СИНГУЛЯРНОСТЬ

— Это не бессмысленно, — выдохнула она, поднимая на него взгляд. В её глазах не было мольбы, только яростная решимость. — Это называется «вера».

Тимур остановился в пяти шагах. Он поднял руку, и между его ладонями начал формироваться сгусток уплотненного эфира — гравитационный импульс, способный обездвижить её, не причинив серьезного вреда. Он не хотел её убивать. Она была слишком ценна.

— Последний раз...

Елена не стала ждать. Она знала, что не сможет победить его в прямом столкновении. Но ей и не нужно было побеждать. Ей нужно было лишь выполнить свою миссию.

Она закрыла глаза и сделала то, чему её учили только в теории, как к последнему средству. Она перестала сопротивляться его резонансу. Вместо этого, она открылась ему навстречу.

«Тимур», — её мысль была не криком, а шепотом, который Поток донес прямо до его сознания. Она вложила в него всё: образ Уймонской долины в лучах рассвета, чувство Потока, текущего сквозь всё живое, и отчаянную надежду на то, что человечество может не бежать от своей колыбели.

Это было похоже на ментальный удар, но иного рода. Не агрессия, а абсолютная, оглушающая открытость. Тимура словно пронзило током. Его концентрация сбилась. Гравитационный импульс в его руках рассеялся с тихим хлопком.

Воспользовавшись его секундным замешательством, Елена сделала единственное, что могла. Она активировала кристалл.

Сингулярность Севера в её руке вспыхнула ослепительным белым светом. Это был не просто свет — это был якорь. Мощнейший гравитационный якорь.

Мир вокруг содрогнулся. Улица под ногами Тимура вздыбилась. Асфальт треснул, и огромный пласт земли вместе с ржавыми машинами и обломками зданий начал медленно, с ужасающим скрежетом, подниматься в воздух.

— Что ты... — только и успел произнести Тимур, когда гравитационное поле под ним исчезло.

Он рухнул вниз, на дно мгновенно образовавшейся ямы. Сверху на него посыпались камни и земля. Елена же стояла на парящем в трех метрах над землей куске улицы, держа перед собой сияющий кристалл. Её лицо было бледным от чудовищного напряжения — удерживать такую массу требовало всей её воли и сил.

Она посмотрела вниз на Тимура, который уже поднимался на ноги, стряхивая с себя пыль и обломки.

— Ты... монстр... — прохрипел он, глядя на неё снизу вверх.

Елена слабо улыбнулась дрожащими губами.

— Мы все теперь монстры, Тимур. Это новый мир.

Она отпустила контроль над левитацией. Платформа с грохотом рухнула обратно на землю, окончательно завалив проход и подняв тучу пыли. Когда пыль осела, Тимур был уже один. Перед ним возвышалась непроходимая стена из камня и бетона.

Елена ушла. Ушла на север.

Тимур ударил кулаком по каменной глыбе. Боль в костях была ничем по сравнению с унижением и яростью от поражения. Но вместе с ними пришло и другое чувство — жгучее любопытство и странное, извращенное восхищение.

Он активировал коммуникатор.

— Это Тимур. Объект ушел на север. Я продолжаю преследование в одиночку. Отряду — вернуться на базу.

Выключив связь, он посмотрел на север. Туда, куда вела его невидимая нить их проклятой связи.

— Ты победила этот раунд, Елена... Но игра еще не окончена.

Глава 7.

Два дня спустя. Территория бывшей Республики Коми.

Елена шла по дну высохшего русла реки, которое местные жители когда-то называли Вычегда. Теперь это была просто глубокая, извилистая траншея, заваленная серым песком и скелетами рыб, выбеленных радиацией. Небо над головой было низким и тяжелым, окрашенным в постоянный багровый оттенок из-за вулканической пыли в стратосфере.

Сингулярность Севера в специальном контейнере на её поясе больше не пульсировала теплом. Она молчала, словно накопитель, исчерпавший свой заряд после того выброса энергии в городе-призраке. Елена чувствовала себя опустошенной. Использование кристалла на такой мощности выжало из неё все силы, и теперь каждый шаг давался с трудом. Но она должна была идти. Остановиться — значит умереть.

Она подняла руку и посмотрела на дозиметр. Фон падал. Медленно, но неуклонно. Она входила в зону, где древние ледники сохранили относительную чистоту. Где-то там, в сердце предгорий Урала, и находилась её цель.

Внезапно Поток вокруг неё дрогнул. Не от природной аномалии и не от случайного зверя. Это был он. Резонанс. Холодный, острый, как скальпель. Он был близко. Слишком близко.

Елена замерла, вжавшись в холодную стену русла. Она не чувствовала его местоположения — он научился скрывать свой эфирный след, — но она чувствовала давление. Словно огромная гора нависла над ней. Он был здесь, в этом же районе.

Тимур

Он стоял на вершине холма, сложив руки на груди, и смотрел в оптический прицел своей импульсной винтовки. Внизу, в паре километров от него, по дну каньона двигалась одинокая фигурка.

Его броня была покрыта слоем радиоактивной пыли и копоти от костров мутантов, которых ему пришлось устранить по пути. Лицо под шлемом было изможденным, но глаза горели мрачным огнем. Он не ел и не спал почти двое суток, поддерживая себя стимуляторами и чистой волей.

Он потерял её след после того случая с левитацией. Эфирный шторм от использования кристалла сбил все его настройки. Но он не отступил. Он шел на север по прямой, как стрела, используя логику и знание местности. И он оказался прав.

В прицеле Елена казалась маленькой и хрупкой. Она шла медленно, спотыкаясь от усталости.

«Ты вымотана», — подумал Тимур, не отрываясь от окуляра. Палец на спусковом крючке напрягся. Один выстрел. Уплотненный эфир разорвет её на атомы. Миссия выполнена.

Но он не стрелял.

Он видел её там, в городе-призраке. Видел её решимость, когда она прыгнула с крыши. Видел ту чудовищную силу, с которой она подняла в воздух целый квартал улицы, чтобы похоронить его заживо. Она не была просто беглянкой с украденной технологией. Она была равной ему.

Опустив винтовку, Тимур отстегнул от пояса флягу с водой и сделал глоток. Химический вкус очистителя не мог перебить горечь во рту.

— Ты достойный противник, Елена из Ордена, — прошептал он в пустоту ветра. — Но я не могу позволить тебе завершить начатое.

Он отстегнул от рюкзака небольшой металлический шар — маяк-ретранслятор. Бросив его на землю, он активировал устройство ударом кулака. Шар загудел и начал медленно вращаться, посылая сигнал в верхние слои атмосферы.

Тимур поднял взгляд к небу.

— Выдвигаемся на точку, — произнес он в коммуникатор, зная, что его услышат за сотни километров отсюда.

Глава 8.

Елена поднялась на вершину холма и остановилась перевести дух. Перед ней раскинулась долина, зажатая между двух горных хребтов. В центре долины блестело зеркало воды — древнее ледниковое озеро, не высохшее под палящим солнцем нового мира. А за озером, словно вырастая прямо из скалы, возвышалась цель её пути.

Это была не просто пещера или храм. Это была древняя обсерватория или научный комплекс, построенный из черного базальта и металла, который не поддался коррозии за века. Здание было идеально вписано в ландшафт, его гладкие стены уходили вертикально вверх.

«Мы пришли», — прошептала она мысленно Наставнику Аркадию через Поток.

«Мы видим тебя», — пришел ответ из Уймонской долины. — «Торопись. Время уходит».

Елена начала спускаться в долину, когда услышала звук. Низкий, вибрирующий гул, от которого задрожали мелкие камни под ногами. Она обернулась.

Небо над тем холмом, где она только что стояла, темнело. Из-за пелены багровых облаков вынырнули три черные тени. Они были огромны и бесшумны, похожие на механических стрекоз с обрубленными крыльями. Боевые геликоптеры Консорциума «Новый Ковчег».

Они не приземлились рядом с ней. Они зависли над долиной с обсерваторией. Из их днищ ударили ослепительно-белые лучи уплотненного эфира.

Елена с ужасом смотрела, как лучи впиваются в древние стены комплекса. Базальт начал плавиться и стекать вниз огненными ручьями. Древние механизмы внутри взрывались фонтанами искр и расплавленного металла.

— Нет! — закричала она, падая на колени.

Они не охотились за ней. Им был не нужен кристалл в её кармане. Им нужно было уничтожить источник технологии Ордена здесь, на Севере. Стереть все следы того знания, которое могло дать человечеству шанс остаться на Земле.

Один из лучей прошел совсем рядом с ней, опалив волосы и заставив её откатиться в сторону.

— Прекратить огонь! — прогремел усиленный мегафоном голос с неба. Геликоптеры замерли.

Из-за гребня холма вышел Тимур. Он шел медленно, не спеша спускаться к ней.

— Ты опоздала! — крикнул он ей через долину. Его голос эхом отразился от скал. — Твои наставники ошиблись! Здесь нет того, что вы ищете! Только руины!

Елена поднялась на ноги, её лицо было перепачкано грязью и слезами ярости.

— Зачем?! — крикнула она в ответ срывающимся голосом. — Зачем уничтожать надежду?!

Тимур остановился на краю обрыва и посмотрел на неё сверху вниз.

— Надежда — это роскошь для умирающих! — ответил он так же громко. — А мы не умираем! Мы летим к звездам!

Он развернулся и начал подниматься обратно к холму, туда, где его ждал один из геликоптеров, спустивший трап.

Елена осталась одна посреди долины разрушенных надежд. Обсерватория за её спиной догорала гигантским погребальным костром для мечты Ордена о спасении Земли здесь и сейчас.

Она посмотрела на кристалл у себя на поясе. Он был бесполезен без своего якоря здесь, на Севере.

А затем она посмотрела вслед Тимуру.

Он думал, что победил? Он думал, что сломал её? Нет... Он лишь показал ей истинное лицо врага и цену их противостояния.

Она вытерла слезы рукавом куртки и сжала кулаки так, что побелели костяшки.

Внутри неё поднималась не паника и не отчаяние.

Там поднималась холодная ярость Резонанса.

Она не вернется в Уймонскую долину с поражением.