Эзоагностика Реальности. Основные концепции. Том 2: Человек

Неспящие с тяжёлыми структурами обычно удерживают многоплановость гораздо более чётко. Не потому, что они «более продвинутые», а потому, что тяжёлая структура не даёт полностью свернуть эту архитектуру. Для них многоплановость — не бонус, а данность, иногда даже проблема. Она может конфликтовать с личностью, с социальной функциональностью, с попытками «быть как все». Но именно из-за этой неизбежности они часто рано сталкиваются с необходимостью выстраивать внутреннюю дисциплину, иначе их жизнь распадается на хаос.

Здесь есть тонкий момент: когда неспящий не удерживает многоплановость, это не означает, что её «нет». Это означает, что она не включена как рабочий режим. А когда она включена, это не означает, что человек автоматически адекватен. Это означает лишь, что у него больше измерений, в которых он может ошибаться.

Если у человека один план субъективной реальности, то картина мира и убеждения могут стать почти монолитом: они закрывают тревожность неопределённости и дают ощущение «так устроено».

Если планов несколько, то монолит становится труднее удерживать. Любая слишком жёсткая картина мира начинает конфликтовать с тем, что человек периодически видит иным образом. В результате:

— убеждения чаще становятся инструментальными, а не тотальными;

— оценки чаще проявляются как слой личности, а не как «истина»;

— человек легче допускает, что его «фильм» — именно фильм.

Но эта же гибкость имеет обратную сторону: если дисциплины нет, если оценщик научился использовать многоплановость как оправдание, то появляется особая форма неадекватности — когда человек «всё понимает», «всё допускает», «всё объясняет», но не способен ни к устойчивой функциональности, ни к реальному движению к себе. Он тонет в множественности.

Именно поэтому в ЭР многоплановость не считается критерием качества. Она считается особенностью архитектуры. Качество определяется не наличием планов, а тем, как человек удерживает границы, причинности и дисциплину отношения к непознаваемому.

Теперь важный, неприятный и обязательный пункт.

Психотропные вещества и значительная часть медитативных техник не расширяют стандартную субмодель. Они её глючат: смещают, сжимают, размывают, перетасовывают слои, ломают привычные фильтры, усиливают шум, подавляют или перегружают оценщика, разъединяют связи между планами и компонентами психики.

Иногда такое насилие действительно может привести к странному эффекту: деформация субмодели случайно попадает в зону, которая по форме напоминает расширенную многоплановость. Человек переживает это как «я увидел другой слой». Но ключевое слово здесь — случайно и по форме.

Проблема в том, что информация, которая становится доступной в таком режиме, почти неизбежно оказывается заваленной:

— подсознательными фантазиями;