Княжна попаданка 3. Возрождение рода

Стоило беглецам въехать на крайнюю улочку Новь-града, как снежная буря отступила. Огрызнулась порывом ветра, плюнула мокрым снегом в спину и убралась на болота, завывать от тоски, а может и очередного заплутавшего путника поджидать, чтобы также учинить над ним глумление.

— Доехали! Думал, не сможем! Вере совсем плохо! Придержу её, а нам вон туда! Стену крепостную и храмы видишь? — Лексей показал рукой, куда направлять коней, сам бывал в стольном граде, но давно, уже и улиц не помнит. Но направление есть, и этого достаточно.

Очень медленно уставшие кони прошли несколько узких улочек, пару раз упирались в глухой забор, и, как назло, никакого провожатого не попалось.

В очередном тупике какой-то мужик, завидев измученных путников, сжалился и предложил помощь, отогреться после бури-то, но ребята поблагодарили и отказались. Понимая, что если только спустятся с сёдел, то последующие несколько дней встать не смогут. Особенно княжна, да и Павел не так силён, к таким испытаниям не приучен. Но раз страдальцы отказались, то добрый мужик приказал своему сыну проводить до широкой улицы и показать короткую дорогу в Детинец.

Сил у Лексея хватило только пробормотать: «Много благодарны!»

Теперь Вера то и дело сползает с седла, остатки внимания уходят на удержание спящей княжны на коне.

— Держись, Пашка, вон уже приехали…

Как снежные бабы, облепленные снегом, въехали в кремлёвский двор, кони как-то сами сообразили, куда шагать. Перед княжеским дворцом остановились, а когда осмотрелись, то сразу захотелось куда-то быстрее спрятаться, позавидовали Вере, что она не видит того, что перед ними восстало.

Очень пожалел Лексей, что привёз княжну сюда, кажется, Новь-град захватила нечисть и одна из них прямо перед приезжими и возникла. От усталости и различить невозможно, призрак это или бес, огромная тёмная фигура, но довольно плотная, и явно с великой силой. Остальных, кто сейчас перед дворцом находится, разглядеть не успели.

Вера вдруг начала медленно сползать с коня, а у парней и сил нет её удержать. Сейчас она разобьётся об мёрзлую мостовую. Обычный человек и не успел бы поймать, мужчины дёрнулись спрыгнуть с коней, да куда там, только чёрный призрак метнулся, как кот поймал девушку и держит со всей осторожностью.

Дремоту с парней как рукой сняло. Ахнули, замерли и дышать забыли.

С головы Веры свалилась шапка, и толстая ярко-рыжая коса заставила прекрасную незнакомку, что сидит на огромном чёрном коне воскликнуть: «Это девочка?»

И гостям, и хозяевам удалось удивить друг друга. И только призрак с великой осторожностью продолжает держать Веру, слегка покачивая, как своего ребёнка и смахивая с её головы снежинки.

К испуганным парням подъехал верховой, внимательно рассмотрел гостей и спокойно представился, совершенно не обращая внимание на призрака и его драгоценную ношу.

— Я князь Воронцов Дмитрий Васильевич! Что случилось? Кто вы?

Павел, как самый знатный и ещё способный говорить, пересилил страх перед призраком и прошептал осипшим голосом:

— Я Павел Павлович Демидов, сопроводил старшую сестру княжну Веру Огинскую из Пскова. Мы более двух суток в седле, спешили к князю Огинскому Всеволоду Сергеевичу под защиту проситься.

— Сожалею, князь Всеволод умер ещё осенью, странно, что вы не знали. В этом дворце пусто и опасно, мы заберём вас к себе в Западную слободу. Разместим и окажем помощь!

Второй мужчина из встречающих оказался воеводой, громко свистнул двух извозчиков. Те с великим рвением подали свои довольно приличные сани, в одни уложили княжну, во вторые буквально упали двое её сопровождающих, на конях сидеть ребята ещё могли, а как спустились, так ноги и подвели.

— Что такое ужасное гнало вас всю дорогу? Во дворец князя Ярополка и побыстрее! — приказал Дмитрий.

— Она очень слаба, если не помочь, до утра не доживёт, — выдал вердикт призрак, и «уселся» на огромного коня за спиной прекрасной незнакомки.

Сани осторожно тронулись с места, чтобы лишний раз не тряхнуть обессиленных путешественников, но Лексей и Павел провалились в сон, кажется, если бы их на салазки сейчас кинули, и те ногами до дома пинали, всё равно бы не проснулись.

Не почувствовали, как их несколько дружинников перенесли во дворцовые покои, очнулись уже в тёплых комнатах, вокруг суетятся двое слуг, лица мажут нутряным жиром, переодевают и пытаются напоить гусиным отваром.

— Княжна как? — прошептал Павел, его сейчас только Вера волнует.

— Это про девицу, что в беспамятстве лежит? Сейчас приедут его светлость лекарь, князь Орлов. Опосля скажет точно, что с вашей княжной приключилось. Спасут, и не таких болезных спасали! А вы про себя думайте, тоже вон на восставших похожи…

Стоило пожилому лакею помянуть «восставших», как Павел вспомнил о том ужасном призраке, что спас Веру. Справившись с волнением, прошептал:

— А вот тот чёрный, страшный, это кто? Вас нечисть захватила?

Старик поднял голову и с непомерной важностью произнёс:

— Это князь Гуннар, он поклялся нас оберегать и при жизни, и после смерти, вот сила клятвы-то чаво делает, своей внучке княжне Катерине Лебедевой служит. За нас он! Напугал небось! То-то, вона какая диковина в Новь-граде есть, не то, что у вас Псковских. Отдыхайте, утром князь Дмитрий придёт, вас расспросит, поди от добра-то так не бегут, спите, от молодость, эх, я в ваши годы! — вздохнул старик, вспоминая свои годы, поправил одеяла, и парни снова провалились в сон. Над ними явно кто-то прошептал заговор.

Глава 7. Катерина Матвеевна и новые заботы

Мне казалось, что после схватки с бесом Корри сама вот так же упаду, как эти ребята. Но нет, мне отдыхать некогда.

Прав Дмитрий, что-то молодых путников гнало-подгоняло, надо бы рассмотреть, не представляют ли они для нас опасности. Один на вид уже молодой мужчина, а сама княжна и парнишка, что назвался её братом очень молоды.

Гуннар распознал на девушке страшное заклятье и чую, что какое-то инородное, иностранное, точнее бы сказать. Отголоски наговора похожи на немецкую речь, или это голландский говор. Может быть, тоже шведский король захватил Псковский престол? Очень на то похоже, пока решила не смотреть в деталях. Проанализирую ситуацию во дворце, когда устроим страдальцев – всё проверим в спокойной обстановке. Сейчас они для нас не опасны, но как им помочь, пока не понимаю. Даже Феня молчит.

Наш обоз выехал из Детинца в сторону Западной слободы.

Фирс Демидович впереди, потом двое саней, а за ними уже мы с Гуннаром и Дмитрием Васильевичем.

— Катенька, ты сама-то как? Устала, может быть, домой вас сопроводить, я деток заберу и…

Вместо меня ответил князь Гуннар:

— Девочка очень плоха. У вас там этот малец, Орлов Роман — лекарь, пошлите за ним, и вам придётся сегодня решить эту проблему, как из неё лярву извлечь и оморочку снять, чтобы разум не повредить. Время на исходе, умирает малышка, а если не помрёт, то придётся её в монастырь до исхода дней поселить, безжалостная тварь над ней поглумилась.

Если бы Гуннар не держал меня, то сама бы сейчас под копыта Бурана и скатилась, но не от слабости, а наоборот, дёрнулась слишком резко.

— Ничего себе, это как? Её если не вылечить, то дурочкой станет? Это кто ж её так? — меня переполняет бешенство. Надо же, какой подлец нашёлся, с ребёнком так поступил. Хорошо, пусть она не ребёнок, а лет восемнадцать ей точно есть, но она напоминает мне Ксению. Такая же замученная кем-то. Едва сдерживаю себя от грубости и проклятий в адрес подлецов.

— Если замуж не согласится выйти, то вот такая участь её ждёт, но это без нашей помощи. Я уже всё увидел, пока держал Веру, она жертва злобной магии, жених – старик, уродливый и духом, и внешностью, разорившейся герцог магистр Ливонского ордена, тоже одержимый и магии в нём предостаточно. Позже всё сами узнаете и увидите. Загвоздка в том, что дело это не романтичное, а политическое. Захотят ли ваши старейшины связываться с невзгодами соседей? Ведь девочку замуж хотела отдать мачеха – это законное право, княжне редко доводится радость выйти замуж по любви.

В Гуннаре проснулся прагматичный романтик, и в душе я чувствую, что он таким и был, с Дмитрием очень похожи, за свою семью готовы сто раз умереть. Князь Воронцов и взял на себя политическую сторону вопроса:

— Так или иначе, что решит Вече, это узнаем после того, как сообщим, а помочь ей нужно сейчас. Тоже чувствую, что слишком сильно её отравили. Сейчас пошлю за Орловым, и есть у неё здесь знатный родственник, так что мачеха в вопросе о замужестве княжны голоса не имеет. Мы в таком случае останемся во дворце, постараемся быстро уладить это дело. Боярин Путилин приедет и останется на время лечения, как свидетель, политика не так важна, как жизнь, дороже жизни ничего нет. Всегда что-то происходит, и чем больше занимаешься делами, тем больше их становится. Я это к тому, что бесценная моя, Катерина Матвеевна, посмотришь княжну, совет короткий проведём и отдыхать! Сама такая же тростиночка, столько испытаний на твои хрупкие плечи…

Дмитрий протянул мне руку, и я ответила на его горячее рукопожатие.

— В этом я с тобой соглашусь, князь! Мы и сами справимся, если только небольшая отчитка по книге потребуется, то проведёшь обряд, дочка. И отдыхай, силы в тебе много, но сама ты ещё очень слаба! — Гуннар поддержал «жениха». А мне осталось лишь улыбнуться.

Обоз медленно вкатился во двор княжеского дворца Западной слободы. И как мы не подумали о реакции Ярополка Михайловича на незваных гостей, что мы ему сейчас подкинем.

А он как раз стоит на крыльце и наблюдает за детьми, а у тех потеха: маленький, ушастый ослик, забавно постукивая копытцами, требует очередную морковку. Детям и смешно, и боязно, ослик-то мал, да зубы у него большие, и характер упрямый.

— Ратмир, не бойся, протяни ему, но держи за кончик, не укусит! — крикнул князь и увидел нас. Сначала обрадовался, что все вроде живы. Ему вести уже принесли об утреннем противостоянии с бесовской силой. Хотел было поздравить, но заметил сани и спящих пассажиров.

Не просто заметил, рассмотрел, что одеты они как батраки-подёнщики, и лежат без сознания. Кажется, его даже Гуннар не так удивил, как эти нежданные гости.

Но начал Ярополк всё же с Гуннара.

— Вы тот, о ком я думаю? Лично-то не представились! Сказал бы Ваше сиятельство, однако более подходит, Ваше темнейшество! Приветствую, но прошу простить, я пока к таким явлениям не привыкший, трепет на меня облик ваш наводит, свежо ещё воспоминание, как вы меня об стену. А эти? Нашего призрачного князя увидели и чувств лишились? — с некоторой иронией, скорее, чтобы побороть собственный страх, решился пошутить, чтобы сохранить за собой главенствующую роль хозяина. Слишком много на этой дворцовой площадке сейчас сильных магов, а он слабее всех.

— Благодарю, князь! Прошу простить за тот случай, под мороком беса находился, немногим лучше Владимира Черноводова во тьму опущенным. Катрина меня излечила, и память вернула, а теперь и силу, уверяю, для своих я не опасен. Моё темнейшество, Вашему святейшеству со всем почтением! — Гуннар хмыкнул, слегка поклонился и помог мне спуститься. Мы улыбнулись, занятное приветствие получилось. Если вспомнить самую первую, весьма неудачную встречу в проклятом доме и как позорно Ярополк потерпел поражение, так это вообще со стороны молодого князя героизм.

Дети тоже замерли, смотрят во все глаза на огромного призрачного князя и даже пошевелиться не могут.

Мы сглупили!

Нельзя пугать малышей.

Нюра хотела было побыстрее спрятать детей в доме, но Гуннар, вдруг растворился.

Дмитрий подошёл к детям обнять и поцеловать, но Ратмир быстро всё расставил по своим местам:

— Это из сказок, да? Сказки же настоящие! Это чудище или кто?

— Милый мой! Я следующую сказку расскажу про этого великого князя. Он мой дедушка, так нас любит, что теперь охраняет от злых сил. Но только он и Феня, только им можно доверять и верить! Остальные – опасные, мы вас позже познакомим. Хорошо? — присаживаюсь рядом и после князя тоже обнимаю и целую детей. Признаться, этим утром уже боялась, что никогда их не увижу. Да вообще никого не увижу.

Ярополк деликатно выждал наши обнимашки и поцелуи, подошёл к саням, проверил парней, а после замер над спящей девушкой.

— А это кто? — не отводя взгляд от Веры, спросил, но теперь уже тихо, боясь разбудить красавицу.

— Спящая принцесса, вот двое юных рыцарей её спасли, но на них морок, и что делать не знаем! — отвечаю, а дети, только услышали про спящую красавицу, им и ослик не нужен, впереди меня побежали к саням, даже Дмитрий не успел за ними. Мы теперь так и стоим над девушкой, любуемся.

Она чудо как хороша. Медные, скорее даже рыжие волосы, коса толще моей руки, вот богатство-то, брови собольи, редкого оттенка и густые, а ресницы… Она похожа на нежного оленёнка.

— Вы не шутите? Правда, принцесса? — Ярополк чуть не поперхнулся.

— Какие уж тут шутки. Вера Павловна Огинская, Псковская последняя княжеская наследница, а вот её брат, отец у них один, матери разные. Мальчик бастард, я вспомнил их историю. Но сейчас там дела ещё хуже наших. Надо за Орловым послать…

Не успел Дмитрий Васильевич договорить, наш Ярополк вспыхнул как свеча.

— Зачем нам этот? Он холост, красавчик. Нет! Никаких Орловых, он в Ярославль собирался, вот и пусть едет, сами справимся!

Если бы не трагизм ситуации, мы бы рассмеялись. Смотрите-ка, наш молодой князь с первого взгляда влюбился!

— Всё же послать за лекарем придётся! Тут без вариантов, это Гуннар сказал, а он никогда не ошибается, иначе она не выживет, сейчас соберём магический консилиум, — я снова выступила со своими умными словами, на что Ярополк раздражённо махнул рукой.

И к великому нашему удивлению, сам поднял девушку на руки как пушинку и понёс в дом. Мы и опомниться не успели. Фирс улыбнулся и покачал головой, и без слов понятно, что младший Воронцов, кажется, решился бороться за последнюю псковскую княжну.

— Прям как кот с добычей! — хмыкнул вслед племяннику Дмитрий, но тут же попросил Нюру забрать деток. — Золотые мои, мы сегодня ночуем с вами здесь, а завтра домой!

С криками «Ура!» Мила и Ратмир поспешили в дом.

Кроме нас ещё никто не проникся тревожностью ситуации, но это и к лучшему, для всех это очередное развлечение.

— Мальчиков прикажите разместить, им тоже помощь нужна. А я за Орловым, он там Радмилу спасает, а мы ему новую работу привезли! Не соскучится наш лекарь! Ну, поеду, пока не стемнело! — Фирс пожал руку князю, меня слегка по-братски тронул за плечо и уехал.

А дальше всё как обычно, несколько дружинников перенесли парней в комнату, к ним приставили двоих опытных слуг, пока Орлов не приехал, нужно как-то ребят привести в чувства, покормить, и что-то сделать с обветренными лицами, это и без магии обойдётся.

С молодой княжной всё намного хуже. Но Ярополк отнёс её в покои рядом со своими, вызвал самых опытных служанок, приказал переодеть, согреть, и, если повезёт, привести в чувства, чтобы хоть немного накормить. Сразу же отдал приказ послать за боярином Путилиным, но от Веры отойти не может, так и держит её за руку, пока служанки всё подготавливают для переодевания и обтирания. И только, когда старшая горничная прошептала, что всё готово, оставил «свою красавицу» на попечение женщин, и наконец, вышел, тихонько прикрыв двери. Он всё ещё не понимает, что рядом с Верой может и колокол гудеть, она всё равно не очнётся.

— Натерпелась княжна Вера страхов. Даже я чую, что её сейчас какая-то лярва изводит. А где ваш Гуннар? Может, он сможет достать эту гадость? — Ярополк, задал мне вопрос, ответа на который у меня и нет.

— А правда, куда делся Гуннар?

— Ой, не спрашивай, хозяйка, кажется, он помчался на окраину города, встречать незваных гостей! За мальцами-то вдогонку послали бесовскую охоту, не стенай! Отобьёт! — проскулил Феня.

— Да ёлки-палки! Ну вот как? А? — ох как я разозлилась на нашего призрачного князя, и сама теперь понимаю, кого он встречать отправился и тайком.

Подхватилась и бегом во двор. Покоя мне нет! Книгу надо забрать с подворья Дмитрия Васильевича, кажется, придётся и тут отчитку лярве делать, и Гуннару помощь в любой момент потребуется. Ни минуты покоя.

Глава 8. Убер и женихи для княжны

Гуннара нет, а без него верхом не смогу. Фирс Демидович уже уехал. Стою на крыльце и понимаю, что придётся князя тревожить, а он сейчас только с детьми встретился.

Архип подошёл, поздоровался, и заметив моё замешательство, спросил не нужна ли помощь, я даже не видела его, думала тоже где-то в делах.

— Ой! Как хорошо, что ты здесь! Мне как-то попасть надо на подворье князя Дмитрия, книгу забрать, тревожить никого не хочу, все устали…

— Госпожа, а ваш конь-то под седлом! Могу очень быстро сопроводить! А обратно с Фирсом Демидовичем вернётесь. Я как раз туда и собрался! – и протянул мне руку, помогая спуститься со ступенек.

— Я без Гуннара боюсь!

— У нас есть приставная лестница, и на подворье такая же, сами и поднимитесь, и спуститесь, конь смирный, так быстрее, чем с каретой. Ну так как?

— А давай! Пора учиться! А то хреновый из меня оперативник сыскной службы, пока карету подадут, все преступники не просто сбежать успеют, а в кабаке за моё здоровье выпьют!

Архип задорно посмеялся, и мне его настрой передался, вот есть в парне какая-то сила уверенности, показалось, что сама смогу верхом.

Проводил к конюшне, и правда есть старая лестница, к ней подвели огромного коня, я поднялась, как по трапу, и села. Как управлять, примерно поняла, пока с Гуннаром ездила.

— Рядом поеду, не бойтесь. Если что, просто слегка натяните поводья и громко крикнуть «Тпр-р-ру!»

Я и моргнуть не успела, как Архип оказался в седле, но на всякий случай решил взять моего гиганта за недоуздок и повёл со двора. Через пять минут неспешной езды отпустил, и я теперь гордая сама еду, хотя, справедливости ради, моего участия в этом процессе – ноль, только держусь, чтобы не свалиться. По этой же причине Феню оставила во дворце, был бы он невидимкой, другое дело, а сейчас мне и книгу везти, и его держать, рюкзак-переноску для него, что ли, сшить.

На самом деле, конь не просто умный – он мудрый, идёт куда надо, когда приехали на подворье, сам подошёл к такой же лестнице у конюшни и фыркнул, мол, спускайся, я тебя тут подожду.

— Спасибо, дорогой! Хорошо, что ты такой мудрый!

На подворье всё ожило, оказалось, что Фирс тоже недавно приехал, и пока с Романом Андреевичем о чём-то говорят в большом доме. Дружинники, завидя Архипа Павловича, засуетились, делами занялись. Как всегда, без начальника же самое время отдыхать, а перед начальством усердие показывать.

Я поспешила в свою комнату за книгой.

Здесь всё на своих местах, никто даже не входил, а я-то ловила себя на мыслях неприятных, что переживаю за книгу. И, кстати, за себя тоже, не получится так, что я умом тронусь, как Пожарский…

Но вроде бы нет. Беса нет и проблемы тоже нет, а если появится, то Дмитрий Васильевич мне первый скажет, что я превращаюсь в одержимую, или Гуннар в чувства приведёт.

Хотела прямо сейчас полистать, но услышала во дворе громкие разговоры, да и без Фени не представляю, какую страницу открыть и что читать. Признаться, за Гуннара я сейчас больше переживаю, хоть бы что-то ему на помощь магическое сотворить, защиту какую-то. Но прекрасно помню, чем неумелое обращение с магией заканчивается, лучше под чутким руководством наставника анчутки работу сделать.

Завязала книгу в огромную цветастую шаль, как в сумку и быстрее во двор, пока парни не уехали.

Вышла и очень удивила своим появлением Орлова и Фирса, они уже собираются возвращаться, а тут я!

— Катерина Матвеевна? Какими судьбами? — Роман Андреевич оставил попытки заигрывать со мной, теперь только по делу или дружеское общение, как с чужой невестой, нарочито учтиво.

— Да, вот на вашем коне примчалась, кажется, без магии нам эту ночь не пережить. Решила забрать артефакт.

— Сами? А карета где?

— Так, вон конь, я сама, ну, точнее, конь привёз, Убер мой.

Боже, когда до меня дошло, как я коня назвала, стало очень смешно, но увы, мужчины шутки не оценили.

— Убер? Вообще, его зовут Буран, но новая кличка тоже неплохо звучит, а что-то с немецкого? Место назначения? Не так ли? — Орлов, как истинный джентльмен помог мне спуститься с высокого крыльца и подвёл к Уберу-Бурану. А я удивилась, надо же, оценил игру слов и ситуацию, приятно, когда тебя понимают.

— Получается, что так! — погладила коня по мощной шее и шепнула, что ездить мне страшно, и вся надежда на его сверхспособности беспилотного вождения. Убер в ответ фыркнул и кивнул. В седло я сама поднялась по ступеням и удобно села.

— А у вас есть взаимопонимание, садитесь скорее, мы уже отправляемся. Фирс Демидович кратко рассказал, что у вас случилось.

— И что вы думаете? Идеи есть?

В этот момент Фирс оказался рядом и уже в седле, ждём только Орлова. Но того потянуло на рассуждения.

— Пока лично не увижу болезную деву, ничего не думаю. А вот про вашу жизнь, скажу, что это же надо, как у вас интересно-то. У нас в Ладоге, дай бог три события в год, если случаются занятных, и то хорошо. А у вас день ещё не завершился, а мы столько всего пережили! Аж дух захватывает.

Он говорит, но тем не менее коня ему адъютант подвёл, князь лихо уселся в седло, поправил шапку, и с его неизменным эскортом мы выехали с подворья Воронцова старшего.

— Значит, Роман Андреевич, зацепила вас наша жизнь? А как же Ярославль?

Фирс Демидович едет рядом со мной, Орлов впереди, а его сопровождение замыкают нашу процессию. Говорить приходится довольно громко, но так как я задерживаю процессию, то почему бы и не пообщаться, пока мы втроём.

— А вот сейчас гляну на спящую красавицу и потом буду думать…

В этот момент мы с Фирсом многозначительно переглянулись. Ярополк был прав, когда протестовал, против этого дерзкого лекаря.

Кажется, два самых красивых и завидных жениха решили бороться за руку самой несчастной княжны из Пскова. Сказка только начинается?

— Нас ждёт поистине захватывающее противостояние за руку и сердце Веры. А она возьмёт и выберет того парнишку, который жизнью рисковал, спасая её! Он, между прочим, тоже очень хорош собой! — нарочно громко приоткрыла Орлову тайну, что у Веры, должно быть, сердечко занято, но Роман уверен в себе и к нему такие казусы отношения не имеют. Он лучше всех.

Не буду напоминать, что я тоже выбрала другого.

Наши с Орловым рассуждения только изредка затрагивают сознание воеводы Фирса, тогда он либо улыбается мне, или что-то добавит и снова погружается в свои мысли.

Понимаю, что переваривает тот ушат информации, какой на него внезапно обрушился сегодня, и обсуждать пока не готов. Как мужчине, ему нужно принять многие факты самому, сформировать личное мнение, и уже после рефлексии поговорить по душам, и, скорее всего, не со мной, а с Гуннаром. Я решила не торопить его, даже словом не намекнула на утренние события и откровения Корри.

Ожидаемо, что нас встретил сам Дмитрий Васильевич, и без слов понятно, что встревожен не на шутку.

— Душа моя, куда запропастилась? Зашёл в твои покои, а ты даже горничную не предупредила.

— А Феня тебе не сказал? Я не хотела тебя лишний раз дёргать, туда с Архипом, обратно меня под конвоем сопроводили. Но ты прав, в следующий раз я обязательно буду предупреждать. А Фенька-то куда пропал?

Дмитрий осторожно помог мне спуститься с Убера, и того сразу увели на конюшню, как и других коней. А мы поспешили во дворец.

— Фени нет, думал, что вы вдвоём куда-то уехали, и Гуннар пропал, так и не вернулся!

— Об этом после, проводи Орлова в комнату, где спит Вера, пусть осмотр проведёт. А я найду Феню, и с книгой надо поработать. За ней и ездила, показалось, что она сейчас нам понадобится.

Князь приобнял меня, поцеловал в лоб, как обычно, целует детей и отпустил в комнаты.

— Феня, ты куда пропал?

Его нигде нет, скидываю салоп, шаль, умываюсь с дороги, глянула на себя лохматую в зеркало, переплести бы косу, это проклятье русалок так и продолжает действовать. Не хотят мои волосы в косе, как приличные оставаться, ни лента их, ни шпильки, ни платок не удерживает. Полдня, и я простоволосая, а здесь такое поведение считают зазорным.

Пришлось лентой сделать хвост, шаль на плечи, книгу в руки и пройтись по дворцу, в поисках моего анчутки непоседливого. Он либо у детей, либо на кухне пироги клянчит, либо у Веры. От неё очень уж гадкий магический след…