Контракт для избранной

Екатерина Кожина

Контракт для избранной

Глава 1

Осенние сумерки опустились на улицы Старого Вульфсбурга, принеся с собой запах тумана. Именно этот шлейф известил Кристину, что ее «день сурка» подошел к вечерней фазе.

На пороге ее дома стоял Марк. Бывший муж, волк благородных кровей на словах и лоботряс на деле. Его камзол знавал лучшие времена.

— Крис, душа моя, буквально до пятницы, — с порога затянул он, преданно заглядывая ей в глаза. — Графская стража задерживает жалование за патрулирование лесных границ. А у меня, сама понимаешь, подковы для коня, овес, мазь для шерсти...

Кристина вздохнула, загородив собой проход в прихожую. Две ее дочки, восьмилетние близняшки-волчата Лика и Майя, возились в гостиной. Судя по грохоту, они пытались оседлать старого медного робота-уборщика, работавшего на магических кристаллах.

— Марк, ты ушел два года назад, потому что «семейные узы сковывали дух твоего вольного волка», — напомнила она. — Вольный волк не хочет наняться извозчиком? Или хотя бы колоть дрова для господ?

— Крис, ты очерствела, — обиделся Марк, поправляя облезлый хвост, торчащий из-под полы камзола. — Границы графства сами себя не пометят от чужаков. Это долг! А лямка семейной жизни... ну не потянул я ее. У меня тонкая, поэтическая натура.

— Зато аппетит у твоей натуры — дай бог каждому, — Кристина достала из кармана несколько медных грошей и вложила ему в ладонь. — Все, ступай. И не забудь, что в субботу твоя очередь вести девочек к целителю на осмотр клыков.

— Ты святая волчица! — Марк звякнул монетами и растворился в тумане переулка.

Кристина задвинула засов и прислонилась к двери лбом. Ей было тридцать пять. Для оборотня — самый расцвет. Но она чувствовала себя как старый, потертый ковер в каминном зале, по которому прошлась целая стая во время линьки. Каждое ее утро начиналось в шесть: растопить печь, приготовить кашу, отработать смену в лавке алхимических трав, развезти девочек в пансион трансформации, убраться. Круг замыкался.

— Мама! — из гостиной высунулась задорная мордашка Майи с серыми ушками. — А почему от папы опять пахло чужой заначкой и дешевым кабаком?

— Папа ищет себя, милая, — отозвалась Кристина, проходя на кухню. — А мы ищем наши свитки по истории Лунных Династий. Живо за стол, скоро полнолуние, а у вас хвосты еще нечесаные.

Уложив девчонок ближе к полуночи — после трех сказок, двух драк подушками и одного случайного обращения Лики в волчонка прямо на шерстяном ковре — Кристина наконец села у окна с чашкой отвара. Она посмотрела на луну сквозь мутное стекло.

«Я счастлива, — привычно зашептала она себе под нос, как мантру. — У меня здоровые дети. Свой крыша над головой. Работа. Я сильная, независимая волчица. Я...»

Она осеклась. На противоположной стороне улицы, в тени дуба, у припаркованной черной кареты, стоял силуэт. Высокий, широкоплечий, совершенно неподвижный. Мужчина в дорогом рединготе. Лунный свет не падал на его лицо, но Кристина кожей почувствовала этот взгляд. Тяжелый, сканирующий. Она моргнула — силуэт исчез, растворился в ночи. Только ветка дуба качнулась, да послышался стук копыт.

Весь следующий день Кристина провела как на иголках. Обычная рутина в лавке превратилась в пытку: она вздрагивала от каждого звяканья дверного колокольчика, постоянно косилась на витражное окно и то и дело выходила на крыльцо поправить вязанки сушеной лаванды.

Загадочного незнакомца нигде не было. Ни у городской ратуши, ни среди покупателей, ни на рыночной площади, где сновали кареты и повозки. Но зудящее ощущение чужого взгляда между лопатками не исчезало. Волчица Кристины нервно мела хвостом и глухо порыкивала.

— Мама, ты перепутала сушеную жабью кожу с корнем мандрагоры, — заметила Лика, когда они вернулись домой и сели за ужин. — Из-за тебя суп теперь пузырится фиолетовым.

— И пахнет как старые сапоги папы, — добавила Майя, брезгливо отодвигая тарелку.

— Извините, девочки, — Кристина устало потерла виски. — Просто... голова кругом. Ешьте хлеб с сыром.

Ближе к девяти вечера, когда близняшки, укутавшись в одеяло, громко хохотали над хрониками про Лунного Лорда, в дверь не просто постучали — в нее с силой забарабанили кулаками. Сердце Кристины ухнуло куда-то в район домашних туфель.

На пороге стояли супруги Гросс — ее ближайшие соседи по общему двору. Оборотни из породы низших гиен, чей семейный девиз, казалось, звучал как «Испорти жизнь ближнему своему». Глава семейства, вечно потный Густав, стоял подбоченясь, а его жена Марта в чепце воинственно скрестила на груди руки.

— Это переходит все границы, Кристина! — с ходу взвизгнула Марта, и ее уши под чепцом нервно дернулись. — Девятый час вечера! Твои щенки ржут так, что у меня масляные лампы дрожат! У Густава мигрень, он не может читать ведомости!

— Вообще-то, на ратуше только что пробило восемь, — попыталась спокойно ответить Кристина, хотя ее ладони повлажнели от подступившего страха.

— Не дерзи мне! — рявкнул Густав, делая шаг вперед и нависая над ней. — Вы задолбали! То вы хлопаете ставнями в шесть утра, то они топают как стадо кабанов! Если это не прекратится, я напишу жалобу Судье стаи. Так что приструни своих выродков, пока я сам ими не занялся!

Внутри Кристины все похолодело. Она была взрослой волчицей, но против этой пары чувствовала себя беззащитным подростком. В ее голове яркой вспышкой пронесся панический страх: а вдруг Густав потеряет контроль и обратится? Вдруг он замахнется, толкнет ее? Или подкараулит девочек в темном переулке? От этой мысли к горлу подступил удушливый ком. Одинокая женщина с двумя детьми в мире, где правит культ силы — идеальная мишень.

— Мои дети — не выродки, — прерывающимся, голосом ответила Кристина, пятясь назад и пытаясь прикрыть собой проем двери. — Они просто смеются...

— Обычные дети сидят тихо, когда почтенные оборотни отдыхают! — Марта нагло выставила вперед палец, едва не ткнув Кристину в нос. — Если до завтрашнего дня мы услышим хоть один звук, я выброшу ваши пожитки на мостовую!

Густав напоследок обдал Кристину перегаром, смачно сплюнул, и пара, продолжая громко сыпать проклятиями и угрозами на весь двор, наконец и ушла к себе.

В коридоре повисла давящая тишина. Кристина стояла, прижав руки к груди, и слышала, как колотится сердце. Страх и унижение жгли изнутри. Она медленно закрыла дверь, повернула ключ и опустилась на колени прямо в прихожей, пряча лицо в ладонях. Поднимать голову и уверять себя в том, что она «счастлива», сегодня не было сил.

Глава 2

Следующее утро началось для Кристины с осознания: ее вселенная окончательно сошла с рельсов. Глаза плыли от недосыпа, а в голове отдавался вчерашний крик соседа Густава.

Пока Кристина раскладывала по полкам пучки сушеной чертополоховой травы и флаконы с настойкой от волчьего кашля, дверной колокольчик звякнул. Она сжала в кармане фартука горсть сонного порошка, готовая встретить вчерашнего золотоглазого преследователя.

Но на пороге стоял совсем другой мужчина.

Он выглядел так, будто сошел со страниц столичного вестника мод: безупречный черный сюртук, накрахмаленный до хруста воротничок, круглые очки в тонкой золотой оправе и пузатый кожаный портфель. От него пахло дорогим табаком, сургучом и скукой. Оборотень из породы гончих.

— Госпожа Кристина Вульф? — осведомился он, снимая цилиндр и делая идеальный полупоклон. — Меня зовут мистер Смит. Я стряпчий высшей категории и законник Королевской Коллегии.

Кристина убрала руку от сонного порошка. Законники в их захолустье появлялись только по двум причинам: либо кто-то умер и оставил долги, либо Марк снова где-то напортачил.

— Если это насчет алиментов от моего бывшего мужа, то можете сразу закрывать портфель, — вздохнула Кристина. — С него можно взять только анализы, да и те будут с примесью дешевого эля.

Мистер Смит позволил себе тонкую, профессиональную улыбку.

— О нет, госпожа Вульф. Мой визит никак не связан с вашим... весьма колоритным бывшим супругом. Я здесь по поручению моего глубокоуважаемого нанимателя. Один влиятельный господин желает встретиться с вами. Лично.

Кристина зависла. Прямо с пучком чертополоха в руке. В голове выстроилась логическая цепочка: неделя слежки, карета у дуба, золотоглазый мужчина... и теперь вот столичный франт.

— Тот «влиятельный господин», который вторую неделю топчет подошвы у моего дома и гипнотизирует мои окна? — прищурилась она.

— Я лишь скромный слуга закона, параметры чужих подошв не входят в мою юрисдикцию, — уклонился Смит, поправив очки. — Однако мой клиент настоятельно просит о рандеву. И, учитывая деликатность его положения в обществе, встреча должна носить... конфиденциальный характер. Проще говоря, тайно. В его загородном особняке сегодня в полночь. Карета будет подана.

Внутри Кристины зашевелился старый, добрый страх. В мире оборотней «тайная встреча в полночь в загородном особняке» для одинокой женщины обычно заканчивалась либо потерей репутации, либо потерей жизни. А у нее дома две любознательные девчонки, которые без нее разнесут весь квартал, попутно превратив соседей в коврики.

— Передайте вашему господину, что я, конечно, женщина сокрушительного обаяния, но в полночные кареты к незнакомцам не сажусь, — отрезала Кристина. — Я хочу понять, какого лешего за мной следят. Моя волчица уже на грани нервного срыва. Но встреча будет на моих условиях. В людном месте. Днем.

Мистер Смит слегка нахмурился, оценивая масштаб ее упрямства.

— Мой клиент не привык к публичности в провинции...

— А я не привыкла к похищениям, — парировала Кристина. — И вообще, если ваш лорд такой грозный, неужели он испугается чашки чая при свидетелях? Пусть выбирает: либо приличный ресторан, либо я пишу заявление в городскую стражу о преследовании. Наш капитан, конечно, ленивый барсук, но за бутылку настойки поднимет весь гарнизон.

Законник вздохнул, достал из кармана серебряные часы, сверился со временем и, прислушиваясь к внутреннему голосу, кивнул.

— Что ж. Безопасность и душевный покой дамы — превыше всего. Как насчет кондитерской «Золотой Улей» на Главной площади? Сегодня в четыре часа пополудни. Самый дальний столик у окна. Мой наниматель будет ждать.

— «Золотой Улей»? — Кристина приподняла бровь. Это было самое дорогое и пафосное заведение в городе, где чашка шоколада стоила как половина ее дневной выручки. — Ладно. Там по крайней мере пирожные вкусные. Если меня попытаются украсть, я хотя бы успею съесть эклер.

— Договорились, — Смит снова поклонился, безупречно надел цилиндр и направился к выходу. На пороге он обернулся: — И госпожа Вульф... рекомендую не опаздывать. Мой клиент пунктуален, как королевский хронометр.

Когда колокольчик на двери звякнул, из-за ширмы, где сушились коренья, тут же высунулись две ушастые головы.

— Мама! — громким шепотом произнесла Лика. — Мы все слышали! Ты идешь на свидание с богатым дядей?

— Он купит нам того огромного марципанового волка из витрины «Золотого Улья»? — с надеждой спросила Майя, облизываясь.

— Это не свидание, это деловая встреча! — строго сказала Кристина, хотя у самой внутри все дрожало от предвкушения и непонятной тревоги. — И вообще, почему вы не на уроках по контролю трансформации хвоста? Живо за учебники!

Оставшиеся до четырех часов мгновения тянулись как густая патока. Кристина то и дело поправляла прическу перед зеркалом лавки и судорожно соображала: стоит ли надевать свое единственное шелковое платье, или остаться в строгом костюме, чтобы показать этому таинственному лорду свою полную независимость?

Глава 3

О каком шелковом платье могла идти речь, если за полчаса до выхода вселенная Кристины привычно устроила форс-мажор?

Сначала Майя, пытаясь доказать сестре, что ее прыгучесть в форме волчонка превосходит все законы физики, застряла головой в супнице. Пока Кристина, поминая добрым словом всех лунных богов, обильно смазывала уши дочери гусиным жиром, Лика решила помочь. Она открыла окно, чтобы «позвать на помощь духов ветра», и случайно впустила в дом почтового кота. Кот, увидев двух волчат, запаниковал. Близняшки запаниковали в ответ.

В итоге Кристина вылетала из дома, на ходу отряхивая костюм от кошачьей шерсти и наспех завязывая растрепанные волосы в тугой узел. Ни о каком пафосе не было и речи: она бежала по мостовой Старого Вульфсбурга так, что каблуки отстукивали бешеный ритм, а ее внутренняя волчица трусливо умоляла о пощаде и глотке свежего воздуха.

В кондитерскую «Золотой Улей» она влетела минута в минуту, тяжело дыша и чувствуя себя так, словно только что загнала стадо оленей. Роскошная публика заведения синхронно повернули головы в ее сторону.

Кристина, не обращая внимания на шепотки, зашагала к дальнему столику у окна. Там сидел вчерашний незнакомец.

Она без сил плюхнулась на стул. Прежде чем она успела вымолвить хоть слово, мужская рука пододвинула к ней высокий стакан.

— Выпейте, — тихо, но властно произнес золотоглазый.

Кристина схватила стакан и осушила его в три глотка. Ледяная вода с каплей лимонного сока вернула ее к жизни.

— Простите... — выдохнула она. — Извините, что заставила... точнее, бежала... Чуть не опоздала.

— Вы не опоздали, — мужчина спокойно достал из кармана часы, щелкнул крышкой и закрыл ее. — Четыре часа ровно. Идеальная пунктуальность для женщины, у которой дома растут две юные волчицы.

Кристина замерла, ее глаза округлились:

— Вы откуда... Ах, ну да. Вы же следите за мной.

Подошедший лакей спас их от неловкой паузы. Кристина, взглянув на цены, от которых у нее едва не случился сердечный приступ, и на автомате ткнула пальцем в меню:

— Мне шоколадный торт и зеленый чай, пожалуйста.

Спутник лишь коротко кивнул лакею, жестом показывая, что ему ничего не нужно.

Когда заказ принесли, Кристина поняла, что кусок в горло не лезет. Как только дыхание восстановилось, ее накрыла новая волна. Сердце снова застучало в ушах, но уже не от бега, а от волнения. Она сидит в самом дорогом кафе города напротив мужчины, от которого за версту веет королевской властью.

Она покосилась на его сторону стола. Перед ним стоял такой же стакан с чистой водой. На мгновение Кристина почувствовала облегчение. «Вода, — подумала она. — Не вино. Не эль». Бывший муж Марк любую беседу начинал с заказа бутылки покрепче, уверяя, что «алкоголь раскрепощает натуру хищника», а потом Кристине приходилось оплачивать счет и тащить это тело на себе.

— Ну что ж, Кристина, меня зовут Эрик Альварез — начал он, и в голосе не было угрозы, только странное уважение. — Вы заставили моего стряпчего изрядно понервничать, отказавшись от кареты. Но я ценю вашу гордость. Наш разговор будет долгим, и, боюсь, он навсегда изменит вашу жизнь.

Кристина сжала пальцами теплую чашку с чаем, приготовившись слушать. Рассказ начался.

Глава 4

Кристина застыла с занесенной над тортом серебряной ложечкой. Воздух в кондитерской словно стал гуще.

— Ты моя истинная пара, Кристина, — спокойно, без тени романтического придыхания произнес Эрик.

Кристина опустила ложку. Нервный смешок сам вырвался из ее груди.

— Извините, господин Эрик, — Кристина качнула головой, пытаясь вернуть беседу в русло здравого смысла. — Истинные пары — это сказка. Миф для привлечения восторженных девиц в брачные агентства стаи. В реальности оборотни, сходятся по глупости, как я с Марком, а потом всю жизнь расхлебывают последствия.

Эрик даже не моргнул.

— Для низших сословий и полукровок — возможно, это сказка, — отрезал он. — Но не для высших родов. Наша кровь слишком сильна, чтобы подчиняться случайному выбору. Впрочем, спешу вас приземлить: реальная истинность разительно отличается от того, что пишут в книжках. Ни о какой внезапной страсти, вечной любви речь не идет. Все гораздо прозаичнее.

Кристина прищурилась:

— И в чем же фокус?

— В генетике, — просто ответил Эрик. — Магия крови выбирает партнера, с которым получится идеальное потомство. Дети, которые возьмут от отца и матери самые сильные, чистые и жизнеспособные качества. Я высший волк, Кристина. И, признаться честно, я много лет пытался доказать самому себе, что концепция истинности преувеличена.

Он на секунду замолчал, бросив взгляд на свой стакан с водой.

— Но жизнь доказала обратное. Мне сорок лет. У меня нет детей. А значит — нет законных наследников для моего титула и земель. И вдруг неделю назад, проезжая мимо алхимического рынка, я случайно уловил ваш запах. Мой волк внутри меня признал вашу. Сомнений быть не может.

Кристина откинулась на спинку стула.

— И каково же ваше предложение, лорд? — спросила она. — Выкрасть меня в полночь, чтобы проверить теорию идеального потомства?

— Мое предложение — официальный, законный брак, — Эрик подался вперед, и его голос перешел на деловой тон. — Наследники древнего рода должны быть рождены исключительно в законном союзе. Мне нужен наследник. В идеале — два или три ребенка. Но я сразу хочу обозначить границы, чтобы избежать иллюзий: никакой совместной личной жизни у нас не будет.

Кристина моргнула раз, другой.

— То есть как это? — переспросила она.

— Очень просто, — Эрик повел плечом. — Вы получите собственный особняк. Сумму на его содержание и любые ваши капризы я выделю в неограниченном количестве. Ваши близняшки получат лучшее образование в столице, личных учителей и статус моих воспитанниц. Мой главный дом находится на том же участке, буквально в двух шагах, через сад. Вы будете жить там, рожать мне детей, воспитывать их и ни в чем себе не отказывать.

Он сделал маленькую паузу, глядя ей прямо в глаза, и добавил совершенно буднично:

— А я продолжу жить своей жизнью. У меня есть постоянная спутница — прекрасная, благородная леди, которую я искренне ценю. Вы не будете вмешиваться в мои дела, я не буду докучать вам своим присутствием. Вы просто обеспечите моему роду будущее, а я обеспечу вам и вашим девочкам финансовый рай до конца дней. Денег, Кристина, будет очень, очень много. Вы навсегда забудете, что такое считать гроши. Единственное условие, которое вы обязанны будете выполнять - верность. У жены главы стаи не может быть любовных связей на стороне. Это вопрос моей репутации.

Кристина сидела, оглушенная этим просчитанным бизнес-планом. С одной стороны, внутри нее бушевала гордая волчица, оскорбленная ролью «инкубатора с безлимитной чековой книжкой». С другой стороны — перед глазами мгновенно всплыли счета за пансион, подтекающая крыша ее дома, лицо соседа Густава и бывший муж, клянчащий монеты на витамины для шерсти.

Она сделала глубокий вдох, собираясь с мыслями.

Глава 5

Кристина молчала несколько минут. Она потянулась к стакану и сделала глоток, отчаянно пытаясь охладить пылающие мысли. Из-под опущенных ресниц она внимательно разглядывала собеседника.

Она поверила ему. Сразу и безоговорочно. Во-первых, скрывать очевидное было глупо — ее волчица покорно затихла, безошибочно признавая в Эрике Высшего. Во-вторых, такие господа не нанимают столичных законников ранга мистера Смита ради розыгрышей. И в-третьих... она просто почувствовала это. Словно невидимая струна натянулась между ними сквозь аромат марципана и дорогого чая.

Кристина крутила в руках хрустальный стакан, как вдруг ее мозг, уставший от бытовой рутины, подкинул ей совершенно неуместную, живописную картинку. Она вдруг предельно четко представила себе процесс создания этих законных наследников. Вот этот безупречный, холодный, пугающе красивый Альфа снимает свой дорогой редингот...

К горлу прилил жар. Кристина густо, до корней волос покраснела. Щеки запылали так, что лакей в напудренном парике, проходивший мимо, понимающе улыбнулся.

Она схватила стакан и допила остатки воды, едва не поперхнувшись льдом. «Спокойно, Кристина, тебе тридцать пять, у тебя двое детей!» — мысленно прикрикнула она на себя.

Опустив стакан, она постаралась придать лицу выражение равнодушия, какое бывает у аптекарей при обсуждении рецепта от глистов.

— Рациональный подход, — выдавила она. — Чистый бизнес. Что ж, раз мы обсуждаем технические характеристики... скажите, лорд Эрик, а как именно вы планируете... хм... осуществлять этот проект? Я имею в виду, современная алхимия и медицина шагнули далеко вперед. Мы ведь воспользуемся методом искусственного оплодотворения? Никаких лишних контактов, все по протоколу.

Эрик, который до этого момента сохранял невозмутимость сфинкса, вдруг удивленно приподнял одну бровь. На его губах промелькнула тень искренней, пусть и слегка ироничной забавы.

— В пробирках, Кристина? — переспросил он. — Боюсь, вы плохо учили историю Лунных Династий. У высших оборотней так не получится.

— Это еще почему? — нахмурилась она, чувствуя, как краска снова подступает к щекам.

— Потому что для зачатия истинного наследника Высшего рода одних лишь... биологических материалов в стеклянной посуде недостаточно, — Эрик выделил это, заставив Кристину сжать зубы. — Требуется слияние магии крови. Нужен полный резонанс двух волчьих ипостасей. А это пробуждается исключительно... в процессе традиционного, природного акта. Дистанционно этот контракт не подписать.

«Традиционный природный акт. Магия. Резонанс, — панически звенело у нее в голове. — И все это с абсолютно чужим мужчиной, у которого в соседнем доме живет любимая. Господи, во что я влипла?»

В ее голове происходила титаническая битва. С одной стороны — безлимитное золото, безопасность девочек, лучшая жизнь и сокрушительный щелчок по носу соседям-гиенам и бывшему мужу Марку. С другой стороны — перспектива стать высокооплачиваемой постельной принадлежностью для Альфы по расписанию.

Кристина поняла, что ее аналитический центр окончательно капитулировал. Ей нужно было переварить это.

— Знаете что, — Кристина решительно выпрямила спину. — Моя волчица сейчас находится в состоянии глубокого диссонанса. Я... я ничего не могу сейчас решить. Мне нужно время. На подумать.

Эрик посмотрел на нее, словно сканируя глубину ее растерянности, и понимающе кивнул. Он ничуть не удивился ее просьбе.

— Разумеется, — спокойно согласился он, поднимаясь со стула. Он оставил на столе золотую монету. — Дело серьезное. Я не тороплю вас, Кристина. Мой стряпчий, мистер Смит, навестит вас в лавке через три дня. Надеюсь, этого времени вам хватит, чтобы взвесить все «за» и «против».

Он развернулся и бесшумной походкой хищника направился к выходу.

Кристина осталась сидеть у окна в полном одиночестве. Шоколадный торт сиротливо лежал на тарелке, а в голове у нее крутилась только одна мысль: как объяснить близняшкам, почему их мама вернулась со свидания красная, как спелая земляника, и почему их жизнь, кажется, больше никогда не будет прежней.

Глава 6

Кристина долго бродила по улочкам Старого Вульфсбурга. Она выбирала длинные, кружные маршруты мимо ратуши и ремесленных кварталов, чтобы холодный осенний воздух остудил ее пылающие щеки. Ей нужно было успокоиться, прийти в себя и вернуть на лицо маску суровой матери-одиночки, прежде чем она переступит порог дома.

Успокоилась она как раз к моменту, когда ее туфли застучали по камням родного двора. Но стоило ей потянуться к дверной ручке, как тишину вечера взорвал яростный визг.

— А, явилась! — Марта Гросс выскочила со своей половины двора, как ошпаренная крыса, размахивая кухонным полотенцем. — Из-за твоих щенков у нас скисло молоко в погребе! Они прыгали так, что земля тряслась!

Из-за ее спины вырос громила Густав, багровый от злости и дешевого пива.

— Я же сказал, Кристина, я вышвырну твое барахло! — взревел он.

Кристина отшатнулась. Внутри все сжалось от привычного ужаса.

Вдруг из тени переулка, словно соткавшись из тумана, вырос огромный мужчина в серой ливрее — костолом из свиты Эрика. Он взял супругов Гросс за шкирки. Обоих. Сразу. Густав болтал ногами в воздухе, а Марта задыхалась, вцепившись пальцами в железную хватку.

Слуга Эрика приблизил свое лицо к гиенам и издал такой утробный, вибрирующий рык, что у Кристины заложило уши, а у Густава от страха мгновенно отнялись ноги. От мужчины веяло неприкрытой магией Высших псов-волкодавов.

— Слушайте сюда, — глухо произнес громила. — Еще раз посмотрите в сторону этой почтенной дамы, и я лично сделаю из ваших шкур прикроватные коврики для ее дочерей.

Он легким движением, словно мешки с мукой, закинул супругов Гросс в их собственный дверной проем.

— Три дня, — отчеканил, нависая над порогом. — Чтоб я вас на улице не видел. Из дома не выходить. Дышать через раз. Вопросы?