Рецепт страсти от бармена

Алиса Яничевская

Рецепт страсти от бармена

Меня всегда раздражали гендерные праздники.

Только не говорите, что вас они не бесят.

Один раз в году все бросаются вспоминать:

— о том, что любимым надо говорить о любви;

— о том, что есть мужчины;

— о том, что есть женщины.

Если кто-то не въехал, я говорю о Дне святого Валентина, Дне защитника отечества и 8 Марта.

Раз в год все бросаются одаривать друг друга:

— шоколадными трюфелями в алых коробках и зефирными сердечками;

— носками и гелями для бритья;

— мимозой.

И в телеграме становится не продохнуть от рекламы всевозможных увеселений, связанных с этими горе-датами.

14 февраля я как-то пережил. Мужики заходили отмечать 23 Февраля — пришлось сделать акцию: скидка на тёмное пиво, две порции фиш-н-чипс по цене одной, старый добрый рок из колонок.

А вот так называемому женскому дню не повезло. Хозяин я в собственном баре или нет?! Я объявил в соцсетях «Дионисия»: так, мол, и так, дорогие, специальных предложений сегодня нет и не предвидится. Не буду крутить романтические хиты для нежно воркующих за столиками парочек. Не испеку (вернее, кондитер не испечёт) нашу знаменитую Павлову из тающего во рту безе. Не стану встречать гостей и гостий розовым игристым в качестве велком дринка.

Баста, карапузики, кончилися танцы, финита ля комедиа! Обычный день. Обычный нормальный рабочий день без писков, визгов, суеты вокруг дивана, бесконечных поздравлений...

С чем?

Вашу мать, с чем?!

Почему девиц всей планеты 8 Марта вдруг надо поздравлять с тем, что у них есть грудь, пышная задница и длиннющие ресницы? Почему это надо отмечать, покупать побрякушки, безделушки и сласти?

Короче, впервые я так прямолинейно высказался обо всей этой кисейной ерунде.

Но настолько резкой реакции я не ожидал...

В соцсетях разразился скандал.

В нельзяграме, телеграме, ВК — словом, во всех группах моего бара — к посту начали строчить гневные комментарии. Питерские барышни договорились весь сегодняшний день бойкотировать мой бар. Раз уж я не хочу радовать их розовым игристым, пирожными, скидками и акциями, раз мне жалко для них комплиментов — стало быть, я мудак и не заслуживаю снисхождения.

Завтра они, конечно, придут, потому что больше никто в городе не выдаёт настолько гениальное бармен-шоу.

Это будет завтра.

А сегодня — игнор, бойкот, тотальная изоляция!

Совпадение или нет? В баре с полудня действительно не было ни одного человека. Неужели все подписаны на мой бар в соцсетях? А где, твою мать, случайные прохожие?

Радовало только одно: парни писали мне в личные сообщения, выражали полное одобрение и поддержку, обещали завтра зайти и сделать мегазаказ. Сегодня (ты ж понимаешь, братан) прийти не смогут: отмечают чёртово 8 Марта с чёртовой второй половинкой, спутницей жизни, зайкой, мышкой, крошкой, тушкой весом 150 кило.

Ладно. Плевать. Не обеднею от одного дня простоя.

Но чем мне заняться? Не закрываться же из-за всей этой истории раньше десяти вечера...

Повара давно закончили с заготовками на 9 марта, привели кухню в порядок, помогли мне прибраться в баре и смотались домой. Праздновать. К своим зайкам, мышкам, кошкам, хрюшкам.

А я торчал в своём «Дионисии» — стоял одиноким волком за стойкой. Изобретал рецепт нового коктейля.

50 мл текилы, сироп топинамбура, лаймовый фреш, клубничное пюре...

Нафиг клубнику! От неё тошнит ещё со Дня святого Валентина.

И в этот момент дверь бара распахнулась...

***

Сперва я подумал — кто-нибудь из поваров вернулся, забыв шарф или любимую карманную сковородку. Но быстро понял: в дверях — женский силуэт, да какой! Вдобавок повара начали бы ломиться с чёрного хода…

Почему-то у меня сел голос.

Откашлялся:

— Извините, мы закрыты.

— Как же я тогда вошла?

Чёрт, какой приятный тембр...

— Там дико холодно, — пожаловалась гостья, — искать другой ресторан уже нет сил.

— И нет смысла, — машинально откликнулся я, — сегодня всё забито: отмечают.

— Почему тогда у вас пусто?

— Повезло, — я пожал плечами, — когда ещё удастся побыть в тишине... в собственном баре.

— Ого... Так это ваш бар... Случайно не вас сегодня с утра обсуждают в пабликах?

— Виновен, — я слегка поклонился.

— Как вас угораздило?

Я пожал плечами.

— А что я такого сделал? Мой бар, мои правила. Мне не жалко игристого. Просто надоело, что все по указке делают одинаковые вещи, а не изобретают собственные поводы для праздника.

— Сделаете для меня исключение?

Я насторожился.

— Вы о чём?

— Сварите хотя бы кофе… У вас есть кофе?

— У меня один из лучших баров в городе, — оскорбился я, — у меня есть всё: кофе, лёд, виски, чёртов гречишный чай.

— Просто кофе, — она улыбнулась улыбкой нашкодившей Джоконды, — заплачу банковской картой.

Я усмехнулся.

— Проходите. Пальто можете бросить вон там.

И запер дверь.

***

— Что вы делаете? — насторожилась незнакомка.