Хочу девушку брата

И тут до меня доходит про какое сопротивление говорил Егор. Его возбудившийся член упирается в меня. Внизу живота ответно сжимается. Брат моего парня хочет меня, и сопротивляется запретному желанию.

Когда его губы приближаются к моим я зажмуриваюсь и упираюсь ладонями в его грудь. Отталкиваю. Его напор сразу стихает.

- Больше никогда не заходи ко мне ночью и не трогай так, иначе… - парень не заканчивает предложение, от которого побежала дрожь по телу.

Открыв глаза, вижу, как он сглатывает и, сдерживаясь, поджимает губы.

Нависающая тень сходит с меня, и я чувствую свободу.

Сразу подрываюсь с кровати и выбегаю из комнаты. Сердце колотится, как бешенное. Щеки полыхают от смешанных чувств. Закрывшись в ванной комнате, я спускаюсь на прохладную плитку и выдыхаю. Прикладываю ладони к низу живота - такое ощущение, что туда прилила вся кровь и теперь пульсирует. Что это? Ответная реакция на провокационный выпад Егора? Он буквально зажал меня на кровати, и мой организм завёлся. Тебе должно быть стыдно, Алла. В те секунды под Егором я даже не думала о Жене, который неизвестно где пропадает. И что самое ужасное – даже со своим парнем я не испытывала такого прилива желания…

Глава 10

Алла

-Блин! Проспала!

Время в телефоне расширяет сонные глаза до размера блюдец. Я подпрыгиваю с кровати, как будто тысяча ос впились в пятую точку и на панике начинаю метаться по квартире.

Ноги заносит на повороте в ванную комнату, но я вовремя хватаюсь за ручку приоткрытой двери и по инерции залетаю внутрь.

- Ой!

- Бешенная?

Чуть не врезаюсь в Егора, который спокойно стоит у раковины перед зеркалом и неторопливо бреет вымазанное в белом геле лицо.

- Извини, я очень опаздываю, - тараторю я, бедрами отвоевывая территорию у раковины. – У меня первой парой зачёт!

Ларионовна за дверь выставит, если зайду в аудиторию после звонка. Жесткий препод!

Суетливо выдавливаю пасту, тюбик которой итак почти издох, и быстро чищу зубы. В отражении ловлю косой взгляд Егора и стараюсь не думать о вчерашней ночи, которая стала бессонной после его выходки.

М-да, ну и видок у меня, - думаю про себя, глядя в потрепанное отражение. Но стесняться перед кем-то времени нет, как собственно и краситься. Поэтому спешно споласкиваю рот, рьяно умываю лицо холодной водой, случайно забрызгивая парня, отчего он отходит от меня подальше.

Бегу в комнату и переодеваюсь в то, что первое попадает под руку. Скромное платье этим не очень добрым утром сильно резонирует с моим нервным настроением.

- Где мой конспект? – ору я на панике, когда начинаю собирать сумку.

Весь стол перерыла – нигде нету. Это начинает жутко бесит. Ненавижу опаздывать. Ненавижу, когда не могу что-то срочно найти. Ненавижу стрелки на колготках, которую случайно замечаю! Откуда она взялась? Ну ё-моё!

Ругаясь вслух, я начинаю переодеваться. Точно опоздаю! Натянув джинсы с кофточкой, выметаюсь из комнаты, на ходу расчесывая волосы. Конкретно психую.

- Алла! – слышу сзади Егора.

- Что? – раздраженно и чересчур громко реагирую.

Развернувшись к парню, я мгновенно меняюсь в лице.

В протянутой руке он держит конспекты по « основам права».

- На кухонном гарнитуре нашёл, – комментирует Егор.

- Кхм, спасибо, - неловко прочищаю горло и забираю тетрадь.

Меня как будто по затылку ушатом стукают, и я успокаиваюсь. Закидываю «потеряшку» в сумку и надеваю верхнюю одежду. Егор тоже одевается. Отмечаю про себя, как идет нему новый белый спортивный костюм. Судя по деловой мордашке парня – он и сам в курсе, что выглядит супер. Краш девчонок пшикает себя духами и дарит моим легким приятный аромат. Еще один вдох – глаза закатываются, как вкусно.

- Я могу тебя отвести, - вдруг говорит Егор.

- Что, прости? – подозреваю, что мне послышалось.

- Если хочешь, я довезу до универа, - твёрдо повторяет.

Для меня это было бы спасением. Ожидание и толкотня в автобусе отменяется.

- Спасибо, - пришмыгиваю.

Мы выдвигаемся из квартиры и спускаемся на лифте. Во время неудобного молчания я тщательно делаю вид, что вчера между нами не произошло ничего особенного. Егор, кажется, тоже. Ну и слава богу.

Разочарованный стон сам вырывается из меня, когда я вижу, что движение на дороге стоит в утренней пробке. Вереница автомобилей тянется вдаль. Недовольные звуки клаксонов сигналят о том, что мне кранты и никуда я не успею.

- Сколько у нас времени? – уточняет Егор, когда мы садимся в машину.

Методом несложных подсчетов, я неутешительно вздыхаю:

- Пятнадцать минут.

А от парень настроен решительно:

- Успеем, - проворачивает ключ, и двигатель начинает агрессивно урчать. – Пристегнись.

- Движение стоит. Не успеем, - щелкаю ремнем.

- Спорим?

В мужских глазах загорается азартный блеск.

- Да пожалуйста, - закатываю глаза. – Я буду только рада, если проигра… Ах!

Взвизгнув, хватаюсь за сиденье, потому что меня отбрасывает назад от резкого рывка автомобиля. Колеса с пробуксовкой стартуют с места и проезжают мимо основного выезда, за которым нас ждет затор.

- А ты не хочешь пристегнуться? - с опаской поглядываю на Егора, который с огоньком в глазах давит на газ.

В ответ на его губах расцветает усмехающаяся улыбка. Мол, девочка, глупости не морозь, а лучше держись крепче.

Егор добавляет музыку в колонках, и теперь они дрожат под динамичными басами. А мне только остается, вжавшись в кресло, удивленно таращится на то, как он виртуозно водит тачку. Грязный мокрый снег, что летит из под колес, предостерегает пешеходов, и они жмутся к краю, спасая одежду.

- Эта бабка тебя только что прокляла, - смотрю в боковое зеркало, в котором отражается оставленная позади ворчащая физиономия в меховой шапке.

- Гореть мне в аду, - во все зубы лыбится Егор.

Крутой поворот, и меня припечатывает к двери.

- Ты меня убить хочешь? – рычу, потирая локоть

- Спасаю. Убьет тебя твой препод, если ты опоздаешь, нет? Держись крепче.

Мы вылетаем на главную дорогу, подрезав мирно едущую иномарку. Сзади раздаётся матерный пронзительный гудок.

- Мои глубочайшие извинения, - нажимает на аварийку Егор, подмигивая фарами оскорбившемуся.

И выжимает топку в пол. Машина разгоняется на освободившейся трассе и начинает лавировать между рядами, обгоняя один автомобиль за другим. От его чересчур смелых маневров дух захватывает.

Я просто боюсь дышать. Иконки на панели очень кстати, доехать бы живыми. А Егор успевает еще напевать себе под нос, пока его машина то и дело дергается от рывков туда-сюда, как дикий зверь.

- Ты чокнутый, - моё сердце делает сальто, да я и сама подпрыгиваю, когда Егор вместо того, чтобы притормозить на желтый сигнал, добавляет газу и за последнюю секунду пролетает перекресток.

Его безумная улыбка пугает. Гонит вперед, не понижая градуса накала, от которого запотели мои подмышки. На скоростях мы оставляем позади еле плетущихся на нашем фоне водителей. Адреналин и экшен зашкаливает, что Форсаж отдыхает. Шрафов прилетит – звиздец! И ради кого такие риски, спрашивается?

Бросаю косые взгляды то на отбитого гонщика, то на часы.

Ты смотри, а ведь не соврал – успеваем. Впереди виднеется зеленое здание учебного корпуса. Теперь если зачёт сдать – то только на отлично.

- Финиш, - качнувшись вперед по инерции, Егор тормозит возле университетской остановки.

- Живая, господи… - выдыхаю я, оцепляя ремень. Пульс по прежнему зашкаливает. – Спасибо, это было с ветерком…

- Ты проспорила мне, - поворачивается Егор и довольно улыбается. – И теперь должна желание.

Я раскрываю рот, пока парень с наглющим видом победителя засовывает сигарету в рот и щелкает зажигалкой.

- Разве мы спорили на желание? – удивленно хлопаю ресницами.

- Ага. Я не уточнил? – курит в окно.

- Нет!

- Ну короче ты мне должна, - в вальяжной манере кивает он и сбрасывает пепел.

Не подобрав слов на выдающуюся борзоту, я хватаю сумку и толкаю дверь. Времени нет разбираться с этим «бескорыстным» помощником.

- Дома поговорим, - отвечаю на пафосе и выхожу.

Глава 11

Алла

Зачет сдала на отлично – спасибо моим мозгам и Егору за улетный подвоз к месту учёбы.

В приподнятом настроение выхожу из универа и вприпрыжку сбегаю по ступенькам. На улице тепло, и с неба хлопьями валит снег. Замерев на секунду, любуюсь красивым зимним пейзажем университетского сквера. Снежинки оседают на распущенных волосах и медленно тают. А следом – и моя сентиментальная натура, когда на аллее я замечаю Женю. В одной руке у него букет , а в другой - плюшевый мишка. Он широко улыбается, уверенно шагает навстречу, в то время, как я застываю на месте и прикрываю лицо ладонями на его неожиданное появление.

Мы поссорились вчера, но Женя переступил через обиду и хочет помириться. Это подкупает.

- Детка, я люблю тебя, - вручив цветы и игрушку, приобнимет меня за талию.

Я смущенно утыкаюсь носом в бутоны и вдыхаю их тонкий аромат.

- Спасибо, - мило улыбаюсь.

Женя примирительно тянется к губам. Позволяю ему легкий чмок.

- Я не буду тебя торопить, - шепчет на ушко. – Подожду, сколько нужно будет.

- Мгм, - довольно моргнув, киваю.

Мы беремся за руки и идём к его машине.

- А где ты вчера был? – интересуюсь я.

- У друга, - отвечает без промедлений Женя.

- Так и думала, - киваю. – Слушай, а давай куда-нибудь вместе вечером сходим?

- Вечером не получится. У меня сегодня ночная смена в больнице.

- Блин… Жалко, - настроение падает.

- Но можем сейчас куда-нибудь заехать. У меня свободный час-полтора. Ты голодная?

- Ага, - приободряюсь.

- Тогда прошу…

Женя по-джентельменски открывает передо мной двери, и я, одарив его улыбкой, сажусь в машину.

***

Зря я переживала, что вечер без Жени пройдёт скучно. Правильнее было думать – незабываемо.

Всё началось с неудачной попытки приготовить на ужин жаренную картошку. Казалось бы, незамысловатое блюдо, а на кухне почему-то стоит гарь и вонь.

- Капец, кхе-кхе… - кашляю я в телефон, по которому трещала с подругой в другой комнате, совсем позабыв про сковороду на плите. – Отбой, Лиза, у меня тут ЧП!

Выкидываю телефон в сторону и бегу к плите. Выключаю огонь под дымящей сковородой, на которой вместо жаренного лука остались угольки.

- П-ш-ш… - возмущенно шипит сковорода, когда я сую её под струю воды.

Хозяйка года, пипец!

Открываю окошко и начинаю размахивать полотенцем, как вентилятором, проветривая помещение. Руки уже устали махаться, а дыма меньше не стало.

Из прихожей доносится хлопок входной двери.

Замираю. Не дай бог, это Егор пришёл…

-Твою девизию! Ты хату решила спалить? – сразу кашляет его голос. – Чё так дымно?

Сняв ботинки, парень ускоренно шуршит в сторону кухню.

Чертыхаюсь про себя и решаю помыть посуду. Главное, без паники. Подумаешь, пережарила лук, с кем не бывает?

- О, привет, - как ни в чем не бывало здороваюсь я. – Как дела?

Стою в дымном облачке возле раковины, тщательно губкой натираю поверхность сковородки. Тщетно пытаюсь избавиться от следов кулинарного преступления - не оттирается, зараза.

- Ё ма… - произносит Егор что-то на матерном, размахивая ладонью перед собой. – Чё спалила?

Сердито смотрит на меня, а я в силу своей сильной занятости не отвлекаюсь, все руки в пене, а лицо в краске стыда.

- Так это… - гремлю посудой. – Лук слегка пережарился. Сейчас выдует…

- Ну да, - идёт к плите и приподнимает крышку другой сковороды, в которой тушатся котлеты.

Хмыкнув, закрывает крышку и идёт ко мне. Смотрит в упор, вынуждая поднять на него глаза.

- Чего? – хлопаю невинно.

- Я слушаю, - ждёт объяснений.

- Я картошку хотела пожарить, выложила сначала лук, а потом мне подруга позвонила, заболтались и… Вот, - опустив глаза, вздыхаю.

Егор протирает лицо ладонью, собирая крохи терпимости к непутевому созданию с именем Алла-кулинар-от-бога.

- Сделаешь из нас погорельцев, все втроем переедем к твоим родителям, - предупреждает он.

- Да поняла я, поняла, - бурчу под нос. – Сейчас всё исправим.

- Кто вообще жарит лук перед картошкой? – придирается Егор.

- Ну готовь сам тогда, раз такой умный, - фыркаю.

- Испугала.

Хмыкнув, он выходит из кухни, чтобы переодеться. Что-то там еще брюзжит, но я не слушаю.

Чувство вины все-таки берёт вверх, и я принимаюсь чистить новую головку репчатого лука. Он такой «злой» и горький, что аж на слезы пробивает. Шмыгаю носом и быстро моргаю, желая избавиться от едкого запаха.

В это временя на кухню заходит Егор. Деловито закатывает рукава и моет руки.

- Да ладно, не хнычь, - подкалывает он, видя как чуть ли не реву. – Не будем выгонять, простим на этот раз, «пожарница».

- Это от лука вообще-то, - смотрю на него красными глазами.

- Дай сюда, слабачка сентиментальная, - забирает у меня головку, нож и споласкивает их водой. – Смотри и учись.

Кладёт на стол разделочную доску, на неё - головку луку. На! Уверенным движением ножа делает харакири луку - его круглое тельце распадается на две половинки.

- Я ни то что слезинку не пущу, я не моргу, пока буду его кромсать, - крутя пальцами нож, на пафосе заявляет Егор.

- Угу, давай, - подхватываю вызов и сажусь напротив, чтобы бдить за самоуверенными мужскими глазами.

Зафиксировав луковицу пальцами, Егор поднимает взгляд на меня, и не моргая, начинает быстро работать ножом, как делают это профессионалы. Я не знаю, может быть у него где-то припрятаны запасные пальцы или поварской диплом, ведь он даже не смотрит на доску. И пока мои глаза вываливаются из орбит и челюсть падает на стол , непризнанный шеф-повар ловко переворачивает лук и продолжает членить его на аккуратные маленькие квадратики. Не моргающий взгляд как у робота, выверенная четкая механика и никаких слёз.

- Готово!

Завершающим жестом Егор втыкает остриё ножа в деревянную поверхность доски. Ждёт аплодисментов.

- Бесчувственное чудовище, - сглатываю я, пребывая под впечатлением. – Какие еще таланты ты скрываешь?

- О-о… - хохочет. – Их много. Тебе такое и не снилось, детка.

На столь жирное бахвальство, мои глаза со скрипом закатываются.

- Тоже мне герой, - решаю приструнить резко зазвиздившееся мужское эго. – А можешь так?

Демонстративно беру спелый желтый лимон и под любопытный взгляд парня разрезаю его на четвертинки. Кислый сок уже сочится, поблескивая на цитрусовой сочной мякоти.

- Я съем весь лимон с кожурой и даже не поморщусь, - приподняв бровь, кидаю свою ответочку.

Егор сглатывает – зуб даю, у него во рту уже кисло.

- Валяй, - кивает он. – Не верю.

А сам напрягается, боясь, что я реально сожру весь лимон, как конфету.

Причмокнув, я вонзаюсь зубами в лимон и откусываю половину дольки.

- М-м-м, как вкусно… - умудряюсь поёрничать я.

Облизываюсь. Смотрю на Егора и не сдерживаюсь от улыбки – того скрючило, как будто это он, а я проглотил цитрусовую кислятину.

Дожевав дольку, беру вторую, сжимаю её и выпускаю сок лимона на язык.

-Э-е-е, - морщится и отплевывается единственный зритель моего выступления.

- Какая вкуснотища, - в удовольствии прикрываю глаза. – Попробуй, объеденье.

Я закидываю в рот мякоть с коркой и показательно прожевываю. Восторгаюсь цитрусовым вкусом, закатывая глаза от наслаждения. И кайфую от реакции Егора, лицо которого превратилось в сморщенный финик.

Доев весь лимон, облизываю кислый сок губ и пальцев, типа смакую остатки.

- Фу, извращенка, - Егора перетряхивает.

- Тю, подумаешь, - хитро веду плечом. Внутри неистово ликую.

Один-один.

Глава 12

Егор

Пока картошка скворчит на сковородке, Алка врубает музыку в колонках погромче и смешно пританцовывает. Улыбаюсь и залипаю на ней. Красивая, милая, простая. И до боли родная. Скользит в носках по линолеуму и поет в огурец, который надо бы порезать, но он неожиданно стал частью музыкального перфоманса.

Я смеюсь, потирая переносицу, а Алка тянет меня за свободную руку.

- Давай подвигайся, - настаивает она.

- Я не умею танцевать так, как ты, - отнекиваюсь.

Её веселая широкая улыбка и сияющие глаза дико подкупают.

- Танцуй, как можешь,- подбадривает она.

- Научишь?

- Для начала почувствуй ритм, - кладет руку на грудь и закрывает глаза.

Её нога и голова дергается в такт. Я сдерживаю смешок, глядя на то, с какой самоотдачей подходит к делу.

- О да, - повторяю за ней.

- А расслабься и двигайся под ритм, как душа ляжет.

- Так пойдёт?

Я специально кривляво двигаюсь, и Алка прыскает со смеху. Её грудные хохочущие вибрации проносят волну тепла по телу.

- Эх, ладно, - в притворном расстройстве машу ладонью и складываю руки на груди.

- Нет-нет! Это было хорошо! – сразу поддерживает меня девушка.

Вновь утягивает меня на кухонный «танцпол». Мы держимся за руки, и я бесконтрольно проваливаюсь в её глазах и улыбке. Улыбаюсь в ответ, чувствуя как покалывает в подушечках пальцем от прикосновений. Алка что-то говорит, я киваю. От моего пристального взгляда на её лице вырисовывается легкое смущение. Опускает глаза и закусывает нижнюю губу. А я сглатываю желание, которое селится внутри.

Она терпеливо учит меня танцевать, а я всегда был плохим учеником, хотя тут стараюсь… Неуклюже, но что-то получается. Алка наставляет, подбадривает, аплодирует мне, сдерживая щекочущие смешинки, чтобы не обидеть ненароком. Я вызываю в ней эмоции, и это настолько приятно осознавать, что аж сердце подпрыгивает.

- Спасибо за экспресс урок, - притягиваю девушку к себе и неотрывно смотрю на неё.

Она сразу прячет глаза, приспуская пушистые ресницы.

- Пожалуйста, кхм.

Её ладони лежат у меня на груди, которую конкретно распирает от чувств. Каждый вдох рядом с ней действует как мини взрыв внутри.

Алка совершает попытку отстранится, но моя руки как влитые лежат на её пояснице.

- Картошка горит, -принюхивается.

У меня внутри горит! Вот, где еще секунда - и пожар!

Шумно дышу, проникая в глубины её сознания через синие глаза. Где-то там сидят воспоминания о нас и нашей любви. И мне уже плевать, что она ничего не помнит. Плевать на то, что было в прошлом. Я хочу, чтобы она здесь и сейчас почувствовала меня так же сильно, как я - её.

Увидеть моё влечение, кажется, под силу даже слепцу. Её тянет ко мне, стопудово. Иначе не стала бы она замирать в моменте, когда обнимаю её, залипать глаза в глаза, задерживая дыхание. И если её сердце дрожит так же как и моё сейчас, то я готов лишиться всего ради шанса вновь завоевать её.

- Я… - начинаю.

Долбанный телефонный звонок рушит момент. Глубокий зрительный контакт обрывается из-за раздражающего пиликанья.

Алла отстраняется, и я вынужденно расцепляю руки. Она отвечает на звонок, в то время, как я, досадно протерев лицо, разворачиваюсь к плите. Выключаю огонь – картошка аппетитно поджарилась. Раскладываю её по тарелкам и грею уши, с кем там общается девушка.

Сразу понимаю, что это Жека побеспокоил.

- Кушать сейчас буду, - зажимает телефон плечом и тащит какой-то букет с подоконника на стол. – Еще раз спасибо за цветочки, они прелесть.

Нюхает розочку и на протяжном выдохе стреляет в меня глазками. Черт, мне показалось, или она дразнит меня? Типа ставит на место, намекая, что у неё вообще-то есть парень.

- А мишку теперь зовут Плюша, - она садится на диван и обнимает мягкую игрушку. Притирается к искусственной шерсти щекой и хихикает.

У меня уши вянут от её кокетства в сторону брата. Так наивно радуется подарочкам, которые по факту служат своеобразным замаливанием грешков Жеки. Он всю ночь имел без зазрения совести Лерку и теперь притащился со своим сраным букетом и игрушкой. И сработало ведь. Сияет от счастья, дура.

От ревности и злости через чур яростно кромсаю овощи. Доска дрожит от частых звучных ударов ножом. Уловив косые взгляды девушки, обжигаю её в ответ искрами из глаз.

Что творит со мной эта девчонка? То я её неистово желаю, горю от чувств, то ненавижу и готов испепелить её одним только взглядом. Противоположные чувства сталкиваются внутри и создают какую-то термоядерную смесь. Моё самообладание трещит по швам.

- Блин, телефон сел, - расстраивается она, когда связь прерывается.

Нажимает на кнопку сбоку, как будто это что-то изменит. Вздохнув, идёт за зарядкой.

А я пиздец не нарадуюсь, что их щебетание прекратило раздражать уши.

Отодвинув стул, сажусь за стол. Аллка маячит туда-сюда перед носом.

- Егор, ты не видел мою зарядку? - с надеждой смотрит на меня.

- Нет.

- Блин, куда опять делась… - стонет.

Я только усмехаюсь. Это у неё вечная проблема – положит сама куда-то и не помнит.

- Садись кушать. Остынет, - зову её. – Потом помогу поискать.

Она сдается и садится напротив меня за стол.

- Вкусно? – нанизывает картофелину на вилку и дует.

- Я ж готовил, - хмыкаю самодовольно.

Алка смотрит на меня как на хрена неблагодарного. Картошку то она чистила. А мне специально хочется её раздразнить.

Но она обламывает меня молчанием и просто жует. Увиливает от моих прицельных взглядов. Цветочки разглядывает.

- Как кстати зачет? - интересуюсь.

- Норм.

- Успела? Всё сдала? – напоминаю ей о том, благодаря кому она успела в универ.

- Да. На отлично.

- Поздравляю.

- Угу.

Она ковыряется в тарелке, на меня не смотрит. А я только и жду встречного взгляда. Когда её глаза всё-таки поднимаются на меня, я спрашиваю:

- Ты не забыла про желание?

- Какое? – моргает, типа не понимает. По лицу вижу, что прикидывается.

- Ты мне проспорила желание сегодня утром, - напоминаю с прищуром.

- А, это… - тянет. Прочищает горло. – Что ты хочешь?

- Чего я хочу? - переспрашиваю с огоньком, что зародился во взгляде.

Сузив глаза, откладываю столовые приборы в сторону и вытираю пальцы салфеткой. Аппетит на еду закончился, но разыгрался на что-то другое… Сканирую образ девушки, потом перевожу внимание на скатерть в клеточку. Скинуть бы на хрен её со стола, вместе с едой и дурацкими цветами. Разложить на ней Ляльку и вылюбить, как делал это раньше. Господи, как же я соскучился по её стонам, по податливому дрожащему телу и сладким губам.

Содрать бы с неё этот милый домашний прикид, сжать налитую грудь, растерзать лаской соски, вылизать каждую клеточку её сексуальной фигуры. Наставить засосов отметин, что это только моя девочка, и кричать от оргазмического удовольствия она будет только моё имя. Нагнуть, приложить грудью к столу, пришлепнуть по упругой заднице, вспомнить какая она наощупь. Раздвинуть ноги и убедится, что она течет от желания. Размять влажную киску, поласкать, проникнуть пальцами внутрь горячего лона и наслаждаться тем, как выгибается кошечкой и стонами просит еще и еще.

- Так что? – вырывает из пошлых мыслей вопрос Аллы.

Кадык дергается при сглатывании. Крылья носа трепыхаются, дыхание становится неровным, как и моё сердцебиение. Хочу её, пиздец.

Отодвинув стул, я встаю изо стола и двигаюсь к девушке. Женские щечки алеют, как будто Алла прочитала мои мысли. А они у меня самые грязные.

Она облизывает губы, а я вспоминаю как водил по ним своим членом. Как она божественно сосет, позволяя кончать в рот. А после жестко трахнуть её, лишая всяческих сил.