Истовая истина

- Вчера я возвращался домой из магазина и вдруг увидел...

- В каком часу?

- Простите?

- Нам нужно точное время. Во сколько вы возвращались?

- Точное время я не подскажу. Было около девяти, было уже темно. Десять. Пусть будет десять часов вечера.

- Хорошо, так и запишем. Десять. Продолжайте.

- Я увидел, как несколько человек ведут Валю в машину.

- Почему вы решили, что это похищение?

- Её руки были связаны. Что же это ещё, по-вашему? Какая-то игра?

- Хорошо, а кто были эти люди? Похитители?

- Этого я, увы, не понял. Их лица были скрыты. Если подумать, они все были одеты в толстовки с капюшонами.

- Значит, это было спланировано. Интересно, - Петя задумчиво прикусил ручку. – Что ещё вы успели заметить? Вы сказали, что её посадили в машину. Что это была за машина?

- Чёрный фургон. Номер я не увидел. Возможно, он был скрыт. И ещё, - Эммануил Порфирьевич порылся в кармане рубашки и достал блокнот. – Запишите, что на фургоне был такой символ. До этого я заметил такой же на её двери.

- На двери? Интересно.

- Кхм-кхм! – в кабинете появилась высокая женщина со светлыми волосами, убранными в тугой пучок. – Петя, мне нужно отойти по делам. Подойди на секунду.

- Сейчас, Ольга Георгиевна. Простите.

Несколько минут Эммануил Порфирьевич смотрел на символ в блокноте, силясь понять, как он связан со всем, что произошло. В бойлере поднимались пузырьки, издавая раздражающий булькающий звук.

Наконец, дверь открылась, и Петя вернулся за стол:

- Ну, я получил от вас всю нужную информацию. Если через два дня Валя не появится, то мы объявим её в розыск.

- Два дня? За это время её могут убить или увезти так далеко, что мы её точно не найдём!

- Тем не менее, это стандартная процедура. По-другому мы не можем. Есть масса других дел, требующих нашего вмешательства.

«Других? Зачем он врёт? У нас ничего не происходит».

- Так, и дайте свой блокнот.

— Это ещё зачем? Он мне нужен.

- Хорошо. Тогда дайте хотя бы сфотографировать символ.

Эммануил Порфирьевич сжал в руках блокнот и раскрыл перед полицейским нужную страницу.

- Смотрю, вам очень дорог этот блокнот, - задумчиво произнёс Петя. – Так. Можете идти, Эммануил Порфирьевич.

— Это всё?

- Да, мы вам позвоним, как только что-то узнаем.

Эммануил Порфирьевич убрал платок и встал. Пружины стула с облегчением скрипнули.

Ему не понравилось, с каким равнодушием приняли его заявление о пропаже Валечки. Покидая кабинет, он в последний раз окинул комнату взглядом — искал подтверждение своим сомнениям, но так ничего и не нашёл.

Среди привычных мыслей — о несправедливости мира, загадках современности и о том, сколько ещё осталось Пупе, — притаилось чувство, которое он боялся назвать. Смутное, липкое, как улитка.

Беспокойство.

«Будут ли они вообще её искать?» - подумал он.

3

Дома Эммануил Порфирьевич постарался успокоиться.

В послеобеденное время пожилому организму необходимо поспать, но как ни старалась Пупа убаюкать Эммануила Порфирьевича, тому было не до сна.

Он думал о Вале, о том, как ей сейчас страшно. Снова и снова перед глазами появлялась сцена похищения, где неизвестные сажали беззащитную девушку в страшный тёмный фургон без опознавательных знаков.

Эммануил Порфирьевич сжал морщинистый кулак: «Знал бы я кто это, то скрутил бы их в собачий хвост!».

Он посмотрел на Пупу, и ему показалось, что её большие жёлтые глаза смотрят на него с осуждением. Тогда он сказал:

- Ну, что я сделаю, Пупа? Не смотри так на меня!

Пупа пошевелила ушами и продолжила смотреть на своего человека.

- Пупа, я всего лишь жалкий старик с туманным, драматичным прошлым и варикозом. Я не герой! Как я могу помочь Вале?

- Мрааау! – возмутилась Пупа.

- Допустим, но ведь я даже не знаю, кто её похитил. С чего мне начать?

Пупа демонстративно спрыгнула с дивана и направилась на кухню.

- Ну, отлично, спасибо за совет. Иди есть, - возмутился Эммануил Порфирьевич и сел.

Внезапно его осенило. На холодильнике, украшенном магнитиками, лежали ключи Вали, которые она оставила ему на экстренный случай.

***

Эммануил Порфирьевич не привык входить в чужие квартиры без спроса, но выбора не было. Он уже бывал здесь — ухаживал за растениями, пока Валя была в отъезде.

Наполняя водой кувшин, он заметил фотографию на холодильнике. Валя обнимала крупную женщину с пышной причёской чёрных волос. Эммануил Порфирьевич узнал в ней дочь своего друга, Валину тётю, с которой их семья не общалась уже много лет, с тех пор как та уехала в другой город.

«Когда она вернулась? – размышлял Эммануил Порфирьевич, поливая растения. – Кажется, я не видел её в городе. Почему она уезжала? Дайте-ка вспомнить. Кажется, она мечтала стать актрисой и уехала покорять столицу».

Тяжело вздыхая, он сел на диван, но что-то предательски впилось ему в место, о котором в приличном обществе умалчивают, но которое, как известно, играет ключевую роль в пищеварении.

- Ай! – заёрзал он, шаря рукой в поисках источника дискомфорта, пока, наконец, не вытащил свернутый и зажатый между складками дивана журнал с яркой обложкой.

«О, я помню эту чушь. Ещё и название претенциозное – Истовая Истина. Какой графоман мог такое выдумать? Какая истина? Вам до неё как до Египта!».

На лестнице послышались тяжёлые шаги. Через минуту кто-то, ворча и ругаясь, начал открывать входную дверь Валиной квартиры.

«Похитители могут вернуться и нужно быть начеку», - подсказала интуиция Эммануилу Порфирьевичу. Машинально засунув журнал за пояс брюк, он юркнул за плотные шторы.

Владелец тяжёлых шагов, наконец, справился с дверью и вошёл.

- Где мы прячем? – раздался странный писклявый голос, словно градиентом разливающийся по пространству.

- Мы прячем где-то в квартире. Я уверен, - отвечал ему тот же голос.

По телу Эммануила Порфирьевича побежали мурашки. Он вжался в стену и затаился.

- Мы будем прятать это в кухне или здесь?

- Мы любим кухню. Давай искать в кухне.

Эммануил Порфирьевич услышал, как открываются шкафчики, и гремит посуда.

«Может быть, это мой шанс убежать?»

Он высунулся из-за шторы, но тут же шмыгнул обратно, заметив, как кто-то возвращается из кухни.

Эммануил Порфирьевич увидел зеркало, в котором отражалась незнакомка.

«Это Валина тётя?»

Он узнал женщину с фотографии, но выходить из укрытия не собирался.

«Что-то с ней не так».

Она отличалась от фотографии: её волосы были убраны в высокий платок на восточный манер.

Женщина села в кресло, и губы её слегка зашевелились:

- Мы хотим курить.

- Покурите, но недолго.

Женщина подожгла сигарету и затянулась. Воздух задрожал от странного писклявого кашля.

«Тогда на лестнице Валя с кем-то говорила о курении. Может быть с ней?..».

Женщина затушила сигарету и начала обыскивать диван, книжные шкафы, полки с растениями.

Эммануил Порфирьевич чувствовал её мрачное присутствие всё ближе и ближе пока, наконец, странный голос не произнёс:

- Мы должны осмотреть ванную. Здесь мы не видим.

- Мы пойдём в ванную.

Быстрым шагом женщина скрылась из виду.

«Да что с ней такое? Не думаю, что успею незаметно выйти пока она тут, - он потёр больное колено. – Подожду, пока она закончит».

- Мы не нашли, - раздался раздосадованный писклявый голос.

– Мы будем искать в другом месте.

Входная дверь закрылась на ключ. Поражённый Эммануил Порфирьевич вышел из-за шторы.

Покидая квартиру Вали, он обнаружил, что символ на двери пропал.