Совершенный порядок

— Может, я скажу тебе это, когда мы вернемся, — произнес он.

— Если вернемся.

— Ты же не веришь в «если». Ты Просветленная.

— Я Просветленная, которая слишком хорошо понимает туманность будущего.

Она поставила кружку на подоконник и направилась к двери.

— Собирайся. Через час грузимся. Если опоздаешь, Элдорн и тебя спустит в трюм.

Когда дверь за ней закрылась, Хаундаэр еще постоял у окна, глядя на серое небо и чаек, которые кружили над рыбным рынком. Потом взял плащ и вышел.

Пристань Берега Дракона тянулась на пол-лиги. Здесь теснились суда всех мастей: рыбацкие баркасы, купеческие галеры, военные нефы под флагами Лиги Свободных Портов и пара пузатых океанских шхун, которые ходили в далекие воды, куда даже Агентство не засылало своих Кураторов.

«Олуин» стоял у дальнего пирса. Это было крепкое двухмачтовое судно с обшивкой из темного дерева и носовой фигурой, изображавшей то ли дельфина, то ли дракона — резчик явно был пьян в процессе работы. На палубе уже суетились матросы, а на пирсе, широко расставив ноги, стояла Элдорн и наблюдала за погрузкой с таким видом, с каким полководец наблюдает за расстановкой войск перед битвой.

— Опаздываешь, — бросила она, когда Хаундаэр подошел. — Я уже решила, что ты передумал и уехал в отставку прямо сейчас.

— И бросить вас одних? — он покачал головой. — Кто тогда будет таскать ваши сундуки?

— Ты не любишь таскать сундуки.

— Поэтому я и стою здесь, а не там.

Элдорн хмыкнула и кивнула на корабль:

— Груз на борту. Капитан — старый морской волк по имени Даррас. Говорит, что ходит этим маршрутом двадцать лет и знает пролив как свои пять пальцев. Еще он говорит, что силовое поле Акрали в последние месяцы стало плотнее.

— Плотнее?

— Да. Раньше оно пропускало торговцев без проблем. Теперь — задержки, досмотры, иногда аресты. Даррас сказал, что его третьего помощника в прошлый рейс задержали на шесть часов. Допрашивали. Парень до сих пор заикается.

Хаундаэр посмотрел в сторону горизонта, где море сливалось с серым небом. Где-то там, за этой серой пеленой, лежал остров Акрали. И силовое поле, которое питалось человеческой кровью.

— Значит, идем как по лезвию, — произнес он.

— Как всегда, — отозвалась Элдорн. — Пойдем, капитан хочет предупредить нас о чем-то еще.

Капитан Даррас оказался сухим, как вобла, стариком с выдубленной ветром физиономией и отсутствующим левым ухом. Он стоял на капитанском мостике, вцепившись в штурвал, хотя корабль еще и не думал отчаливать.

— Пассажиры, — произнес он вместо приветствия. — Трое. Торговцы. Агентство. Я вожу Кураторов пятнадцать лет. Значит так: на борту я — бог. Вы делаете, что я говорю. Особенно ты, — он ткнул пальцем в Элдорн. — Я знаю твой тип. Сундуки не таскать, с матросами не драться. Уговор?

Элдорн усмехнулась. — Уговор. — Тогда отчаливаем через час.

Он отвернулся к штурвалу, давая понять, что разговор окончен.

Хаундаэр спустился на палубу. Квиласи уже была там — сидела на бухте каната, перебирая бусины, и смотрела на закат, который начинал разгораться над Берегом Дракона.

— Он знает, кто мы, — констатировал Хаундаэр, подсаживаясь рядом.

— Я знаю, — ответила она. — Я прочитала это в его взгляде, как только мы поднялись на борт.

— И молчала?

— А зачем говорить? То, что знает капитан контрабандистов, не имеет значения. Важно то, что знают таможенники Акрали.

Она повернулась к нему, и в ее глазах отразилось закатное солнце.

— Хаундаэр, — сказала она тихо. — Когда мы сойдем на берег, обратного пути не будет. Ты понимаешь это?

— Понимаю.

— И ты все еще хочешь идти?

Он посмотрел на море, на чаек, на дым над портовыми трубами, на Элдорн, которая внизу, на пирсе, давала последние указания грузчикам с таким напором, что те едва не падали в воду.

— Хочу, — ответил он.

И это была правда. Несмотря на усталость. Несмотря на прошение об отставке, которое осталось лежать на столе Олисары. Несмотря на все.

Он хотел идти.

— Тогда идем, — улыбнулась Квиласи и сжала его ладонь.

Через час «Олуин» поднял паруса и медленно, тяжело двинулся прочь от Берега Дракона. Порт уменьшался в размерах, превращаясь в полоску огней на фоне темнеющего неба. Впереди лежал пролив. А за ним — Акрали.

Хаундаэр стоял на носу и смотрел вперед. Ветер трепал его волосы, а холодные брызги оседали на щеках.

Где-то в недрах его перстня-ПЭКа ждали своего часа ткани и специи. Где-то впереди ждала страна, которая превратила кровь в индустрию.

А где-то глубоко внутри него самого ждало то, о чем он не поведал ни Квиласи, ни Элдорн, ни даже Олисаре.

То, ради чего он на самом деле шел в Акрали.

Но об этом — позже. Сейчас был только ветер, море и скрип корабельных снастей.