Калех

Калех

Глава 1 Закрытие дачного сезона

В одном старинном городке, над черепичными крышами которого пронеслась уже не одна сотня лет, прямо около главпочтампа была необычная стоянка транспорта. Вернее, стоянка необычного транспорта – метл. Эти метлы многие не замечали, а те, кто случайно и бросал на них взгляд считали, что это дворники приставили их к стене здания и забыли про них.

Именно туда и направлялась одна особа в черной широкополой шляпке. Ее звали Стелла и она была ведьмой. В повседневной жизни Стелла работала обычной учительницей, состояла в разводе, имела дочь-подростка Эмму, и старшего брата Дикона.

Дикон сейчас был на даче, куда и спешила Стелла, неся за пазухой небольшую зеленую лягушку. Сегодня там планировалось семейное торжество: традиционное закрытие дачного сезона.

На город спускались сумерки. Опавшие листья тихо шуршали под ногами Стеллы, скрадывая цокот каблучков. Подойдя к зданию почтампа, ведьма взяла одну из метл, стоящую у стены и, закрепив ее в горизонтальном положении нехитрым заклинанием, быстро уселась на нее. Метла слегка качнулась и плавно поднялась в воздух. Стелла удостоверилась, что лягушка сидит смирно, и тихонько прошептав заклинание, направила свое транспортное средство за город в сторону реки.

***

Аккуратно спустившись на землю возле калитки, Стелла осмотрелась.

Дачный поселок был погружен в темноту. Лишь в их доме желтым, как осенние листья, светом горели окна. Отворив калитку, ведьма прошла во двор, автоматически сметая с дорожки ягоды, опавшие с оплетавшего входную арку, винограда. Из-под ног выскочила небольшая ящерка и побежала в сторону теплицы. Подойдя к дому, Стелла достала из-за пазухи лягушку и бросила на газон. Лягушка шлепнулась на пожухлую траву и с хлопком превратилась в девчонку лет четырнадцати.

- Мам! А нельзя аккуратнее? – Возмутилась Эмма, поднимаясь с газона.

- Прости, дочка, не рассчитала. - Стелла прислонила метлу к дому и прошла на веранду.

- Дикон! – заглядывая в открытую дверь дома, позвала Стелла. – А почему Анфиса еще не залегла в спячку?

- Она у нас неправильная ящерица. Наверное, хочет дождаться снега. - Из дома вышел темноволосый мужчина с прихваткой в руке. – А я уже тыквенный пирог испек!

- Сам что ли? – Удивилась Стелла.

- Естественно! – Обиделся Дикон. – Выпечку традиционного пирога я никому не доверяю!

- Дядь Дикон! А ты мне желтый свитер уже связал? – Подала голос Эмма из темноты.

- А мне больше заняться нечем что ли было? Вот, вскопал тут все, укрыл, ну… и все что надо, короче, сделал!

- Сам что ли? - в один голос воскликнули мать с дочерью.

- Ну, почти, - замялся Дикон, - подколдовал, конечно, немного…В общем, иди, свитер лежит в зале на диване.

Эмма бросилась на шею Дикона:

- Ты самый лучший дядя на свете!- И тихо добавила - А метлу свою дашь прокатиться?

- А что, мать не дает? - Колдун улыбнулся.

- Не-а, говорит, что мне еще рано, - обиженно засопела Эмма.

- Ну, ты, это, не будь зверем, дай малой покататься. - Дикон обратился к Стелле и, не дождавшися ответа , повернулся к Эмме. - Дуй, летай, но только над газоном и не выше человеческого роста, а то опять свалишься, мать тогда нам устроит промывку мозгов.

***

Стелла зашла в дом, скинула пальто и прошла на кухню. В доме было тепло от растопленной печки и пахло свежей выпечкой. На подоконнике стоял садовый гном.

- Дикон! – Позвала ведьма. – А зачем ты Карпа в дом притащил?

- Ну, так это, чтоб не скучно! Он мне, короче, байки свои рассказывает.

- Да, если бы не я, - отозвался гном, - он бы пирог сжег! И в пирожках бы забыл капусту присолить!

- Да ладно тебе, Карп, - оборвал его Дикон. – Сам меня заболтал. Сейчас вот возьму и верну тебя на клумбу!

Гном обиженно замолчал.

- Пусть уже в доме стоит, а то за зиму может краска на нем облупиться.- Заступилась за гнома Стелла. - Где стол будем накрывать? На кухне или на веранде?

- На веранде! – Послышался голос Эммы с улицы. – Здесь звезды и осенью пахнет!

- Не замерзнем? – Усомнилась Стелла.

- Да, тепло же! Я на всякий случай пледы вынесу. – Дикон вышел на веранду и крикнул Эмме - Малая, ты там, короче, красоту сделай! Свечи там всякие, тыквы…ну, как ты умеешь.

- Хорошо! – Отозвалась девочка.- Я сейчас тыквы с теплицы прикачу.

- Я сам принесу, они тяжелые!

Когда брат вышел, Стелла подмигнула садовому гному:

- Все тихо? Никто из соседей не видел, как садовый инвентарь сам работал на участке? А то Дикон иногда забывается.

Карп с важным видом заверил:

- Все хорошо, я за ним присматривал.

Стелла улыбнулась и пошла на второй этаж.

Она аккуратно разложила там высушенные ароматные травы по бумажным пакетам, привязала к ним бирки с названием, сложила все пакеты в большую коробку и спустилась с ней вниз.

Сегодня для чаепития Стелла решила заварить смесь из иван-чая, шалфея и лаванды. Это был ее любимый купаж. Но подумав, она достала еще два заварочных чайничка. Эмма любила мяту с мелиссой, а Дикон обожал чабрец с липой. Аккуратно разложив травы по трем мещочкам, Стелла принялась за приготовление заварки.

Тем временем веранда приображалась. Яркие тыквы были художественно расставлены Эммой по всей веранде. На большом столе, который был сделан Диконом из старой двери, была застелена светлая скатерть, устланая яркими осенними листьями. Там же стояли корзина с краснобокими яблоками и веточками рябины, большие фаянсовые чашки с изображением забавных котов, разномастные тарелочки, и эмалированное блюдо с тыквенным пирогом. В центре этой яркой композиции красовался старый медный самовар. Освещали стол три толстых свечи, поставленные в старые глиняные кружи, используемые вместо подсвечников. На стене висела старая керосиновая лампа, выкрашенная Стеллой когда-то в черный цвет с золотыми потертостями. Лампа долго была предметом декора, пока Дикон этим летом не стал использовать ее по назначению.

Наконец, заварочные чайнички заняли свое место на столе. Садовый гном тоже был принесен Диконом и поставлен на табуретку рядом. Все было готово к прощальному осеннему чаепитию, как вдруг…

***

Кованая калитка зазвенела от неожиданного стука.

- Ого! - Удивился Дикон. - Кого это нам ветер принес? Пойду, посмотрю.

Он вышел с веранды и исчез в темноте виноградного тоннеля.

- Обиргопр! Старина! Каким ветром?- Услышала Стелла удивленно-радостный голос брата.

Калитка тихо щелкнула, и вскоре на веранду зашёл Дикон с высоким мужчиной, в черной шляпе и длинном пальто.

- Познакомьтесь, это Обиргопр, мой старинный приятель, - представил незнакомца Дикон. - Моя сестра Стелла и племяшка Эмма!

Мужчина поклонился:

- Разрешите присоединиться к вашей компании?- В речи незнакомца со странным именем слышался едва заметный акцент.

- Конечно, будем рады!- Стелла непроизвольно присела в книксене.- Эмма, принеси чашку, - обратилась она к дочке.

Эмма быстренько сходила на кухню и вынесла ещё одну чашку с изображением кота.

- Вам будет с серым котиком,- она показала Обиргопру принесенную чашку. Тот улыбнулся и снова слегка поклонился.

- Ну, прошу!- Дикон приглашающим жестом указал на стол.

Когда все уселись, Дикон разрезал пирог и разложил всем на тарелки.

- Вот тут, короче, сестра заварила всяких трав, старина, - обратился он к Обиргопру, - какая тебе больше нравится?

И Дикон перечислил все заваренные травы.

- Если вы не против, я попробую все.- Гость снова почтительно склонил голову.

- Дружище, они все отличные! Но мой пирог все равно вне конкуренции!

Все принялись за чай с пирогом.

- Ну, похвалите его уже! Он очень старался печь этот пирог. - Раздался скрипучий голос садового гнома.

- Карп! - воскликнул Обиргопр - Ты уже готов к холодам?

- Так я же не мёрзну! - Ответил гном.- Мне что холод, что жара! Хотя солнце нынче так выжгло мою краску, что Эмме пришлось меня перекрашивать.

- Да, жара в этом году задержалась. Уже конец октября, а всё ещё жарко.- вступила в беседу Стелла.

- Природе надо бы уже готовиться ко сну, а холода ещё не пришли. Нехорошо, что погода не по сезону, - вмешался Дикон, поглядывая на Обиргопра.

- И Анфиса наша никак в спячку не хочет уходить! - добавила Эмма.

- Поэтому я здесь, - сказал Обиргопр.- А ящерице уже давно пора спать.

- Вы знакомы с нашей Анфиской? - удивилась Эмма.

Обиргопр утвердительно кивнул.

- Я со всеми знаком. Думаю, сегодня природа уже начнет готовиться ко сну. - Уверенно сказал гость.

На веранде повеяло холодом. Стелла и Эмма поглубже укутались в пледы.

Закончив с пирогом, Дикон встал из-за стола:

- А сейчас главная часть праздника - осенние подарки!- Он зашёл в дом и вскоре вышел оттуда с огромным пакетом.

- Малая, ты свой свитер уже получила! - Обратился он к Эмме. Та встала и продемонстрировала Обиргопру яркий жёлтый свитер:

- Дядя Дикон любит вязать!

- Любит и умеет, - поправил ее Дикон, - это мое, короче, хобби такое.

Он повернулся к сестре:

- Тебе я связал вот этот шедевральный берет, - он улыбнулся и протянул Стелле такой же яркий жёлтый берет, - чтоб твои ученики узнавали тебя издали!

- Вот как знал, старина, что ты заглянешь! - Дикон подошел к Обиргопру.- Тебе - не менее яркий и не менее жёлтый шарф.

Обиргопр встал.

- Благодарю, Дикон! - он поклонился, взял шарф, намотал на шею и снова присел.

- Тебе, Карпуша - вязаный колпак!

- Я же глиняный? - удивился гном, но было видно, что получить подарок ему все же было приятно.

- Будешь красавчиком! - Дикон нахлобучил вязаный колпак на глиняную голову Карпа.

Затем Дикон повернулся к сидящим за столом и торжественно произнес:

- Дачный сезон объявляю закрытым!

Все захлопали в ладоши.

- Хорошо тут у вас, душевно, - сказал Обиргопр, - но мне уже пора. Спасибо за чай с пирогом и за подарок. Надеюсь, ещё увидимся.

Он поднялся из - за стола:

- Не провожайте меня, - и вышел с веранды.

Эмма подбежала к выходу:

- Ого! Он исчез, даже калитка не щёлкнула!

- Какой галантный у тебя товарищ, - произнесла Стелла, кутаясь в плед - Кто он?

- Так это, я что, не сказал что ли? - Дикон растерянно посмотрел на сестру и племянницу.

- Нееет! - Хором ответили те.

- Так он и есть Холод. Вот, ходит, значит, природу к зимнему сну готовит!

Повисла тишина, в которой отчётливо было слышно, как ящерица Анфиса шлёпает к своей норке. Затем Стелла убрала со стола, а Дикон водрузил гнома в кухне на подоконник носом к окну, чтобы он мог созерцать красоту сменяющихся сезонов.

- Скоро уже четыре часа. - Стелла посмотрела на часы.- У людей самый крепкий сон, время лететь домой.

- Дядя Дикон, можно я с тобой полечу? - Эмма подошла к Дикону.

Тот щёлкнул ее по носу, и она вновь превратилась в маленькую лягушку. Аккуратно положив ее за пазуху, Дикон вынес из сарая свою метлу и они со Стеллой поднялись в воздух. Сделав несколько кругов над дачей, Стелла прошептала:

- Всем спокойного сна. Встретимся весной!

И они растаяли в предрассветной дымке.

Глава 2 Снежный всадник

Глиняный садовый гном Карп дремал, стоя на подоконнике дачного домика. Иногда сквозь его сон пробивались звуки мокрого снега, бьющего в окошко, иногда слышался свист ветра. Внезапно что-то сильно стукнуло в стекло. Карп резко открыл глаза и увидел прямо перед собой за окном радостную физиономию хозяина дачи – Дикона. Как всегда, взъерошенный и небритый, Дикон прижал нос к стеклу и что-то кричал, подавая руками непонятные знаки Карпу.

Снится, решил гном и снова закрыл глаза.

Через несколько минут голос Дикона загремел прямо на ухо Карпу:

-Ну, ваще! Где радость от встречи? Я добирался сюда сквозь ветер и слякоть, а ты даже не улыбнулся старому другу!

Гном снова открыл глаза и окончательно проснулся.

- Никакой слякоти и ветра на дворе нет. Да и добирался ты, как обычно, верхом на метле. – Пробурчал гном.

- Как обычно, на метле, - передразнил его Дикон. – Я, можно сказать, летел на всех парах, чтобы натопить печь, чтоб тепло тебе было.

- Как будто ты не знаешь, что я не мерзну. – Кряхтел гном, пытаясь повернуть затекшую от долгого стояния шею.- Да и с какой радости ты приперся средь зимы? До открытия дачного сезона еще долго.

- Зануда ты, Карп.- Дикон развернул гнома лицом к себе. – У Стеллы завтра день рождения. Сегодня вечером после работы она с Эммой прилетит сюда. Завтра будем праздновать.

Карп удивился:

- А зачем праздновать день рождения? И как это происходит?

- Ну, как тебе сказать, - Дикон на секунду задумался. - Будем всякие вкусняхи есть, веселиться. У людей так принято!

Надо сказать, что Стелла была не совсем человек. Она была ведьмой, как и ее старший брат Дикон. Такие же задатки проявлялись и у ее дочери Эммы. В обычной жизни Стелла работала учительницей, Эмма училась в школе, а Дикон подрабатывал тем, что писал статьи в журнал «Сад и огород», и вел раздел «Вязание» в онлайн-журнале «Рукодельница». Так же в зоне его ответственности были дачные работы. Поскольку благодаря его способностям, работу на даче выполнял инвентарь, Дикон увлекся выпечкой, и достиг довольно приличных успехов. Надо признаться, что его торты и пироги раскупались на "ура".

Пока Дикон ходил за дровами, садовый гном пытался осмыслить полученную информацию. Ему было незнакомо само понятие дня рождения. «Вот, допустим, день, когда меня слепили из глины - считать днем рождения? Или когда меня раскрасили? - Размышлял гном. – Если брать день, когда слепили, так я был просто куском застывшей глины; если считать день, когда раскрасили, так Эмма меня периодически перекрашивает! Значит, у меня день рождение каждый раз, когда меня красят? Но ведь Стеллу никто не красит!» Совершенно запутавшись, Карп снова задремал.

Проснулся он вновь от того, что кто-то щекочет его по носу. Карп открыл глаза и увидел рядом Эмму, которая аккуратно водила по нему кистью с краской.

- О! Карпуша проснулся! – радостно сказала она. – А я тебя подкрашиваю, чтоб к весне ты был ярким и красивым.

- Эмма! – Радостно проскрипел гном. – Вот ты–то мне и пояснишь. У меня есть день рождения? Если есть, то когда он?

Эмма задумалась.

-А давай он будет сегодня! – предложила она. – Отметим сразу три праздника: день рождения мамы, твой и зимний солнцеворот!

- Вот не зря я три пирога замесил! – Отозвался из-за спины племянницы Дикон. – Как знал!

- А Стелла, небось, травки свои раскладывает на чай. – Предположил Карп.

- Она пошла в лес собирать снегопад для чая. – Спокойно сказала Эмма.

У Карпа округлились и без того круглые глаза:

- Одна! Ночью! В лес! Там же волки!

Дикон рассмеялся:

- Да какая же ведьма волков боится, Карп!

***

А тем временем Стелла действительно шла по лесу, пытаясь найти открытую полянку, где бы пушистый снежок, тихо падающий с темного зимнего неба, наполнил бы ей котелок, который она прикрепила к своему посоху. Наконец, ведьма вышла на небольшую опушку, окаймленную заснеженными елями, и едва освещаемую луной. Остановившись, она посмотрела по сторонам и прислушалась. Казалось, снег поглотил все звуки. Тишина. Внезапно послышался едва уловимый храп, и в тот же час снег пошел с такой силой, что опушка скрылась из виду.

Неподалеку раздался скрип снега, и среди снежной пелены Стелла рассмотрела всадника на темном коне, выехавшего на опушку. Сделав пару шагов назад, ведьма укрылась за еловыми лапами, и стала наблюдать.

Всадник остановился, спешился и тихо двинулся в гущу деревьев, оставив коня на опушке.

- Здравствуй, юная Калех. - Услышала Стелла за спиной тихий голос. - Могу я тебя попросить о помощи?

Стелла вздрогнула от неожиданности и обернулась. Прямо перед ней стоял мужчина в длинном плаще с низко опущенным на лицо капюшоном. Быстро взяв себя в руки, Стелла улыбнулась:

- Не такая уж и юная. – Заметив, что мужчина даже не улыбнулся, она спросила, - Кто ты, и какую помощь от меня ждешь?

Незнакомец поднял голову и Стелла разглядела его лицо. Достаточно правильные черты, темные глаза и медные длинные волосы, которые выбивались из-под капюшона.

- Я не знаю, - устало проговорил он,- в нашей священной книге было сказано: «Во владениях Калех встретишь ты дочь ее, и даст она сил тебе выполнить долг».

- И ты решил, что это я? А кто такая эта Калех? Да ты еле стоишь на ногах!

Незнакомец прислонился к стволу дерева и прикрыл глаза. Лицо его было бледным, как снег.

Стелла тряхнула его за плечо:

- Как зовут тебя?

- Марвин, - глухо ответил всадник. – А коня зовут Граннос.

- Какие странные имена, - прошептала под нос Стелла, а громче добавила, - Вот что, Марвин, давай-ка пойдем со мной, отдохнешь, а потом уже расскажешь о Калех и о своем долге.

Она взяла всадника под руку и подвела к коню. Когда Марвин сел верхом, ведьма взяла поводья и повела коня в сторону дачи.

***

- У нас гость? – Услышала Стелла голос брата, подойдя к калитке. Он стоял на улице и выглядывал сестру.

- Да, и, похоже, ему нужна помощь. А конь пройдет через калитку?

- Пройдет! – Дикон подошел к всаднику и помог ему спешиться. Затем крикнул: – Эмма! Заведи коня во двор и привяжи под навесом у сарая!

Девочка выскочила из дому и подбежала к лошади:

- Какой красивый конь! Как его зовут? А чем мы его накормим? Он не замерзнет на улице?

Марвин, которого Дикон, аккуратно поддерживая, вел в сторону домика, остановился, повернулся к Эмме и тихо проговорил:

- Его зовут Граннос. Его не нужно кормить, и он не мерзнет. Это не совсем обычный конь.

- Эмма, загугли, кто такой Граннос. – Бросил через плечо Дикон, заводя Марвина в дом.

- И кто такая Калех! – поспешно добавила Стелла и зашла следом за братом.

Накормив и напоив гостя, Дикон уложил его отдыхать на кровати у горячей печи в комнате, а сам вернулся в кухню.

Стелла, выложив снег из котелка в чайник, готовила отвар. Эмма просматривала телефон.

- Вот, нашла! – Сказала она через какое-то время. – Слушайте. Граннос – кельтское божество солнца. Больше про него ничего в интернете не сказано. Калех - в мифологии островных кельтов (в Ирландии и Шотландии) — божественная колдунья, божество-творец и богиня погоды, а также прародительница других богов.

- А что означает имя Марвин? – спросила Стелла.

Эмма снова покопалась в интернете:

- Это кельтское мужское имя, означает «тот, кто живет у моря».

- Не вижу связи, - буркнул Дикон, вынимая пироги из печи.

- Тем не менее, связь есть. - Послышался голос и в проеме двери показался гость. Выглядел он уже гораздо лучше. На его красивом бледном лице начал пробиваться слабый румянец.

- Давайте сядем за стол, отметим все праздники, и ты нам расскажешь, что посчитаешь нужным. А мы подумаем, как тебе помочь.

- Конечно, сегодня же зимний солнцеворот. – Улыбнулся Марвин.

- И день рождения Стеллы, - уточнил Дикон.

- И Карпа! – добавила Стелла, от чего садовый гном засиял от удовольствия. (Или от свежей краски?)

Дикон зажег свечи, провел небольшой праздничный ритуал, и все сели за стол.

За окном мел снег, светила луна, а на дачной кухне весело трещали поленья в печи, и пахло ванилью.

Было уютно и весело. Пироги были вкусными, чай душистым, а разговоры тихими и душевными. Марвин пристально рассматривал Стеллу, словно пытаясь вспомнить ее. Невозможно было не заметить его взгляд, и, наконец, Стелла спросила:

- Мы, наверное, где-то встречались раньше?

- Да, - ответил странник, - в прошлых жизнях мы встречались точно.

Эмма хихикнула, но Дикон строго глянул на нее, и пересмешница от смущения ткнулась носом в чашку.

- Расскажи нам о себе. – Дикон налил гостю еще чаю.

- Для начала я хочу вам рассказать одну легенду, - ответил Марвин.

- Здорово! – воскликнула Эмма. – Мы все очень любим легенды.

***

- На острове Скай, что у западного побережья Шотландии, - начал свой рассказ странник, - жила богиня Калех. Правда, некоторые считали ее не богиней, а божественной колдуньей. Она была прекрасна и жила вечно. Она разводила оленей, везде появлялась с посохом, на котором были вырезаны буквы сакрального кельтского алфавита «огам». Удар посоха мог наслать проклятие, но мог и излечить. Поскольку она была бессмертной, за все ее земное время у нее было семь мужей, дети от которых и образовали кельтские народы. Но речь не о ней. Перед тем, как из земного обличия превратиться в стихию, божественная колдунья родила свою младшую дочь и подарила ей свое имя.

Юная Калех осталась жить на острове в доме своей матери. Она была так прекрасна, как и горделива. Когда Калех подросла, молва о ее красоте разнеслась по всем кельтским землям, и на остров потянулись ладьи женихов. Но всех прогоняла гордая Калех.

А на острове Мэй, что располагался в Ирландском море, жил Лер - единственный сын бога морей Мананнана. Был еще у Мананнана волшебный конь, способный обгонять ветра и мчаться как по суше, так и по волнам.

Прослышал Лер о неприветливой красавице и решил наказать ее за строптивость. Украл он у отца волшебного коня и помчался на остров, где жила Калех. Но едва увидел ее Лер, как влюбился без памяти. И Калех полюбила Лера. Увидав такие прекрасные и сильные чувства, бог любви Аэнгус спустился с небес и обвенчал влюбленных.

И жили бы они счастливо и вечно, если бы не прознал Мананнан, что сын без спросу взял его коня, и без отцовского разрешения женился на ведьме. Разгневался бог морей и воскликнул: «За этот проступок пострадаете вы! Будете отныне вы смертными!» Бог любви вступился за влюбленных и сказал: «Но каждый раз они будут возрождаться». Не смирился Мананнан: «Но всякий раз Калех будет рождаться в другом обличии, и Лер не сможет узнать ее!» «Но красота Калех останется с ней». – Возразил Аэнгус. «И будет Лер в каждой жизни искать ее!» - Не успокаивался бог морей. «Однако, в каждой жизни он будет ее находить!» - Парировал Аэнгус. «Но не сможет узнать Лер свою жену при встрече!» - Не унимался Мананнан.

На что бог любви сказал: «Я дам твоему сыну волшебного коня для странствий. Вложу в него часть солнечного света. Если узнает Лер свою Калех при встрече – быть им вместе, и ничего ты не сможешь с этим сделать. А если нет – будь по твоему: пусть ищет ее всю жизнь». На том и порешили.

***

На кухне повисла тишина, которую нарушила Эмма:

- А что было дальше? Смог Лер найти свою Калех?

Странник продолжил:

- Однажды я попал на остров Скай. Нашел дом Калех, а в доме увидел огромную старинную книгу с кельтскими легендами. Я так увлекся чтением этой книги, что не заметил, как просидел весь день и ночь. А на утро, когда вышел из этого дома, увидел необыкновенного коня – моего Гранноса. И понял я тогда, что пора мне в путь.

Марвин замолчал.

-И ты ищешь свою Калех? – Проскрипел с подоконника садовый гном.

-Я нашел ее, - сказал странник и посмотрел на Стеллу.

- Моя мама – Калех?- От удивления Эмма чуть не выронила из рук чашку.

- Да, твоя мама и есть моя Калех.

- Ты уверен? – Осторожно спросила Стелла. – Ведь Калех меняет свой образ в каждом воплощении.

- Я прочел, что стихия Каллех – зима и дикие места. А еще, имя ее переводится, как «скрытая вуалью». И встретил я тебя именно скрытой за вуалью снегопада, зимой в диком месте – чаще леса. И еще, Аэнгус не все сказал богу морей, - улыбнулся Марвин. – Мой конь ровно в полночь каменеет, и не движется с места до первых лучей утреннего солнца. И сдвинуть его может только Калех. А ты взяла его за поводья и легко привела сюда.