ТЕНЬ ВО ТЬМЕ 2

Скоро Драко понял, что феи не могут дать ему того, в чём он нуждался. Они не могли открыть ему доступ к древним мирам. Они не могли исполнить желания, что обернулись бы их собственной гибелью. Скоро он устал от них.

(Мостик к предыдущей главе) Тот короткий миг сомнения, что промелькнул в нём при разговоре с Чармино — вопрос «что, если внутри так ничего и не изменится?» — не нашёл ответа. Драко не умел жить с вопросом, на который у него не было немедленного желания-ответа. И потому вместо того, чтобы искать ответственность, он вновь потребовал того, что умел требовать лучше всего, — власти.

Драко держал нескольких волшебных созданий под замком, скованных магическими цепями в драконьих темницах, сокрытых за древним камнем Окфизиус. Внутри этого камня он держал в плену множество волшебных созданий — всех тех, кого порабощал, едва понимал, что они не могут дать ему желаемого.

Король фей Фриэн прошёл через все измерения и порталы времени, из мира фей в мир драконов, чтобы остановить драконов. Фриэн нашёл древний камень Окфизиус и освободил всех волшебных созданий из неволи.

Фриэн понял, что у него недостаточно сил, чтобы одолеть Драко, и принялся звать на помощь, но никто не откликнулся. Он продолжал звать к дружбе и единению.

Близ галактики Андромеда, в кислородной галактике, что делили между собой черви и куры, жил волшебный народ червей. Их мир не раз подвергался нападениям динозавров, и они жаждали перемен. Именно поэтому черви согласились помочь.

Один из червей, по имени Мийон, потерял многих друзей от руки Драко. Он презирал дракона.

«Я знаю, как одолеть их», — сказал Мийон на древнем языке червей, понятном лишь Фриэну. — «Я презираю его, он умрёт от одного моего взгляда». В глазах Мийона таилась недобрая сила.

«Если я произнесу определённое заклятие, его собственная ненависть погубит его. Но это навлечёт великую опасность на всех нас», — ответил Фриэн.

«Да, это правда. Но это единственный способ удержать его от уничтожения наших миров. С каждым годом Драко становится сильнее. Если мы не остановим его, драконы Андромеды поглотят всю вселенную».

Сердце Фриэна отяжелело от горя. Он никогда никого не убивал. В этом поступке таилась тьма. И если бы в этом действии была хоть капля скверны, тьма расползлась бы по сердцам фей и всей Беасторúи. Но если бы ничего не было сделано, чтобы остановить Драко, Беасторúя всё равно была бы поглощена.

Фриэну пришлось действовать, и он согласился с Мийоном — они произнесли заклятие вместе. Оно свело дракона с ума.

«Не могу поверить, что вы посмели это сделать», — сказал Драко. — «Обещаю, это станет вашим концом. Это приведёт к… к…» Драко не смог закончить фразу. Последние остатки его рассудка начали угасать, но прежде чем угаснуть совсем, он сделал последний выбор. Не желая признать поражение, дракон лишил себя жизни, сохранив бессмертную любовь ради великого потомства.

Этот единственный поступок был поступком любви. Солнце дракона взорвалось, и его осколки разлетелись по всей вселенной. Звёзды начали падать одна за другой. Драконы недоумевали, что происходит.

Один из драконов сказал, что падающая звезда — знак, чтобы загадать желание. Любое желание может исполниться, если загадать его падающей звезде. Драконы выстроились в ряд, загадывая желания и глядя на падающие звёзды. Небеса и земля кружились в танце. Несмотря на всё зло, царившее в драконьем царстве, добро всё же продолжало распространяться. То было удивительное время.

Королева драконов, чьё имя было именем самой галактики, была прекраснее всех драконов. Она хотела загадать особенное желание. Она отлетела от вереницы драконов, чтобы загадать желание в одиночестве. И она пожелала великой любви — и от красоты её глаз вспыхнули миллионы звёзд.

Драко любил её, хотя она и не могла этого понять. Ни один из драконов не мог омрачить тьмой её сердце, но скоро и её планета стала падающей звездой и затерялась во времени и пространстве.

Несколько уцелевших жизней выжили среди обломков звёзд.

Мы не слышим их СТОНОВ и не понимаем их БОЛИ.

Они жалели, что выжили, и были глубоко несчастны. Солнце дракона в конце концов уничтожило само себя, окончательно сгубив последних оставшихся в живых драконов.

Небеса содрогнулись и обезумели.

Великое создание погибло, и звёзды обрушились. Андромеда превратилась в огромные руины. Те звёзды Андромеды обратились в космическую пыль. В конце концов порядок небесных тел рассыпался.

Драконье царство, где тьма скрывала свой свет и свою историю… Ничто не могло сокрушить дух дракона — ни силы добра, сокрытые в потаённых мирах, ни силы зла снаружи. Драконам было дано великое предназначение творцом, ибо они были созданы из изначальных стихий и волшебства галактики. Это были величие и сила, дарованные творцом всему органическому миру.

Скоро дух Драко поднялся из пепла зла. Теперь, оказываясь рядом с ангелами, он стал неуязвим для смерти и владел волшебством сильнее, чем когда-либо прежде. Его власть росла не по дням, а по часам. Но на его звезде больше не осталось жизни, не осталось счастья — лишь сплошная тьма.

Со временем та крошица добра, что ещё оставалась в потаённом мире, угасла. Зло и тьма драконов расползались всё шире. Дух драконов убивал по собственной воле, в любое мгновение. И хуже всего, что равновесие звёзд во вселенной было утрачено из-за зияющей пустоты, оставшейся на месте Андромеды.

Драко неизменно видел тьму в собственной душе. Он не находил смысла в жизни. Ему нравилось прятаться в тенях и подстерегать светлые души.

Всё, чего он хотел, — снова стать величайшим и заставить отца гордиться им. Но итогом всех его стремлений становились лишь разрушение и смерть.

Он и правда находил удовольствие в разрушении и смерти, но это было лишь способом отвлечься от пустоты, что таилась в его собственном сердце. И эта пустота расползалась всё дальше.

Драко заразил своей пустотой одного из ангелов. И когда тьма проникла в этого ангела, она распространилась и на других. Когда один ангел поражён злом, страдают и все прочие ангелы. Но дело было не в одном лишь ангеле. Скоро треть ангелов небесных присоединилась к ним и к воскресшему Драко — теперь уже дракону-демону.

Тёмные призраки драконов множились повсюду, где был свет, и повсюду, где был свет, теперь приходила тьма. Дух Драко мог видеть во тьме — и видел всё. Он знал, чего хочет враг. Он преследовал свои жертвы и мог творить всё, что пожелает. Подобно теням ночи, его тёмные ангелы летели рядом друг с другом, неотступно следуя за Фриэном и Мийоном, оставляя за собой одно безумие за другим, всякий раз — саму жизнь и смерть.

Свет Андромеды угас, галактика рассыпалась, разрушив небеса. Равновесие вселенной также было нарушено. В небесах царили хаос и разрушение. И скоро это и произошло — ибо зло всегда рушится под собственной тяжестью.

Целой вечности было не хватить, чтобы возродить звёзды. И кто мог исцелить эту галактику?! Феи говорят, что время лечит, но время самой Андромеды было сломлено тоже.

Вопросы для самопознания

• Драко называют его гибель «поступком любви». Согласен(на) ли ты с этим — и почему миф настаивает именно на этом слове?

• Что в тебе самом появляется от разрушения — не как способ причинить боль другим, а как способ заглушить собственную пустоту?

Глава 4. Из Хаоса

Во всех мирах, видимых и невидимых, свершился переворот. Некогда неразлучные пары расстались навеки. Некогда искренние сердца начали лгать. Светлые умы начали поддаваться глупым уловкам. И не было ни у кого власти исправить это — никакими доступными способами, никакими разумными объяснениями. Сердце разрывается, когда любовь разрушается, ибо разрушенная любовь обращается в ненависть; в совершенную ненависть, которую невозможно исправить.

Жизнь рождает в деятельных стихиях сильную волю любить, желание не быть одинокими, преодолевать любые трудности, чтобы доказать невидимую любовь. Красота — это сила друзей и любимых, что отразит лучшую половину и исполнит мечты. Разум понимает, что желание может быть исполнено, и это приятное чувство, и было бы жаль не поделиться этим чувством с другими. И вот разум творит улучшенные формы жизни — и не мог скрыть их тёмную сторону.

Тёмная сторона уравновешивает светлую. Не может быть добра без зла, очевидно. Не может быть положительного без отрицательного. И наконец, не может быть выбора без добра и зла, светлого и тёмного. Так жизнь устроена лучше. В таком состоянии у существ есть способность понять необходимость выбора, а вместе с ней — и последствия наших решений.

У любой физической системы есть пределы устойчивости и крайние, критические зоны, попав в которые система может разрушиться, изменить свои свойства и характер, стать иной. В пределах допустимого может быть бесконечное множество вариантов развития событий. И высший разум мог определить все условия и обстоятельства, в которых живые существа живут и умирают. Ведь эти создания — часть высшего разума и воплощение его замыслов. Так было до катастрофы.

Что происходит после смерти, всегда оставалось тайной. Смерть не так значима, как жизнь, ибо дух в умершем больше не живёт; его не заботят более желания и страсти. Он ищет новые формы для перевоплощения. Поскольку родители привязаны к детям, творец также причастен к ходу жизненных событий и выражает это через чувства, которые испытывают люди, когда кто-то рождается или умирает.

(Расширенная сцена рождения) И вот в этом хаосе, оставшемся после гибели Андромеды, — там, где стихия огня сгорела дотла, а стихия света отступила в свои дальние пределы, — родилась третья стихия, самая юная и самая жадная до соединений во всей вселенной. Крошечная частица света и воды видела всё вокруг себя. Она видела, как живут другие, и как все стремятся к чему-то, хотя у них и не выходит. И эта частица подумала про себя, что и она хочет жить, хочет радоваться, как другие. Она почувствовала это так сильно, что её услышала вся вселенная. Это был элемент водорода — простейший атом мира, состоящий из одного протона и одного электрона, а потому обречённый вечно искать себе пару, чтобы стать чем-то бо́льшим. Так же, как сера была стихией желания Драко, а свет — стихией самоотречения фей, водород стал стихией тяги: тяги к другому, без которой он не мог стать ничем цельным. Именно эта тяга, а вовсе не готовый ответ, и станет главным наследством, которое водород передаст своим детям — Адаму и Еве.

Лучи солнца отнесли частицу воды к самому краю галактики, туда, где пересекались лучи света семи окружающих галактик. Это место называют раем. Там не видно никакого источника света, но свет окружает всё и всюду. Туда душа находит покой, когда мы умираем. Мы могли бы провести в раю сотни земных лет — и не почувствовать, что этого достаточно. Это место непрекращающегося блаженства и совершенства. В раю эта частица чувствовала себя как дома. У частицы воды была вторая половина — подобно каплям воды, они были похожи друг на друга, но созданы разного пола. В раю, где их назвали Адамом и Евой, они провели вместе долгое время.

Дух рая учил их играть друг с другом и быть друзьями. Одной из игр была игра «тепло-холодно»; они играли в прятки. Приближаясь друг к другу, они ощущали тепло, а отдаляясь — свежесть, и всегда было радостно найти друга. Дух рая говорил им, что они должны жить и любить друг друга. Мир, говорил он, лучше войны. Он говорил им, что нужно найти друга — того особенного, с кем можно делиться всеми тайнами. Они находили ангелов, нимф и других обитателей рая. Большинству из них нравилось находить друг друга. Дух рая учил их смыслу жизни и тому, что нужно делать, чтобы взять от жизни всё лучшее.

Их жизни были сплетены в единую душу. Адам и Ева чувствовали, как их сердца срастаются и связываются вместе. Они летали над облачными полями, чтобы увидеть необъятность творения. Их глаза не могли вообразить всей красоты того, о чём они говорили друг другу. Адам брал Еву с собой к самому краю мира, побуждая её испытать свои крылья на высоте. Довольно скоро она научилась летать.

Таинственный образ Евы ничего не значил для Адама. Он чувствовал её душу и обнимал её руками, пытаясь показать ей далёких птиц. Ева смеялась в ответ, пытаясь найти радость в том, что они делали. Они первыми обрели любовь, и потому всякий урок, всякое чувство брало начало именно в их опыте.

Там царил невообразимый покой; у них было всё, что только можно пожелать. Их сердца были чисты и золотые. В них не было ни йоты тёмного. В раю они не задумывались о каких-либо правилах, и, думаю, именно это делало то место тем, что оно было — границей без правил. Там нельзя было даже понять, когда ты нарушил какой-либо закон. Адам и Ева встречали в раю многих ангелов. Некоторые из ангелов играли с ними, но некоторые всё время тайно подсматривали за ними в раю. Они думали, что Ева слишком прекрасна, чтобы принадлежать одному мужчине. Эти ангелы были созданы из огня, и им было почти невозможно противиться частицам воды. Один из ангелов признался, что влюблён в этих небесных обитателей.

В раю всё так же было прекрасно, но время не стояло на месте. Звёзды совершали свои круги, и снова настал двадцать первый цикл Луны. Высшие силы решили, что Адам и Ева готовы к новой жизни; их нужно перенести на Землю. Для этого лучи солнц всех галактик собрались в облике яблок на дереве, чтобы предложить им свою защиту. Это дерево светилось ярче всего в раю.

Адаму и Еве понравилось дерево, и они хотели играть рядом с ним постоянно. Но дух рая предупредил, что это дерево особое, и, познав вкус его яблока, они навеки изменят своё существование. Они доверились духу и старались поменьше говорить о яблоках на этом дереве.

У дерева была своя власть искушать, но Адам умело избегал её сетей. Он находил себе занятия на день, чтобы быть чем-то занятым. Ева иногда присоединялась к нему, чтобы разделить с ним лучшие моменты этих занятий. Они держали образ дерева в мыслях и не хотели приближаться к нему. Адам направлял все свои мысли к своей жене, Еве, лишь бы отвлечься от дерева.

Им сказали, что то дерево способно заставить их пожалеть о самом своём появлении на свет. Если они вкусят его плод — они умрут, и вместе с ними изменится всё вокруг. Мир обратится в руины; настанут болезни и войны.

Адам и представить не мог, что значит чувствовать боль. Он знал лишь добро и не знал зла, и потому, если что-то и должно было побуждать его оставаться верным, — то лишь любовь к добру. Но иногда нужен и страх перед злом, чтобы держаться верного пути.

Солнечный змей хотел ускорить ход событий. Он не видел причин ждать дольше и спустился к Адаму, пытаясь убедить его соблюдать законы, что поддерживают землю. Космический змей знал, что многое будет зависеть от того, соблюдёт ли Адам закон, и потому стремился открыть ему этот закон. Ева приблизилась к змею, и он предложил ей взять яблоко. Все яблоки были хороши, но, глядя внимательнее, она ощущала различия в размере, оттенке и, может быть, даже в сочности. Ева сделала свой выбор, а Адам совершил свой знаменитый поступок. Он взял для Евы её любимое яблоко, и мир вокруг него начал меняться.

Адам принялся искать вокруг ангелов и обитателей рая, что могли бы помочь ему исполнить его замыслы. У Адама и Евы было одиннадцать ангелов в раю и один, что направлял бы его в настоящей жизни, поддерживая его существование.

Все в раю любили их обоих и хотели бы не отрывать от них взгляда, особенно один ангел. Имя этого ангела было Иблис. Иблис был создан из чистого огня. Ему не нравилось, что Адам и Ева забрали себе всё внимание обитателей рая, отвлекая его от него самого. Этот ангел хотел, чтобы внимание делили и с ним.

У Иблиса уже было немалое влияние в раю, и он подумывал использовать это влияние, чтобы отнять у Адама всю его славу. Он наблюдал за Адамом, за всем, что Адам мог совершить. Он заметил, что Адам тоже был создан с некоторыми особыми способностями. Иблис хотел превзойти Адама во всём.

Творец решил возродить этого ангела и отправить его к звёздам вместе с семьёй Адама. Он отнял у ангела крылья, что были у него прежде, и ангел уже не мог творить столько же, сколько раньше.

Творец решил возродить Адама и Еву на Земле, которая была третьей звездой солнечной системы. Земля должна была стать самым подходящим для жизни местом для Адама и Евы, и потому он использовал земную глину, чтобы возродить его.

Часть глины была взята, чтобы создать мужчину; он также взял часть растений. Творец выжал немного сока из растений для мужчины и наполнил мужчину этой влагой. И позаботился, чтобы в мужчине было достаточно растительной природы, чтобы он мог хорошо понимать окружающий мир.

Как только он закончил создавать мужчину, он принялся создавать женщину, Еву. На Еву ушло намного больше времени, потому что творец решил усовершенствовать множество черт. Он добавил утробу; он добавил дополнительные мышцы на некоторые части тела.

Стоя, она была почти точной парой Адаму. И потому Адам всё больше тянулся к Еве, предпочитая её общество даже обществу самого творца.

В день их создания все обитатели рая собрались, чтобы стать свидетелями появления нового создания. Первым был создан Адам. Он принял облик, какого никто на небесах ещё не видел. Творец сделал его видимым для всех.

У творца был замысел сделать их вселенскими существами; он хотел, чтобы они жили в настоящем мире и могли достигать звёзд вокруг себя. Так был создан гуманоидный облик, и творец поселил Адама и Еву на разных звёздах солнечной системы, даровав каждому свою судьбу.

Творец создал людей зелёного мира на звезде, называемой Сатурн, шестой звезде солнечной системы. Они были созданы из листьев дерева. В их мире нет ничего невозможного. У них царят удивительный мир и согласие на протяжении всей жизни. Они очень реалистичны, но даже самые невозможные мечты могут сбыться благодаря тому, как они мыслят. Те, кто живёт в зелёном мире золотой звезды Сатурн, способны исцелять разум и тело.

И потому, если какая-то часть тела повреждена, жители зелёного мира могут использовать любое растение, чтобы исцелить повреждённое место.

Поэтому он наделил растения целительной силой, чтобы помочь исцелять тело; и через ангела мудрости Еве было открыто, что делать с каждым растением вокруг неё. Бог сделал это возможным, ибо знал, что порой их тело может пострадать по той или иной причине.

Творец сгустил их в облаках в небе на той звезде, что люди называют Нептуном, восьмой звезде солнечной системы. Те, кто живёт в небе, могут летать и долгое время не касаться земли. Они много играют и живут в чудесном мире. Они пытались упасть на землю, словно это было самое увлекательное приключение на свете.

Они играют не переставая, а иногда спускаются на землю и вступают во взаимодействие с людьми. Порой люди не слышат их языка, когда те говорят, но видят их во снах. Человек получает связь с небесными телами и использует то, что узнал, проснувшись. Всё благодаря их сверхъестественной способности гипнотизировать. Облачные люди очень сильны умом и видят сквозь самые кости. И всё же они могут быть очень добрыми и приветливыми.

В общей картине люди на Земле и люди в облаках очень похожи, но условия их жизни совершенно различны, и близки они лишь по чувствам. Промежутки времени так велики, что продолжительность их жизней несравнима. Люди на Земле верят, что небеса восстановят справедливость и установят порядок, которого на Земле порой так не хватает. Они смотрят в небо, загадывают желание и надеются, что небеса их услышат.

Многим потомкам Адама и Евы стало не хватать этих основных вещей, и они хотели получить ответы от творца. Единственный способ обратиться с такой просьбой — через желание молиться. Бывали и времена, когда некоторых потомков Адама и Евы притесняли и наказывали незаслуженно. Их единственной надеждой на справедливость было то, что творец накажет их притеснителей, и эту просьбу можно было высказать только в молитве.

Эта надежда обычно облекалась в форму молитв, и многие, как считалось, обращали свои желания к небу. Небо было той стороной, где располагался рай. Некоторые научились молиться стоя, другие преклоняли колени, ожидая, что творец ответит на их просьбы. Было много того, о чём хотелось просить: доброго здоровья, пищи, воды и одежды.

Адам и Ева никогда не знали, что частицы их душ живут на других звёздах, но всегда желали быть ближе друг к другу.

На самом деле на Земле им было почти невозможно найти друг друга.

Потому что, когда душа желает любить, тело не знает, как сделать это правильно. Потому что тело не всегда знает ту любовь, к которой стремится душа. Душа взлетает в небо, но тело остаётся на земле. Может быть, потому, что душа лишь отчасти пробуждает психику и разум. Если бы мы могли пробудить душу сильнее, она привела бы нас именно туда, куда мы стремимся.

Вопросы для самопознания

• Водород назван здесь стихией тяги — вечного поиска пары. Узнаёшь ли ты в этом что-то о себе: тягу как источник силы или как источник уязвимости?

• Иблис хотел, чтобы внимание делили и с ним. Знакомо ли тебе это чувство — и как ты с ним обходишься, не превращая его в разрушение?

Далее: Часть III. Эпоха Человека — где стихия водорода, тяга Адама и Евы друг к другу, впервые столкнётся с разными представлениями о том, что такое любовь: обмен или труд.

ЧАСТЬ III. ЭПОХА ЧЕЛОВЕКА

Стихии сделали свой выбор за фей и драконов ещё до того, как те научились говорить. У людей всё иначе: водород — стихия тяги, а не готового ответа, — оставляет Адаму и Еве пространство для выбора, которого не было ни у кого до них. Именно поэтому история человека — это уже не история одной силы, столкнувшейся с миром, а история двух разных ответов на один и тот же вопрос: что такое любовь. Адам ищет в ней обмен. Ева — труд. Эта книга не берётся сказать, кто из них прав.

Глава 5. Адам и Ева создают семью

Они полюбили друг друга в тот же день — в первый день творения. Адам не мог отвести взгляд от Евы и почти не отходил от неё. Он ни о чём не думал и ничего не помнил, кроме них двоих. Они мало говорили, но понимали друг друга без слов. В лесу, где они жили, было много деревьев и жизни. Добывать пищу не составляло для них труда. Лес был так прекрасен и полон чудес, что они вовсе не жалели об утраченном рае.

Ангелы видели Адама с женой свысока; Адам обнимал Еву, и они вместе смотрели на волны океана. Они сидели под деревом и говорили о громком звуке, что слышали утром, — это было падение метеорита и павшего ангела на землю.

Адам обнимал Еву и шептал ей на ухо несколько слов. Они смеялись. Ева клала голову ему на грудь, пытаясь повторить движения птиц, которых они видели накануне в лесу. Адам и Ева восхищались жизнью на земле, и потому все звери земные и все прочие создания покорялись их воле.

Они познали друг друга под луной. Луна движется вокруг нас по особому циклу. Каждый день этого периода считается своей фазой и носит порядковый номер сообразно влиянию других звёзд вселенной. Срок её обращения отмечен звёздами. Была первая неделя лунного месяца, когда Адам и Ева соединились в любви и зачали своего первого ребёнка. Для Адама всё это было внове, и в неясном свете луны он впервые познал то прекрасное чувство, что творец даровал ему и его жене Еве.

Стремясь узнать тело своей жены, Адам часто склонял голову к её груди, пытаясь ощутить её всем существом. Он касался её руками, лаская её, находя в этом отраду. Еве это тоже было приятно, и, возвращаясь после хлопотного дня, она искала у Адама именно такой нежной ласки.

В ту ночь, когда они любили друг друга под луной, Адам впервые познал радость ласкать её так. Той ночью он получил высшее наслаждение, узнавая тело своей жены. Со временем Ева научилась так же ласкать тело Адама, но в первый раз она вовсе не знала, что делать, — ей просто нравилось то наслаждение, что рождала его нежность.

Адам не упускал случая приласкать свою жену Еву. Однажды ночью он приблизился к ней — оба они, разумеется, были без одежд.

Он невольно коснулся губами её груди и почувствовал, как Ева расслабилась, прогнувшись назад в томном изгибе. Это означало нечто волнующее. Он обнял её, помогая ей опуститься на ветреный берег у самого моря. Его рука скользнула по её бедру. Она вздрогнула, ещё не понимая, что чувствует, и через несколько мгновений нежных прикосновений их тела соединились. Она открылась ему навстречу и со стоном — болью и восторгом одновременно — приняла его. Так прошла их первая ночь любви — простая, недолгая и полная новых открытий.