Дофаминовая любовь. Как перестать жить чужой жизнью

В моей книге «Наизнанку» я писала, что бывший муж применял по отношению ко мне физическое, эмоциональное и финансовое насилие. Подробно я опишу каждое из них и приведу примеры из своей книги.

После того как он утвердил свой образ «идеального партнёра», он стал понемногу применять насилие. Оно проявлялось в виде тонких унижений под видом шуток, редких вспышек раздражения, попыток изолировать от друзей и родственников, демонстрации своего превосходства.

Таким образом он прощупывал почву — проверял, насколько я могу позволить ему управлять собой. Он постепенно размывал мои личные границы, чтобы в будущем использовать их в своих целях. Он умело переключал внимание на мои ошибки, игнорируя свои.

В этот момент мне нужно было задуматься и пересмотреть своё отношение к себе, избавив себя от этого человека. Но тогда я не осознавала происходящего и пыталась обелить его насилие, отрицая очевидные вещи.

Почему так происходит?

Это происходит потому, что жертва, подвергающаяся постоянному насилию, перестаёт реагировать и начинает оправдывать поступки нарцисса разными факторами: стресс на работе, проблемы в отношениях с родителями, неудачный день, плохое настроение. В психологии это называют формой психологической защиты, а именно рационализацией.

Рационализация — это механизм, при котором человек находит логичные, «разумные» объяснения для поведения или событий, которые на самом деле имеют более глубокие и болезненные причины. Вместо того чтобы признать факт насилия, мозг жертвы выстраивает цепочку оправданий — так ему проще справиться с внутренним конфликтом и сохранить иллюзию стабильности.

Как это проявлялось в моей ситуации:

— Оправдание агрессии. Когда он срывался на мне из-за мелочей, я думала: «Он просто устал на работе, у него сложный проект». Вместо того чтобы увидеть в этом проявление неуважения, я приписывала его поведению внешние причины, не связанные с ним самим.

— Обесценивание собственных чувств. Если я обижалась на колкое замечание, то тут же убеждала себя: «Я слишком чувствительная, он не хотел меня задеть». Так я приучилась игнорировать свои эмоции и считать их «неправильными».

— Поиск собственной вины. После очередной ссоры я анализировала, что я сделала не так, вместо того чтобы задать вопрос: «Почему он вообще позволил себе так со мной разговаривать?» Ответственность за его поведение переносилась на меня.

— Сравнение с худшим. Мысль «Могло быть и хуже, он хотя бы не бьёт меня (пока)» создавала ложное ощущение безопасности. Я сравнивала текущую ситуацию с гипотетически более жестокой, тем самым оправдывая то, что уже происходило.

— Идеализация «хороших» моментов. Каждый раз, когда он проявлял заботу или делал что-то приятное, я цеплялась за это как за доказательство его «настоящей» сущности: «Вот видите, он может быть добрым, значит, всё не так плохо». Эти редкие эпизоды становились аргументом в пользу того, чтобы терпеть остальное.

Со временем эти убеждения укоренились в моём сознании. Я перестала реагировать на оскорбления, на его раздражения. Я стала не принадлежать себе. Боялась по утрам громко разговаривать, чтобы он мог выспаться. Даже в базовых ситуациях, например, принять душ, я могла потратить только десять минут, чтобы он не оставался с ребёнком долго. Я стёрла свои личные границы и перестала замечать тревожные звоночки.

Когда нарцисс проявляет явное насилие?

Когда я начала осознавать, что отношения не приносят мне радости и я постепенно теряю себя, я стала замечать: мой партнёр вовсе не такой «идеальный», каким казался раньше. Я всё чаще говорила «нет» и ставила свои желания в приоритет. Разумеется, это происходило не мгновенно — всё складывалось из маленьких деталей, словно мозаика. Например, я перестала отказывать себе в любимой шоколадке, оправдывая это необходимостью сначала купить продукты домой; начала обновлять гардероб; записалась к парикмахеру…

Для него это стало триггером, чтобы начать своё наступление. Постепенно атмосфера в отношениях стала меняться: он всё чаще раздражался, а оскорбления превратились в норму общения. Он пытался взять меня под контроль — проверял мой телефон, следил за моими контактами и действиями, угрожал фразами вроде «Ты никому не будешь нужна». Таким образом он применял эмоциональное насилие: унижал, запугивал, систематически подрывал мою самооценку.

Со временем ситуация ухудшилась — к эмоциональному насилию добавилось физическое. Сначала это были относительно «мягкие» проявления: толчки, удерживания силой, замахивания рукой. Затем агрессия стала нарастать: появились пощёчины, удары по голове, удары ногой в живот. С каждым эпизодом сила и жестокость его действий усиливались — словно он проверял границы дозволенного или пытался утвердиться через подавление другого человека.

Также существует экономическое насилие — это когда нарцисс использует финансовые ресурсы для контроля и манипуляции над вами. Например, пригрозить вам, что если вы не будете его содержать, он уйдёт от вас; или же полностью захочет завладеть вашими финансовыми ресурсами, установить контроль над ними, прикрываясь словами «для твоего же блага»; или же несправедливо отказать в своей части расходов в семейный бюджет.

Сексуальное насилие — это принуждение к сексуальным действиям или сексуальности против воли человека. Например, когда нарцисс игнорирует слова «нет», действует только в своих интересах; либо настаивает на сексуальных практиках, которые неприятны партнёру, используя фразы «ты меня не любишь», «ты фригидна», «нормальные пары так делают».

Почему так происходит?

Подобное поведение часто связано с особенностями личности агрессора — например, с нарциссическими чертами. Парадоксально, но нарцисс нередко выбирает в качестве партнёра человека, который кажется ему сильнее, умнее, перспективнее или самодостаточнее. Почему?

— Потребность в отражении. Нарцисс воспринимает партнёра не как отдельную личность, а как «зеркало», которое должно отражать его мнимое величие. Если партнёр успешен, умён или привлекателен, это «повышает» и его собственный статус в глазах окружающих.

— Компенсация недостатков. Выбирая «сильную» жертву, агрессор пытается бессознательно дополнить себя её качествами. Он как бы «присваивает» её достоинства, чтобы скрыть собственную неуверенность и внутренние пробелы.

— Механизм самоутверждения. Контролируя и подавляя того, кто потенциально «лучше», агрессор на время испытывает ощущение власти и превосходства. Это временно заглушает его глубинную неуверенность в себе.

Яркий пример такого поведения — ситуация, когда агрессор демонстрирует партнёра окружающим. Он может: знакомить вас с друзьями или коллегами, подчёркивая ваши достоинства; хвастаться вашими достижениями («Смотри, какая у меня умная и красивая женщина!»); публично восхищаться вами, делая акцент на том, как ему «повезло».

На первый взгляд, это выглядит как гордость за партнёра. Но на деле это — способ повысить собственную значимость за счёт другого человека. Он использует вас как «аксессуар», который подтверждает его успех.

При этом в приватной обстановке картина резко меняется: тот, кого вчера превозносили, сегодня становится объектом унижений и агрессии. Этот контраст — часть цикла насилия: периоды идеализации сменяются обесцениванием, что ещё сильнее дестабилизирует жертву и делает её зависимой от агрессора.

Практические элементы.

Чек-лист «Признаки разных видов насилия»

Важно, что отдельные виды насилия не подверждают насилие, а только их сочетание — повод насторожиться и попросить помощи.

1. Физическое насилие:

— Синяки, ожоги, переломы в нетипичных местах.

— Следы, напоминающие предметы (ремень, шнур).

— Боязнь тактильных контактов, тревожность или агрессия.

— Противоречивые объяснения травм у взрослых.

2. Психологическое насилие:

— Постоянная критика, унижения, угрозы, игнорирование.

— Низкая самооценка, апатия, изоляция от близких.

— Газлайтинг, чрезмерные требования, манипуляции.

— Тревога, депрессия, панические атаки.

3. Сексуальное насилие:

— Повреждения в генитальной, анальной или оральной областях.

— Заболевания, передающиеся половым путём, беременность (у несовершеннолетних).

— Несвойственные возрасту знания или действия сексуального характера.

— Замкнутость, стыд, диссоциативные реакции («я смотрю фильм про себя»).