"Баба Лиза. Додзё на максималках»

— О, классика, — одобрительно протянула баба Лиза, вдыхая этот воздух полной грудью. — Молодость. Ну что, Арсюша, веди меня к стойке регистрации. Будем проникаться взаимностью к местному долголетию.

Глава 11

В двухкомнатном номере повышенной комфортности о комфорте напоминал небольшой телевизор неизвестного происхождения, ковровая дорожка с лысинами от уверенных шагов здорового духа в здоровом теле и грустный чайник со следами то ли слез, то ли дезинфекции.

Суровые санаторные будни навалились уже на следующий день. Моя главная логистическая обязанность заключалась в транспортировке бабы Лизы.

— Сегодня у меня магнитотерапия, — командовала она, усаживаясь в инвалидное кресло, которое мы взяли напрокат для дальних дистанций.

— Но туда сейчас Петр Семенович из 312-го номера пойдет, а он бывший полковник, у него выправка и три ордена. Надо нам, Арсений, успеть занять очередь перед ним, чтобы он видел, на кого равняться.

— Баб Лиз, ты сюда лечиться приехала или личную жизнь устраивать? — ворчал я, толкая коляску по бесконечному коридору возможностей.

— Одно другому не мешает, — резонно заметила она. — В мои годы каждый полковник на счету.

Чудо осталось в пространстве вероятностей, после процедуры баба Лиза предсказуемо выбрала комфорт.

— Скучно там, Арсений, никакого движения, до накопительного эффекта транспорт не отдавай!

— Елизавета Петровна, и тут успели? — к кабинету приближался Петр Семенович.

Баба Лиза артистично вскинула брови и молниеносно выпустила стрелу:

— Настоящему орденоносцу магнитотерапия ни к чему, Петр Семенович! Настоятельно рекомендую отставить эти сомнительные эксперименты с энергетикой, а то примагнитите к себе государственные награды всей поликлиники!

Судя по широкой улыбке полковника, бесконтактные токи бабы Лизы попали точно в цель.

В четверг, когда в актовом зале объявили «Вечер танцев и караоке», баба Лиза заставила меня достать из чемодана ее лучшее румынское платье и под ярко-бордовую помаду расчехлила свои главные доспехи — чешские гранаты.

— Баб Лиз, может, посидим в номере? Там же душно, — пытался спастись я.

— Душно в твоем интернете, а там — жизнь! — отрезала она.

В зале гремели хиты Юрия Антонова. Баба Лиза, опираясь на свои верные ходунки, заняла позицию у фуршетного стола. Вокруг нее мгновенно образовался кружок жаждущих исцеления любой ценой. Полковник Петр Семенович не сводил с нее восхищенного взгляда.

— Здоровье, — громко рассказывала баба Лиза на весь зал, фиксируя на мне свои очки, — кнопками не управляется и по вай-фаю не раздается! Я ему твержу: «Жениться тебе надо, внук», а он мне: «Баб Лиз, я сейчас в тренде осознанного одиночества». Тьфу, прости господи, понапридумывают слов, чтобы за коммуналку вдвоем не платить!

Весь зал сочувственно посмотрел на меня. Я стоял в углу с пластиковым стаканчиком минеральной воды «Ессентуки-17» и думал о том, что через две недели такой терапии я сам добровольно запишусь на грязевые ванны. Желательно, чтобы меня там закопали по самую шею.