Баюн и Ряха в Саратове

Баюн прикрыл глаза, втянул воздух и двинулся вверх. Ряха поплёлся за ним.

На каждом этаже Баюн останавливался — у каждой двери, у каждой щели, у каждого почтового ящика. Он принюхивался, морщился, качал головой или, наоборот, на мгновение замирал, пытаясь уловить нужный след.

— Здесь жареная картошка, — бормотал он, проходя мимо двери на втором этаже. — Там запах цветов — много цветов, аж голова кружится. Тут затхлость какая-то, будто никто не живёт.

— Да мне плевать, что там у них! — возмущался Ряха. — Где Никита?

— Тише, — шикнул на него Баюн, — не сбивай. Я чую что-то родное, но оно где-то высоко.

Они поднимались всё выше и выше. Ряха тяжело дышал, утирал пот с лица рукавом армяка и уже жалел, что не остался внизу.

Наконец они добрались до девятого этажа. Баюн остановился, замер, закрыл глаза на несколько долгих секунд. На двери красовалась металлическая табличка с номером «74».

— Здесь, — выдохнул Баюн, и в голосе его прозвучала уверенность. — Уголёк Знича за этой дверью. Точно.

Ряха подошёл ближе и с подозрением уставился на дверь.

— А вдруг этот Никита потерял уголёк? — спросил он, почёсывая затылок. — А кто-то нашёл и сюда принес? Что тогда?

— А мне почём знать? — ответил Баюн, переводя дыхание. — Отберём уголёк, украдём. Не знаю. Но я знаю одно: он здесь. — Он повернулся к Ряхе. — Стучи. Только помни: Никита ничего не помнит про испытания и бой с Кощеем. Помнит только, что встретил тебя в лесу, а меня видел в избушке у Ягини. Всё.

Баюн обернулся котом — чёрным, огромным, с горящими жёлтыми глазами. Он отступил на шаг и присел, готовый к любой неожиданности.

Ряха глубоко вздохнул, размахнулся и забарабанил большими кулачищами в дверь.

За дверью послышались шаги — сначала медленные, сонные, потом быстрее. Кто-то недовольно возился с замком, бормоча что-то себе под нос.

Дверь распахнулась.

На пороге стоял Никита — растрёпанный, с сонными глазами, в старой футболке не по размеру и домашних штанах.

Друзья вздохнули с облегчением — так, будто из их груди вытащили тяжёлый груз. Ряха не выдержал: он рванул вперёд и бросился обнимать Никиту, прижимая его к груди с такой силой, что у того аж хрустнули кости.

— Никита! Спаситель наш! Неужто нашли! Помоги нам, друг старинный! — Ряха гладил его по голове и хлопал по плечам, не в силах сдержать улыбку.

— Ряха! — Никита, всё ещё сонный, но уже улыбающийся, обнял его в ответ. — Как ты здесь? Каким ветром?

— Ох, Никита, сейчас я тебе расскажу, — Ряха отстранился, перевёл дух и махнул рукой в сторону Баюна. — Баюн, чего встал? Заходи!

— Баюн? — переспросил Никита, вглядываясь в чёрного кота. Он переводил взгляд с Ряхи на Баюна и обратно, словно пытаясь сопоставить два образа.

— Да вы встречались в избушке у Яги, — напомнил Ряха. — Забыл, что ли? Это тот самый кот, что живет у неё!

— Так ты тот самый Баюн из сказок? — Никита закрыл дверь за гостями и снова уставился на Баюна. — А мне тогда казался обычным большим котом.

Баюн медленно перевёл взгляд на Ряху. В его глазах читалось предупреждение, но Ряха уже разошёлся.

— Он не обычный кот, — сказал Ряха, с ходу проходя в комнату и оглядываясь по сторонам, как у себя дома. — Он предатель. Накрывай на стол, — скомандовал он, плюхаясь на диван, — я тебе сейчас всё расскажу.

Баюн только вздохнул, а Никита никак не мог поверить в то, что ему всё это не снится.