Она была единственной. Часть 1

Вероника Блэк

Она была единственной. Часть 1

Тайна, что скрывалась годами

Глава первая. Возвращение

Хогвартс встретил её так, как встречают старого друга: холодным дыханием каменных коридоров и мягким отголоском заклинаний, оставленных в воздухе, словно запахами. Вероника шла, прижимая к себе плащ; в его ткани дрожала усталость долгого пути и горьковатое послевкусие воспоминаний.

Башни уже виднелись на горизонте, но сердце стучало не о внешний облик Замка — оно билось в ритме каких-то давно отложенных шагов, тех, что когда-то звучали здесь часто, и тех, что теперь казались слишком далекими. Ей казалось, что коридоры помнили её — помнили ту маленькую девочку с неуклюжим переплетом книг под мышкой, ту юную хохотушку, что беззаботно мечтала о вызовах и приключениях. Каменные плиты под ногами ответили лёгким отголоском, как будто сами стены хотели проверить, верна ли память. Встреча с забытыми друзьями была уже на расстоянии нескольких секунд, и эти секунды тянулись, растягивались, наполняясь предвкушением.

В Большом зале, где свечи повисли в воздухе, а длинные столы ждали, Дамблдор стоял у кафедры. Его голос, тонкий, но уверенный, разлёгся по залу, как звуковая нить, связывающая настоящее с прошлым и обещающая будущее. Он говорил о новом учебном году, о переменах и испытаниях, о звучащих где-то далеко тревогах. Студенты слушали, некоторые заново знакомились с картинками на стенах, другие переводили взгляд с учёного лица профессора на старые стены, где прятались чьи-то детские шалости.

И затем он добавил — тихо, но так, что каждый звук оказался ножом и благословением одновременно: последнее событие — возвращение ученицы.

В зале наступила пауза. Все замирают. Кто-то не удержался и прошептал: «Кто же это?» — Ответ эхом разлетелся по рядам. Дамблдор на мгновение отступил, будто передавая слушателям некую ответственность. Двери в задней стене открылись, и тишина стала плотной, как сукно.

Шепот начал ползти по рядам: «Она вернулась?» «Кто это может быть?» «Разве кто-то ещё…» Но шёпот смолк, когда в проёме появилась фигура. Девушка в длинном тёмном плаще вышла на порог. Капюшон скрывал лицо, и сначала её силуэт был скорее загадкой, чем представлением. Цоканье каблуков разрезало воздух — оно казалось слишком отчётливым здесь, в Большом зале, где привычны были шаги студентов, а не размеренный, уверенный ритм посторонней обуви.

Тишина стала невыносимой. Пары взоров сосредоточились, и дыхание затаилось у каждого. Дамблдор, с лёгкой улыбкой, но с глазами, которые видели дальше прочих, сделал шаг вперёд.