Пепельный трон

Регул закричал, и из его горла вырвался столб багрового пламени, ударивший в потолок. Вспышка на мгновение разогнала тьму, но она вернулась, ещё более плотная, и накрыла его, как саван. Магистр Ашур, стоявший в нескольких шагах, бросился к своему ученику, активируя защитную печать, которая вспыхнула голубым светом, отталкивая пепельные нити.

— Регул, очнись! — заорал он, хватая его за плечи и встряхивая. — Ты теряешь себя! Трон пожирает тебя! Ты должен выйти из этого зала! Сейчас же!

Но Регул не слушал. Его глаза закатились, и в них, вместо зрачков, плавали два серых пятна, похожих на тлеющие угли. Он улыбался — криво, не своей улыбкой, а улыбкой Кассиана, той, что Ашур видел на портретах в архивах.

— Ты не понимаешь, старик, — сказал Регул чужим, растянутым голосом. — Я уже не могу уйти. Он во мне. Он здесь. — Он постучал себя по груди, и из-под его пальцев, сквозь одежду, просочилась тонкая струйка чёрного дыма. — Он прорастает. Скоро я стану им. Или он станет мной. Какая разница?

Ашур отшатнулся, его лицо побледнело. Он видел одержимость магией, он боролся с ней всю жизнь, но такое — чтобы живой носитель элементарной стихии оказался захвачен духом древнего камня — было за пределами его знаний. Он знал только одно: если Регул поддастся окончательно, то в этом мире появится нечто гораздо более опасное, чем просто безумный король. Появится слияние. Два наследника, соединённые в одном теле, с двумя волями, двумя магиями, но с одной целью — уничтожить всё, что не является пеплом.

— Слушай меня, — прошипел Ашур, схватив Регула за подбородок и заставляя смотреть в глаза. — Ты сильнее его. Ты — князь живого огня. Огонь — это жизнь. Пепел — это смерть. Жизнь всегда побеждает смерть. Вспомни, чему я учил тебя! Вспомни свои тренировки! Ты выжил в ледяных пустошах, ты сражался с драконами-призраками, ты пережил голод и предательство. Неужели ты позволишь какому-то камню сломать тебя?