Неопытная пышка в постели мафиози

Я толкнула дверь ванной, влетела внутрь, и забыла, зачем пришла вообще...

Виктор стоял у зеркала.

Голый.

Точнее, почти. Белое полотенце низко обернуто вокруг бёдер. Капли воды блестели на широких плечах, на мускулистой спине.

Он брился станком, неторопливо, проводя по намыленной щеке. В зеркале отражалось его лицо, сосредоточенное, и тёмные глаза, которые тут же нашли мои.

Я задохнулась.

— Я… простите… — пролепетала я, пятясь. — Я думала, ванная свободна… Вы же… вы у себя, на втором этаже…

Он медленно повернулся ко мне. Полотенце опасно сползло на бёдрах.

— Макарова, — голос ленивый, с насмешкой, — я у себя дома. Где хочу — там и моюсь.

Я вспыхнула. Жар поднялся от шеи к щекам, к ушам. Я знала, что покраснела до корней волос.

— Я… я зайду позже…

Но ноги не слушались. Я стояла, вцепившись одной рукой в дверной косяк, не в силах ни уйти, ни отвести взгляд от его тела.

А он это заметил.

Уголок его губ дёрнулся. Он отложил станок на раковину, не сводя с меня глаз.

И вдруг — медленно, нарочито — потянул за край полотенца.

Оно соскользнуло на пол.

Я ахнула.

Он стоял передо мной абсолютно голый. Длинные мускулистые ноги. Узкие бёдра. Плоский живот с дорожкой тёмных волос, ведущей вниз. И там…

Член. Который я уже видела однажды. Огромный, тяжёлый, сейчас полувозбуждённый, нависающий между бёдер.

Я должна была уйти. Развернуться и убежать. Закрыть дверь и сделать вид, что ничего не было.

Но я не могла пошевелиться.

Виктор смотрел мне прямо в глаза. И медленно, очень медленно опустил руку вниз.