Ненастоящая история

Мари За

Ненастоящая история

Глава 1 Жизнь жестока.

Я ненавидел весну. Когда все вокруг распускается, наполняется новой жизнью, цветёт и радуется. Влюбленные парочки медленно прогуливаются по набережной, и радуются теплу и солнышку. Нет, я не социопат или сумасшедший, просто я инвалид, прикованный к своему креслу уже десять лет. Меня зовут Станислав Андреев, мне 28 лет. Я не всегда был таким. Ещё десять лет назад я был здоровым, жизнерадостным парнем, с надеждами на будущее, и огромными планами на жизнь. Как водится, у Вселенной были на этот счёт другие планы.

Такси, в котором мы с другом ехали на день рождения нашей общей знакомой, попало в аварию на перекрёстке. Меня выбросило из салона автомобиля на асфальт, и в результате этого был сломан позвоночник, ребра, повреждены внутренние органы. Далее последовала реанимация, кома, восемь месяцев восстановления, и вся оставшаяся жизнь в инвалидной каталке. Не радужные перспективы, правда? Врачи хвалили меня за борьбу, и за то, что, при таких повреждениях я все таки шёл на поправку. Но это было лишь потому, что я надеялся, что когда нибудь смогу встать на ноги. Но, при финальном обследовании, главный врач, со скорбным лицом сообщил, что это — невозможно. И тут, наверное, должен быть рассказ, как я все равно продолжал бороться, как воспрял духом и все такое.Но нет. Никаким духом я не воспрял. А совсем наоборот: мог месяцами не выходить из дома, даже не вставать с кровати, жалел себя, и оплакивал свою несостоявшуюся счастливую жизнь, свою молодость и планы на будущее.

Я перестал верить в Бога. Хотя и раньше то не особо в него верил. Но теперь знал точно: все эти рассказы, что человеку в коме являются видения, он летит по чёрному тоннелю вперед к свету — чушь. Там нет ничего. Просто пустота. И ты лежишь в этой пустоте. Так же, наверное и после смерти: все просто заканчивается и наступает пустота. Ох, скорей бы. Сразу после выписки, меня даже посещали мысли о сведении счетов с жизнью, но я их отмел в сторону. Не хотелось облегчить себе задачу.

Частенько, когда на меня нахлынывали грустные мысли, я лежал в своей квартире на диване и часами думал о том, какую пользу я мог бы принести этому миру, если бы не эта злополучная поездка на такси. Сколько хорошего и доброго я мог бы сотворить. Но нет. Ну и ладно. Я почти уже смирился с тем, что у меня не будет счастливой жизни. Не будет ни жены, ни детей. Кому нужна обуза на шею, в наше непростое время? Не будет фотографий из поездки в Египет или пьяных танцев на юбилее родственников.

Словом, всего того, что люди называют — обычной скучной жизнью.После восстановления я все таки получил образование программиста и сейчас работал из дома. Денег платили не очень много, но мне хватало, по крайней мере, на жизнь.И вот сегодня, я проснулся в этот чудесный весенний день и понял, что придётся все таки выйти на улицу, потому что мне назначили прием у врача, для подтверждения наличия инвалидности. Ещё один бред.Каждый год я должен был приезжать в клинику, где доказывал целому консилиуму врачей, что их диагноз все ещё в силе, и ходить я снова так и не начал.Наскоро позавтракав, я оделся, оседлал свое кресло, выехал по пандусу из подъезда, и взял курс на госпиталь, который находился в двух кварталах от моего дома.

— Доброе утро, тёть Тань, — приветствовал я соседку, которая шла смусорным пакетом из подъезда.

— Здравствуйте, Стас. Погода какая сегодня, правильно что решил прогуляться, — добродушно ответила она.

— Да уж, прогулки я обожаю. — пробурчал я себе под нос. Она при этом, отвела глаза в сторону и поспешила свернуть за угол дома.

Я ехал по тротуару и навстречу мне шли люди. Две девчушки что то мило обсуждали по пути на учёбу. Парень тыкал на ходу в телефон. Рабочие, впереди меня, что то долбили на тротуаре отбойный молотком рядом с мостом через городской канал. То, что для других людей, было секундной преградой, для меня — непреодолимое препятствие. Они заняли со своей техникой весь тротуар, и протиснуться можно было только между прицепом их машины,которая стояла вплотную к бордюру на самом тротуаре и ограждением моста, который шел через канал. Подъехав ближе, я кое как переехал через камни, в которые они превратили ровный тротуар.

— Помочь, дружище? — спросил меня один из рабочих.

— Подтолкните, пожалуйста, — сказал я, — Если вас не затруднит.

Рабочий, в оранжевом костюме со светоотражающими полосками на рукавах, взялся за ручки моего кресла, и толкнул меня так сильно, что кресло чуть не перевернулось. Мне пришлось ухватиться за металлическое ограждение моста через канал, что бы не свалиться на асфальт. Ухватится то я попытался, но ограждения не было. Точнее оно было, но моя правая рука как бы провалилась сквозь него. Коляска накренилась вправо, и я, вместе с ней, начал падать в ледяную воду канала.

— Ну здрасте, — только и мелькнуло в голове.

Я приготовился ощутить ледяную воду канала, а после и неминуемую гибель. Но этого не произошло. Точнее сказать, что то произошло, но не моё падение в воду канала. После нескольких секунд падения — закружилась голова и я потерял сознание.

Глава 2. Пробуждение.

Незнаю, сколько прошло времени после падения. Я очнулся лежа на траве. Сначала открыл глаза. Небо было голубое, я лежал на спине в каком-то саду. Вокруг были зелёные деревья. Все цвело и благоухало. Пошевелил руками. Руки шевелились. Рубашка на мне была сухая, поэтому я сразу подумал, что из воды меня не доставали. Точнее я в неё не падал. Да и место вокруг было незнакомое.

На городской сквер не похоже. На парк тоже. Приподнял голову с лужайки и осмотрелся. Моего кресла нигде не было. — Так, а вот это уже проблема. Откуда-то сзади я услышал быстро приближающиеся шаги и голоса. Ко мне подбежали два парня, лет шестнадцати на вид, и один из них быстро сказал:

— Ты чего тут разлегся? Бежим, надо уносить ноги!

— Я бы рад, но ноги меня не носят уже лет десять. А что случилось? Где это я?

— Что ты несёшь? Вставай! Бежим! — в пол голоса крикнул мне парень и потянул за рукав рубашки.

— Я бы очень хотел встать, ребят, и побежать с вами... — начал выходить из себя я. Но тут я почувствовал, как мои ноги зашевелились, я смог встать. - Что это? Что тут, блин, происходит?

Парнишка так и тянул меня за рукав и я побежал. Мы бежали втроём по этому волшебному лугу, так легко и быстро, что мне казалось, что я не бегу, а лечу.

— Если Лаури нас догонят, то нам не поздоровится! — крикнул мой новый знакомый. А его друг только яростно закивал головой.

— Что, какие Пури? — не понял я, но продолжал бежать.

Сад давно остался позади, и мы бежали уже по какому то ухоженному лесу. Вокруг росли сосны, ели, березы и липы, и очень вкусно пахло. Как елочка в такси.

- Фух, все. Кажется за нами не гонятся. - наконец-то остановился парнишка, который вернул мне способность ходить, — Ты кто? Загорал на солнышке в саду замка? Да ты рисковый парень!

— Стоп, какого замка? — сказал я, но не очень чётко, потому что во рту пересохло от бега, — Сейчас бы бутылочку водички.

В этот же момент, рядом со мной, прямо из воздуха, возникли какие то золотые искорки, и материализовалась пластиковая бутылка с прозрачной жидкостью. Она так и зависла в воздухе напротив меня. Мои новые знакомые смотрели на меня с ужасом.

— Как ты это сделал? Ты можешь это делать?! — во весь голос закричал парень, что тащил меня за рукав.

— Я ничего не делал. Я не хотел вас пугать. Да обьяснит мне кто-нибудь, что тут происходит!? — тоже заорал я.

— Пора уходить! — сказал парнишка своему другу, и они одновременно бросились бежать от меня в разные стороны.

Я, без сил опустился на мягкий лесной мох, взял висевшую в воздухе бутылку, открыл крышку и понюхал содержимое. Внутри, судя по отсутствию запаха, была обычная вода. Похоже, что все вокруг было лишь сном. А значит, что во сне и отравиться невозможно. Поэтому я выпил то, что находилось в бутылке. Там действительно была прохладная вода.

— Ну и бегите. Сам как нибудь разберусь! — крикнул я в лес, хотя поблизости уже никого не было.

Я отдохнул, встал и пошёл по лесу в произвольную, выбраную мной сторону. Как же это было прекрасно — просто идти. Я не знал где нахожусь. Не понимал, что происходит, но мне не хотелось, что бы это заканчивалось. Вдруг, мне в голову снова пришла мысль о том, что я сплю, ну или умер. А как проверить, что это не сон? Правильно — ущепнуть себя. Я сильно ущепнул себя за ногу. — Ай! Больно. Значит это не сон. Шел, куда глаза глядят и, через пол часа, вышел к склону горы, у подножия которой располагалась маленькая деревенька. Издалека она выглядела, как игрушечная. Я пошёл к деревне быстрым шагом.

— Так, теперь надо никого не напугать. Надо притвориться туристом или путешественником, и аккуратно все расспросить, — говорил я сам с собой. Войдя в поселение, я начал осторожно озираться по сторонам. Деревня была хорошенькая, видно было, что жители с любовью и заботой обустроить свой быт. Домики были небольшими, одноэтажными, но аккуратно покрашенными в белый или жёлтый цвет. Заборчики были низкими и, скорее, обозначали территорию, чем охраняли ее. Повсюду росли цветы. Я прошёл по улице и заметил, что на меня начали оборачиваться. Остановился напротив кузнецы. Кузнец тоже прекратил стучать своим молотком, и смотрел на меня с нескрываемым любопытством. Он был могучим великаном, с огромными ручищами, и в кожанном фартуке, но не выглядел угрожающе, а скорее самобытно, как с картинки книги про средневековье.

— Э, здравствуйте. Я тут путешествую, и немного заблудился. Не подскажите, где я сейчас нахожусь? — как можно более дружелюбно и вежливо поинтересовался я, подходя к кузнице.

— Здравия тебе, путник, — басом сказал кузнец, — Видно, что ты не из наших мест — уж больно рубаха чудная. Но путникам у нас всегда рады. Проходи, — и он жестом пригласил меня в кузницу и протянул мне стакан воды, который зачерпнул из корыта.— Ты не с Эллариона? Из каких краёв к нам странствуешь?

— Эээ, я из Португалии, — с ходу соврал я, чтобы не вызвать подозрений. Не знаю, слышали ли они тут про Португалию?

— Красивое название. Но я о таких землях не слыхал. Давненько, наверное, странствуешь?

— Два года иду по землям. — опять соврал я, подбирая слова под ситуацию.

Кузнец, довольно улыбнулся, — Мы путникам всегда рады. Окажи нам честь, и останься на ужин и ночлег — отдохнёшь с дороги, про странствия свои расскажешь. Меня зовут Тир. А как тебя звать?

— Станислав, можно просто Стас.

— И имя — чудное, заморское. Хорошо брат-Стас. Жене своей тебя представлю. Ее Тора зовут.

— Спасибо вам за приглашение, но у меня совсем нет денег. В лесу на меня напали разбойники и ограбили, забрали все, что было, — опять врал я, не моргнув глазом.

— Какие деньги, обидеть нас хочешь? — нахмурился Тир, — Кто же с гостей деньги за угощения берет? А разбойники — это — худо, нужно Лаури сообщить, незамедлительно.

Да что опять за Лаури такие? Ладно, по ходу пьессы выясним.

— Не нужно Лаури беспокоить, — мягко сказал я, — Это были подростки, почти дети, хулиганили просто.

— Ну, как знаешь. — он убрал свой огромный молот, и пригласил в дом через дверь из самой кузницы.

В доме к нам навстречу вышла красивая, светловолосая, высокая женщина. Её волосы были заплетены в косу. На ней было простое бежевое платье до пола, поверх которого был повязан белый передничек.

— Тора, гостя к нам пригласил. Странствует два года, из самой Португалии. Стасом зовут. — с улыбкой представил мня Тир.

— Как я рада гостям! Надо старосту позвать на ужин. Пускай тоже с гостем побеседует. — сияла супруга Тира.

Изнутри, жилище кузнеца и его жены, выглядело очень простенько. В дальнем углу стояла печь, и что то наподобие кухни. Посередине комнаты располагался большой дубовый стол с такими же огромными деревянными стульями. А слева, за занавеской была видна кровать. Ещё рядом со входом была лесенка на чердак.

— Стас у нас на ночлег останется. Душа моя — постели ему на чердаке. — сказал хозяин дома.

Все это напоминало мне какую-то старую русскую сказку, и казалось каким-то — нереальным. Но я мог сказать точно — мне нравились эти милые люди и место, в которое я попал.

За ужином, меня усадили на почётное место за столом. Хозяйка поставила на стол угощения: квашеную капусту, огурцы с помидорками, какую-то похлебку в большом котелке, ароматный хлеб, который достала из печи. Пришёл староста.

— А вот и староста. Ее зовут Айдала, — сказал Тир, когда в дверь постучали.

В дома вошла худая, высокая женщина, лет пятьдесяти на вид, с очень строгим выражением лица. Волосы на ее голове были собраны в высокий хвост. Она была одета в узкие чёрные брюки и сапоги для верховой езды, светлую рубашку и черный кожаный желет. Я немного удивился, ведь ожидал, что староста должен добыть мужчиной. Но видно, так у них заведено, что высокий пост в деревне заняла женщина.

— Здравствуй, путник из далеких земель. Ты нам оказал большую честь, что зашёл в гости в Озерье, — сказала она.

Кузнец сиял от счастья, при ее словах, ведь честь, видимо, была оказана именно ему. Мы приступили к ужину, и хозяева не донимали меня вопросами, пока я не поел. Потом, Тир налил всем вина и вежливо спросил:

— Какие чудеса ты по свету видывал? Расскажи нам пожалуйста.

Я судорожно начал вспоминать чудеса, которые знал. Нужно было что то рассказать, чтобы не обижать хозяев и не вызвать подозрений.

— Ну, на воздушном шаре летал, — опять соврал я. Сидящие за столом, с восторгом и удивлением, переглянулись.

— Летал по небу на шаре? Это только Лаури умеют. Как тебе дозволили? — осторожно поинтересовался Тир.

— Там, откуда я родом — нет никаких Лаури. Все делают что хотят. Хотят — на шарах летают. Хотят — по морям плавают.

Хозяева дома и староста были в шоке. Они смотрели на меня, как на сумашедшего, и только Айдала осмелилась спросить:

— Как нет Лаури? А кто вас защищает? Кто руководит всеми? Кто принимает все важные решения?

Я понял, что сморозил какую-то глупость. И попытался реабилитироваться.

— У нас свои руководители есть. Мы зовём их — правительством. Эта новость их немного успокоила.— А как ваши Лаури вас защищают? Как вобще все устроено?

— Лаури у нас самые лучшие! — с радостью воскликнул кузнец. А его жена согласно закивала, — Они нас оберегают, заботятся, лечат нас, если нужно, управляют всей жизнью в стране. Они всегда знают, как правильно поступить. У нас тут главная Лаури Рина.

Кажется я начал понимать. В этом мире все устроено так, что всем управляют какие-то женщины (или кто они там?) — Лаури, их боготворят, а иногда и боятся. Но у кузнеца был очень маленький словарный запас и все, что он мог мне сообщить, это то, что Лаури — классные. А староста не спешила разглашать информацию чужеземцу. Надо вежливо распрощаться, и на утро уйти на рассвете, что бы не беспокоить хозяев дома.

— Спасибо вам, хозяева, — благодарно кивал я. — За угощения, за вино и беседу, но мне нужно ложиться спать перед дальней дорогой, я очень устал.

Мы распрощались со старостой и я залез на свой чердак. Там на полу лежала солома, видимо для утепления крыши. Но сейчас она должна была стать моей кроватью.

— Эх, была бы тут мягкая подушка, - только подумал я, как опять появились знакомые искорки в воздухе и тут же возникла белая подушка, — Эврика! — но это не из той оперы, — Я понял. Когда я загадываю что то — это сразу же исполняется. Я тихонечко сказал: — Подушка — исчезни! — и она тут же растаяла в воздухе.

— Так, это все меняет. Значит моё исцеление это не эффект волшебного луга, и не помощь того паренька — это я сам — захотел и поставил себя на ноги. Что за странное место, где исполняются все мои желания? И почему это так пугает окружающих?

Я услышал снизу приглушенные голоса. Было не разобрать, что говорят, потому что говорили шёпотом. Тут я понял, что могу пожелать слышать, то что говорили:

— Хочу наушники, через которые буду слышать, что говорят внизу — тихо пробормотал я. Тут же, в воздухе возникли чёрные наушники. Я их надел.

- Чужеземец уже спит, что случилось? - спрашивал Тир у вернувшийся старосты.

— Он что то скрывает. Я отправила посланника к госпоже Рине, что бы он передал ей всю информацию. И пускай она решает, что с ним делать. А вдруг он друг Дана?

— Не похож он на Дана. Он добрый, вежливый. И ничего худого не замышляет. — успокаивал ее кузнец.

— Много ты понимаешь, кто что замышляет. Это может быть маскировкой, что бы нас отвлечь. Все, я ухожу. Утром, когда вернётся посланник, все и решим. А может быть и сама госпожа Рина пожалует.

Разговор прекратился, и за старостой закрылась дверь. Так. Я мало что понял из их разговора, но понятно было, что до утра меня никто никуда не отпустит. Надо было уходить сейчас. Но как?Я вспомнил о своих внезапно появившихся способностях — сотворять нужные мне предметы прямо из воздуха. На чердаке было маленькое окно, сквозь которое светила луна. Через это окно можно было бы выбраться на улицу.

— Хочу, что бы снаружи появилась лестница. — шёпотом пожелал я. И лестница сразу же возникла.

Я, очень тихо, что бы не шуршать соломой, открыл окно, протиснулся в него и нащупал ногой верхнюю ступеньку лестницы. Спустился по ней вниз. На улице заметно похолодало.

— Куртку мне сюда, — пожелал я и куртка незамедлительно появилась.

Я незаметно выбрался на край деревни и пошёл вдоль подножия горы, куда газа глядят. В небе ярко светила луна и было очень хорошо видно окрестности. Что же делать дальше? Куда идти? Что со мной будет? Все эти мысли клубились у меня в голове, но я шел, не останавливаясь.

Глава 3. Новый знакомый.

Вдруг, откуда-то сзади послышалось ржание лошади и цокот копыт. Я обернулся, и всадник быстро пронесся мимо меня, сбив с ног. Похоже, что мои приключения на сегодня — не закончались. Он развернул коня, пока я, кряхтя, поднимался на ноги, и направился ко мне. Поравнявшись со мной, он остановил огромное белое животное, достал из ножен серебристый мечь и направил остреё прямо мне в грудь.

— Кто ты такой и что тут делаешь ночью? Тебя Лаури послали за мной?

Я не выдержал и просто заорал: — Да какие, нахрен, Лаури?! Что вам всем от меня надо?

— А ты не местный что ли? Не знаешь про Лаури и орёшь, как припадочный? Вот это повезло! — слезая с лошади, и убирая меч в ножны, удивился мой новый знакомый, - Я Денис, или, как местные меня называют Дан, - протягивая мне руку произнес он. — Поехали перетрём, у меня тут квартирка неподалёку.

— Чтоооо? Ты тоже не отсюда? Ты из моего мира? Где мы? Что тут происходит? — не мог придти в себя я, и сыпал вопросами.

— Поехали, поехали, чувак. Тут может быть не безопасно. И, это, лошадь наколдуй себе.

— Я не умею ездить верхом. — отрезал я.

— Научишься. Или ты хочешь такси сюда вызывать?

— Нет, пусть появится лошадь. Только спокойная и дрессированая, — тут же сообразил я, и лошадь тут же появилась,

— Я — Стас — представился новому знакомому, пока кое как залазил в седло, и усаживался.

— Да, имя для здешних мест — не привычное, — заметил он.

— Ну уж какое есть.

Через пол часа моих мучений в седле, мы уже обогнули гору и подъезжали к подножию с другой ее стороны. Мой новый знакомый спрыгнул на землю, махнул рукой и в горе открылся просторный проход, через который мы въехали внутрь. Проход за нами тут же закрылся.Внутри горы было огромное помещение. Оно было, как бы выдолблено в скале. И напоминало какую-то странную смесь между приютом отшельника и дорогим турецким отелем. Вдоль стен стояла современная мебель: столы, диваны, банкетки. Росли цветы в огромных бочках. На стенах висели репродукции известных художников и даже плазменный телевизор.

— Располагайся, только... - он не успел договорить, и я плюхнулся на диван, стоящий у входа. Точнее я провалился сквозь него прямо на пол. — Наколдуй себе свой диван, а то моей мебелью ты воспользоваться не можешь. — Закончил Дан-Денис.

— Хорошо. Пусть тут будет ДИВАН, — выходя из себя, пожелал я, — Ты мне объяснишь уже наконец то? Кто ты? Где мы находимся? Как работает эта магия? Кто такие Лаури? — взмолился я, чуть не плача.

— Да, постараюсь все объяснить, садись, рассказ будет долгим. И, кстати, зови меня Дан, я как то уже привык к этому имени. Наколдуй себе пивка или что ты пьёшь? И слушай, не перебивай, — буднично сказал он и начал свой рассказ, — Это место называется Элларион, оно похоже на нашу Землю-матушку, но только с первого взгляда. Я думаю, что это, типа — параллельной вселенной. Климат, законы физики и ландшафты здесь примерно, как у нас. Тут правят женщины, которых называют себя Лаури. Они наделены огромной Силой, которая берётся откуда-то из Вселенной, я точно не знаю. Они могут: создавать прямо из воздуха различные предметы, лечить больных и раненых, управлять различными стихиями, а так же животными, и еще много чего. Но, самое главное, что все это они могут делать только для кого-то другого, но не для себя. То есть они могут срастить сломанную ногу только у кого то. Наколдовать кувшин вина, но тоже — для кого то. Именно поэтому они никогда не живут отдельно, а всегда тусуются вдвоем или втроём. Что бы, если что случится, они могли бы друг другу помочь. Мужчины в этом мире не обладают такими способностями. Когда я попал сюда и понял, что тоже могу создавать вещи из ниоткуда — от меня шарахались, как от чумы. И, уже потом, я выяснил, что тоже наделен этой Силой Вселенной, но только то, что сотворил я, это только для меня. Никто другой не может этим воспользоваться. Вот в чем фишка. Конечно, когда о моем существовании узнали Лаури, им это очень не понравилось. Тут стоит отметить, что Лаури тут — боготворят. Никто не осмелится сказать им даже слово поперёк. Они могут войти в любой дом и потребовать все что угодно, и им никто не осмелится отказать. Они собрались и напали на меня, при поддержке местного населения. В то время я был ещё очень неопытен, и, справиться с этой компанией, конечно не смог. Сначала они хотели меня сразу казнить. Но их старшая — Рина, предложила отвезти меня в столицу и показать их главной Лаури, что бы уже она решила, что со мной делать. До столицы мы не доехали — я сбежал от них. И с тех пор, скрываюсь по пещерам и лесам, вот уже двадцать пять лет.

— Стоп, что?! Сколько лет? — поперхнулся я, не веря своим ушам.

— Видишь ли, контакт с Силой Вселенной даёт не только всякие нужные способности, но и замедляет старение. Эта безграничная энергия, как бы питает наши жизненные силы. По нашим меркам, мне было бы уже 53 года, но выгляжу я на 30, а чувствую себя на 18, — с улыбкой сказал он.

— Это все просто невероятно! — не мог поверить я, — Но как тебе удаётся прятаться от них столько времени? И зачем ты все таки прогуливался на лошади ночью?

— Я часто меняю свое место жительства, а так же одежду и средства передвижения. Но невозможно же постоянно где то отсиживаться, даже если у тебя все есть? Так и с ума можно сойти. Иногда я в образе рыцаря нападаю на соседние деревушки, забираю у них что-то. Ну там, серебро, лошадь или продукты. Иногда просто пугаю местных жителей. Это весело.

— Что же тут весёлого? — удивился я, — Тебя веселит террор над беззащитными жителями?

— Ой, да брось. Посиди с моё по лесам и пещерам в отшельничестве, ещё и не так развлекаться начнёшь. Я уже отчаялся кого-то путного встретить, но тут появился ты! Ты хоть понимаешь, что мы можем с тобой вдвоём? Мы сможем собрать армию и напасть на этих самодовольных куриц.

— Эй, эй, стоп. Я ни на кого не собираюсь нападать. Я человек мирный. И они мне ничего плохого не сделали.

— А, ну да. А ты подожди пока сделают. Они тут не позволяют мужчинам владеть Силой. Если со мной, они допустили ошибку и решили отвезти в столицу, то с тобой — церемониться не станут, а сразу казнят. Сам факт нашего существования подрывает их авторитет.