов достанется.

Навао растерялся, но быстро взял себя в руки. Он всю жизнь боролся за свое право хоть что-то знать и уметь. А уж к строгим учителям, насмешкам и подколкам ему не привыкать!

— Я справлюсь. Закончу академию. И стану адмиралом. Кто и что бы там ни говорил!

Ольгерд одобрительно улыбнулся.

— А то! Никто и не сомневается. Раз уж Бьяртмар берется за дело, считай звезды уж на его плечах! Я говорю только про то, что трудно тебе в столице придется. Но кто предупрежден, тот вооружен. Так?

Навао тоже улыбнулся.

— Так точно!

— Вот и ладно. Значит, давай к делу. Тебя чему учили?

Хорошее настроение Навао враз улетучилось. Прошлое не отпускало. Норовило все испортить.

— Языкам. Истории. Стихосложению. Этикету. Геральдике. Еще математике с физикой и химией, — перечислил он, мрачнея. — Все это ерунда, верно?

Но Ольгерд отрицательно покачал головой.

— Отчего ж ерунда? Такое всегда пригодится! Только там одних знаний маловато будет. А сам ты чему учился?

— Нырять. На каноэ ходить. И танцевать…

— Кхм… — Старый воин оглядел двор. — Вон ведро с водой стоит. Можешь передвинуть?

Навао молча подошел к пластиковой полубочке, которую здесь называли ведром. Ухватился за ручку, поднял и принес к ногам телохранителя. Все-таки гребля от острова к острову не для слабаков.

— Могу. А что?

Лицо Ольгерда сияло.

— Вот здорово! Ай да младший князь! А нам тут все уши прожужжали, что столичные втюхали Льёсвальду немощную принцессу вместо наследника! А вот вам! И характер есть, и сила! А все остальное освоишь.

— И драться? — Навао очень хорошо знал, что учиться плаванию лучше начинать на берегу.

— Конечно. Хотя времени мало. Чтоб удар поставить, не один тренажер сломать надо. Но хоть основы покажу. Вот, смотри. Кулак надо складывать большим пальцем внутрь и бить противнику сразу в нос. Или ребром ладони. Вот так. Вот сюда. Резко. Или… — Он еще раз смерил Навао взглядом и вздохнул. — Или в пах, коли роста не хватает. Понял?

Тому осталось только кивнуть. Что ж тут непонятного.

— А вообще, парень, ты теперь мидвёлец, — ободряюще сказал Ольгерд. — А здесь знаешь, как воюют? Вот я тебе расскажу. Есть два главных закона. Первый: помирай, где стоишь. А второй: бейся тем, что есть. А ничего нет, так хоть зубами.

Про второй закон Навао прекрасно знал. Он тут же сделал широкий шаг в сторону, громко топнув, хлопнул в ладони и высунул до предела язык.

— Ты это чего? — опешил Ольгерд, отшатнувшись.

Навао вышел из боевой позы и гордо пояснил:

— Так готовятся к сражению воины Кахуранги. Показывают врагу, что даже если останутся без рук, то станут биться языками.

— Вон оно что… — протянул Ольгерд. — Да… Впечатляет. Суть понимаешь. Только ты больше никому это не показывай. Договорились? Ты теперь из Льёсвальда. А у нас все проще. Если что, так сразу в морду кулаком. Вот и все церемонии.

Трек 0035

Через месяц Харальд вернулся с войны без левой руки и глаза. Три недели провел в госпитале. Но несмотря на это, настоял на поступлении Навао.

Тот вполне прилично сдал экзамены и приступил к занятиям. Но в академии все оказалось даже хуже, чем предупреждал Ольгерд. Учителя на Линденвальд Навао не замечали, командиры смотрели, как на пыль под ногами, а курсанты постоянно задирали.

Не прошло и двух дней, как он очутился на заднем дворе главного корпуса в кольце разминающих кулаки одногруппников. Вперед вышел Маркус. Атлетичный высокий блондин с голубыми глазами и холодной улыбкой. Этот точно вырос в столице и уже давно считает себя верховным адмиралом.

— Ну что, принцесса Льёсвальда? Где твой рогатый шлем? Ты в нем суп сварила?

Все курсанты расхохотались, а Маркус продолжил издеваться, обходя Навао по кругу:

— Нет! В такой захолустной гадости, как рогатый шлем даже суп не сварить. Принцесса его, наверное, как ночную вазу держит!

Опять грохнул хохот. Маркус картинно всплеснул руками.

— Ах, нет! Какая там ночная ваза! Наша принцесса ведь до сих пор в подгузниках ходит! Так, малышка-коротышка?

Ухмылявшийся мерзавец остановился напротив Навао, оглянулся на зрителей и занес руку, чтоб ударить.

Тот и не подумал бежать. Дашь слабину однажды — заклюют совсем. Это он отлично знал по общению с братьями.

«Помирай, где стоишь! — пронеслось в голове. — Бейся, чем можешь!»

Только вот, что он может, кроме как грести день напролет и…

Кулак Маркуса просвистел в пустоте. Тренированное тело Навао само собой качнулось так, будто его понесла волна, уклонившись от удара. А Навао уже ушел в низкий перекат и сбил противника подножкой в следующем, заученном до автоматизма танцевальном движении. Толпа смолкла. Маркус вскочил, зло отряхивая комбинезон.

— Ну, все, заморыш! Ты покойник!

Бой длился меньше минуты. Навао, уже действуя более осознанно, вновь легко ушел от атаки, коснувшись ладонью земли. А затем с разворота ударил пяткой в корпус. Подняться самостоятельно Маркус уже не смог. К нему тут же кинулись заохавшие подпевалы и потащили на руках в медблок. А Навао, гордо вскинув голову, зашагал в сторону гауптвахты.

Так вот в чем секрет рыбаков Куароа! Да с такими танцами ни один задавака не страшен!

Трек 0036

С тех пор пролетело четыре стандартных года. Сыну Харальда Ингвару пошел уже шестнадцатый месяц. Навао закончил академию и возглавил войска своей системы в чине полковника. Карта Вардскуга пополнилась подробным описанием всех подземных морей.

«…Младший конунг системы Льёсвальд, Навао Бьяртмар».

Навао закончил набирать письмо, распечатал его и приложил для создания галооттиска перстень наследника. Затем перечитал написанное и подумал:

«”Навао Бьяртмар”. Как легко мне сейчас это произнести…»

Он посмотрел на себя в зеркало. Там привычно отразился вполне симпатичный коротко стриженый офицер в черной форме полковника космических сил со льдисто-серебряными шевронами системы Льёсвальд. Он коснулся небольшой бороды и улыбнулся воспоминаниям четырехлетней давности.

Тогда, стоило Навао впервые на Мидвёле спуститься к ужину в маленькую гостиную, как его встретил тяжелый взгляд Харальда.

— Молодой человек! Что за непорядок?

Конунг со звоном положил приборы на тарелку. Навао застыл на месте, не понимая, что происходит. А Харальд встал из-за стола.

— Мне казалось, — произнес он убийственно ровно. — Мы с вами обо всем договорились. И о том, что вы меня беспрекословно слушаетесь. И о вашем внешнем виде. Я просил вас привести себя в порядок к вечеру. Не правда ли? Вечер, это уже сейчас. А что у вас на голове?

У Навао запылали уши. Он промолчал, опустив взгляд, потому как не мог сказать, что ему было невыносимо жаль стричь волосы почти под ноль. И он решил отложить это хотя бы до утра.

— Я вижу, вы осознали свою ошибку, — сказал Харальд уже не так строго. — Хорошо. Надеюсь увидеть вас во время завтрака в более подобающем виде. И поймите, это не наказание. И не моя прихоть. Это традиции Льёсвальда. А вы теперь наш наследник. И должны быть образцом во всем. Ясно?

Навао кивнул.

— А теперь, — продолжил Харальд. — Чтобы вам было легче вжиться в новый статус… Упор лежа принять!

Услышав команду, Навао упал на пол. Харальд занял такую же позицию рядом с ним.

— Будем отжиматься вместе. Двадцать раз. Я стану считать. А вы на каждом подъеме повторять: «Я — Навао Бьяртмар!»

Трек 0037

Прошло девять стандартных лет.

В семье Бьяртмаров родились три принцессы. Десятилетний Ингвар любил сестер, но отчаянно скучал в их обществе и при любой возможности норовил присоединиться к какому-то «взрослому мужскому» делу. Узнав, что младший конунг улетает в свою вотчину, Ингвар бросился в Западную башню.

— Лорд Навао! — выпалил он, ворвавшись в кабинет. — Возьмите меня с собой на Вардскуг! Прошу вас, пожалуйста!

Младший князь заканчивал собирать в папку документы. Он внимательно посмотрел, затем немного улыбнулся и заметил:

— Ингвар, вы ведь бываете там регулярно. Не вижу никакой проблемы. Стоит только спуститься в зал…

— Телепортов… — почти передразнил Ингвар, скривившись. — Терпеть не могу эти самые телепорты! Когда прохожу через них, то слышу мерзкий звон. Во всем теле слышу! А все, кроме отца, говорят, что я придумываю, и такого не бывает.

Лорд Навао отложил папку в сторону.

— Очень даже бывает. Я вот тоже такое слышу, сколько себя помню. Так что, звон при телепортации не так уж редок. В этом нет ничего плохого. Просто со временем учишься не обращать внимания.

Упрямо раздув ноздри, Ингвар посмотрел исподлобья.

— Пусть так. Но я их все равно терпеть не могу! Я хочу полететь с вами! По-настоящему. «По волне, как по струне!» Как в песне! Под звездным парусом вместе с вами, его создателем! Пожалуйста, лорд Навао!

— Во-первых, не надо так горячиться, — ответил тот строго. — Вы наследник Льёсвальда и должны уметь держать себя в руках. А во-вторых, моя была только идея. Чтобы воплотить ее в жизнь трудился целый институт. Потребовалось придумать, как быстро и дешево синтезировать сверхлегкий, но прочный материал для парусов. Рассчитать их максимально возможный радиус, чтоб увеличить грузоподъемность. Предусмотреть универсальную систему крепления и экстренного сброса оснастки. Понять, ветер от каких типов звезд подойдет… Да много чего еще. Не все так просто.

Ингвар фыркнул, но сказал уже спокойнее:

— Я понял. Так вы возьмете меня на борт? Прошу вас, генерал Бьяртмар!

Лорд Навао покачал головой, но затем улыбнулся.

— Хорошо. Если лорд Харальд одобрит, я возьму вас на корабль. И с большим удовольствием. Мне тоже кажется, что вам пора пройтись от орбиты до орбиты под льёсвальдским парусом. Это ни с чем невозможно сравнить. Я сам, помнится, впервые проделал нечто подобное примерно в вашем возрасте.

Трек 0038

Расставшись с умчавшимся собирать вещи счастливым наследником, Навао поднялся в Северную башню и вошел к Харальду. Тот глянул резко, словно испугался, и поспешно выключил огромную карту, над которой работал.