Безлюдье 3

- Подумаем, это не так просто сделать.

- Да понимаю, сейчас вообще каждый жнец, кузнец и на дуде дудец. А что делать?

- И не говори, иногда просто голова пухнет от новых проблем. Возникнет такая, а как выход найти? Интернета теперь же нет, просто информацию найти, уже заморочка. А уж грамотного человека…

Они молча уставились в окно автомобиля. Уже въехали в Алфимово, оно было старше Капли и застроено более плотно. Улочка сузилась, на ней стало оживленнее. Куда-то двигались по своим делам женщины, мужчины во дворах рубили дрова Здесь, в деревне в основном было печное отопление. Два мужичка в меховых шапках копались под мотоциклом, поставленным на большие шины низкого давления. Из-под разгоряченных работой ватников шел пар. Николай помахал им рукой, мужчины ответили.

- Видишь! Мужики на рыбалку собрались.

- А не опасно? В такой мороз ?

- Да чего им! Рации с собой, сзади цепляют большие сани, там палатка с обогревом. Вечером и свежей рыбки привезут, а то консервы уже поперек горла встают!

В последние недели осадков практически не выпадало, и дорога была хорошо наезжена, поэтому ездили спокойно и на обычных машинах. В конце деревни разминулись с дежурным пикапом, тот вез свежее молоко в столовую и школу. Николай коротко ему просигналил. Миновали Алфимово и через три минуты проскочили ферму. Здесь также вовсю кипела жизнь, дежурные рабочие волокли кипы с сеном, двое заключенных, бывших мятежников, таскали вилами навоз.

Тут же суетился сам Ружников, что-то яростно высказывая молодой бабенке. Михаил не стал тормозить машину, все равно на совете увидятся. А сразу за фермой они заметили на дороге согбенную фигуру старика, тащившего за собой небольшие сани. Атаман узнал в нем того самого Павла Матвеевича, отогревшего его после нападения бандитов. Михаил приказал тормознуть машину и выскочил наружу.

- Павел Матвеевич! Давно не виделись! Вы куда в такой то мороз нацелились?

- О, атаман! Доброго здоровьица! А чего мороз, чай не южане, а русаки природные. Стыдно нам морозов боятся, а вам, северянам, тем более.

- Ну у нас та говорят: Не тот северянин, кто морозов не боится, а тот, кто хорошо одевается.

- И то верно, - улыбнулся старик. Его борода полностью заиндевела, брови также и в своей оригинальной шапке он был похож на настоящего Деда Мороза.

- Давайте подвезем, мы на фишку едем.

- Да я тут неподалеку ивняка нарубил, вот вывожу понемногу.

Они быстро закинули сани в кунг, а деда подсадили в кабину.

- Неугомонный вы, Павел Матвеевич. И зачем в такой мороз за лозой идти, можно ведь и отморозить что-нибудь. Это ведь не шутки.

- А что мороз? Привычный я к нему, на Ямале одно время деньгу зарабатывал. Вот там морозы, так морозы. А одет я тепло, не смерзну. И чего народ панику навел, ведь и раньше таковские морозы бывали и подолгу стояли, и жили, и работали.

- Да ну? – удивился Михаил. Тогда чего мне все по ушам ездят, что век не видывали?

- Отвыкли просто, последние лет двадцать теплые зимы были, вот и забыли. Ну так, поморозит пару дней и все. Хотя вот в 85 годе суровая зима была, детей на автобусах в школу возили, да и в семидесятые морозные зимы попадались. Да, думаю, и сейчас постоят холода недели две, да и уйдут, чай не Сибирь у нас. Ну а мне чего ждать? У меня свой план, сырье кончилось, вот и пошел. Так мне внучек обычно таскать помогает, да паренек Витька, который у участкового нашего помощник. Да заболели оба, как на грех. Пошли на озеро кататься, да в полынью угодили. Там у берега ключи бьют, и лед тонкий. Неглубоко, но простудились. Дома у меня лежат, жена ваша приходила, сказала, что обойдется. Говорит, что мол после катастрофы болезни легче переносятся. Правда, это, атаман?

Михаил покачал головой.

- Есть такое. Видимо, излучение это не только зла наделало. Хотя кто его знает, что там на самом деле было.

- Ты прав, кто его знает. Стоп, робяты, здесь выхожу. Вон, кустики заветные.

- Павел Матвеевич, мы через полчаса обратно поедем, заберем.

- Договорились, на дороге подхватите.

Попрощались с разговорчивым дедом и двинули дальше. Через километр дороги, вьющейся между перелеском и полями они подъехали к небольшой развилке, где и стояло странное строение, ставшее их наблюдательным пунктом, прозванным Фишкой. Отсюда две дороги шли на трассу М2 , а одна сворачивала на восток, к расположенным там деревенькам.

Непонятно, что строили в этом месте, но постройка получилась уродливой. Первый этаж буквой Г, над ним небольшая квадратная надстройка и сверху, что-то типа голубятни. Самый верхний этаж еще осенью перестроили на наблюдательную вышку. Но зимой там не дежурили, постоянно здесь находились только Лютый с подругой. Они почему то не захотели жить в поселке и обосновались здесь. Николай припарковался рядом со входом и стал открывать кунг. Из двери в это время вышел заспанный Лютый, он зябко кутался в куртку.

- Принимай передачку, дежурный, пайка на двоих - пошутил Ипатьев.

- Ох уж шуточки у тебя, Колян! – Лютый криво улыбнулся. - Сейчас Маринку позову.

Через минуту из дверного проема показалась худенькая бледная девчушка. Невыразительное лицо, широкие скулы и некрасивый чуть сплющенный нос. Марина Иевлева явно не была красавицей. Только светло-карие глаза, казалось, жили своей, потаенной жизнью. Лишь иногда выныривали на поверхность реальности. Непонятно было, почему красивый и обаятельный парень, каким являлся Лютый, выбрал в качестве подруги ее. Да любая красотка за ним побежит! Но друзья из его команды по этому поводу молчали, а сам Михаил не любил лезть в чужие отношения.

- Доброе утро, Михаил Петрович и вам Николай Федорович. Сейчас боковую дверь открою, туда продукты складывайте.

Минут за пятнадцать они перетаскали недельный продовольственный запас Фишки, самому Лютому вручили несколько пачек патронов, лидер группы пацанов с Подмосковья регулярно практиковался в стрельбе. Затем Марина позвала их наверх пить чай. Они прошли нижний этаж, заваленный всяким барахлом, в угловой загородке сыто урчал тепловой котел. В верхнем помещении было тепло, даже, можно сказать, жарко. Лютый с друзьями еще осенью провел капитальный ремонт и основательно утеплили здание.

Он, вообще, оказался парнем основательным. По его наводке ополченцы перекрыли ведущие в поселок второстепенные дороги бетонными блоками, если не знать какой именно блок можно быстро сдвинуть тяжелой техникой, то будешь долго искать объезд. Мелкие тропы завалили засеками и выкопали рвы. Нежданных гостей здесь не жаловали. Потапов подумывал даже о минировании подходов, но побоялись случайного подрыва своих. Все-таки ведь не война у них.

Скинув валенки и верхнюю одежду, они расположились в небольшой уютной комнате на втором этаже. Вдоль стены стояла основательная двуспальная кровать, в углу, у небольшого окошка был расположен кухонный стол с газовой плиткой. Везде виднелись следы присутствия женской руки, умеющие на ровном месте создать видимость уюта. У второго окошка находилось несколько вычурных канапэ с цветами, на самих окошках висели занавески пастельного цвета, на полу были разбросаны самодельные коврики.

Марина разлила по чашкам свежезаваренный чай с травами, собранными осенью на окрестных лугах. Поэтому и чай у нее получался всегда очень вкусным и душистым. Поставила на передвижной столик вазочку с вареньем и тарелку с самодельными вафлями.

- Хорошо тут у вас, спокойно - Николай пил горячий чай с удовольствием, ему нравилось здесь бывать.

- Живем! - отозвался коротко Лютый и перешел сразу к делу. – Колян, сможешь помочь мне пару лесин сюда дотащить. Тут рядом, делов минут на пятнадцать.

- На дрова что-ль?

- Ну, на них тоже.

- Тогда вставай, пошли цепи натягивать, снегу в лесу маловато нападало, проедем.

Они быстро поднялись и двинули к машине. Михаил остался допивать чай, время еще было. Он поглядел на хлопочущую у плиту Марину, отметил, что на поясе висит кобура с ПМом и спросил ее:

- Мариночка, не скучно вам тут, в медвежьем углу, сидеть? Переезжали бы к нам.

- Да знаете, Михаил Петрович, нам тут хорошо. Лютику никогда толпы народа не нравились, да и я любительницей потусить никогда не была. В свое время наелась этого... Хочу отдохнуть от всего. А здесь спокойно, тихо. Да и не скучаем мы особо, то патрульные заедут, да и лыжники нас навещают. Командир заскакивает, Ярик, и Дениска Кораблев часто бывает.

- Вот как? В такой мороз бегают? Молодцы, а я грешным делом пока забросил лыжи.

- А что им, молодые, энергии через край. Добегут, чаю попьют и обратно.

- С Денисом дружите?

- Конечно! Он много чего нам хорошего сделал. Если бы не Денис, то Пачин раньше начал зло творить. Боялся Дениса отчего-то старый бандит. Мы с Лютиком предлагали ему с Пачиным раньше разобраться, но Дениска же честный очень. Я думала, что таких уже не бывает. На войне был, но не озлобился, а потом этот гад его умирать оставил.

Михаил кивнул, он был в курсе произошедшего тогда. Когда разведка колонны из Родников напоролась на засаду "черных". Именно Марина тогда первая бросилась на выручку, за ней и Лютый. Хотя шансов у них практически не было, они смогли вырвать друга из лап смерти. Кто-то рассказывал потом атаману, как Лютый стоял в полный рост и поливал короткими очередями бойцов противника. Этот парень только своей безудержной яростью заставил врагов отступить. Один из немногих случаев, когда судьба благосклонна к отважным. Михаил знал по богатому жизненному опыту, что чаще всего смелый и безрассудный означает - мертвый.

- Денис хороший человек, мне, вообще, повезло собрать в команду именно таких ребят. Ну, ладно, спасибо за чай Мариночка. Заезжай все-таки к нам, мы в школе открытые лекции начали проводить, это очень интересно. До свидания.

- Постараюсь, Михаил Петрович и вам доброй дороги.

Вышедшего на улицу мужчину мороз сразу схватил за нос и щеки, Михаил поднял воротник куртки и опустил капюшон. Николай и Лютый уже заканчивали надевать цепи на грузовик, и уже через пять минут они были на месте. Машина ходко шла прямо по целине, проскочила подлесок, ломая кусты ивняка и заехала в небольшой сосновый борок. Здесь их ждал десяток поваленных лесин сухостоя, они уже были подготовлены для транспортировки, обвязаны металлическим тросом, и избавлены от веток. Николай только хмыкнул:

– Не хило ты дровишек нарубил, Лютый.

Трос живенько прицепили и вытащили связку на дорогу. Лютый показал место за домом, куда нужно было бревна сбросить. Коля еще раз хмыкнул, увидев там гору заготовленных лесин, но благоразумно промолчал.

Обратная дорога много времени не заняла, подхватили по пути деда, заехали на пекарню, где Николай загрузился хлебом для мехдвора, те питались отдельно, и для Мамоновых. В эти морозы старый, советских еще времен, Зилок стал основным средством транспорта. Сам Михаил вышел у здания связистов.

В помещении узла связи было жарко, видимо, недавно протопили печки. Сам Подольский сидел в серверной, что то там разбирая. Его бойцы также не шланговали, работа кипела. Михаил снял верхнюю одежду и поставил Калашников в угол. Пистолет же он никогда не снимал. Даже когда спал, верный серебристый друг лежал под подушкой, Нина по этому поводу часто ругалась.

- Ну что стряслось у вас? Почему связи нет, Андрей?

- Да у нас тут один боец, - бывший кавторанг выразительно посмотрел на пошедшего пунцовыми красками парня, - проспал смену и внешний блок связи заморозил. Ты же знаешь, что сюда вся аппаратура не влезает, вот и вынесли часть наружу. А тут морозы, обогреваем отдельно, для этого дежурные есть. Летом, конечно, переделаем, но пока приходится жить так. Но это ничего, мы тут в процессе ремонта мозги напрягли, и кое-что даже усовершенствовали. Да, а позвал я тебя по другой причине, пошли ко мне в кабинет.

В небольшой комнате, заваленной всевозможной аппаратурой, Подольский подошел к столу и защелкал клавиатурой.

- Во, смотри!

Михаил глянул на дисплей, там шли какие-то непонятные графики, раскрашенные разными цветами.

- И что это такое? - он непонимающе посмотрел на Андрея.

- Как что? Это радиоизлучение, сегодня утром принимали, меня ребята вызвали. Хотели расшифровать, но не выходит. Я связался с белорусскими коллегами, там тоже самое наблюдают. Как будто кто-то сканирует поверхность планеты. Только это же какой мощности излучатель должен быть?

Бойко поежился. Вот еще напасть на них свалилась.

- Хм, не нравится мне это. Опять фигня в космосе происходит?

- Да вряд ли, это излучение мы знаем. А что тогда было, науке неизвестно.

- Ну ладно, следите за этим и мне докладывайте. Связь когда будет?

- Да еще часик, максимум.

- Хорошо, тогда двину в столовую.

- Постой, я с тобой, парни и без меня справятся, а то я и позавтракать не успел.

Они шли по морозному поселку, о чем-то разговаривали. Но жизнь в их телах кипела.

Гости издалека

Сквозь сон Михаил ощутил вибрацию и дребезжание стоявшего на тумбочке древнего механического будильника. Он, не торопясь перевернулся на спину и потянулся, потом сделал несколько разминочных упражнений. Хотя спина в последние месяцы и так чувствовала себя нормально.

Михаил прислушался, всю ночь на улице завывал сильный ветер, кидая в окна, закрытые ставнями, горсти жесткого снега. Но сейчас было тихо. Только позвякивал флюгер на крыше, оставшийся еще от прошлого хозяина. В последнюю неделю он с завидным постоянством указывал направление на северо-запад. Именно оттуда после жестких морозов повеяло тепло, а потом поселения стало буквально заваливать снегом.

Что с климатом случилось? Люди ругались, старожилы вспоминали прошлые зимы, но снег убирать приходилось. Правда, Ружников радовался. До этого на полях снегу было откровенно мало, зато теперь он был спокоен за будущий урожай. И на погоду не пенял

- "Всему свое время" - говорил он , - "а февраль для снега". И раньше такие зимы бывали, просто народ отвык от настоящей русской зимы. Но хлопот для людей такие мощные снегопады заметно прибавили. Поэтому Михаил уверенно встал с постели, и двинул к выходу, из туалетной комнаты уже выглядывал Петька.

- Ну что, готов для подвига?

- Ага, как пионер.

- Дверь не смотрел? Вылезем?

Михаил вспомнил день, когда пришлось выбираться со второго этажа, неудачная конструкция сеней послужила причиной тому, что вход был завален, а двери открывались наружу. В тот день многим пришлось помогать выходить из дома, но сегодня дверь открывалась. Отец с сыном накинули спортивную одежду, подхватили лопаты и вышли на улицу.

Было еще рано, поэтому рассвет только забрезжил, но работать уже можно было без фонарей. Михаил сразу взялся расчищать дорожку к воротам, а Петя мощными взмахами здоровенной лопаты зачищал двор. Физическая работа шла ему на пользу, молодой организм креп не по дням, а по часам.

Взрослые активно поддерживали занятия спортом среди молодежи, да и Потапов уделял повышенное внимание мужской половине юного населения, поэтому прогресс уже был налицо. Родители детей, которые раньше просиживали часами за компьютерными стрелялками и физической формой не блистали, теперь просто диву давались. Юноши резко пошли в рост, их фигуры приобретали резко мужские черты, плечи расширялись, на костяке завязывались мощные и сильные мышцы.

Регулярные занятия рукопашкой под руководством бывшего морпеха и офицера ГРУ также не проходило даром. Пономарев считал, что большинство парней вполне могли бы уже работать на уровне взрослых разрядников. Его, правда, несколько поражала сильно возросшая реакция молодого поколения, но он списывал это на сильный стресс, перенесенный подростками.

Не отставали от парней и девушки, поэтому у большинства из них были подтянутые фигуры, крепкие ноги и отличная осанка. Новое поколение активно готовилось к будущим подвигам, а то что они будут, в этом никто не сомневался. Хотя биологи и высказали мнение, что возможно, что такая физическая активность следствие воздействия неизвестного излучения. И , вдобавок, приводили факты о необычайно здоровых детях, рожденных после катастрофы. Младенцы практически не были подвержены многим болячкам, обычно преследующих малышей. Правление даже решило поручить ученым совместно с медиками и дальше исследовать сей феномен.

Михаил ходко работал лопатой, расчистив дорожку, он стал перекидывать излишки снега через невысокий забор на улицу. Сзади послышался звук открываемой двери, на улицу выскочила Огнейка. Она помахала отцу ручкой, одетой в яркую варежку и начала быстрехонько метлой отчищать от снега крыльцо. Через десять минут, Михаил остановился на передышку. Отличная же вышла зарядка!

Он оглядел двор, надо бы ворота отчистить , чтобы лишний снег выкинуть на улицу, оттуда его уберет техника. Мужчина прислушался, со стороны мехдвора слышался гул техники, значит механизаторы начали расчистку основных дорог. Хотя такие огромные сугробы убрать быстро не получалось, поэтому жители поселка научились передвигаться на лыжах и самодельных снегоступах. У Михаила и самого имелась пара широких туристических лыж, подбитых на манер охотничьих снизу куском меха, чтобы не скользили обратно.

Впереди послышался звук мотоциклетного мотора и напротив дома остановился самодельный агрегат, созданный совместно с нашими мастерами умельцами Орши. Мотор от мотоцикла, самодельная кабина из стеклопластика, высоко приподнятый корпус, сидящий на больших шинах-дутиках. Классический каракат, сзади небольшой кузов, по типу незабвенного ижевского «Каблука», а может и от него и взят. Из кабины выглянула довольная физиономия Юры Ипатьева.

- Не почину атаману лопатой то махать!

- Ничего, полезно быть ближе к народу, – ответил в тон Михаил. - Ты куда? За хлебом?

- И туда тоже, еще на ферму загляну, чтобы лишний раз дежурку не гонять.

- Ваши дорогу чистят?

- Ага, трактора с мехдвора пошли к складам, потом сюда на центральную. А на пожарку сейчас отвал поставят и в Алфимово пойдут. А ты, гляжу, уже со двора снег кидаешь? Молодца!

- Да тут уже места нет, - Михаил огляделся вокруг. – Думаю, пора субботник объявить по вывозу снега. Если к вечеру еще не повалит, тогда на послезавтра назначить. Коле скажи, чтобы технику готовил.

- Лады, передам – Юра захлопнул дверцу, и легкая машина побежала дальше.

На крыльцо вышла Нина и объявила, кутаясь зябко в пуховую шаль:

- Давайте завтракать!

Михаил первым делом налил себе большую кружку чая с травами, щедро сыпанул сахара и большими глотками осушил посуду до дна. После физической работы на зимнем свежем воздухе - самое то. Огнейка же пила по детскому смешно, наливала чай в блюдечко и пила потихоньку, громко сёрпая. К чаю Нина напекла оладий, подавая их с вареньем и медом. Меда «мародерщики» набрали на Смоленском рынке, привезя его в больших бидонах. Семья Бойко всегда была большими любителями продукта пчеловодства. Они надеялись что где-то сохранились живые пчелы и со временем вокруг поселков снова появятся пасеки. Да и опылять растения кому-то нужно.

После завтрака Михаил сделал несколько необходимых звонков и начал собираться. Семья уже разошлась по делам, Нина убежала на склад за лекарствами, Петька с Огнейкой пошли в школу. Сын со своими друзьями должен был еще помочь в уборке снега на территории учебного заведения. Потом их забирал Потапов на занятия по тактике, веселый у них сегодня будет денек! По грудь в снегу штурмовать позиции условного противника! Хотя скорей всего они будут ходить на снегоступах, и учиться маскироваться в снежном лесу. Для такого дела нашили специальных белых маскхалатов.

Атаман неспешно натянул поверх термобелья лыжные теплые штаны, потом флисовый жилет и парку. Поверх ее небольшую, зимнего варианта, разгрузку, куда влезала пара спаренных магазинов к АК, а по бокам были подвешены дополнительные карманы для мелочевки. В одном находился так называемый спаспакет, в нем присутствовали фальшфейер, зажигалка и сухое топливо. В другом лежала маленькая фляжка с коньяком. Хоть и недалеко собрался, но мало ли что может случиться по дороге? Ну и, как водится, пистолет в открытой кобуре, чуть прикрытый паркой, без этого нынче никуда. Дежурный рюкзак остался на месте, только нож был сунут в удобные ножны. Михаил повесил за спину автомат, взял широкие лыжи и вышел из дома.

Неторопливая езда на лыжах всегда нравилась Бойко, еще с самого детства. Вот и теперь он приноровился к удобному размеренному шагу и напрямую рванул к дамбе. Время от времени он останавливался, приветствуя односельчан. С кем-то он был хорошо знаком, а с кем-то шапочно, много народу осенью появилось в поселке. Северяне, бывшие цементирующей силой нового сообщества потихоньку ассимилировались многочисленными приезжими из других областей России и Беларуси. Заводились новые знакомства, выстраивались заново компании. Но старожилы Алфимово все равно продолжали держаться особняком.

Наконец, Михаил подъехал к дамбе, широкое гидротехническое сооружение разделяло искусственной озеро надвое, ближе к тому берегу был сооружен слив. Атаман вышел на дамбу и огляделся, со стороны поселка к озеру выходили многочисленные баньки, берег густо зарос кустарником. Вдалеке виднелиь рыбаки, сидящие на льду, хотя рыба в последнее время шла плохо. После дамбы дорога поворачивала направо к Алфимово, а слева, за глубокой дренажной канавой, виднелся густой перелесок. Михаил же свернул к самому берегу озера, чтобы укоротить путь к ферме. Здесь он наткнулся на свежие следы от снегохода, кто-то уже протропил путь. Идти стало намного веселее, и уже через двадцать минут у входа на ферму он снимал лыжи.

Сооружение сильно изменилось с августа, когда они только прибыли сюда. Была пристроена новая небольшая котельная на угле, сделан большущий навес на месте, куда транспортер вываливал навоз, рядом стоял сборный домик для персонала. Потихоньку ферма разрасталась, хотя скотиной была все еще заполнена только на треть здания.

- Приветствую, Михаил Петрович, - Ружников видимо выглядел атамана в окошечко, - чайку или пойдем посмотрим на буренушек?

-Давай буренушек! - засмеялся Михаил.

Ему импонировала ласковая манера Ивана Васильевича по обращению к животным. Иные хозяева домашних собачек и кошек так не ласкали своих питомцев, как он. В просторном и чистом хлеву пахло навозом, сеном и молоком. Коровы стояли в стойлах упитанные и чистые. Осенью, пока не грянули холода, жители поселений бросили все силы на ремонт и реконструкцию коровника. Поставили современную механизацию, доильные аппараты, видеокамеры, процессоры. Помещение было заново побелено и покрашено, даже музыкальные колонки здесь стояли!

Ружников тогда только что до потолка от радости не прыгал. Такие бы, говорит, нам все условия при советских колхозах создали, всю страну завалили бы мясом и молоком! Да и Европу тоже. С кормами сейчас проблем не было, буренки получали достаточно и сена, и силоса с фуражным зерном, и даже овощи шли в дело. Ученые из Родниковского института дополнительно разработали специальную витаминную диету для скота, поэтому надой на их ферме был рекордным.

А вскоре ожидалось и долгожданное пополнение в телятах. Два коника и три кобылы также чувствовали себя великолепно. Их регулярно объезжали, а одна из кобылиц была беременной. Ружников верил, что через пару, тройку лет у них будет большое стадо, и уже планировал строительство нового, большого коровника.

Михаил поздоровался с Саней и Веней, теми самыми старыми хиппарями, неизвестно как умудрившими сохранится с тех легендарных времен, да еще и выжить во всей последней свистопляске. Хотя они больше смахивались на блаженных, а тем, как известно, везет. Великанов, кстати, признал в одном мужичке бывшего гитариста одной известной в былые времена рок-группы. Но мог и ошибиться, столько времени прошло.

Иван Васильевич встретил поначалу странных людей настороженно, но увидев, как ласково они обращаются с буренками, смирился. А уж когда оказалось, что присутствие Сани и Вени положительно влияет на ежедневные удои, то принял хиппарей в свой коллектив на полный кошт.

После обхода хозяйства они двинули в гостевой домик. Там ночевали дежурные по ферме, а днем могли обогреться и перекусить остальные работники. Проходя мимо навеса над навозом, они увидели двух арестантов, споро закидывающих вилами на четырехколесную тележку слежавшийся навоз, видимо, его планировалось увозить в скором времени на поля. Две такие же тележки, уже полные, стояли неподалеку.

- Как работают каторжане? – спросил атаман у Ружникова.

- А чего как? - тот хмуро посмотрел на работников. – Нормально работают. Этих двоих я бы и раньше отпустил, а вот блондинку ту убрал бы от греха подальше. Как они в Москве своей с такими жили вообще? Мразь какая то, а не баба. Вечно из-за нее у нас склоки.