Игра на грани

Игра на грани

Глава 1

Улицы твои вечно зелены,

Жизнь моя в тебе, мой Улан-Удэ.

Группа Амальгама

Артур Тулаев «умер» еще в марте. Вера работала в морге и не устояла перед его обаянием. Она сделала ему справку, с которой родственники сходили в ЗАГС.

Но молодой оперативник налоговой полиции Виталий Моглов этому не поверил и продолжал поиски еще полгода. Наконец, через агентуру он узнал, что Артура видели в восемнадцатом квартале. С фотографией Тулаева он обошел местные ларьки.

– Так он у меня вчера пиво покупал, – с шестого раза оперу улыбнулась удача.

Он поставил машину напротив входа в ларек, и они с напарником просидели там почти двое суток. Упорство и терпение не пропали даром.

Для Александра Салтаева это означало конец лихой и вольной жизни.

Он сидел в машине на набережной и смотрел на Селенгу. Солнечные блики весело играли на ровной глади реки.

Теперь Александру, как и Артуру, грозил суд и до десяти лет лишения свободы.

Очередной допрос был назначен на следующий день, но он не собирался туда являться.

Машину он оставил у друга в гараже.

Остаток дня он провел в кинотеатре «Прогресс», просматривая подряд все фильмы по нескольку раз. Вечером он пошел ужинать в ресторан «Бурятия».

Он занял столик в полупустом зале. Салтаев сделал заказ, но аппетита не было, и за весь вечер он съел только один салат. Пить тоже не хотелось. Сто граммов водки с большим усилием проникли внутрь, но не прояснили головы и не принесли обычной легкости.

Он сидел и вспоминал Настю, представлял себе свет в ее квартире на четвертом этаже.

Наконец зал опустел, и Салтаев остался один. Часы над баром показывали двенадцать. Уборщица уже ходила между столиками, и охранник недобро поглядывал на него с намеком. Верхний свет погасили, и зал освещался только небольшими лампами, установленными на столиках. Пора было уходить.

Александр поднялся, оставил на столе деньги и вышел в прохладную осеннюю ночь.

Было поздно, а идти было некуда. Везде – дома, у родителей, у друзей – могла быть засада.

Холодный воздух все настойчивее заявлял о себе, и надо было на что-то решаться. Недалеко от выхода приветливо горел зеленый огонек такси, и он направился к нему. Водитель спокойно отнесся к предложению покататься по городу, тем более по двойному тарифу.

Наш город не Москва и не Рио-де-Жанейро, но Салтаев любил ночной Улан-Удэ. Сейчас, проезжая по проспекту Победы, он подумал о том, каким далеким было детство.

Очнулся он от воспоминаний уже в сорок третьем квартале. Надо было думать, где переночевать. Тут он вспомнил Кристину, которая жила неподалеку. Он познакомился с ней летом в «грибках» на «поле чудес». Она была не то, чтобы красивой, а он был не то, чтобы трезвым. Утром он уходил от нее без особой радости от победы, но и без тени сожаления, лишь отметив про себя, что Кристина живет одна и при случае можно будет ее навестить.

Свет в ее окнах не горел. Отогнав неприятные мысли о том, что за прошедшие месяцы у нее мог появиться любовник или даже муж, Александр поднялся на второй этаж и решительно позвонил.

Через некоторое время за дверью послышались шаги, и неуверенный голос спросил:

– Кто?

Этот вопрос застал его врасплох. Он не помнил, как представился своей случайной знакомой. Пауза затягивалась, и он, не мудрствуя лукаво, назвался настоящим именем:

– Здравствуй, Кристина. Это Саша. Летом мы познакомились с тобой на «поле чудес».

По молчанию девушки он понял, что его узнали.

– Что тебе нужно? – наконец прервала паузу девушка.

Произносить пошлые комплименты было неуместным.

– Мне негде переночевать, и я был бы тебе очень признателен… – слова выговаривались совсем не так, как хотелось бы.

Щелкнул замок, и спасительная дверь открылась. Сейчас в домашнем халатике она выглядела гораздо привлекательнее, чем тем похмельным летним утром. Девушка смотрела без укора и без смущения. Стараясь вести себя непринужденно, он пропел строчку из песни М. Шуфутинского:

Открылась дверь, и я в момент растаял

в прекрасной паре глаз бездонной глубины.

Звук собственного голоса вернул ему обычную уверенность в себе.

– Впустите одинокого странника, иначе я умру прямо у ваших ворот, – громко сказал Александр, приложив руку к сердцу.

Она усмехнулась.

– Никто еще не пел под моей дверью. Заходи, странник, который появляется так же неожиданно, как и исчезает. В прошлый раз куда так рано убежал? Ладно, молчи, все понимаю. Чай будешь пить?

– Вообще-то я только из-за стола, но в твоей компании с превеликим удовольствием.

– Что за жизнь? Будят среди ночи, да еще чай заставляют пить, – произнесла она и прошла на кухню. Поставила чайник, потом принесла из комнаты второй стул.

– Ну, рассказывай, как очутился у моих ворот.

– Да я и сам не понимаю, как так все вышло в моей жизни. Можно завтра? А то врать не хочется.

– Ты и тогда летом тоже врать не хотел. Поэтому и не остался? Ладно, можешь вообще ничего не говорить.

– Спасибо. Лучше ты о себе расскажи.

– Нечего рассказывать. Вот кошку думаю завести. Не так скучно будет.

– Работаешь там же?

– О! Ты даже помнишь, где я работаю?

Он непроизвольно провел рукой по волосам.

– Тебе нравится Харуки Мураками? – Александр показал на раскрытую книгу, лежавшую на краю стола обложкой вверх.

– Не просто нравится. Я «Хроники Заводной Птицы» третий раз перечитываю.

– Вот это интересы! – Салтаев хмыкнул.

Общение становилось все непринужденнее, и ему казалось, что он уже давно знает эту спокойную, домашнюю девушку. Так они и просидели почти до утра.

Пора было укладываться спать. Она постелила ему на раскладушке, а сама легла на кровать. Александр лежал на спине, глядя в потолок, и думал о своем положении. «Почему я не встретил эту девушку несколько лет назад? Быть может, жизнь сложилась бы совсем иначе, и сейчас бы я беспокоился о том, как засолить на зиму капусту и как вечером забрать детей из детского садика».

По неровному дыханию девушки он догадывался, что его спасительница не спит.

– Кристина, тебе не холодно?

Девушка промолчала, и он расценил это как приглашение.

На следующий день он постарался выспаться как можно лучше – неизвестно, когда еще придется. Поднявшись с постели около полудня, он прошел на кухню и обнаружил записку, где небрежным почерком было написано: «Завтрак на плите, чай в термосе, я на работе. Буду около семи часов вечера. Отремонтируй унитазный бачок, если сможешь».

Умывшись и позавтракав, Салтаев оценил свое настоящее положение как вполне удовлетворительное: на воле, в тепле, от голода не умираю, и есть даже временная крыша над головой. О будущем думать не хотелось, и его мысли утонули в прошлом.

***

Сбылась мечта идиота!

И. Ильф, Е. Петров.

Золотой теленок

Александр вспомнил общагу Университета Дружбы народов имени Патриса Лумумбы в Москве.

В тот вечер Дима Семенов принес видеокассету с Крестным отцом. Пересматривали фильм уже на пятый раз.

На экране старого моноблока молодой Аль Пачино зашел в ресторан чтоб убить Солоццо и решить проблемы своей семьи.

– Ты бы так смог? – спросил Дима с неопределенным выражением.

Александр взял бутылку, чтобы наполнить рюмки.

– Смотря ради чего. Если только ради денег, то нет. Наверное. – Он сжал бутылку и повернулся к экрану. – Ради дружбы смог бы. Ну или хотя бы постарался.

Оба замолчали, примеривая ситуацию на себя.

– Сейчас примерно такое же время. Можно резко подняться или погибнуть, – Семенов кивнул в сторону видеомагнитофона.

– Да уж. Не сильно хочется закончить университет, устроиться на хорошую работу и ездить каждый будний день по одному и тому же маршруту.

– А реально что думаешь делать? Летом ты уже заканчиваешь университет, – Дима отвернулся от экрана и снова посмотрел на друга.

– Домой поеду. Надо нашу Республику поднимать. Кто-то же должен это делать. Почему не мы? Образование есть. Мозгов девать некуда, – Александр улыбнулся.

На экране Майкл вернулся из туалета и сел за стол. Погремело три выстрела. Майкл Корлеоне навсегда изменил свою судьбу.

Салтаев так и не полюбил столицу. Его тяготил сырой климат и равнодушие окружающих. Его тянуло домой, к берегам Байкала, и 15 июля Александр Салтаев сходил с поезда Москва – Владивосток на перрон улан-удэнского вокзала.

Но столичный диплом никого не впечатлил. В Бурятии по-прежнему многое решали родо-племенные связи. Только через два месяца он с трудом устроился бухгалтером в одну небольшую коммерческую фирму.

Работа была несложной – цифры он любил с детства. Денежные потоки казались ему живыми – их можно было направлять, разворачивать, прятать. Через год его уже назначили главным бухгалтером.

В то время собрать налоги было проблемой. Поэтому налоговая полиция действовала жестко: изымала выручку, арестовывала имущество.

Осенью 1998 года на работу к Александру явились два молодых человека с одинаково уверенной манерой держаться и внимательными, изучающими глазами. Они предъявили удостоверения сотрудников налоговой полиции и предписание о проверке кассовой дисциплины. «Больше на чекистов из фильмов про революцию похожи», – подумал тогда Салтаев. Следующая мысль прочно засела в его мозгах, быстро превратившись в тщательно разработанный план.

Он то пытался вынуть эту занозу из своей головы, то смаковал подробности необычной идеи. С этой мыслью он заснул, с ней же и проснулся. Даже не стал завтракать, только выпил стакан чая. По дороге на работу, он не мог вспомнить, почистил ли сегодня зубы. Заходя в кабинет, он уже был на себя зол: «Долго я так не выдержу. Надо определяться».

Все решил его коллега, сам того не ведая.

Данил Пронин был старше на десять лет. Когда начался обеденный перерыв, он достал из сумки литровую стеклянную банку и ложку. Обстоятельным движением открыл крышку и поднес банку к носу.

– Котлетки с картошечкой, – на его лице заиграла вожделенная улыбка.

Александр отвернулся.

Теперь надо было найти помощника. Перебрав в уме своих знакомых, Салтаев остановил выбор на Артуре Тулаеве.

Артур с детства попадал в разные истории и больше всего в жизни ценил добрую выпивку и красивых девчонок. Как-то, когда он еще учился в школе, ему захотелось нетрадиционно поздравить свою новую возлюбленную с днем рождения. Для этого он отколол с известного в городе мемориала нужные буквы. Принес их в школу и прибил их прямо к школьной доске, выложив ее имя. За это его долго таскали по кабинетам и даже завели уголовное дело.

Одно время он зарабатывал на жизнь игрой в «наперсток» на рынках города. В последнее время доверчивых людей стало гораздо меньше, и «бизнес» уже не приносил большого дохода.

Александр позвонил ему и пригласил выпить по кружке пива. Вечером следующего дня они встретились в баре «У Бориса».

– Как дела? – поинтересовался он, когда они поздоровались и взяли по бокалу светлого.

– Хреновасто, – мрачно ответил Артур и сделал недурственный глоток.

– Что так?

– Масть не канает.

– Дело есть. Нужен помощник.

Артур подобрался и наклонился поближе к собеседнику, не выпуская кружку из руки.

– Криминал?

– Да. Можно одну контору кинуть.

Тулаев поставил кружку на стол и огляделся по сторонам.

– Какой подъем?

– Приличный. – И Александр рассказал ему суть дела.

Артур больше не оглядывался. Он залпом вкатил половину кружки и стукнул ею об стол.

– Когда начинаем? – бывший катала не мог скрыть своего нетерпения.

В то время в киосках вдоль Гостиных рядов продавались «корочки» на любой вкус. Типографский текст «удостоверений» Александр отпечатал на компьютере.

Они прошлись по магазинам и, демонстрируя свои «ксивы», требовали предъявлять сертификаты и другие документы. Реакция была самая разная: кто-то отвечал с вызовом, кто-то начинал лебезить, но никто не усомнился в подлинности документов.

В обед следующего дня они встретились около намеченной фирмы. ООО «Гранат» занималось оптовой торговлей продуктами питания. Друзья заняли место, с которого хорошо просматривались подъездные пути, и наблюдали за торговлей.

Покупатели подъезжали и отъезжали довольно часто. Напарники дождались окончания рабочего дня, когда выручка стала максимальной.

Наконец время пришло. Ребята двинулись в здание фирмы. Дыхание сбилось, воздух вырывался наружу рывками. Александр остановился перед дверью. Захотелось развернуться и убежать. Он сделал глубокий вдох и медленно выпустил воздух. Затем порывисто протянул руку, но тут же замедлил свое движение. Снова выдохнул, повернул ручку и уверенно вошел внутрь.

– Здравствуйте, где у вас кабинет директора? – спросил он у миловидной девушки, стоявшей за прилавком.

– А что вы хотели? – слегка небрежным тоном ответила она вопросом на вопрос.

– Налоговая полиция, – ровным голосом произнес Александр.

Выражение лица девушки сразу изменилось на приветливое, и она поспешила сама показать дорогу.

Без стука толкнув дверь, Александр с Артуром очутились в небольшой комнате, обставленной современной мебелью. Импортные жалюзи, дорогостоящие канцелярские принадлежности на столе, а главное – золотые украшения на директрисе наглядно показывали, куда уходят налоговые платежи. Женщина с крашеными волосами в возрасте, близком к пожилому, сидела, положив руки на стол.

– Налоговая полиция, – еще раз представились друзья и предъявили свои «удостоверения». В такие минуты люди внимательно не разглядывают «корочки», тем более что им это не особенно позволяют.

– Я вас слушаю, – холодно, с нажимом ответила предприниматель.

– У нас постановление об изъятии у вас денежных средств в счет уплаты налоговых платежей. Пожалуйста, ознакомьтесь и пройдемте в кассу, – равнодушно произнес Александр.

Директриса отрывисто переводила взгляд с одного «полицейского» на другого. Ей могло прийти в голову позвонить в Управление налоговой полиции, чтобы удостоверить личности пришедших. Тогда надо будет в срочном порядке исчезать. Расчет был на то, что женщина, всю жизнь проработавшая в советской торговле, привыкла почитать правоохранительные органы.

Действующие лица по обе стороны стола разглядывали друг друга: женщина с откровенной неприязнью, а Александр с Артуром уверенно и властно. Девушка-продавец тихонечко исчезла. Пауза затягивалась.

– Почему налоги не платим? – вальяжным голосом поинтересовался Артур.

Это был перебор. Александр тут же пожалел, что взял с собой этого радетеля за доходную часть государственного бюджета. В эту минуту ему захотелось, чтобы Тулаев оказался где-нибудь на северном полюсе. Женщина протянула руку к телефону. Во всяком случае, так показалось. На самом деле она просто поправила бумаги на столе. Салтаев уже думал уносить поскорее ноги, но тут директриса развеяла его опасения.

– У нас нет денег.

– А вот это мы сейчас проверим, – про себя облегченно вздохнув, твердо сказал Александр и решительно направился в кассу.

Директрисе ничего не оставалось, как последовать за ними.

Кассиром работала пожилая женщина. Таких обычно держат за ответственность и дисциплинированность. Поняв, кто к ним пришел, она торопливо открыла кассовую книгу и достала ключи от сейфа. Открыть с первого раза у нее не получилось. Ключ никак не хотел поворачиваться.

Тщательно пересчитав наличные и сверив результаты с кассовой книгой, Александр подвел итог: шестьдесят три тысячи рублей. Он начал беспокоиться, как бы напарник опять что-нибудь не ляпнул от избытка эмоций.

Руки мелко дрожали, когда он заполнял протокол изъятия. Надеясь, что никто этого не заметил, он предложил всем присутствующим расписаться. Уложив свою копию протокола в папку, джентльмены удачи вежливо попрощались и покинули офис.

Ребята вышли на улицу и молча направились в сторону дороги. Выйдя на проезжую часть, они также молча остановили проезжавшее такси и сели на заднее сиденье. Дальше сдерживать свои эмоции не было сил. Они повернулись друг к другу и громко расхохотались во всю силу своих легких.

Водитель недоуменно посмотрел в зеркало заднего вида, но больше никак не выразил своего удивления.

– Куда поедем?

– Давай в «Армянскую кухню», командир.

К тому времени, как бухгалтеры и налоговики сделают сверку и разберутся, пройдет уже достаточно времени. Найти их тогда можно будет только случайно.

А сейчас кровь летела по жилам. В голове была легкость и хотелось петь.

Время было раннее, посетителей в ресторане почти не было, и эта скучная обстановка никак не соответствовала настроению друзей. Ребята утолили голод самыми изысканными блюдами, выпили бутылку дорогого коньяка и отправились в ночной клуб «Нирвана», оставив официанту на чай половину его месячной зарплаты.

Посетителей и здесь почти не было, но постепенно зал стал наполняться. Они сделали заказ и продолжали бурно обмениваться впечатлениями от провернутого дела.

– Совсем недавно я думал, что такое бывает только в кино, – после очередной рюмки поделился Артур.

– Если бы все жили по правилам, кто бы открыл Америку? Плыть долгие месяцы навстречу полной неизвестности могли только отморозки, которые не боялись ни бога, ни черта.

Клиенты прибывали, и спустя два часа свободных столиков не осталось. К этому времени ребята допили вторую бутылку коньяка. Администратор, распознав денежных клиентов, подсадила к ним девчонок из танцевальной группы.

– «Гусары вели счет шампанскому только на дюжины», – пьяным голосом цитировал Салтаев и заказывал по двенадцать бутылок за раз.

– «Тварь ли я дрожащая или право имею?» – он искал ответа у присоединившихся к ним девушек, которые в ответ только хлопали ресницами.

– Где рамки? Внутри? – он хлопал по груди неверной рукой, – или в уголовном кодексе?

Красавицы искренне хотели помочь, но лишь недоуменно переглядывались.

– Саня! – включился в разговор Артур, – Тварь дрожащая – это же лох!

– А кто тогда право имеет? Ты бы смог?

Вопрос поставил Тулаева в тупик.

– На что право? – его язык заплетался, – старуху за бабло по черепку топориком тюкнуть?

– Ну, если бы реального коснулось? – Салтаев сжал в кулаке рюмку, поставил локти на стол и придвинул голову к собеседнику.

– Ты че меня на мокруху намазываешь? – Артур напрягся всем пьяным телом.

– Не парься, давай лучше буханем, – Александр отвел глаза и наполнил рюмки.

Окончательно «нагрузившись», ребята переместились в сауну.

Чем они там занимались, Александр, проснувшись следующим утром, не помнил, хотя и догадывался.

Умывшись, позавтракав и пересчитав наличность, Салтаев решил, что надо потратить ее с пользой, пока она еще оставалась.

Личный автомобиль – заветная мечта современного человека.

Называть железного коня средством передвижения – все равно что называть Байкал скоплением воды.

Из окна собственного автомобиля весь мир смотрится по-другому. Александр представлял себя пилотом звездолета, мчащимся по космическим магистралям. Давишь на педаль газа, и огромный механизм проносит тебя через пространство, над которым ты обретаешь власть.

Первые трое суток Александр не вылезал из-за руля, питался хот-догами и спал, откинув спинку сиденья. Потом он привык.

Глава 2

Что наша жизнь – игра,

и кто ж тому виной,

Что я увлекся этою игрой.

Песня из кинофильма «12 стульев»

Полтора года прошли в праведных трудах. Очередной рабочий день закончился. Все разошлись, и Салтаев сидел один в своем кабинете.

Надо было собираться и идти домой. Он представил, как снова откроет дверь, разденется и пройдет на кухню. Поужинает, и снова тапочки, диван и телевизор.

Он вспомнил Артура: «Как он сейчас там? Явно думает не о том, какие обои поклеить». Чувства, которые он испытывал, выходя из «Граната», все чаще просыпались в Александре в последнее время.

Салтаев взял в руки игральный кубик и загадал: «Выпадет нечет – пойдет завтра к начальству просить повышения, выпадет чет – поставит свою свободу на кон.

Кубик прокатился по гладкой поверхности стола и на секунду замер перед последним падением на грань. Александр прикрыл глаза. Когда открыл их снова, почувствовал, как участился пульс.

Он вспомнил свой разговор с Денисом, который работал в аудиторской фирме. Познакомились они по долгу службы, когда тот проверял организацию, где работал Салтаев. Недавно они случайно встретились в центре и зашли вместе пообедать в ближайшее кафе.

– Как дела, чем занимаешься? – Александр заполнил паузу после того, как они сделали заказ.

– ОАО «Бурятпромстрой» проверяем. Капец там у них бардак. Одни долги, счета арестованы. Выручка черт-те куда падает. В бухгалтерии вообще ничего не разберешь. Специально, видимо. Предприятие – полугосударственное. Скоро на банкротство подадут, а сейчас че хотят, то и делают. У них скоро очередное поступление денег. Если на счет упадет, все в налоговую уйдет. Аж самому жалко становится, – Денис улыбнулся и придвинул подоспевший заказ.

Салтаев слушал, и в его голове включался метроном, размеренно отсчитывавший возможные действия.

– А большой платеж-то, – небрежно поинтересовался Александр.

– Около 800 тысяч рублей. А что?

– Да нет, ничего. Просто так спрашиваю, – равнодушно ответил Александр.

Сейчас метроном застучал с удвоенной силой.

В первую очередь надо было открыть подставную фирму. Для этого он встретился со знакомыми «щипачами»[1] и попросил их подобрать паспорт с фотографией, похожей на его лицо. Нередко карманники вместе с бумажниками вытаскивают документы и потом выбрасывают их за ненадобностью.

Он также обошел видеопрокаты и рестораны, где люди могли в залог оставить паспорт и не выкупить его. Все было безрезультатно.

Наконец через неделю Федька по прозвищу Цыган принес ему нужный документ:

– Смотрю, в автобусе фраер стоит, один в один твоя «фаска»[2]. Ну, я мыкнул у него по карманам, денег почти не поднял, а ксива – вот она. Дашь «пятихатку»[3]?

Цыган, конечно, лукавил. «Терпила»[4] чем-то походил на Александра, но не так, чтобы один в один. Оставалось только надеяться, что никто не будет тщательно сверять фотографию. Сошлись на двухстах рублях, и Цыган ушел явно довольный.

Меньше чем через неделю в регистрационной палате города Улан-Удэ был зарегистрирован индивидуальный предприниматель Виктор Николаевич Хануев, видом деятельности которого была поставка стройматериалов.

Пока регистрировалась фирма, Александр побывал на работе у аудитора.

Денис не был жадным, но и своего никогда не упускал. Александр прошел к нему в кабинет и пригласил на улицу покурить. Как бы между делом Салтаев спросил:

– Помнишь, ты говорил, что «Бурятпромстрой» проверял?

– Помню. А что?

– Сможешь сделать копию договора между ним и «Байкалдрагметом»?

– Смочь-то смогу, только зачем тебе? – подозрительно спросил Денис.

– Юрист знакомый просит. Он представляет фирму, которая с ними судится. Сделаешь – две штуки твои. Неплохо за пару бумажек? Все равно никто не узнает.

– Можно попробовать, только если что случится, я – не при делах.

– Само собой, да и мне самому лишняя огласка ни к чему.

Через несколько дней они встретились снова. Аудитор немного нервничал, видимо, в версию с юристом не особо поверил. В любом случае он ничем не рисковал, копия была готова, и на ней не написано, кто ее сделал. Салтаев отсчитал деньги и получил нужный документ. Работа аудитора подразумевает умение хранить тайны, поэтому сомневаться, что с этой стороны все будет чисто не приходилось.