Хроники Разбитого Зеркала. Говард. Книга I.

Иван Топа́ло

Хроники Разбитого Зеркала. Говард. Книга I.

Глава 1. «Зловонный бар».

Последние капли дерьмового, как моя жизнь, виски обжигают горло, и допитый стакан опускается на стойку. Мой холодный голос рассекает атмосферу грязного бара:

«Бармен, повтори».

Несмотря на то что могу купить себе золотой унитаз, я предпочитаю пить в дешевых заведениях, таких как эта помойка. Мне нравится, что никто не смотрит свысока и не лезет с тупыми вопросами. Тут все мы — отбросы.

Стакан передо мной заполняется виски до самых краев. Бармен, крупный, лысый мужчина с густой бородой и татуировкой, изображающей восход солнца на левой руке, знает — я могу пить его пойло литрами. Меч, хоть и складной, но, собака, тяжелый, тянет спину вниз. Нужно было сбросить его в машине. Да и вообще, нужно подумать, как бы его облегчить; пожалуй, стоит заменить металл на полимеры. Если потеряю в весе, может потеряться и в силе — нужно все просчитать. Плечо еще ноет от пули, полученной в обед, а кости привычно гудят. Ну ничего, еще пара-тройка стаканов — и можно идти спать.

Я поднимаю мутный стакан и вглядываюсь в него. Отчего-то ностальгия горячо бьет по вискам — придется заглушить. Делаю резкий большой глоток. Стакан снова пуст и опять занимает свое место на стойке, а бармен... Он понимает. Ему нет смысла даже отходить: мне нужно лишь кивнуть, и стакан снова полон. Я поднимаю свой бокал, но в голове лихорадочно всплывают воспоминания. Думаю, стоит все же освежить память. Какие хреновые детали прошлого придут ко мне сегодня? Может, детский дом, а может, интернат? Интернат, скорее, гадкое место для особо одаренных. Но нет, мои воспоминания уходят туда, где я сбежал, в тот клочок моей жизни, когда я воровал. Воровал днем и ночью, просто чтобы выжить. Ну что же, вот и хватит ностальгии на сегодня.

Липкий стакан снова поднимается, новый глоток, но что-то не так. Чувствую спиной, ощущаю тенью. Краем глаза замечаю активное движение на улице, слишком активное для трущоб Инсмута в три часа ночи. Вряд ли частная охрана, меня точно не могли выследить, значит — полиция. Снова. Ставлю стакан и смотрю на бармена:

«Я бы на твоем месте присел».

Резкий взрыв, едкий дым и вспышка, режущая глаза. Я снова был прав — спецназ в полной экипировке врывается в грязный бар. Крики посетителей разрывают дымную атмосферу, но мне, честно говоря, лень вставать со старого потертого стула.

«Говард Сейн, вы обвиняетесь в многочисленных убийствах, сговоре с целью убийства...» — начинает кричать человек в маске, но я не даю ему закончить.

«А еще в терроризме, воровстве, финансовых махинациях и хрен его знает в чем еще. Я знаю. Но скажи мне... оно вам надо?»

Я медленно перевожу мутный взгляд на них и завожу правую руку за спину. С десяток автоматов нацелены на меня. Скучно. Банально.

«Нам не хотелось бы применять силу», — тот же голос, монотонно. Бедолага, наверное, десяткам так говорил, но им не повезло сегодня. Сегодня они пришли за мной. Ну что ж.

Резко сжав черную рукоять, я взмахнул рукой, и вот он — меч со стальным звоном раскладывается в моей руке, а они... Ну а что они могут предпринять?

«Огонь!» — слышу я, и град свинца заливает то место, где я сидел всего секунду назад.

Слишком, слишком медленно. Могли бы отправить кого посильнее, чувствую глубокое неуважение. Еще секунда, да, сейчас они начинают все понимать. Прыжок, уворот, удар рукоятью в голову, забрать автомат, отбросить в сторону, снова прыжок. Он успел навестись на меня, придется убить... Один точный удар, горячая кровь хлещет из горла, уворот, удар... Я мог бы долго биться, несмотря на боль в плече, но вот незадача — я замечаю силуэт, кто-то возникает из-за их спин. Отскок, мне нужно все видеть, стрельба резко оборвалась.

«А ты все не меняешься, да?» — звучит привычный голос, который я узнаю, хоть и не слышал много лет.

Медленно выходя из боевой стойки и опуская меч, я наблюдаю за развитием событий.

«Всем выйти из бара. Мы поговорим», — произносит Каспиан.

Он медленно входит в дымный, пострадавший от пальбы бар, но, помня все, я знаю — диалога не выйдет.

«Не откажусь. Джин, чистый», — слегка шипящий голос Каспиана продолжает напоминать мне о ненавистном прошлом.

«Не откажусь. Джин, чистый», — слегка шипящий голос Каспиана продолжает напоминать мне о ненавистном прошлом.

«Бармен, вылезай уже оттуда и налей моему другу джина, а мне — повтори, виски», — говорю я и шлепаю ладонью по грязной стойке.

«Ремонт бара за ваш счет, он и так загибается», — укоризненно смотрю на Каспиана. Сволочь улыбается во все зубы и кивает головой. Ну что же, посмотрим, что он хочет.

Каспиан подходит ближе, покручивает свое кольцо со змеей, и я точно знаю — это не сулит ничего хорошего, меч лучше не выпускать из рук. Каспиан берет свой стакан:

«Твое здоровье». — Он отпивает дешевый джин и даже не морщится.

Дам ему продолжить говорить. Машина на улице — на ней не уехать, черный ход однозначно перекрыт, проще в окно. Все было бы просто, если бы не он.

«Говард...» — Каспиан вздохнул. Не нравится мне это. — «Ты понимаешь, что это конец? Тебе некуда бежать, как ни старайся. Мы оба знаем, здесь и сейчас тебе не одолеть меня». — Его голос собран.

«Я все же попробую», — спокойно произнес я и опустошил свой стакан.

«Столько людей могут умереть, если ты пройдешь мимо меня. Хороших людей, честных, выполняющих приказ». — Голос Каспиана начинает наполняться звоном, плечо продолжает ныть, чувствую, как злость заливает все мое нутро тьмой.

«Ты сам их привел, не моя вина». — Я сжимаю рукоять меча.

Каспиан кивает на побелевшие от усилия пальцы:

«Моё дело — предупредить». — Он снова улыбается, аж противно.

Бросаю взгляд влево, сгибаюсь, резкий прыжок вправо — его кольцо начинает светиться, не успел... Я в метре, полметра, что-то обвивает мою ногу, точно знаю что — его хлыст. Секунда, я отлетаю в сторону, кувырок в полете, оттолкнуться от стены, снова прыжок, главное — не останавливаться. Меч направлен на него, он поднимает руку, в ней меч, он обводит мой меч и уходит мне за спину, удар ноги в позвоночник. Кости привычно хрустнули. Силен черт. Я влетаю телом в обшарпанную стену. Резкий разворот, взмах правой руки Каспиана, и я вижу: из его кольца снова возникает длинный хлыст, в левой руке он держит меч, и я сразу вспомнил все наши тренировки.

Я остановился, чувствую кровь на своих губах, от одного-то удара. Сил ему не занимать. Такое чувство, что не постарел ни на день.

«Тогда я был ребенком, сейчас — больше нет», — говорю я, сплевывая кровь.

«Ты все тот же ребенок, только сильнее». — Каспиан снова улыбнулся, появляется ощущение, что он издевается, но окно теперь за моей спиной.

«Я знаю, о чем ты думаешь, но я бы не советовал. Там больше тридцати автоматов, снайперы, и все они смотрят на эти окна. Сунешься — и даже тебе не выжить». — Он медленно идет в мою сторону.

«Но я рискну», — коротко выбросил я.

Привычно: сгруппироваться, прыжок назад... Чувствую давление на тело, его хлыст сжимает меня, как тогда, на тренировках в интернате. Понимаю, сейчас будет... неприятно... Новый удар о ту же стену, вставать уже тяжелее. Нужно сменить тактику. Я собираюсь с силами. Встать. Спокойно, нельзя дать злости взять верх, секунды на размышления. Нельзя схватить хлыст, не получится его обогнать, но можно отвлечь. Да, отвлечение. Я подхватил лежащий стул ногой и пнул в голову Каспиана. Есть! Он не видит меня, резкий изгиб, прыжок, выхватываю пистолет и замечаю — он рассек стул мечом и уже смотрит на меня. Выстрел, второй, третий, он ловко ушел от пуль и... Снова хлыст, как меня это достало... Я понимаю, что лечу на стойку, но вот незадача: в моих планах все было по-иному. Звон бьющегося стекла, но это еще не его победа, хотя я уже в горячей крови.

«Прекрати, Говард, остановись, прошу». — Каспиан говорит все с тем же шипением в голосе.

Поднимаюсь на руках и сажусь на запыленную стойку.

«Тебе грозит смертная казнь... Как бы меня это ни волновало, но меня попросили остановить тебя. Меня, понимаешь? Налей мне еще». — Каспиан идет в мою сторону, хлыст растворяется в его руке.

Мне тоже нужно было взять артефакт, какой же я идиот. День так хорошо начинался: крепкий кофе, теплый душ, легкий заказ — пристрелить ублюдка, торгующего людьми, и вот на тебе — Каспиан, его чертов хлыст. Беру стакан, беру джин, наливаю и протягиваю ему, сам из бутылки выпью. Ребра ноют, похоже, сломал минимум два, не страшно, но ощутимо.

«Тебе придется сдаться». — Каспиан делает глоток и продолжает: — «Из бара мы выйдем вдвоем, или мне придется тебя вынести отсюда, а я думаю, ты понимаешь, я этого не хочу».

Медленно понимаю всю серьезность ситуации, его голос стал почти стальным, но надрывистым. Знаю, пытаться отбиться дальше — значит проиграть. Ну что же...

«И что, выйти с тобой и сесть на электрический стул? Такая себе перспектива». — Я делаю большой глоток джина, мерзкое пойло, как он его пьет.

«Ну почему же, для тебя есть вариант выжить. Но прошу, не стоит ввязываться в бой, я бы не хотел убивать тебя». — Голос Каспиана становится мягче, но все так же надрывается.

Варианты: в окно — расстрел, будет больно, и все равно поймают; черный ход — меньше стволов, но мне придется пройти через Каспиана, он не пропустит; что еще? Всё? Варианты кончились, разве что один — доверить ему свою жизнь. Ну что ж…

Глава 2. «Холодная клетка».

Резко открыл глаза, дернувшись всем телом. Снова кошмары... Отчего-то, лежа на грязной шконке в этой холодной камере, мне снилась огненная земля, выжженные пески. Не люблю такие сны — они вырывают меня из реальности, явно надо выпить. Нужно проанализировать ситуацию... Осмотреть себя: плечо уже затянулось, ребра еще болят, но, судя по всему, почти срослись, отлично. Голова все еще гудит от вчерашнего виски.

Итак, я в камере, на окне решетка, стальная дверь между мной и свободой. Каспиан просил не делать глупостей, но перспективы в голове рисуются, мягко говоря, нерадужные. Подождем... В принципе, с охраной я разберусь: забрать оружие, ключи — и вот она, свобода. Только если он опять не вмешается. Как я мог так легко сдаться? Сам не понимаю... Может, я устал? Вымотался? М-да.

Перед глазами снова интернат «ОмегаКорп» и два брата, Каспиан и Аксель, протягивают руки, выглядят благородно. Помню, я тогда был рад выбраться из детского дома, но я же не мог знать, что следующие семь лет проведу в усиленном обучении, что детей будут заставлять драться друг с другом до крови и переломов. Однако стоит отдать должное — я стал тем, кем стал, лишь благодаря учениям Акселя и тренировкам Каспиана. Может, поблагодарить их? Сантименты — они рождаются из воспоминаний. Становится тошно.

Слышу шаги, кто-то тяжелый приближается к двери. Быстрый анализ: даже нечего использовать как оружие, хотя я знаю — я сам оружие. Так разберусь. Гнев, снова гнев, чувствую, как кровь закипает. Это нехорошо. Контроль над эмоциями, глубокий вдох, да, так лучше. Слышу, как открывается дверь. Готовиться? Пока не стоит.

«Говард, добрый день. Мне велено сопроводить тебя к мистеру Вайсу...» — Крупный человек со шрамом на лице и в форме частной охраны «ОмегаКорп». Ну, «охраны»... Частная армия, я бы сказал. Однако замечаю его неуверенность, ему некомфортно рядом со мной. Правильно.

«Я не хотел бы проблем с твоим сопровождением, и меня заверили, что ты человек слова. Поэтому, сразу, хочу дать обещание, что тебе ничего не угрожает, а взамен...» — Он явно боится, мнется, но он прав: я не нарушаю данных слов, и да, его хорошо подготовили к разговору со мной. Думаю, работа Акселя. — «Не мог бы ты дать мне слово, что я вернусь вечером к семье... Живым...» — Его тон практически молящий.

Ну что же, поверю ему на слово, но нельзя расслабляться.

«Если ты честен, я не причиню вреда, даю слово... Но если, выйдя наружу, я почувствую подвох...» — Своим холодным тоном я стараюсь дать ему понять, что не намерен шутить.

«Я понимаю... Думаю, мы можем обойтись без такой формальности, как наручники?» — Он говорит с легкой улыбкой, расслабился, видимо, не врет. Он отошел от двери и показал рукой. Что же, посмотрим, что от меня хотят Вайсы.

Следую за охранником по темному коридору. Вонь, конечно, тут — мое почтение. Зеленые стены, каменный пол, камеры видеонаблюдения. Двери одинаковые, на окнах те же решетки. Это не первая моя тюрьма, но отчего-то мне неспокойно. Охранник идет неторопливо, хромает. Шрам и хромота — бывший бой, ныне охранник, достаточно молод для увольнения по возрасту, да, это не просто тюрьма. Выберусь — нужно будет узнать, что это за место.

Ведет коридорами, строили явно так, чтобы незнающий потерялся. Нужно хорошо запомнить маршрут: налево, налево, направо, вверх по лестнице, разворот, налево, направо, снова лестница, железная дверь. Охранник постучал, открылось небольшое окошко, кто-то выглянул, проверил, закрыл окно, открыл дверь. Редко увидишь такое четкое соблюдение протокола. Стены окрашены в синий, чувствую запах новой краски, пол явно новее, значит, этот блок построили недавно. Становится все интереснее. Куда же я попал?

Подвел меня к двери, остановился, его там явно не ждут. Интересно, кто из братьев пришел и что они хотят мне предложить.

Открыв дверь, замечаю двоих. Передо мной стоит Каспиан Вайс, в углу на металлическом стуле сидит фигура в белом костюме — мистер Хайн. Интересно, но не сказать, что я удивлен, учитывая, что мы уже знакомы.

«Здравствуй, Говард, как спалось?» — Каспиан не мог не удержаться от небольшой колкости.

Просто игнорирую его вопрос и медленно прохожу вглубь бетонной комнаты. В центре комнаты стол, два стула по обеим сторонам и снова камера видеонаблюдения. Явно комната для допроса, официального, такого, что ведут по всем правилам. Сажусь на холодный стул, окидываю взглядом Андрэ Хайна — он держит мой меч. Так легко сейчас сорваться с места, отобрать меч, обезвредить его, но здесь Каспиан. Вот почему пришел именно Каспиан, а не Аксель. Хайн боится.

«Говард, я не знаю, помнишь ли ты меня, но наверняка знаешь». — Мягкий голос, слишком мягкий. Как с таким голосом этот человек стал таким влиятельным? Вопрос чисто риторический, ответ я уже знаю: смерть отца, выплата страховки. Гениальный интеллект, помноженный на семейное горе — рецепт идеального миллиардера.

«Андрэ Хайн, сорок лет, глава «ОмегаКорп», человек, открывший ген Омега. Вряд ли в мире есть тот, кто не знает вас». — Отвечаю нейтрально. Не люблю, когда кто-то трогает мой меч.

«Именно так». — Он говорит с искренней улыбкой. Каспиан тем временем подходит со спины, обходит и садится напротив меня, протягивает мою флягу.

Спокойно забрал флягу, привычно лежит в руке. Отпил, виски мягко обжигает горло, да, этот виски на порядок лучше того, что я пил вчера.

«Удивительное оружие, признаю, прекрасная разработка. Остался бы в приюте — и, глядишь, стал бы выдающимся инженером». — Андрэ продолжал говорить.

«Инженеров у вас как грязи, на меня у вас изначально были другие планы». — Парирую аккуратно, спокойно.

«А тут ты не прав. До шестнадцати лет все дети осваивают одну программу, ну а дальше — разделение. Ты мог стать ученым... Если бы не сбежал...» — Каспиан неаккуратно вклинился в разговор.

«Никто же не поверит, если я скажу, что мне все это интересно? Да и как будто у меня есть выбор. Выкладывай свое предложение». — Мне начинает надоедать этот чистый фальш.

«А все очень просто, Говард, предельно просто. У тебя два варианта: либо смертная казнь, либо чип с GPS-трекером и служба в Бюро». — Хайна явно радует перспектива заполучить меня на службу.

Бюро... Треклятое Бюро, проект властей по всему миру. Конечно же, в проекте такого масштаба не обошлось без того, кто открыл ген Омега, без того, кто сейчас предлагает мне мнимый выбор.

«Работа в Бюро значит — искать Омега-людей, преступивших закон, ловить их для вас». — Говорю я и снова отпиваю из фляги.

«Не для нас, но потому, что они стали преступниками, как ты». — Андрэ говорит с улыбкой и указывает на меня моим же мечом. Надо было все же вмонтировать механизм защиты.

«Вы возвращаете мое оружие, вы позволяете мне действовать по-своему и снимаете с меня все обвинения». — Обвинения они, конечно, не снимут, откажутся, но это требование даст им возможность поторговаться, почувствовать свою победу.

«Умный ход, согласен, но удивлю тебя. Отслужишь десять лет, дашь письменное обещание не возвращаться к прежней жизни, и да, я смогу посодействовать тому, чтобы тебя признали невиновным. Но служба твоя должна быть беспрекословной. Ну, и как знать, может, тебе понравится?» — С улыбкой сказал Хайн.

Удивил. Нет веры, что они сдержат слово, но что мне остается.

«И что, пожмем руки, и я выхожу отсюда?» — Чувствую, что мой тон выдает саркастичность, но я искренне устал от этой игры. Они знают — сегодня победа за ними.

«Ну, как бы да, но нет. Тебя отведут в процедурную, введут чип и накачают транквилизаторами. Мы ведь не хотим, чтобы ты знал, где мы строим тюрьму для Омега-людей, а то, мало ли, какая глупость придет тебе в голову». — Ответил Андрэ.

Он явно все продумал. Но все же он ошибся в одном — теперь я знаю, где я. Они строят тюрьму, всерьез взялись за тех, кто кардинально отличается от обычных, в их понимании, людей.

Нельзя сказать, что я не понимаю необходимости такого Бюро, ведь даже взять меня — мне ничего не стоит перебить отряд спецназа, а есть ведь и те, у кого нет принципов, только сила.

Каспиан нажал на кнопку под столом. Как банально. Дверь открылась, вошел уже знакомый бугай в форме, снова указал на дверь. Ну что же, пойдем, посмотрим, что это за процедурный кабинет.

Мы снова идем по запутанным коридорам, но теперь нет смысла запоминать. Я для них слишком ценен, чтобы они вели меня на убой, а значит, скоро я буду на свободе. Главное — выйти отсюда, а там уже что-нибудь придумаю.

Мы идем по хорошо освещенному коридору, повороты, железные двери, решетки. Они явно строят из соображений безопасности, но сможет ли это удержать подобных мне? Сомневаюсь... Он остановился у очередной двери и дернул за ручку, открыл и указывает мне. Я же чувствую — Каспиан идет за нами, позади, аккуратно наблюдая. Предсказуемо, слишком предсказуемо.

Захожу в кабинет и вижу металлический стул с фиксаторами, стол с инструментами, на нем же лежит пистолет-инъектор. Вижу троих охранников, двоих врачей. Охранник, приведший меня сюда, зашел следом, но не закрыл дверь, видимо, ждет Каспиана. Я прохожу к стулу и без слов понимаю — сесть, позволить себя пристегнуть. Сажусь и вижу: в дверях стоит Каспиан, стоит и наблюдает. Вижу в его взгляде... грусть? Странно.

Пока отвлекаюсь на мысли, чувствую, как меня пристегивают, а один из врачей берет инъектор. Забавно, а в этой комнате нет камер, значит, тут и проводят неформальные допросы и, конечно же, с применением представленных на столе инструментов.

Глава 3. «Айрон-Бэй».

Открывать глаза пока не стану. Прислушаться, прочувствовать. Едем на машине, ощущение легкой тряски, слышу звук двигателя. Воздух влажный, бьет по лицу — в машине открыто окно. Руки не скованы — уже плюс. Что с ребрами? Зажили, отлично, могу дышать полной грудью. Глубокий вдох. Пахнет влагой, чем-то сладким, едва уловимый химический запах. Вдалеке слышны звуки работающей техники. Думаю, я знаю, куда мы едем. Тот город, что стал центром «ОмегаКорп», ненавистный город. Айрон-Бэй.

Открываю глаза, солнце бьет по ним. Чувствую некоторую ватность в теле — последствия транквилизаторов. За рулем Каспиан, я на заднем сиденье, мое барахло лежит на пассажирском.

«Добро пожаловать домой». — Каспиан, глядя в зеркало заднего вида, заметил мое пробуждение и, конечно же, не мог не съязвить.

«Очень смешно». — Кости вибрируют, голова закипает, нужно выпить. — «Давно едем?» — Нужно постараться сопоставить наше положение с местоположением будущей тюрьмы.

«Вопрос дурацкий, согласись? Но дам тебе поблажку после такой-то дозы препаратов». — Говорит он, чуть ли не смеясь. А мне вот не смешно, вспоминаю наш договор.

«Куда едем? В офис Бюро?» — Нужно понять, где я буду жить, как они будут держать со мной связь, да и вообще, что меня ждет.

«Нет, в офис еще успеем, тем более что твой напарник еще не прилетел. Поедем в Хелькарион. Какое-то время поживешь у нас, пока Андрэ не успокоится, потом найдем тебе квартиру в городе». — Каспиан сконцентрирован на дороге.

Ну, началось. Уже напарник. Неужели так тяжело понять, что я работаю один? Ну да ладно, они просто страхуются, вполне ожидаемо. Хелькарион... Замок на скале посреди озера. Помню, я был там ребенком: отвесные скалы, большие залы, картины. Тогда сложилось впечатление, что время тут замерло, замерло лет пятьсот назад. Хелькарион?! Аксель, я уверен, его идея.

«Ты действительно думаешь, что это хорошая идея? Я, ты, Аксель в одном замке?» — Нет смысла скрывать свое недовольство в голосе, Каспиан сам все понимает.

«Аксель в Хелькарионе сейчас редко бывает, но бывает. А так, да, идея неплохая на самом деле. Мы модернизировали тренировочный полигон, думаю, ты оценишь, да и лаборатории все еще работают, так что тебе будет чем заняться». — Каспиан говорит спокойно, уверенно.

Лаборатории, полигон... Я помню, как Аксель водил меня по подземельям замка, тогда у меня это вызывало чистый восторг, сейчас же... Ну, хоть будет чем развлечь себя. Мы сворачиваем с трассы, я помню эту дорогу. Сейчас поедем в объезд города, обогнем его и свернем в лес.

«Говард, ты не думай, не все так просто... Просто пообещай не делать глупостей, и даю слово — я все тебе объясню, когда придет время... И... Постарайся не ругаться с Акселем... Ты же понимаешь, то, что случилось тогда, не его вина». — Привычный голос Каспиана стал явно мягче.

Объяснит, как же... Помню эти сказки в детстве. Однако он дал слово. Интересный поворот, не было такого, чтобы он хоть раз нарушил обещание. «Когда придет время» — звучит как закостенелое клише. Не ругаться с Акселем... Мне было тринадцать лет...

«Не делать глупостей — постараюсь. Не ругаться с Акселем... Пусть держится от меня подальше, и у нас не будет проблем». — Сделал голос тверже, пусть понимает, я не намерен шутить. Доведут — лучше пойду на казнь.

«Ну, пойдет, пока пойдет». — Коротко ответил мой компаньон.

Дальше мы ехали в тишине. Хоть бы музыку включил, что ли... По левую руку от нас раскинулся древний лес, высокие деревья, обилие животных. Прогресс досюда не добрался, да и не доберется. Братья следят за этим, создали заповедник. Это, пожалуй, достойно уважения. Справа от нас, там, в низине, виднеется Айрон-Бэй: огромная башня «ОмегаКорп» в центре, зеркальные здания делового района, краны в порту. Я не был тут сколько... лет десять, с тех пор как ушел из мафии. Ну как ушел... Пришлось перебить добрую половину, но тем не менее — ушел же... А могли просто отпустить... От вида города воспоминания снова бьют по вискам, пожалуй, позволю всплыть хоть чему-то.

Помню холодные улицы, мартовская ночь. Пьяный водитель чуть не сбил меня, я был, считай, ребенком, но озлобленным. Что-то крикнул ему вслед, он остановился. Помню новости на следующий день: избитый до полусмерти мужчина найден около своей машины. Тьма тогда буквально застилала мне глаза. Нужно найти флягу. Бью по карманам — ее нет. Взгляд на Каспиана, он все понял, тянет закрытую бутылку. Отлично, можно заглушить память. Глоток, глубокий и объемный, привычное жжение, да, так явно лучше. Гул в костях затухает, тупая боль в голове становится меньше. Еще глоток. Отлично. А неплохой виски. Треть бутылки за два глотка, старею, что ли... Аккуратно закрываю крышку и убираю бутылку. Пока сойдет, нет смысла глушить себя дальше.

«Не переживай, я не дал Андрэ разобрать твой меч». — Каспиан разорвал тишину, сгущающуюся между нами.

«Он бы и не смог, меч детонирует при попытке разобрать. Но спасибо. Не хотелось бы, чтобы они и до моих технологий добрались». — Отвечаю сухо, но взвешенно.