Катастрофа ищет фамильяра. Кот Против!

Я действительно не собиралась. Честно. Мне просто нужно было достать книгу «Особенности национальной охоты на элементалей» с верхней полки. Но полка была подозрительно высоко, а лестница поблизости была только одна. И на ней стоял хмурый оборотень.

Я присмотрелась. Книга лежала на самом краю, маняще поблёскивая золотым тиснением. Если я просто аккуратно потяну её малым левитационным заклинанием. Совсем крошечным. Чары тишины даже не заметят.

Я прикрыла глаза концентрируясь. «Левитас Минимус». Только кончиками пальцев. Магия отозвалась мгновенно, но вместо тонкой нити, которую я себе представляла, из меня вырвался целый жгут силы. Видимо, близость Блэквуда действовала на мои резервы как катализатор. Книга не просто сдвинулась. Она вылетела с полки со скоростью пушечного ядра.

— Ой! — только и успела пискнуть я.

Книга врезалась в стремянку Блэквуда. Лестница, которая до этого казалась незыблемой как скала, жалобно скрипнула и начала заваливаться.

— Вейн! — рявкнул он, пытаясь удержать равновесие, но было поздно.

Дальнейшее произошло в мгновение ока. В попытке «спасти» ситуацию, я инстинктивно дёрнулась вперёд и выкрикнула первое, что пришло в голову — заклинание торможения. Но в панике я перепутала слоги.

Вместо торможения у нас получилось притяжение. Не сказать, что в дальнейшем я пожалела об этом, но в моменте едва сдерживалась, чтобы не позвать маму.

Меня буквально подбросило в воздух и швырнуло прямо на падающего мужчину. В следующую секунду мы оба кубарем покатились по полу, погребённые под лавиной внезапно посыпавшихся сверху свитков и тяжёлых томов.

Мир на мгновение замер. Я открыла глаза и обнаружила, что лежу на чём-то очень твёрдом, тёплом и подозрительно живом. Мои ладони упирались в его грудь, а нос уткнулся в ложбинку между ключицами. Запах хвои и зверя стал таким оглушительным, что у меня закружилась голова.

— Мисс Вейн, — раздалось прямо над моим ухом. Голос Блэквуда был похож на рокот просыпающегося вулкана. — Если вы сейчас же не слезете с меня, я забуду о своём обещании не пускать зубы в ход.

Я подняла голову и встретилась с его взглядом. Он был так близко, что я видела тёмные ободки вокруг его зрачков. Его зрачки, кстати, снова стали вертикальными — явный признак того, что зверь внутри него был в полном восторге от происходящего. В отличие от самого мистера Глыбы.

— Простите, — прошептала я, чувствуя, как краснею до кончиков ушей. — Гравитация сегодня какая-то агрессивная.

— Это не гравитация, — он перехватил мои запястья, и я вздрогнула от жара его рук. — Это катастрофа по имени Вейн.

Взгляд замер на маленькой, золотой табличке на его груди. Кайл Блэквуд. Так вот как тебя зовут. Но, прежде чем я успела сказать хоть что-то, он легко, одним движением, перевернул нас, прижимая меня к полу. Огромные стеллажи вокруг нас словно стали ещё выше. Кайл навис надо мной, и в этой близости было столько первобытной, необузданной силы, что я на мгновение забыла, как дышать.

— Послушайте меня внимательно, — его голос стал тихим и пугающе спокойным. — Я не знаю, какой хаос вы пытаетесь призвать в свою жизнь, но оставьте меня в покое. Найдите себе другую жертву. Но если я ещё раз увижу вас в радиусе десяти метров от себя.

— То что? — выпалила я, сама поражаясь своей наглости. — Вы снова меня спасёте?

Его глаза вспыхнули. На мгновение мне показалось, что он действительно зарычит. Или укусит. Или ещё что похлеще. Но в этот момент в зале материализовался магический страж — прозрачная фигура в доспехах, привлечённая шумом.

— Нарушение режима тишины! — пробасил страж. — Немедленная эвакуация!

Пол под нами завибрировал. Кайл резко вскочил на ноги и, даже не глядя на меня, схватил за ворот мантии, поднимая и отряхивая одновременно.

— Бегите, Вейн, — бросил он, подталкивая меня к выходу. — Пока страж не упаковал вас в стазис-сферу.

Я не заставила себя ждать. Подхватив сумку, рванула к дверям, но на самом пороге обернулась. Кайл стоял среди раскиданных свитков, и его фигура в полумраке архива казалась бесконечно одинокой.

«Оставить его в покое?» — подумала я, выскакивая на свежий воздух. — «Ну уж нет, мистер Блэквуд. Моя магия сегодня выбрала вас. А я привыкла доверять своей интуиции. Даже если она ведёт меня прямиком в пасть к волку или коту».

У меня оставалось тридцать девять часов. И кроме очередной нелепой встречи и явно растущего недовольства я не успела сделать ни-че-го. Бредя по улицам столицы, я поглядывала по сторонам, пытаясь увидеть кого-то ещё из оборотней. Ну не мог Блэквуд оказаться единственным в своём роде. Таким великолепным и недоступным.

5. Лишний сахар

Тридцать шесть часов. Цифры тикали в моей голове, как заведённая магическая бомба. Если бы отчаяние можно было перегонять в эликсир, я бы уже обеспечила королевство топливом на год вперёд.

Я сидела в «Зелёной норе» — крошечной кофейне, где обычно собирались студенты и мелкие лавочники. Мой кофе давно остыл, а пенка на нём превратилась в печальное подобие морской пены после шторма. В руках я крутила палочку, прикидывая, где ещё я не искала фамильяра.

— Опять ты, Вейн? — раздался над ухом знакомый скрипучий голос.

Я подняла голову. Мадам Грис, владелица лавки трав через дорогу и по совместительству главная ходячая газета нашего района, приземлилась за мой столик без приглашения.

— Выглядишь так, будто тебя прожевал и выплюнул дракон, — констатировала она, поправляя свою необъятную шляпу с чучелом какой-то очень сердитой птицы.

— Почти, — вздохнула я. — Меня прожевал и выплюнул один архивариус.

Мадам Грис замерла, и её глаза-пуговки азартно блеснули.

— Блэквуд? Ты связалась с Кайлом Блэквудом? Девочка, тебе что, жизнь не мила? Он же холоднее, чем подземелья Ледяного Пика.

— Он сложный, — я осторожно подбирала слова. — Но его аура мадам Грис, когда я рядом с ним, моя магия ведёт себя как приличная леди, а не как стадо пьяных кентавров. Он идеальный кандидат в фамильяры.

Старая ведьма вдруг посерьёзнела. От неё пахло сушёными травами, дымом и старыми сплетнями. Она тяжело вздохнула, прежде чем подвинулась ближе, будто боялась, что нас могут подслушать.

— Слушай меня, Элара. Кайл Блэквуд — не просто «сложный». Он — последний из своего рода кто вообще соглашается жить среди людей. Семь лет назад его друг, Лиам, был фамильяром у одной очень амбициозной ведьмы. Она полезла в аномалию, в которую лезть не стоило. Лиам закрыл её собой. Сгорел за считаные секунды, чтобы она могла спастись.

У меня внутри что-то болезненно сжалось. Эти истории я больше всего не любила. Ведь связь фамильяра и ведьмы она одна и на всю жизнь, и, если кто-то погибает, второй всю оставшуюся жизнь проводит в муках. Как если бы оторвали целую половину его самого.

Связь — это не только стабильная магия, поддержка и партнёрство. Это сродни долгосрочному браку, из которого нет выхода. И выбирать кого попало — самый верный путь в бездну.

— Кайл тогда поклялся, что ноги его не будет в магических контрактах, — продолжала Грис. — Он ненавидит ведьм не потому, что мы шумные или неряшливые. Он ненавидит нас за то, что мы заставляем его вид жертвовать собой ради наших глупостей. Он выбрал тихую жизнь среди пыльных свитков, чтобы никогда, слышишь, никогда больше не чувствовать чужую боль через узы контракта.

Я смотрела в свою чашку, и мне вдруг стало невыносимо стыдно за вчерашние розы и сегодняшнюю акробатику в библиотеке. Моё «хочу диплом» выглядело таким мелким. Совершенно детская прихоть, но сердце ныло.

— Оставь его, — мягко добавила мадам Грис, — после гибели Лиама его род почти пресекся, старшие ушли в дикие леса, и только Кайл остался среди людей, словно наказав себя за то, что не уберёг друга.

— Вы правы, — я медленно кивнула, — спасибо.

Хотя мадам чаще приносила только нелепые сплетни и повод посмеяться, но сейчас она дала мне ответ. Почему Кайл был таким холодным. Хотя я всё ещё не верила, что он не почувствовал этой связи, но настаивать и заставлять последнее, чем мне хотелось заниматься. А значит, придётся поискать другую «жертву», как выразился мистер Глыба.

Я вышла из кофейни в серые сумерки. Дождь сменился ледяной моросью. Я брела по мостовой, чувствуя себя последней эгоисткой. Нужно было идти в парк, ловить белок-переростков или договариваться с бродячими духами, но ноги сами принесли меня к знакомому крыльцу с табличкой «Реставрация и архивы». Окно на втором этаже светилось мягким жёлтым светом.

«Просто извинись», — скомандовала я себе. — «Без магии и трюков. Как нормальный человек».

Я уже занесла руку, чтобы постучать, когда дверь внезапно распахнулась. Кайл выходил на улицу, натягивая пальто. Он замер на пороге, увидев меня — мокрую, растрёпанную и, судя по всему, с очень виноватым лицом.

— Вейн, — выдохнул он, и в этом звуке было больше усталости, чем злости. — Десять метров. Помните?

— Я помню, — я отступила на шаг, едва не поскользнувшись на мокрой ступеньке. — Я просто я пришла сказать, что больше не буду.

Он замер, перестав застёгивать пуговицы. Его серые глаза сканировали меня, пытаясь найти подвох.

— Не будете что? Разрушать мою собственность или пытаться покончить с собой у меня на работе?

— И то и другое, — я опустила голову. — Я узнала про Лиама. Простите. Я не знала, что вы так относитесь к контрактам и ведьмам. Я думала, вы просто

Слова застряли у меня в горле. Я наступила на собственный язык как раз вовремя, чтобы не назвать мистера Блэквуда занудной ледышкой. Хотя этого оказалось более чем достаточно. Кайл выдохнул.

Воздух между нами вдруг стал густым. Он медленно спустился на одну ступеньку, оказавшись на одном уровне со мной. От него снова пахнуло старой бумагой, но теперь этот запах был каким-то горьким.

— Это просто бессмысленно, — тихо произнёс он, и я увидела, как на его челюсти перекатились желваки. — Тратить жизнь зверя на то, чтобы ведьма могла лишний раз щёлкнуть пальцами и получить признание — это плохая сделка, Элара.

Он впервые назвал меня по имени, и у меня по позвоночнику пробежала тёплая волна. Внутри всё трещало и искрилось, но я умела усмирять собственную магию и, как обычно, просто заткнула её, заставила замолчать.

— Я не знала, — повторила я. — Я пойду. Больше вас не потревожу. Извините. Удачи с книгами. И с розами.

Я развернулась, чтобы уйти в темноту, честно решив, что это — точка. Конец моей нелепой охоты. Но видимо, у Вселенной были другие планы, и драматичность ухода была недостаточна. Я почувствовала, как земля уходит из-под ног, и в голове пронеслась короткая мысль: «Опять?!».

Но в этот раз я не успела даже вскрикнуть. Сильная рука обхватила меня за талию, прижимая к тёплому пальто. Кайл среагировал быстрее любого человека. На секунду я снова оказалась в кольце его рук, чувствуя жар, исходящий от его тела, и бешеный ритм сердца.

— Вы ходячая катастрофа, — прошептал он мне в макушку. — Вам нельзя выходить на улицу без присмотра.

Я подняла глаза и увидела, что его зрачки снова вытянулись в узкие щёлочки. Но в них не было ненависти. Только какое-то странное, обречённое любопытство.

— Я стараюсь, — выдохнула я, не в силах пошевелиться.

— Плохо