Искательница

Стражники так же как глава Ламара опасались близко подходить к трупоеду, пусть закованному и частично обездвиженному.

Через час охотники сидели у стойки в трактире, попивая местный эль, которой славился не только в Ларкасе, но и соседних землях.

–Эмас, твое мнение об этом аргале, он слишком необычный для стандартного трупоеда, – Кааларис принялся чистить от соляного панциря рыбу, которая вдоволь водилась в местных реках.

–Начну по порядку, –эльф сделал несколько больших глотков эля и подал знак Ману, тот без промедления наполнил кружку, – как я успел заметить и оценить его состояние, могу сказать, что панциря на брюхе у него нет, значит оценить его состояние на наличие посторонних воздействий мы не можем, не убив аргала. Дополнительно аргалы за стеной беспокойны уже несколько дней, этот же наоборот был слишком спокоен и безразличен, а я не могу рассказать о подобных случаях, так как не встречал даже описаний подобного. Следовательно, что–то в этом районе не так. – Эльф взял себя пальцами за подбородок и задумчиво посмотрел на эль в своей кружке. – Лар, я не знаю, что здесь такое. Трупоеды не кидаются, медведи спокойно разгуливают под стенами города, да и магический фон, напряженный слишком. Еще наместник говорил, что у них какой–то вор был рано утром, увел коня, которого недавно в лесу поймали. Прошел мимо всех постов стражников, и никто этого вора не видел, ни одна собака не лаяла, я слышал, что какой–то мальчишка кричал что–то о Вестнице смерти. – Эмасионель за время своего монолога съел половину рыбы, которую чистил Кааларис. – Может стоит найти его и проверить, как думаешь?

–Думаю, что тебе пора прекратить таскать у меня закуску, – охотник ближе подвинул к себе тарелку и принялся есть рыбу, запивая элем, – на счет пацана согласен с тобой, нужно узнать кто эта Вестница смерти, может она как–то замешана в том, что здесь происходит.

–Господа, – Ман, не поворачиваясь к стойке, долил эль охотникам и продолжил натирать до блеска стаканы, – этот мальчишка сын портнихи, она живет напротив большого зала. На счет общей сложившейся ситуации могу сказать, что странности здесь начались еще года три назад. Многие охотники, такие как вы пришлые, местные, заезжие маги, колдуны и да травники– все как один говорили, что здесь даже воздух пропитан сырой энергией или силой, называйте как хотите. Как я уже сказал, началось все три года назад, был здесь преподаватель из Академии, проводил какие–то эксперименты, все время ходил что–то записывал, а в одну ночь едва не умер. – Трактирщик налил себе эля и принялся полировать стойку. – Он вечером уехал в поле, наблюдать за трупоедами, а под утро вернулась его лошадь в царапинах, грива и хвост спутаны, сама в мыле, он как мешок сидел в седле. Через двое суток, когда он пришел в себя, рассказал, что произошло. Говорил, что в лесу после полуночи было яркое свечение, как от портала, он собрался подойти ближе, когда услышал шум, рычание, треск ломающихся веток. Это стая трупоедов бежала от свечения, но на мага они не обратили внимания.

–А что было после? – глаза эльфа горели как у маленького ребенка, которому на ночь рассказывали сказку про магов, рыцарей и ездовых драконов.

– На сколько я помню, он говорил, что свечение и правда оказалось порталом. Маг собирался подойти ближе, когда увидел силуэт, разобрать мужчина это или женщина он не смог. Портал не закрылся, а резко захлопнулся, образовав ударную волну из чистой энергии, которая выжгла небольшую поляну и высвободила естественный источник сырой энергии.– Эмасионель с силой сжал кружку, но не заметил этого, заинтригованный рассказом трактирщика.– Дальше он рассказывал, что развернул лошадь, собираясь вернуться в город, ведь из–за такого облучения чистой энергией обычный человек умрет через пару дней, а маг продержится чуть дольше, когда портал открылся снова, и из него вышло какое–то огромное существо. Тогда уже лошадь рванула с места, в спину пришлась вторая волна, от чего маг потерял сознание.

–Если здесь было такое, почему никто в городах не знает об этом? – Эльф всплеснул руками, едва не уронив все что было на стойке. – Такое не скрывают и сразу оповещают магов об очередном источнике или выбросе. Это ведь смертельно.

–Да, оповестили все ближайшие города, но кто поверил? – Ман пожал плечами и, в три глотка осушив свою кружку, убрал все со стойки. Кааларис не задал ни одного вопроса во время рассказа, он прекрасно знал эту историю от первоисточника. – Через пару дней здесь были представители всех магических школ, они понаставили в округе накопители и уехали. Эти кристаллы до сих пор стоят в лесу и транспортируют им эту энергию в чистом виде.

Время близилось к полудню, и охотники решили сразу пойти к наместнику. Их встретила стража, сопроводив до обеденного зала, рыцари, по приказу Макира, ушли в который раз проверять аргала.

–Господа, я премного благодарен вам за проделанную работу, –наместник встал из–за стола и поднял перед собой свой кубок, – вы выполнили свою часть как полагается, то что аргал исчез полностью мое упущение. Вот ваша оплата, – служанка вышла из боковой неприметной комнаты с увесистым кошелем и, подойдя к столу, отдала его в руки эльфу, который улыбнулся настолько обворожительно, что мог ослепить девушку своей улыбкой.

–Эмас, будь сдержаннее, – Кааларис забрал кошель и несколько раз подбросил его в руке, определяя примерный вес.

–Пересчитайте, если есть какие–то сомнения, – наместник принялся за запеченную утку, после вторичной поимки аргала он явно чувствовал себя лучше и был спокойнее.

–Нет необходимости, – эльф без лишних церемоний бросил деньги на стол перед вторым охотником, осмотрел все блюда на столе и стал набирать понравившиеся в тарелку, – Кааларис на вес определяет номинал монет и их количество, так что может поспорить с любым казначеем в правильности подсчетов.

–Полезный навык, первый раз с таким сталкиваюсь, – удивился Макир. – Господа, когда планируете уезжать? В знак уважения и благодарности снова предлагаю вам остаться у меня в доме.

–Нет, спасибо, – Кааларис ответил до того, как эльф успел набрать воздуха в легкие для согласия на предложение, – нас ждут в столице, чем быстрее доберемся, тем лучше, так ведь Эмасионель?

–Да, да, конечно, – он не понимал, что задумал его напарник, но спорить с ним не стал, – думаю мы можем и сегодня выехать, после обеда, как только жара спадет.

–Ах, как жаль, – наместник всплеснул руками, – но что ж, не смею вас задерживать. Как будете в наших местах загляните на денек, выдержанный эль и местная дичь вас не разочаруют.– Наместник подозвал служанку и отдал распоряжение о том, чтобы к обеду лошади охотников были вычищены, накормлены и оседланы.

Следующие пару часов Эмасионель травил байки, которые услышал за время путешествия до Ламара, Макир смеялся как ребенок, Кааларис же наоборот был отстранен и задумчив. Вскоре от резко поднялся, извинился и ушел. Эльф поспешил за ним.

–Лар, что с тобой? Почему ты сорвался и ушел? – Эмас не поспевал за быстрым шагом охотника. – Да что случилось–то? Ты как будто узнал о глобальной катастрофе, но спасаешь только свою шкуру, не сказав остальным.

–Как ты еще не понял и не сопоставил факты, – человек остановился посреди улицы и осмотрелся по сторонам прежде чем говорить. – Сам подумай, кто мог увести коня из–под носа толпы стражников, так, что следов не осталось. Сегодня утром был всплеск энергии, я слышал вой трупоедов в лесу, потом слышал разговор охотников о резне на болоте. Они нашли разорванные туши аргалов и нескольких лакастров. Это устроили маскины, но трупоеды не ходят на болото, значит, что–то их заставило. Ты не слышал странный пряный запах, кажется, мята и перец. Кто мог устроить такую ловушку? Могу поклясться, что это она.

–Великая Матерь, ты уверен, что это она? – эльф понизил голос, стараясь не привлекать лишнего внимания. Он был серьезен, но легкий ужас в глазах выдавал его беспокойство. – Не уже ли она действительно появилась?

–Я не хочу, чтобы это оказалось правдой, но думаю да это определенно она. – в доме, у дверей которого остановились охотники, хлопнули ставни на втором этаже. – Пойдем, нужно как можно скорее собрать вещи и ехать за ней. –Кааларис сорвался с места и пошел в сторону ночлежки, в которой они остановились.

–Что значит за ней? – эльф был поражен настроем охотника и не сразу заметил, что тот уходит. – Подожди, ты хотя бы подумал, во что это выльется? Ты и мной рискуешь, пускаясь в эту погоню, а я еще жить хочу.

–Что ты предлагаешь? – Человек отмахнулся от нападок эльфа. – Просто уехать в противоположенную сторону, а там сесть на корабль до Аламарских островов? Так будет разумнее по–твоему?

–Вообще–то, да, так будет безопаснее, – эльф пытался остановить Каалариса, схватив его за рукав и потянув назад. – Ты, конечно же, против и все равно поедешь за ней, так ведь?

–Да, я не хочу смотреть на уничтожение всех миров из последнего ряда на Аламарских островах. Я попробую что–нибудь сделать, но один я все равно не остановлю ее. – Он остановился перед дверью, словно не решаясь войти.

–Я еще пожалею об этом, – покачал головой Эмасионель, – пожалею о том, что познакомился с тобой.

–Ты о том, что я спас тебя от разбойников, когда ты пьяных шел через лес после бала? – Кааларис каждый раз не мог сдержать улыбки, вспоминая эту историю.

–Никто меня не спасал, просто у меня возникли разногласия с ними, а тут ты появился и помешал нам все решить. – Эльф недовольно фыркнул, но не смог не усмехнуться. – Пора ехать, лошади готовы.

Глава 3

Тусклый свет бил в глаза, застойный затхлый воздух говорил о том, что эта было подземелье ил пещера. Кандалы на запястьях, закрепленные над головой, не позволяли пошевелить и пальцем, не говоря о холоде, исходящем от каменной плиты, на которой я лежала. Ноги так же были закованы, несколько ремней держали колени, бедра и талию, пресекая любые попытки движения. Закрыла глаза и повернула голову на бок. Как только зрение адаптировалось к отсутствию, приоткрыла глаза, стараясь не привлекать внимания. Это была небольшая комната, на стенах были полки с множеством различных сосудов, наполненных разноцветными жидкостями неизвестного назначения. В углу стоял стол с горами бумаг по углам, в центре которого был развернут свиток, стоял подсвечник с горящей свечой, рядом с которым была небольшая черная сфера, особенность ее была в том, что огонь свечи не отражался на ней, она поглощала любой свет, попадавший на нее. К столу подошел человек в мантии с капюшоном на голове, на спине у него был какой–то знак, но разобрать его очертания не смогла. Цепи на руках сильно натянули, после чего на несколько секунд ослабили и закрепили по сторонам от головы по углам плиты.

–Сколько у нас времени? – голос был тихий, но серьезный. Речь чем–то напоминала шипение змеи. – Нам нужно успеть до третьего полнолуния.

–Я все прекрасно знаю, – этот голос был высокий, раздраженный, скорее всего это был парень лет двадцати. – мы не можем начинать до того, как она пройдет все испытания ядами.

–Значит нужно ускорить процесс, –голос был грубый, тяжелый с хрипотцой, думаю его обладателю примерно семьдесят лет.

–Мастер, –молодой парень клонил голову в знак уважения, – я сделал все заметки по прошлой инъекции, но результаты, – он запинался, подбирая слова, – не знаю даже как описать это. При испытании на представителях всех известных рас результат был один– подопытные в трети случаев если и выживали, то лишались рассудка и на лице проступал знак, нам не известный, – зашуршала бумага, очевидно, были наглядные доказательства, – остальные умирали от интоксикации в течение пары часов. В данном случае все обстоит иначе.

–Что значит иначе? Вы же понимаете, что это может значить для нашей миссии, – мастер, не повышая голоса и не меняя интонации, нагонял ужас на своих сподвижников, те зашуршали какими–то бумагами.

–Конечно мастер, но что делать с этим? –человек с шипящей манерой речи передал какую–то рукопись третьем, которого звали мастером. Тот внимательно читал, водя пальцем по тексту.

–Невозможно, – мастер бросил книгу на стол, едва не сбив ей подсвечник, взял в руки сферу, поднес ближе к лицу и стал что–то шептать. – Давайте следующую дозу. – Он махнул рукой в противоположенную от стола сторону и вышел. Я почувствовала острую боль в правом боку, повернуться посмотреть я не могла, в голове словно сотни колокольчиков начали звенеть, по телу распространялось тепло, которое через несколько секунд сменилось холодом. Через пару минут свет в комнате потух или все же я потеряла сознание.

Проснулась от острой боли в руке, конь прикусил предплечье. Снова этот кошмар. Он не похож на сон, но слишком страшный для того, чтобы быть воспоминанием. Конь обеспокоенно фыркнул и обнюхал меня, удостоверившись в чем–то, снова лег на траву рядом со мной. До рассвета оставалось около двух часов. На окраине поляны, на которой было решено сделать привал, появилось какое–то движение, я нащупала рукоять меча под плащом, из кустов вышла чета оленей. Глава семейства осмотрелся, заметил меня и фыркающего от пыльцы коня, мотнул головой в сторону, и олениха с оленятами вышли на поляну и направились к ручью. Как только они отошли метров на пятьдесят, олень медленно пошел в нашу сторону, никаких признаков неприязни он не проявлял, конь поднялся и встал передо мной. Оленята резвились в воде, олениха лежала на траве под деревом и наблюдала за ними. Олень остановился в двадцати шагах от нас и принюхался, через несколько мгновений подошел практически вплотную к коню, то даже ухом не повел. Я наблюдала за этим и рыскала рукой в сумке, не отрывая взгляда от происходящего, яблоко все никак не находилось. Олень сделал шаг назад, в этот же момент ему в ногу врезался один из оленят. Я вытащила кинжал из ножен в голенище сапога, обтерла яблоко об штаны, порезала и на части. Олененок почувствовал запах фрукта, стал медленно подходить ко мне, но олень его одергивал строгим фырканьем, тот останавливался, но меньше чем через минуту снова делал попытку подойти ближе. Я встала, одну дольку яблока демонстративно съела сама, вторую предложила коню, который и не думал отказываться. Олень внимательно следил за этим действом, после чего осторожно взял фрукт из ладони протянутой руки, все это время олененок смотрел на него. Краем глаза заметила движение, это олениха подходила со вторым олененком. Поднялся ветер, олень принюхался, оленята воспользовались этим подошли ближе, пробегая между ног коня, отчего тот стал перетаптываться на месте, боясь наступить, отошел в сторону. Я протянула по кусочку яблока маленьким озорным оленям, они сразу схватили лакомство и довольно захрустели, олениха же стояла и смотрела на это.

–Светает, пора ехать, – конь повернул голову в сторону леса, верхушки которого уже окрасились восходящим летним солнцем.

Оленята, пользуясь возможностью, стали запускать любопытные мордочки в седельные сумки, в поисках нового лакомства. Я тем временем решила оседлать коня. Через полчаса я была готова ехать, олень отошел на середину поляну, щипал траву, не переставая следить за оленятами, которые вытащили все оставшиеся яблоки из сумок, олениха держалась рядом и внимательно следила за моими движениями.

С каждой минутой становилось все жарче, солнце сильно пекло, хотя над головой висели тучи. Я давно сняла куртку и расстегнула рубашку, в кармане нащупала что–то холодное и круглое. Это был амулет заказчика.

–Узнаешь? – протянула его к морде коня, тот остановился, обнюхал вещицу и заметно оживился. – Я забыла про него совсем, так бы сразу показала, и лишних сопротивлений не возникло бы. – Конь свернул с дороги вправо и пошел через поляну. Я прикрыла рукой глаза от солнца, присмотрелась, что–то блестело и переливалось впереди. – Озеро, давай скорее, – хлопнула коня по холке, – он сразу перешел на трусцу, и через пару минут я смогла окунуться в прохладную прозрачную воду. – Я бы могла весь день здесь провести, –в ту же секунду меня с головой накрыло волной. Скакун решил развлечься и прыгнул в воду с небольшого обрыва, что был на берегу. Я закашлялась от воды, попавшей в рот, – Так и утопить не долго, без меня ты до дома не доберешься, – убрала волосы с лица и посмотрела на довольную морду коня, который плавал вокруг меня, – тебя опять кто–нибудь перехватит и украдет, если звери не съедят в лесу. – Конь недовольно фыркнул. – Мне так и не сказали твоего имени, аракры такие, боятся, что с помощью имени кто–то завладеет их лошадьми.

Оставшуюся часть пути до места встречи с заказчиком можно было сократить через лес, но учитывая прошлую поездку по лесу сегодня утром, было решено ехать через тракт. Конь бодро держался, несмотря на жару и солнце, которое словно пыталось прожечь насквозь путников, что игнорировали его лучи и рискнули ехать по открытой местности.

Кого только не встретишь на большой дороге, кроме тех, кого действительно хочется видеть. Фермеры с телегами то и дело сновали в обе стороны дороги, окрикивая в спину. После пятого такого с требованием освободить дорогу решила увести коня чуть в сторону на обочину, покрытую мягкой травой. Хоть наглость простого люда и заставила раздражение клокотать внутри, разбираться с ними, накладывать на хвост коню знак, что испугал бы лошадь, идущую следом или, заставил ее бежать куда глаза глядят, желания не было.

До места встречи оставалось всего пара часов спокойной размеренной езды. Конь трусцой шел по траве, поднимая облачка пыльцы и бабочек с цветов, когда я услышала шум воды недалеко за деревьями в лесу. Хлопнула скакуна по холке и потянула поводья в нужном направлении. Шумом воды оказался быстрый ручей, который так и манил к себе. Конь, не останавливаясь и не заботясь о том, что всадник никуда не делся, шел к источнику прохлады. Остановился после того, как вошел в воду и принялся жадно пить. Мне же не хотелось мочить новые сапоги из оленьей кожи в воде, слишком дорого они мне обошлись в борьбе с высокородной дамой в лавке торговца.

– Ты решил осушить его? – обратилась к коню, стаскивая поочередно сапоги и бросая их на траву. – Оставь и мне немного, все–таки от жары тебя защищаю заклинанием, иначе давно бы заживо запекся и у меня был отличный ужин. – На мои слова конь поднял голову, раздраженно фыркнул мне в лицо, тряхнул гривой, оросив мое лицо каплями холодной воды. – Ладно, ладно, не злись. Все равно за тебя деньги уплачены, надо вернуть хозяину, он весь Ларкас уже обыскал.

После того как освободилась от обуви, скинула рубашку, перекинула через седло и соскользнула со спины лошади. Как только студеная вода коснулась ступней, вся усталость исчезла, хотелось лечь в ручей, раскинуть руки в стороны и отдаться на волю потока, раствориться в нем. Хотелось остаться здесь навсегда, ощущать на коже согревающие лучи солнца, проходящие через воду, слушать щебет птиц над головой и забыть о всех проблемах, что преследуют с первого дня в этом мире.

Глава 4

В столице аракров было шумно, со всех сторон раздавалась музыка, смех, люди танцевали на улице, подготовка к свадьбе шла полным ходом. Ведь это свадьба принца. Король аракров был рад за своего наследника, ему досталась хорошая невеста, девушка из обеспеченной семьи, чьи предки уже четыреста лет занимались разведением лошадей для всех направлений их использования: от работы на ферме, до войны. Этот союз был выгоден всем, и он не был обязательством для двух родов, хотя рассматривался такой вариант. Принц после обучения в Академии и участия в нескольких войнах с варварами и орга вернулся в родные края, где встретился с дочерью главы рода Сантахра на пиру в честь Праздника урожая. Мать невесты была против отношений своей старшей дочери с принцем Райстом, так как хотела подтолкнуть ее к помощи в заключении союза с другим родом, что владел несколькими рудниками ценных минералов. Ее планы пресек на корню глава семейства, он не хотел мешать счастью дочери, да и союз с королевским родом в любом случае лучший вариант.

Принцу повезло больше, отец не мешал ему в выборе своей судьбы, как только он поступил в Академию. Король лишь дал несколько советов и наставлений. Причиной такого поведения монарха была не уверенность в решениях своего отпрыска, ошибки он еще совершит, возможно, и брак этот не будет таким, каким хочет его видеть принц, но это его дело.

Король помнил свою церемонию заключения брака, он долго ухаживал за невестой, они были знакомы с детства, чему были рады родители с обеих сторон. В какой–то момент по неизвестным причинам скончался король, и пришлось срочно организовать ритуал Выбора для определения нового монарха. У аракров власть не передавалась по наследству, следующего правителя определяли боги посредством амулета и испытания. Было решено провести выбор на первую полную весны, все прошло как нельзя лучше, король был определен, народ не мог перечить ритуалу, да и незачем было.

Коронация прошла в один день со свадьбой. О красоте невесты еще долго говорили в округе, а когда объявили о скором появлении наследника, так народ устроил пир на несколько дней. Дела государства шли хорошо, монарх заботился о благополучии всех, был рассудителен, что уж говорить, если даже в войны аракров прекратили вовлекать. Способности к дипломатии короля помогали в решении многих вопросов. Все шло замечательно, пока королева не заболела, что так же угрожало жизни ребенка. Целители всеми способами пытались выяснить причину недуга, но тщетно. Причина раскрылась случайно, король вернулся с переговоров раньше времени и застал то, как его дражайшая супруга принимает не смертельную дозу яда вместе с лекарствами, которые исправно готовили лекари. Айкрон не мог поверить своим глазам, пинком распахнул приоткрытую дверь и кинулся к столику у кровати супруги. Женщина была сильно удивлена и опешила от происходящего, реакция была заторможенной из–за смеси яда и лекарств. Этой же ночью родился Райст. Было удивительно то, что яд не подействовал на него. Король был в ярости от поступка своей жены, стража заперла ее в отдаленном крыле поместья до разбирательства.

План были прост, но ритуал Выбора все поменял. Королева рассчитывала, что на троне будет другой ее поклонник. С ним у ее продолжался роман последние пару лет. Хотела подстроить отравление ее и не рожденного ребенка, с ней бы ничего не случилось, она хотела тем самым избавиться от короля, вызвав у него тяжелые душевные переживания.

После выяснения всех обстоятельств королеву лишили титула, наследия, сослали в дальнюю провинцию без права возвращаться, семья так же отреклась от нее. Несмотря на обстоятельства рождения, принц был здоров и полон сил, вырос очень увлеченным военным делом и дипломатией.

Ближе к вечеру стража донесла, что у границы видели всадника на вороном жеребце и путь всадника не подвергался объяснению. Подозрительного в этом было мало, но странного хватало.

До заката оставалось совсем немного времени, но сократить путь через чащу я не решилась, вполне успевала доехать до города до захода солнца и по дороге. Пустила коня в галоп, вдали уже виднелись городские ворота, которые при моем приближении гостеприимно распахнули без удостоверения личности и лишних вопросов.

– Похоже нас ждут, – похлопала коня по шее, спешиваться не стала, хотя того требовал этикет при посещении королевского двора.

На крыльце старинного большого двухэтажного поместья стоял мужчина средних лет в легких брюках и рубашке, сложив руки на груди. Взгляд его пронзительный, но заинтересованный, легкая ухмылка уголками губ, волосы собраны в хвост. Со всех сторон стали появляться люди, начиная от прислуги и заканчивая парами в дорогих одеяниях, все были удивлены, встревожены и заинтересованы одновременно тем, кто посмел приехать к королю верхом, когда других могла постигнуть участь лишиться головы за такое.

Метрах в пятнадцати от крыльца я остановила коня, собрала поводья в правую руку. Левой выудив из сумки амулет заказчика, бросила вперед. Мужчина поймал украшение налету, сжал в ладони на мгновение, потом раскрыл ее и внимательно осмотрел амулет, улыбнулся и расхохотался.

– Сделка принята, – громко сказал он, слегка склонив голову и выставив вперед левую руку, на запястье которой загорелся и погас символ. Такое заключение договоров было самым безопасным, но все же рисковым, цена договора и компенсация за невыполнение могли стоить жизни, а отказаться после заключения было нельзя. Лишь обоюдное решение могло аннулировать соглашение.

– Приятно с вами работать, Ваше Величество, – легко склонила голову, посмотрела на свое левое запястье, метка так же исчезла. Люди начали перешептываться, расспрашивая друг друга о происходящем. Можно быть уверенным, что к завтрашнему утру будет готова целая история о моем прибытии, личности, все в мельчайших подробностях.

– Спешивайся, – мужчина, наконец, спустился по мраморным ступеням и подошел к коню. – Вижу, ты действительно нашла его и не скормила трупоедам. У него тяжелый характер.