Зеленые поющие белки

Екатерина Кожина

Детективное агенство "Изумрудный змей" 2

Глава 1

Утро в агентстве «Изумрудный змей» началось с того, что Арчибальд пытался примерить новую шляпу Габриэля, а сам детектив чистил револьвер. Удав упорно доказывал, что поля шляпы идеально подчеркивают его изумрудный цвет чешуи, когда в дверь постучали.

Дело оказалось настолько деликатным, что детектива доставили прямо в Королевский магический заповедник «Шепчущие Кроны».

На месте происшествия, прямо посреди дубравы, пахло смолой, валерьянкой и скандалом. На траве лежал благородный господин. Из его спины торчала рукоятка его же собственного охотничьего ножа. А с веток соседнего дерева на покойника косились пушистые зверьки ядовито-зеленого цвета и выводили своими голосками похоронный марш.

— Зеленые поющие белки, — мрачно констатировал Габриэль, пряча руки в карманы. — Редчайший вид. И крайне циничные твари.

— Зато поют без фальши, — прошипел Арчибальд, сползая с плеча детектива на ближайший пень. — Ну что, хозяин, кто у нас тут устроил охоту в кустах?

Габриэль собрал выжившую команду экспедиции у кострища. Команда состояла из пяти человек, и, судя по их минам, они с удовольствием прирезали бы друг друга прямо сейчас, просто чтобы не делиться палатками.

Проводниками были двое. Первый — седой старичок-егерь Тихон, который пах махоркой. Вторая — его юная помощница Марта, нанятая неделю назад. Она до сих пор вытирала слезы клетчатым платком.

Далее шли трое ученых-наблюдателей. Точнее, ученых было двое, а третьим являлся сам труп — напыщенный лорд Кенсингтон. Он оставил свою благоверную супругу скучать в замке, а сам отправился созерцать белок, попутно отравляя жизнь окружающим.

— Лорд был редкостной гадиной, — честно признался второй участник, пухлый господин в нелепой панаме, представившийся как мастер Поппинс. — Я просто любитель белок! Я всю жизнь мечтал услышать их сопрано! А этот Кенсингтон весь вечер вчера над моим животом подшучивал, обзывал меня «бродячим дирижаблем» и обещал скормить мои запасы сухарей местным оборотням.

— Не утрируйте, Поппинс, — подал голос третий — сухой, подтянутый мужчина в очках. Это был профессор Штерн, профессиональный ученый-наблюдатель. — Лорд хамил всем. Меня он назвал «книжным червем, у которого вместо мозгов гербарий». Но вчера вечером на стоянке действительно была грандиозная ссора. Кенсингтон всех довел до белого каления. Потом он ушел к себе в палатку, долго возился там и пытался с кем-то связаться по магическому кристаллу связи. Направлял его в небо, ругался, но сеть не ловила. Сигнала не было.

— А как обнаружили тело? — спросил Габриэль, настраивая свой блокнот.

Вперед выскочила помощница Марта, всхлипывая:

— Это я... я первая проснулась на рассвете! Смотрю — а палатка лорда пуста! Я выглянула наружу и увидела спину уходящего лорда! Он уже скрывался за деревьями! Я как закричу на весь лагерь: «Вставайте! Он сейчас один уйдет, всех белок перепугает своими духами, и никто из нас больше этих редчайших животных не увидит!»

— Мы все повскакали из палаток на ее крик, — мрачно подтвердил старичок Тихон, забивая трубку. — И правда: все своими глазами видели, как в утреннем тумане между деревьями мелькала спина лорда в его приметном клетчатом плаще. Мы гурьбой побежали за ним. Думали, догоним и выскажем все, что думаем о его манерах. Прибегаем на эту поляну буквально через три минуты... а он уже лежит. И нож его, с гравировкой, в спине торчит.

— А трость? — прищурился Габриэль. — Вы говорили, он всегда ходил с дорогой тростью с набалдашником в виде головы какого-то зверя?

— Пропала трость! — всплеснул руками мастер Поппинс. — На поляне ее нет. И когда мы видели его уходящую спину, в тумане трудно было разглядеть, держал он ее или нет. Но сейчас ее нигде нет!

Габриэль подошел к телу лорда. Нож вошел идеально между лопаток. Детектив задумчиво почесал подбородок и посмотрел на зеленую траву, где не было ни единого следа борьбы.

— Хозяин, — тихонько прошипел Арчибальд, подползая к уху Габриэля. — Тут какая-то нестыковка. Если все видели его уходящую спину, а через три минуты нашли труп с ножом в лопатках... Убийца должен был бегать со скоростью испуганного кентавра.

Глава 2

Габриэль упаковал найденные улики. Улов за утро был странным и отдавал легким абсурдом, который детектив так не любил в уголовных делах.

— Итак, — Габриэль разложил находки на пне перед подозреваемыми. — В карманах убитого лорда Кенсингтона мы нашли один теплый шерстяной носок. Один. Второго на нем нет, и в карманах тоже нет. Далее: свой драгоценный дневник научных наблюдений, ради которого он якобы и приехал, лорд оставил в палатке. Он даже не взял его с собой на рассвете. Зато... Арчи, покажи им.

Из густых кустов малины, гордо извиваясь, выполз Арчибальд. В кольцах его хвоста была зажата та самая пропавшая трость с тяжелым серебряным набалдашником в виде головы кабана.

— Нашел! — победоносно прошипел удав, аккуратно складывая трость у ног Габриэля. — Лежала ровно посередине между вашим лагерем и этой поляной со смертельным исходом.

— Спасибо, Арчи. Ты заслужил сочную мышь, — кивнул детектив и повернулся к капитану лесной стражи, который как раз проверял магические приборы на границе леса. — Капитан, что там с охранным контуром?

Капитан стражи, сверяясь со светящимся артефактом, уверенно развел руками:

— Мастер Габриэль, магия не врет. Заповедник окружен охранным барьером. За последние трое суток через него не проходила ни одна живая душа, кроме вашей следственной группы и вот этих пяти участников экспедиции. Никаких наемных убийц со стороны здесь быть не могло. Сто процентов.

Габриэль устало потер переносицу. Ситуация складывалась фантастическая.

— Замечательно. Преступник извне прийти не мог. Все участники экспедиции проснулись одновременно от крика Марты, выскочили из палаток и вместе побежали за уходящей в туман спиной лорда. То есть, в момент, когда лорд уходил, у всех пяти человек есть стопроцентное алиби — они видели друг друга. Но через три минуты лорд мертв, а убийцы и след простыл.

— Может, его убили поющие белки? — робко предположил любитель природы мастер Поппинс, косясь на ядовито-зеленых зверьков, которые как раз начали слаженно исполнять в кустах что-то из репертуара загородных кабаков. — Посмотрите на их зубы, они явно что-то замышляют.

— Белки поют, но ножами не бросаются, — сухо отрезал Габриэль. — Раз у нас здесь филиал невозможных загадок, я временно отпускаю всех под надзор стражи. Нам с Арчибальдом нужно навестить столицу. Кое-кто остался дома и, возможно, знает о лорде гораздо больше, чем его коллеги по беличьему надзору.

Поместье покойного лорда Кенсингтона в элитном квартале столицы дышало показной роскошью. Леди Кенсингтон — эффектная блондинка с безупречной прической и бокалом легкого вина в руке — встретила детектива в траурном шелковом халате, который, впрочем, не мешал ей кокетливо улыбаться.

— Ах, мастер Габриэль, это такой удар, такой удар, — томно вздохнула вдова, прикладывая к абсолютно сухому глазу кружевной платочек. — Мой бедный, невыносимый супруг... Какая нелепая трагедия в лесу.

— Ужасная трагедия, леди Кенсингтон, — согласился Габриэль, устраиваясь в кресле и наблюдая, как Арчибальд деликатно изучает содержимое дорогой китайской вазы на каминной полке. — Особенно учитывая, что вы были на грани развода. Наш семейный юрист — удивительно болтливый человек, когда ему покажешь ордер. Он рассказал, что лорд Кенсингтон застукал вас с вашим... э-э... учителем верховой езды? Или это был лакей? В общем, по брачному контракту в случае развода вы не получили бы ни единого медного гроша. А теперь, как безутешная вдова, вы наследуете все его состояние.

Леди Кенсингтон замерла, ее улыбка мгновенно испарилась, а бокал в руке дрогнул.

— Вы на что это намекаете, детектив? — ледяным тоном спросила она. — Меня не было в заповеднике! Я физически не могла войти за магический контур! Спросите слуг, я всю ночь провела в своей спальне. Одна!

— О, я верю, что вы были дома, — ухмыльнулся Габриэль, поднимаясь с кресла. — Но ваш покойный муж вчера вечером отчаянно пытался поймать сеть своим магическим кристаллом, чтобы связаться с кем-то в столице.

Арчибальд высунул морду из вазы и тихонько прошипел хозяину на ухо:

— Хозяин, у нее на тумбочке стоит фотография того самого пухлого любителя белок, мастера Поппинса. Только на фото он без панамы и нежно обнимает эту леди за талию. Кажется, наш «дирижабль» — вовсе не случайный прохожий.

Глава 3

— Мастер Поппинс? — леди Кенсингтон удивленно приподняла идеально выщипанную бровь, а затем капризно надула губки. — Ах, этот милый пухляш! Ну хорошо, детектив, сознаюсь. Он мой кузен... ну, дальний кузен по линии троюродных тетушек. Мы иногда пьем чай. И, возможно, он обещал привезти мне из экспедиции эксклюзивное чучело зеленой белки для гостиной. Но убивать Кенсингтона? Боже упаси! Зачем пачкать руки?

Она плавно поднялась с дивана, подошла к Габриэлю почти вплотную и тонкими пальцами поправила лацкан его помятого дорожного плаща. От нее пахло дорогими духами и едва уловимым ароматом опасности.

— Вы ведь такой проницательный мужчина, детектив... — промурлыкала она, заглядывая ему прямо в глаза. — Зачем вам этот скучный мертвый лорд? Может, останетесь на обед? У меня прекрасный погреб. И я очень, очень ценю мужчин с... хорошей хваткой.

Габриэль почувствовал, как у него слегка заложило уши от такого напора. Ему, безусловно, льстило подобное внимание эффектной вдовы, но профессиональное чутье громко выло внутри.

— Обеды с вдовами в разгар следствия обычно плохо кончаются для моей печени, леди Кенсингтон, — с трудом сохраняя невозмутимый вид, ответил Габриэль и аккуратно убрал ее руку со своего плеча. — Но я запомню ваше предложение. Особенно пункт про погреб.

Арчибальд, наблюдавший за этой сценой с вершины люстры, издал глухой звук, подозрительно похожий на кашель.

— Хозяин, если ты согласишься на обед, я съем ее попугая. И вообще, у нас труп в лесу остывает, а ты тут пуговицами меряешься. Едем обратно, у меня от ее духов чесотка начинается.

Вернувшись в лагерь заповедника, Габриэль застал стражников караулящими подозреваемых, которые уже начали делить оставшуюся тушенку. Детектив решил зайти с другой стороны и отвел в сторонку старика-егеря Тихона.

— Скажи-ка мне, дед, — Габриэль присел на поваленное бревно. — Твоя молодая помощница Марта... Она всегда такая плаксивая?

Тихон сплюнул на траву и сердито дернул себя за седую бороду:

— Да какое там, мастер Габриэль! Вся эта слезовыжималка — сплошной театр! Она ж ко мне в управлении недели три напрашивалась. «Возьмите меня, дедушка Тихон, в помощницы! Я и костер разведу, и тенты поставлю, и опыт у меня в трех других заповедниках есть!» Ласковая была, как мартовская кошка, все заглядывала в глаза: «Вы мне как дедушка родной!» Ну я, старый дурак, и растаял, взял ее.

— И что? — подал голос Арчибальд, обвивая лодыжку детектива.

— А то! Как только контракт подписали и в лес вошли — все, приехали! Куда девался весь ее ласковый тон? Ходит смурая, на мои советы огрызается, бубнит под нос. Я ей говорю: «Марта, дров принеси», а она мне: «Сам сходи, старый хрыч, у меня голова болит». Обидно мне, понимаешь?

Габриэль намотал эту информацию на ус и повернулся к профессору Штерну, который в этот момент яростно доказывал что-то капитану стражи.

— Профессор, — окликнул его детектив. — А вы ведь раньше пересекались с лордом Кенсингтоном, верно? На научных симпозиумах?

Штерн поправил очки, и его лицо мгновенно налилось багровым цветом:

— Пересекался?! Этот высокомерный невежда украл мою монографию! Два года назад на Всемирном конгрессе исследователей редких гадов мы устроили грандиозный скандал! Я доказывал, что красные помидорные ящерицы — это подвид сухопутных амфибий, а он высмеял меня перед всей ученой коллегией, назвал мои труды «бредом сумасшедшего огородника» и лишил меня гранта! Да я... я презираю его!

— И поэтому решили устроить ему экскурсию в один конец? — с улыбкой спросил Габриэль.

— Я ученый, а не мясник! — гордо вскинул подбородок Штерн. — Если бы я хотел его убить, я бы подсыпал ему в чай вытяжку из тех самых помидорных ящериц, а не бегал за ним с охотничьим ножом на рассвете!

Габриэль отошел к костру, крутя в руках найденный в кармане лорда одинокий теплый носок. Картина вырисовывалась фантасмагорическая. Вдова флиртует, пухлый любитель белок оказывается тайным гостем в ее доме, девица-помощница притворялась ангелом, а профессор имел к покойному научную обиду. И посреди всего этого — уходящая в туман спина мертвеца, брошенная на полпути трость и поющие зеленые белки.

Глава 4

Габриэль вернулся в столицу, оставив стражу мариноваться в лесу под хоровое пение белок. Следующие три дня детектив и Арчибальд провели в режиме допроса всех, кто хоть раз пил чай с лордом, спорил с профессором или одалживал деньги мастеру Поппинсу.

В процессе Габриэль заглянул в подпольный клуб любителей экзотической фауны, где солидные господа в цилиндрах хвастались друг перед другом запрещенными законом питомцами. Там-то, за кружкой эля, один подвыпивший коллекционер и обронил судьбоносную фразу.

— Охрана в заповедниках — курам на смех! — хмыкнул толстосум, поглаживая карликового огнедышащего хомяка. — За последние два года из трех закрытых зон подчистую вынесли яйца лазурного грифона и детенышей сапфировой выдры. Магический контур даже не пикнул! Работают титаны, неуловимые тени!

Габриэль замер с кружкой у рта. В его голове со щелчком провернулись шестеренки.

— Неуловимые, говорите? — вкрадчиво спросил детектив. — А в каких именно заповедниках были кражи, не вспомните?

Когда коллекционер перечислил места, Арчибальд на плече Габриэля аж хвостом задергал от возбуждения. Детектив поспешно покинул кабак и на первом же фонарном столбе развернул блокнот с записями.

— Арчи, смотри сюда, — Габриэль ткнул пальцем в досье Марты. — Старик Тихон говорил, что у нее есть опыт работы в трех других заповедниках. И даты ее «работы» идеально, до единого дня, совпадают с датами грандиозных браконьерских краж!

— Мамочки родные, — прошипел удав, заглядывая в записи. — Наша плаксивая овечка Марта — на самом деле воровка редких яиц! Она нанялась к Тихону только ради того, чтобы получить доступ к зеленым поющим белкам. Их детеныши на черном рынке стоят как годовой бюджет небольшого графства!

— Именно, — кивнул Габриэль, натягивая шляпу. — Лорд Кенсингтон вчера вечером пытался поймать сеть кристаллом связи не для того, чтобы пожаловаться на жену. Он, как член королевского географического общества, что-то заподозрил и пытался вызвать подкрепление! Марта поняла, что ее сейчас раскроют, и нанесла удар. Но...

Габриэль остановился посреди мостовой и задумался.

— Но Марта — девчонка, пусть и хитрая. Чтобы вынести из заповедника яйца грифона или детенышей выдры через магический барьер, нужен подельник. Кто-то из этой же экспедиции прикрывал ее спину!

— И кто-то помог ей провернуть этот чертов трюк с «уходящим покойником» и теплым носком! — добавил Арчибальд, раскачиваясь на воротнике плаща. — Хозяин, у меня под подозрением абсолютно все. Профессор Штерн со своими ящерицами, пухляш Поппинс, который крутит романы с вдовами, и даже этот милый дедушка Тихон, который так вовремя обиделся на помощницу.

Габриэль ухмыльнулся, чувствуя, как охотничий азарт переполняет его:

— Едем обратно в «Шепчущие Кроны». Пора устроить этой банде браконьеров такое финальное шоу, от которого даже белки заткутся.

Глава 5

Габриэль вернулся на поляну заповедника «Шепчущие Кроны» с видом триумфатора, которому только что выдали королевскую премию. За ним, победоносно задрав хвост, полз Арчибальд.

Подозреваемые сидели вокруг костра под конвоем лесной стражи. Зеленые поющие белки на ветках как раз заканчивали исполнять драматическое тремоло.

— Ну что, господа юннаты, — Габриэль эффектно подбросил на ладони тот самый одинокий шерстяной носок. — Загадка «уходящего мертвеца» официально раскрыта. И ключевой уликой стал вот этот предмет мужского гардероба.