Объятья пламени укрощение дракона

В лагерь я возвращалась, слегка покачиваясь от усталости и неги, которая ещё не успела покинуть моё тело. Чистая одежда, струящиеся по плечам волосы и наконец-то ощущение гладкой, слегка бархатистой кожи. Без запаха пота и пещеры, которые, казалось, въелись в меня, без странного серо-красного налёта, который я давно воспринимала как цвет родной кожи. Светлая, чистая – такой себя в этом мире я даже не помню.

– Ого! Теперь понятно, почему Аарон держит тебя рядом. Ты оказывается хорошенькая… ну, для человека, – проговорил Асмэй, рассматривая меня с ног до головы. – Странно лишь то, что ты до сих пор невинна.

– У Аарона есть истинная. Вы же, драконы, если выбрали себе спутницу, на других и не смотрите. Или я что-то путаю? – Спросила я, вопросительно вскинув бровь.

– Не смотрим. Это и странно, – он склонил голову, разглядывая меня. – Вы говорите с ним на неизвестном языке. Он защищает тебя и оберегает, хотя Аарон ни к кому никогда привязан не был. Что в тебе особенного?

– Знание местонахождения алтарей и языка берсерков? – Спросила я, скрестив руки на груди.

– Нет, это не объясняет его поведения.

– Да, видно, есть что-то ещё, – пожав плечами, я просто продолжила путь. Костёр, на котором готовился обед, был хорошо виден, и я намеревалась занять место возле него.

– Вы были знакомы с Аароном раньше? – Не унимался Асмэй, шагая рядом.

– Нет, впервые встретились в лагере берсерков.

– Странно, ты говоришь правду.

– Откуда такая уверенность? – Спросила я, повернув голову.

– Твои реакции тела не меняются. Человек не может обмануть дракона. Любые изменения мы чувствуем сразу: сердцебиение, дыхание и даже запах.

– Принюхиваешься, значит? – усмехнувшись, посмотрела на дракона. – И чем я пахну?

– Невинностью, – проговорил он, поморщившись. – Очень отвлекает, знаешь ли.

– У драконов какой-то пунктик на этом?

– Ты странная, – фыркнув, словно его слова должны были что-то для меня значить, Асмэй ушёл, оставив меня рядом с Аароном.

– Выглядишь иначе, – сказал Андрей, мельком глянув на меня. – О чём разговаривали с Асмэем?

– О том, что я пахну невинностью, – сказала я, усаживаясь на подготовленное бревно, возле которого уже стоял небольшой котелок с супом.

– Да, надо будет, как выберемся к ближайшему поселению, купить тебе артефакт, скрывающий запах.

– Драконов так сильно беспокоит это? – Я вопросительно посмотрела на Андрея.

– Да, – тут же перешёл он на русский. – Драконы очень чувствительны к запаху. Там, в целом, довольно немалый список того, что привлекает самца к самке. И это, поверь, не внутренние или внешние качества человека. Что раздражает. Стоит дракону почувствовать ту, кто ему подходит – и другие уже не интересны. И это при том, что свою так называемую истинную он может даже не знать. Кто она, есть ли что-то, что вас связывает – всё это неважно. Важно, чтобы внутренний зверь был доволен.

– Ты поэтому со своей истинной не остался?

– Странно жениться на первой встречной. К тому же драконы практически бессмертны и пару при этом выбирают на всю жизнь. Мне не нравится в столь серьёзном вопросе полагаться на какие-то ощущения внутреннего дракона, который живёт инстинктами.

– И как тебе вдали от истинной?

– Невыносимо, – Андрей поморщился. – Сложно описать словами. Чувство, будто душа болит. В груди постоянно тянет, сердце щемит… и непрекращающееся чувство потери, от которого выть хочется.

– Но ты до сих пор здесь, не рванул навстречу своему счастью.

– Пытаюсь мыслить рационально. Всё же я в первую очередь человек, а не дракон. И не позволю управлять мною.

– Хорошо. Тут я тебе не советчик. Мне в этом плане, может, и повезло. Я хоть и в теле простой смертной девушки, но, по сути, такой и была всю жизнь. Для меня ничего особо не изменилось. Так что там с артефактом, скрывающим запах? Зачем он? Просто чтобы другие драконы меня не чувствовали? А если я их истинная?