Обнажая душу

Женя быстро закрыла все долги по учебе — страх того, что люди окажутся правы, и она вернется в деревню, не давал дышать.

Из списков на отчисление ее удалили, и она больше никогда в них не попадала.

«Нужно меньше привлекать к себе внимание и чаще появляться в вузе. Особо активничать здесь не нужно — все равно меня не заметят, я из деревни, без особых талантов, шансов на что-то практически нет».

Женя вела двойную жизнь. В одной она была среднестатистической студенткой, которая ходила на пары и сдавала зачеты. В другой — рисковой девушкой, которая ездила по клубам, меняла мужчин и совершенно не заботилась о своей безопасности.

«Если кто-нибудь узнает, какая я на самом деле, будет позор», — часто думала она.

Лучший отряд

Студентам предлагали вступить дополнительно в строительный или педагогический отряд. Женя выбрала педагогический, так как в детстве, когда ездила отдыхать в лагерь, мечтала стать вожатой. Она прошла обучение и после летней сессии поехала работать.

В 18 лет ее впервые поставили на отряд. 34 ребенка из разных социальных слоев — детский дом, приют, дети из обычных семей — ничего удивительного для нее тогда не было, несмотря на то, что опыт работы совсем отсутствовал. Женя справилась — их отряд (она работала вместе с одногруппницей) стал лучшим по итогам сезона. Директор лагеря попросил Женю остаться на постоянной основе.

Так она каждое лето начала ездить в лагерь и через несколько лет стала заместителем директора.

Я никому не позволю себя бить

Женя купалась в мужском внимании. В 21 год, учась на 4-м курсе, она ехала в такси, чтобы расстаться с очередным ухажером. Таксист на «шестерке», симпатичный парень, похожий на жулика, спортивный костюм и абсолютное игнорирование Жени.

«Со мной так нельзя, — думала она. — Почему он не обращает на меня внимания?»

Тогда она еще не понимала, что за события ей приготовила жизнь, и кто везет ее на встречу.

Отношения развивались стремительно — Женя не заметила, как оказалась под влиянием тирана. Когда он впервые ее ударил, они еще не жили вместе.

«Я никому не позволю себя бить», — думала она в детстве, когда отец избивал мать.

«Я сама виновата в том, что произошло», — думала она в 21 год, разглядывая синяки в зеркале. Никто не узнал о произошедшем — она придумала историю о том, что ударилась о руль, когда въехала в бордюр на автомобиле своего парня. Рассказать кому-то, что ее ударил человек, которого она любит, — казалось чем-то стыдливым.

Он просил прощения, сказал, что не совладал с собой и что больше никогда не повторится ничего подобного.

Женя не заметила, как перестала ходить в клубы, общаться с мужчинами и фоновый страх стал обычным в ее жизни.

Они начали жить вместе вопреки запрету родителей. Женя больше не работала, родители перестали давать деньги, и она полностью зависела от тирана.

Однажды, не выдержав, она сбежала ночью в детский лагерь. Тиран не разрешил ей работать летом, как она делала обычно, однако в лагере все ее знали и встретили тепло, несмотря на позднее время суток.

Синяки на ее руках заметил мужчина-воспитатель.

— Откуда это? — заботливо спросил он. Женя расплакалась, рассказала, что боится своего сожителя и что он может приехать сюда.

— Не бойся, здесь ты в безопасности, ты можешь мне доверять.

Тиран приехал ночью. Воспитатель встретил его и сказал, чтобы он не смел трогать Женю, а затем ударил.

Ужас сковал девушку, когда ее любимый мужчина упал на землю.

— Не бей его, прошу!

Тиран уехал. Женя долго не могла понять, почему ей так больно от того, что ударили ее обидчика, человека, которого она всей душой боится и всей душой любит.

По лагерю поползли слухи, что Женя спит с воспитателем. Слухи, которые распустил сам воспитатель. У них ничего не было, но кто ей поверит?

Через несколько дней она вернулась домой — тиран встретил ее со снисходительной улыбкой.

В тот день Женя забеременела. Но узнала об этом значительно позже.

Внематочная беременность

Еле заметная вторая полоска на тесте на беременность, коридор больницы и УЗИ, на котором сообщили — требуется срочная госпитализация, диагноз — внематочная беременность.

Женя ехала на автомобиле скорой помощи, за которой ехал тиран, обвиняя ее во лжи. Он не верил, что ее везут в больницу, поэтому контролировал процесс.

«Внематочная беременность — как же так? Я же не смогу иметь детей, если что-то пойдет не так? За что мне это?» — мысли не давали расслабиться и трезво оценить ситуацию.

Операцию сделали под общим наркозом. Когда Женя пришла в себя, ей хотелось спросить — будут ли у нее дети, но, во-первых, она не могла говорить, а во-вторых, в палате никого не было.

Время тянулось мучительно долго. Медсестра, которая зашла в палату, сказала — никакой внематочной не было, вам ничего не удалили, скорее всего, это обычная беременность, но мы узнаем об этом позже, после анализов.

Состояние неопределенности длилось еще сутки, затем врачи подтвердили обычную беременность сроком 4 недели.

Счастливую Женю выписали из больницы. Тиран встретил ее со словами «Я не уверен, что это мой ребенок».

То, что ребенок его, Женя знала на 100%, ведь, кроме него, ни с кем не спала. Но инцидент с воспитателем был в то же время, когда Женя забеременела.

«Что же мне делать? Как я смогу доказать, что ребенок его?» — привычный страх сковывал тело.

Тиран знал, что Женя не врет, но это не мешало ему наслаждаться страхом девушки.

Беременность проходила легко по показателям, анализы были хорошими, однако внешние стрессы сопровождали все время.

Тиран издевался, Женя продолжала ходить на учебу, оставался последний год вуза и надежда, что, когда ребенок родится, ее любимый мужчина изменится.

Она знала, что не изменится. Точно знала. Но что ей управляет, совершенно не понимала. Ругала себя, винила себя, жалела себя, плакала и не уходила. Не могла.

Абьюз, полиция, рождение дочери

Однажды, не выдержав издевательств, Женя уехала ночевать к подруге детства. Шестой месяц беременности, фоновый стресс и диплом, который нужно было писать, чтобы окончить вуз.

Жаловаться не было сил, и через некоторое время она опять вернулась домой. Тиран обвинил ее в измене, забрал все деньги и закрыл дома со словами «Если попробуешь выйти — я тебя убью». Сам он лег спать.

Подруга Жени вызвала полицию. В отделение они ехали в одной машине — полицейские насмехались над беременной дурочкой и ее сожителем.

— Езжай в ментовку и пиши заявление, что Женька украла у нас браслет, — услышала она голос тирана сзади. Он звонил отцу и давал инструкции.

Несколько дней назад он подарил ей золотой браслет и вот сейчас говорил отцу, что она его украла. Горечь сковала горло, в отделение она зашла, дрожа всем телом.

Ее провели в кабинет, чтобы она могла написать заявление. Раздался звонок — звонила мама.

— Его отец сказал, что если ты напишешь заявление, тебя поймают сразу на выходе из отделения и тебе конец.

Мама была напугана, находясь за 300 километров от города, она не могла ничего сделать.

— Я не буду писать заявление, — сказала Женя полицейскому. — Я боюсь. Вы можете подержать его час, пока я уеду отсюда?

Полицейский тяжело вздохнул.

Через несколько дней Женя вернулась к тирану.

Побег и возвращение

Она сбежала на 8-м месяце беременности — получила стипендию, сняла дешевую квартиру в бараке, по объявлению купила кроватку, коляску и вещи, необходимые на первое время. Какие-то вещи приняла в дар, просмотрев объявления на сайтах для нуждающихся мам. В бараке не было отопления и горячей воды, была весна, и Женя надеялась, что они не замерзнут. Мыться она сможет у подруги, а ребенку достаточно будет детской ванночки.

Квартиру ей помог найти прошлый поклонник. На 8-м месяце беременности Женя решила выйти за него замуж.

— Если ребенок родится вне брака — это будет катастрофа. Ей хотелось, чтобы дочь родилась в семье и у нее был нормальный отец.

Они быстро зарегистрировали отношения.

Теплым весенним утром у Жени отошли воды. Вызвав скорую помощь, она собралась в больницу. Ей казалось, что она совершенно готова к тому, что ребенок сегодня легко родится, но после 10 часов мучений она уже молилась, чтобы ей сделали кесарево. Раскрытие, необходимое для родов, никак не наступало.

Такой боли она не испытывала никогда — даже когда ее били в детстве шлангом за то, что она случайно устроила огромный пожар с друзьями. Боль была везде — в каждой клеточке тела. Через 12 часов Женю усыпили наркозом, чтобы прооперировать.

— Проснитесь, Евгения, — через некоторое время услышала она. — У вас девочка, похожа на вас.

— Слава Богу, — ответила Женя и отключилась.

Чтобы помочь с ребенком приехали мама и тетя. Новоиспеченный муж пытался играть роль отца. Женю тревожило, что настоящий отец ни разу не дал о себе знать. Она была верна тирану даже во время брака с другим, объясняя это тем, что на больших сроках беременности и некоторое время после — сексуальная жизнь противопоказана.

Во время мучительных схваток она думала, что вот сейчас тиран позвонит или приедет, скажет — я был не прав, я люблю тебя и все будет хорошо. Но звонила только мама, разговаривать с которой, не было сил от боли.

Женя держала на руках дочь, совсем не понимая, что чувствовать. Она просто смотрела на этот маленький комочек с мудрыми глазами и шептала: «Обещаю тебе, у нас все будет хорошо».

Как делать это «хорошо», она не знала.

К тому времени она написала, защитила диплом и выдохнула — теперь у нее есть высшее образование, она замужем, отец ей будет гордиться.

На выпускной вечер она пошла, оставив дочь с подругой. Невыносимое чувство тоски и просьба: «Позвони тирану, пусть он приедет, пока меня не будет, и посмотрит на дочь. Быть может, тогда он поймет, как это важно».