Художник для "Непокорной"

— Я так не могу работать! Мне нужны лишь лучшие материалы! — Вася сорвал сумку с плеча художника и высыпал всё содержимое на диван.

— Судя по содержимому, ты имеешь минимальный набор! Так что приступай! Как только погода успокоится, мы поедем. На этом разговор окончен!

Злой охранник схватил стакан с виски с подноса и выпил его залпом, а потом с грохотом поставил обратно на стол, развернулся и пошёл на кухню. Влад остался стоять напротив Германа. Старик печально взглянул на художника и ответил.

— Дорогу размыло. Он хотел поехать, но машины засели в яме. Он вытаскивал «ласточку», больше часа. Господин, успокойтесь, день простоя ничего не изменит. У вас будет день, чтобы осмотреться. Зная госпожу, скажу. Она женщина с ужасным характером, но всё же любит и ценит искусство, так же как и Дмитрий Максимович.

— Ну, раз вы знаете, для кого я рисую, может, расскажите?

— С превеликим удовольствием, но думаю, вам стоит взять папку, что оставил господин.

— Зачем?

— Будете там отмечать иные факты. Дмитрий не всегда может уловить суть, и теряет «песчинку», что может дать ответ. Поэтому госпожа его умней и сильней. Поэтому принесите документы, оставленные вам для проекта, и я жду вас на кухне. Мне нужно помочь с готовкой, и там я смогу вам детально рассказать о вашей работе и госпоже.

Влад кивнул и направился к себе в комнату за папкой. Проходя по тёмным коридорам, художник заметил на стенах прямоугольные тёмные пятна, напоминающие о том, что раньше здесь висели картины, возможно, это были портреты, а возможно — и пейзажи великих художников. Прикасаясь к отметинам на стенах, он словно «приобщался к истории». Его тонкие пальцы трогали обшарпанную известь. На потолках была «вековая пыль», стены явно не видели ремонта лет так пятьдесят–шестьдесят, но это не скрывало красоту этого дома. Пройдя дальше, Влад заметил огромный портрет девушки в розах. Но на месте её лица красовался прорезанный холст. Проходившая мимо прислуга Люба бросила свой комментарий заворожённому Владу.

— Это наша хозяйка, злостная тварь. Таких нужно убивать.

— Что ты такое говоришь?

— Замолчи, Света, я правду говорю. На вашем месте были сотни художников, и все пропали без вести. Говорят, граф, что проживал в этих краях, и что умер от грусти по своей любви, их забирает.

— Хватит пугать человека. Не слушайте эту идиотку, она тронулась умом. Призраков не существует! Мы тут давно живём, и ночи бывают странными, но вполне логично объяснимыми.

— Говорят, хозяйка заключила с графом договор, что лишь истинная красота способна прижиться в этом особняке. Граф был не плох собой и хорошо рисовал. Всё фрески — это его рук дело, поэтому госпожа решила их восстановить.

— Она просто любит искусство.

— Просто мало любить. — Послышался голос Германа. — Господин Владислав, я жду вас.

— Леди, простите, но мне пора.

— Не забудьте, что я вам сказала.

— Хорошо.

Мужчина бросился бежать к своей комнате и, бежав слишком быстро, не заметил выступ стены. Не успев затормозить, впечатался в него лбом. От удара он отключился и увидел сон. Он вновь стоял напротив картины с девушкой в розах и старался отреставрировать портрет, но ничего не получалось. Вновь боль и холод. Открыв глаза, он увидел, как Герман и служанки столпились перед ним. Ему протянули руку, и, встав, Влад потёр лоб. Нащупав шишку, понял — сотрясение ему обеспечено.

— Что с вами случилось?

— Это граф на него напал!

— Глупости не говорите, мисс. Граф умер более двух сотен лет назад. Что за глупости?

— Это точно он? Граф Антон Васильевич Карнович.

— Что за бред, милочка?

— Это он!

— Хватит! Я просто в стену врезался.

— Так говорили все художники. Граф охраняет своё имение и всех девушек, в которых он влюбляется, ведь их настигает проклятие «Графа Карновича».

— И в чём оно проявляется?

— Он влюбился в молодую госпожу, когда ей было лет шестнадцать. С тех пор её не могут выдать замуж. Каждого мужчину настигает призрак графа, ведь каждый её поклонник нанимал художника, чтобы тот нарисовал портрет госпожи, но все пропадали. — Влад выпучил глаза.

— А как же Дмитрий? Он же жених? — Любовь хотела ответить, но ей прикрыл рукой рот Герман.

— Кто такой Дмитрий — вы узнаете, несомненно, но сейчас я вас ждал для обсуждения именно госпожи. Берите папку и жду вас на кухне.

Глава 5 “Bonjour от леди”

Влад медленно побрёл в сторону своей комнаты. Голова безумно болела. И прикрыв шишку чёлкой, он направился в свою комнату. Вчера эта дорога казалась ему совершенно другой, он словно свернул не туда. Так и получилось: Влад пропустил поворот и завернул в заброшенную часть особняка. Она была старой, и всё было покрыто белыми простынями. Пройдя в центр зала, мужчина начал прикасаться к тканям, угадывая, какие же тайны таят эти запылившиеся лоскуты. В его голове зазвучала музыка. Джаз. Картинки начали бегать, словно кадры киноплёнки. Резкий жест — и старый рояль обнажил свои грани перед заигравшимся художником. Он открыл крышку и провёл пальцами по клавишам: «дзинь». Опустилась клавиша и издала звук. Сняв табуретку с впереди стоящего стола, художник приставил её к роялю и присел, разглядывая пыльные чёрно-белые деревянные досточки, ныне называемые — клавиши.

— Говорила, мне мама, учись играть на музыкальных инструментах! Музыканты зарабатывают больше художников, не слушал — вот сейчас бы играл себе в консерватории и проблем бы не знал!

«Блям» — и новая клавиша забилась в трепете волны звуком, «Бряк» — и ещё одна пустилась в пляс. Влад словно окунулся в прошлое этого зала. Бал? Вечеринка? А может, светский приём тут был? Пока не увидишь — не поверишь в нахождение такой красоты в таком месте. На потолках были старинные росписи, вензеля, и остатки потемневшей позолоты поблескивали на некоторых изображениях. На фресках очень часто проскальзывал облик девушки, но все изображения были подпорчены — лиц нигде не было. Это настораживало и приводило к мысли о легенде, о графе, что безумно любил свою возлюбленную, и действительно умер от горя по ней. Но как бы ему ни нравилось это место, его ждал довольно странный управляющий. Старик с пистолетом был не менее странным, чем остальные домочадцы. Взяв себя в руки и приняв решение обязательно вернуться в этот «волшебный зал», Влад вышел в холл и направился искать свою комнату.

Особняк был огромным, и легко можно было заблудиться. Бродячий по коридорам художник навевал на прислугу страх. Они все знали, что он не первый, кто посещает это место, и боялись той же участи для него. Служанки, из-за невозможности покидать этот дом, начали терять свой разум и влюбляться в «нового гостя». Хотя знали, что это невозможно. Он умрёт от рук графа или сама хозяйка лишит его жизни из милости, чтобы тот не достался призраку особняка.

Наконец найдя свою «родную» дверь, Влад схватил папку с тумбочки и, развернувшись к стене, внезапно увидел кровавый отпечаток руки. Приложив свою руку, он понял, что они почти идентичны.

— Вздор! Глупости! Я не верю в байки о призраках.

— А зря!

— Люба, Любочка Любовь! Призраков придумали для таких простушек, как вы, чтобы будоражить женские сердца.

— Вы зря так говорите о графе, он немало положил художников в этом доме, а к кому располагала госпожа, то она сама уводила возлюбленных в мир «смерти», не давая возможности увезти в ад души прекрасных, творческих людей.

— Любочка, сделайте мне кофе! И прекратите сбивать мой творческий настрой. Ваши глупые сказки имеют вес лишь для простушек. Я человек иной веры.

— И во, что же вы верите?

— В судьбу и деньги!

— Он придёт к вам, и вы поймёте, что я права.

— Merci mon cher Amour. (Спасибо, моя дорогая Любовь.)

Мужчина обошёл служанку и направился на кухню к управляющему, что ждал его уже довольно давно. Войдя на кухню, Влад сразу же почуял приятный аромат выпечки. Он словно окунулся в мир детства, но Герман был невозмутим и, не обращая внимания на Влада, продолжал нарезать лук огромным ножом. Ни слезинки не виднелось в этих глубоко посаженных глазах.

— Присаживайтесь. Я слушаю вас и ваши вопросы. Давайте с первой страницы, читайте вслух, а то я давно не открывал эту папку, мог и забыть что-то.

— Вы же ничего не забываете!

— Шутить вздумали? — Резкий стук. Это нож вошёл в стол, и, отпустив рукоятку, старик присел напротив художника.

— Слушаю ваши вопросы.

— Ладно, понял! Так Елена Дэц, 26 лет. Высшее образование в сфере бизнеса. Любит путешествовать и инвестирует в недвижимость по всему миру. И что тут такого непонятного или неординарного?

— Читайте дальше!

— Мастер спорта по единоборствам — Влад скептически посмотрел на Германа.

— Читайте!

— Рост 160 см, вес 56 кг! Так стоп! То есть этот дом принадлежит Джеки Чану с сиськами? — художник начал листать тексты на нахождение размера её тела и груди.

— Не ищите, это частый вопрос при узнавании информации. Пятый!

— Чего?

— Да и свои! Читайте дальше, и приступайте к работе. Эскизы должны быть у меня на столе через сутки.

— Ничего себе скорость. Ладно. Мастер спорта по единоборствам, чёрный пояс по каратэ, тхэквондо, разряд по стрельбе из лука, арбалета, пистолета, винтовки Чёрт! Она кто такая? Дочь мафии?

— Читайте.

— Титул «мисс ножичек»? Так, пояснительную бригаду мне в студию.

— Она мастерски кидает ножи. А блин, понятно, наверное, ещё и фехтованию обучена, и мечи — что я видел её? — Герман подмигнул и прикрыл одну сторону рта ладонью, затем прошептал.

— И не только!

— А можно мне выпить?

— Конечно. Верхняя полка. Виски, коньяк, портвейн, водка и другие напитки. Босс распорядился всё доставить. Вы — творческие люди, немного нервные, и вам нужно «лекарство» для жизни, «живая вода» для осознания и понимания.

Достав бокал и открыв бутылку односолодового островного скотча Isabella's Islay, художник налил немного и выпил залпом.

— Так поехали дальше.

— Скотч, кстати... знали бы вы его стоимость... не пили его так...

— Что, его стоимость? Жалко?

— Нет! Но всё же Его стоимость на аукционе превысила 6 миллионов долларов США, что не в последнюю очередь обусловлено ценностью бутылки: её украшают 8500 бриллиантов и 300 рубинов, а сама она выполнена из чистого белого золота. — Влад покрутил бутылку и поставил её на место.

— Все они пересчитаны.

— Ой, можно подумать, так она мне нужна? Она, скорее всего, лимитирована и украшает частные коллекции. Я быстрее мечи украду, чем бутылку.

— Ой, лучше бутылку! За мечи вас найдут и на них посадят!

— Такой босс грозный?

— Хозяйка не позволяет прикасаться к ним никому.

— Ну, да, с таким физическим арсеналом ей не нужно оружие.

— Госпожа возвращается через восемь недель с поездки, и мы обязаны подготовиться к её приезду.

— Понял, иду работать.

Встав с высокой барной табуретки, художник взял папку и направился к себе в комнату за карандашами, чтобы отправиться в спальню хозяйки и сделать наброски. На этот раз он не терялся, а чётко знал, что желает воплотить в жизни.

— Ну, шесть недель — не так уж и много. Я сумею много дел сделать. Тем более фрески, что я видел, не особо повреждены, и рисовать не долго. Придумаю что-нибудь.

Войдя в комнату, он посмотрел на стену — кровавый след пропал. Наверное, привиделось, подумал он, и, схватив сумку, повесил её на плечо, направившись в комнату хозяйки. Её опочивальня напоминала ему поначалу комнату пыток, а сейчас — ничего так, присмотрелся. Старая кровать огромных размеров. Королевские шторы на окнах. Стены, пусть и старые, но явно эта комната видела ремонт нового образца, сравнительно недавно. На стене возле кровати были точечные отметины. Подойдя к ней и прикоснувшись, Влад понял, от чего они, но промолчал, а вот служанка Светлана решила озвучить.

— Пули! Госпожа напилась и расстреливала фрески. Вот поэтому вы и здесь.

— Вы же не верите в привидения?

— Нет! Я знаю хозяйку давно, я дочь её няньки.

— А что за история с графом?

— Глупость. Байка на «ночь», что матушка ей рассказывала. Эта история переходит по наследству от матери к дочерям. Граф Карнович Антон Васильевич был известен своей любовью к искусству, он прекрасно рисовал, но его батюшка решил женить графа, не на его избраннице. Говорят, нынешняя хозяйка наша — копия умершей девушки, что любил граф. Особняк долгое время стоял без «жизни» внутри, зарос, но Дмитрий Максимович купил его для госпожи. Я, кстати, принесла вам перекусить. И до вечера — ждём вас на ужин.

— Спасибо, Светлана.

Влад откусил кусочек бутерброда и принялся работать. Наброски разлетались легко, словно крылья, и листки из альбома, падая на пол, обрамляли сидящего мужчину. Он заработался и не заметил, что задремал. Уснул — и с грохотом упал на пол. Вскочив, он осознал, в чём дело. Грохот такой — Влад усмехнулся, наверное, всех перепугал. Но не тут-то было. Открыв дверь, он понял, что дом погряз в тишине, при том гробовой. Художник бросил взгляд на часы и понял, что уже ночь. Выйдя в холл, он решил спуститься на кухню и что-нибудь перекусить. Взяв из холодильника тарелку с картошкой и мясом и прихватив бутылочку с бокалом, отправился в огромный зал для осмотра территории и нового одухотворения. Присев к окну, спиной к входной двери, он был незаметен от входа. Вдруг налетевшая гроза и ливень закрыли обзор для любопытного Влада. Он решил зажечь свечи и направился к подсвечнику с бокалом в руке. Стоя всё так же спиной к входу, он услышал ужасный грохот.

— Гром гремит, кусты трясутся, что там делают?

Но вновь он ошибся. Всё произошло очень быстро. Стрельба, кто-то падал на пол. Развернувшись, художник увидел леди в красном костюме и большой шляпе, что скрывала её лик. Девушка легко вырубала охрану и игриво орудовала рапирой, что схватила со стены в прыжке, а она была на шпильках! Всё это происходило почти в темноте, лишь несколько свечей заставляли тени игриво танцевать на стенах, оставляя следы крови от порезов «шкафов». А когда охрана кончилась, в зал вышел Герман и устремил оружие на незнакомку, но она тут же пропала и появилась за спиной управляющего.

— Госпожа? — удар по шее и Герман упал на пол.

— Теряешь хватку, старичок.

Красивый смех начал разливаться по залу. Зажёгся свет. Девушка медленно сняла шляпу, и стоящий за ширмой Влад, приоткрыв рот, начал всё больше удивляться тому, кого он видит.

— Мой ангел сети тут? Она хозяйка особняка? Не может быть? Она наследница такого состояния? И невеста Дмитрия? Мне крышка.

Девушка начала снимать одежду, которую оставляла просто на полу, направилась к кухне в одном нижнем белье.

— Герман, приготовь мне ванну. Я устала.

— Да, моя госпожа. — Влад стоял и не мог пошевелиться.

Глава 6 “Первый шаг”

Страх захватил тело художника, но ещё больше страсть и желание пойти за хозяйкой в душ и взять её. Сейчас кровь прилила далеко не к шишке на голове, а к другому месту. Девушка бродила с нижним кружевным бельём по залу, не замечая Влада за ширмой. Она не знала о его существовании вообще. Это давало сейчас ему время понять и осознать, что судьба подарила ему шанс на встречу, куда раньше, чем он думал. Тут он поймал себя на мысли, что она не знает, как он выглядит, и это шанс поближе подобраться к секси-богачке, которая оказалась «ангелом» не только в сети, но и в реальности.

Елена стояла спиной к Владу, и он, имея хорошую зрительную память, старался запомнить каждый изгиб красивого тела, чтобы написать её портрет. Конечно, хотелось бы успеть сделать это тайно и подарить при встрече, когда она согласится встретиться с ним в реальности. План быстро рос в голове вместе с шишкой, словно рожь в солнечный день. Его мысли нарушила рука, которая резко прикрыла ему рот со спины, а вторая потащила тело художника к стене. Он брыкался и сопротивлялся, а когда увидел, кто его тащит, совсем испугался. Это были руки Германа. Управляющий затащил Влада в тайную комнату, что вела из огромного главного зала наверх по винтовой лестнице. Они стояли в потёмках.

— Как вы смеете?

— Кто это такая?

— Это наша хозяйка, и она почему-то резко вернулась из своей дальней и очень важной поездки. Её отец будет зол Прошу вас, постарайтесь не попадаться ей на глаза, а я в свою очередь буду вас прятать.

— Но зачем?

— Как бы вам помягче сказать? Она ненавидит таких, как вы.

— Мужчин?

— Художников.

— Почему?

— Ну, из-за проклятья, о котором вам рассказала Люба. Это, конечно, бред, но все художники реально пропадали или сходили с ума.

— Тогда зачем тут я?

— Так хотел Дмитрий Максимович. Этот дом, всё, что осталось у Елены Дэц. Это семейное имение, и она им дорожит. Вся её семья тут жила, но в определённое время членов семьи поражали странные болезни, и они уходили из жизни один за другим. В этой семье принято прислушиваться к «семейным байкам». Как ни странно, но госпоже и правда не везёт в любви. Наивно, конечно, полагать, что из-за графа, но всё же Многие богатые наследники от неё отказались, лишь однажды проведя здесь ночь.

— Ну, я уже провёл и всё нормально!

— И ничего странного?

— Не а...

— Вам повезло, но думаю, скоро вас выгонит, как выгнал других. Обычно на это уходит от трёх до шести недель.

— Поэтому я тут на срок до шести недель?

— Да! Вам лучше вернуться к себе и тихо сидеть!

— Но мне же нужно работать над её комнатой.

— Работайте над мансардой, она не особо близка к её комнате!

— Вы издивываетесь? Она над ней!

— Я покажу вам тайные проходы между стенами, и вы будете проходить туда.

— Ладно!

— Но обещайте не общаться с госпожой Еленой Дэц.

— Хорошо буду общаться лишь со своим «ангелом».

— Чего?

— Я буду общаться со своей девушкой, в сети.

— Идите. Уже ночь, и вам надо отдохнуть. Ночь сейчас не тихая, и мне нужно помочь хозяйке.

— Идите Идите, а я спать.

Конечно, Влад задумал свой личный план. Его «ангел» сам пришёл в его руки, и упускать такую возможность было нельзя. Шесть месяцев он горел желанием по ней, и вот она рядом, на закрытой территории с ним. Прислуга не в счёте. Он понимал, что знает о ней всё, а то, что нужно нарисовать для неё, было вообще лёгкой задачей. Дойдя до своей комнаты, он решил писать ей и дальше, но не признаваться, что он ближе, чем она думает. Войдя в «свой» новый уголок для мыслей, художник бросил взгляд на свой телефон. Открыв чат, заметил, что девушка в сети. Ехидная улыбка блеснула на устах Влада.

— (Мысли Влада) Ты влюбишься в меня Я тебя влюблю, да так, что ты сама попросишься ко мне в «гости». — Прыгнув на кровать, он лёг поудобнее и принялся продумывать текст для своего «ангела».

— Ты в сети?

— Да!

— А я сижу на подоконнике, благо он низко расположен, и курю сигарету, смотрю на падающие листья. Глаза щуря от дыма, пишу тебе.

— Приятно.

— А знаешь, у меня появились вопросы. Ты любишь охоту?

— Да, а что?

— Я был на выезде и записал для тебя видео. Показать?

— Да, а ты там есть на видео?

— Фигуру видно, но без лица. Там в основном природа. — Влад загрузил видео в чат и увидел, что она посмотрела.

— Красота! Я давно такого не видела.

Он напрягся. Они находились на живописной местности, и она говорит, что давно не видела природу. Может, он ошибся и эта девушка не его ангел?

— А что ты сейчас делаешь?

— Документы перебираю.

Он вышел в холл и точно видел свет из комнаты хозяйки. Дом притих. Он медленными и тихими шагами пошёл к ванне, что была рядом с комнатой госпожи, и продолжал писать.

— Ты устала?

Но не было слышно звонка сообщения. Он ещё раз написал, и опять тишина, но видно, что она читает. Неужели он ошибся и та женщина в ванне не «ангел сети»? Он вспомнил про слова Германа и решил проверить, идёт ли ход за стенами до той ванной? А если это не она, то, возможно, у него появится шанс больше узнать для проекта о самой хозяйке. Так он сможет лучше её понять и досконально нарисовать то, что она хочет.

Найдя вход в потайной холл, Влад зажёг зажигалку и пошёл вперёд. Идти пришлось долго. Он уже не верил, что затея «выгорит», но вдруг обнаружил нужное место и увидел, как Елена встаёт из ванны. Она была обнажена и спиной к нему. Он смотрел через небольшую щель в стене и не понимал — он ошибся или нет. Решил проверить. Художник вновь написал ей, и опять тишина. Влад развернулся и решил уйти. Это была не она, но вдруг ему пришёл ответ.

— Прости, была занята. — Он развернулся и вновь присмотрелся. Девушка набирала сообщение. — Я решила тебя послушать и взяла выходной. Можем общаться. Такие у тебя были ко мне вопросы?

— Скажи, а у тебя есть тату? Господи, что я говорю? Прости меня...

— Да, есть на левой груди, сбоку, бабочка.

Девушка развернулась к нему лицом, и Влад увидел на груди бабочку. Он безумно обрадовался — это была всё-таки она — ЕГО ангел.

— Пока я на выходных, я буду рядом с тобой!

— Честно?

— Да, я вся твоя, пока отдыхаю.

— С чего такие перемены? Я же тебе вроде бы не был по нраву?

— На самом деле, я люблю искусство, но боялась признаться — часто встречала людей, что смеялись надо мной.

— Они дураки! Ты идеальна! Столько прекрасной девушки я ещё не встречал.

— Почему?

— Ты естественная! А сделай для меня своё фото, но без косметики.

— Зачем?

— Ты меня вдохновляешь, хочу нарисовать тебя в лепестках роз.

— Спасибо! Но сейчас я не особенно хорошо выгляжу.

— Ты всегда прекрасна.

Девушка потупила взор. Ей писал парень, словно видел её сейчас насквозь. Она накинула на свои плечи шёлковый халат и подошла к зеркалу. Вспышка от телефона — и фото готово. Елена отослала его своему другу по переписке. Он, получив заветную фотографию, что стала доказательством, просто вышел из чата. Идя по тёмному коридору обратно к выходу в холле, внезапно понял, что свернул не туда.

— Тут я помню, был выход, но сейчас он где?

Увидев просвет, художник толкнул что-то похожее на дверь — и она открылась. Он упал на пол с грохотом. Поднявшись и осмотревшись, Влад осознал, что точно не там, где должен был быть. Это была красивая комната в старом стиле, и такой он не помнил на схеме дома. Чиркнув снова зажигалкой, мужчина принялся всё осматривать. Огромная кровать, окон не было, на полу шкура медведя, камин, а над ним возвышался портрет. Он приблизил к портрету зажигалку и тут же её уронил, обжёгшись. Влад присел на корточки и начал судорожно искать «источник света». Он старался себя успокоить — ведь призраков не существует, и реинкарнация — бред. Нащупав пальцами зажигалку, схватил её и вновь зажёг. Поднёс опять к портрету и понял, что на портрете изображён мужчина, очень похожий на него. А внизу подпись: «Граф Карнович Антон Васильевич».

— Так вот как ты выглядишь, держащий в страхе весь особняк. — Влад покачал головой и увидел, что портрет тоже повреждён. — А что если восстановить его и показать домочадцам? Я же его копия! Может, я потомок этого графа? Но, в любом случае, этот портрет может мне помочь завоевать Елену Дэц.

Схватив портрет в руки, он направился искать обратный путь. В его голове появилась «грязная» идея. На удивление, выход нашёл быстро. Художник тихо прошёл в свою комнату и запер дверь. Выставив картину на кровать, художник начал разглядывать портрет.

— Ну, что, Граф Карнович, ты же не обидишься, если я прикинусь тобой? Раз весь дом боится тебя! Я заставлю их меня уважать, и, возможно, ты где-то припрятал семейное золото, и я должен его найти. Боже, о чём я думаю? Деньги! Деньги! Деньги. Я должен думать о ней! Кстати, граф, а как же выглядела ваша зазноба? Неужели реально похожа на Елену Дэйн? Ты же мне покажешь её? — Портрет упал на постель Влада. — Что обиделся, что я хочу забрать твою возлюбленную? Подвинься, труп Она моя!