Солнце на закате

Он внимательно посмотрел на меня. И расхохотался.

— Окей, — сказал он. — Буду твоей феей-крёстной.

Под песни «Зверей», неумелое пение и хохот мы перерыли весь мой гардероб. Он доставал вещи, крутил их в руках, прикладывал ко мне, хмурился. «Нет, это слишком детское». «Это слишком тёмное». «Это — супер». Через полтора часа в зеркале стояла незнакомка. Чёрное платье с открытыми плечами. Кожаная куртка сверху. Ботильоны — неудобные, но красивые, а красота требует жертв. Волосы накручены и лежат крупными локонами. Глаза — тёмные, выразительные, скулы — чёткие. Я смотрела на себя и не узнавала.

— Ух, сестрёнка, — присвистнул Свят. — Мы с тобой перестарались. Теперь весь вечер придётся от тебя парней отбивать. Красивая.

Я повернулась и крепко обняла его.

— Спасибо, родной.— Стоп, только не реветь, — он мягко отстранил меня. — Ты у меня супер. Буду гордиться, что у меня сестра — такая красотка.— Я тебя обожаю.— Пошли. Откроем для тебя ночную жизнь.

В «РОКС» мы приехали к полуночи.

Клуб высился в темноте, как стеклянный корабль. Из приоткрытых дверей вырывались басы — низкие, утробные, они били прямо в грудь. Охрана на входе кивнула Святу как старому знакомому. Брат уверенно провёл меня внутрь, придерживая за плечо.

Ната с Ваней уже ждали. На подруге было бордовое платье с длинным разрезом — шикарное, взрослое. Я даже засмотрелась.

— Нат, ты выглядишь супер! — я обняла её и шёпотом спросила: — Волнуешься?— Ещё бы. Сильно.— А где Оля?— Она со своим парнем. Скоро придут.

Со своим парнем. С Максом. Я кивнула, будто это ничего не значило.

Вокруг Свята мгновенно собралась толпа. Парни жали ему руку, девушки висли на плечах — он отстранял их по очереди, спокойно, без интереса. В центре внимания он чувствовал себя как в ринге: собранный, лёгкий, неуязвимый.

— Дара, иди сюда! — он махнул мне. — Познакомьтесь. Моя любимая сестрёнка, Дарина.

Рыжий парень — тот самый, что поздравлял Свята с победой, — присвистнул.

— Вау, какая девушка. Настоящее сокровище. Костя.

Он взял мою руку и поцеловал. Галантно, но как-то слишком картинно. Парни вокруг с интересом разглядывали меня. Девушки — совсем наоборот.

— Никому не позволю обижать сестру, — заявил Свят. — Она сегодня тут принцесса.— Я могу быть рыцарем, — с серьёзным видом предложил Костя.— Кастян, — раздалось позади, — ты скорее на Кощея похож, чем на рыцаря.

Хриплый голос. Я вздрогнула. Он тоже здесь.

Богомолов стоял в двух шагах. Тёмные джинсы, белая рубашка облегала плечи. Дорогое пальто, серебряные часы на запястье. Волосы распущены, переливаются в свете неона. Выглядел безупречно. И только глаза — потухшие. В них поселилась тоска, которую он прятал за усмешкой.

— Богомолов, ты как всегда вовремя, — процедил Свят. — Хотел тебе как раз сказать: не подходи к Даре. Я не забыл твою выходку в раздевалке. Увижу подобное — убью.

— Солнцев, успокойся, — Макс даже не взглянул на него. Он смотрел на меня. — Не нужна мне твоя мелкая. Мне своих баб хватает.

Пощёчина. Словами. Я почувствовала, как внутри всё обрывается, и тут же разозлилась на себя за эту боль.

— Не переживай, Свят, — сказала я, глядя Богомолову прямо в глаза. — Я не подойду к этому хаму.

Он усмехнулся. Криво, горько. И ничего не ответил.

Костя предложил угостить меня соком — вовремя осёкшись с «коктейлем». Я отказалась. Мы с ребятами двинулись внутрь, на второй этаж, в VIP-зону.

Клуб был помпезным: кожаные диваны, мини-бар, подиумы с шестами, терраса с видом на ночной город. Мы заняли угловой столик. Свят принёс бутылку шампанского — «попробуй, но много не пей», — и ушёл к какой-то красивой девушке.

— А-а-а, ура, котики! — Оля возникла из ниоткуда с бокалом. — Мы в клубе! Поднимем бокалы за наш дебют! Сегодня ночь веселья! Ура!

Я сделала глоток. Пузырьки защекотали нёбо. Алкоголь ударил в голову теплом.

— Танцевать всем! — Оля потащила всех на танцпол.

Я спустилась вслед за ребятами. Музыка играла мелодичная — не быстрая, тягучая. Я закрыла глаза и начала двигаться в такт. Тело растворялось в ритме. На минуту стало легко. На минуту я забылась.

Чьи-то руки легли мне на талию сзади.

Я резко открыла глаза. Передо мной стоял парень — светловолосый, голубоглазый, с обворожительной улыбкой. Лет двадцати. Он двигался в такт музыке, слегка касаясь меня, и смотрел прямо в глаза.

— Влад, — представился он. — Как тебя зовут, малыш?— Дара. Я хотела...— Ты очень красивая, Дара. Меня притянуло к тебе. Извини, если задел. Подари мне этот танец.

Молодой. Красивый. Вежливый. Почти идеальный.

— Извини, я хотела потанцевать одна.— Такая красивая девушка не имеет права танцевать одна.— Она не одна. Не беспокойся.

Богомолов возник из ниоткуда. Я не заметила, как он подошёл. Просто секунду назад его не было — и вот он уже стоял между мной и Владом. Нагло. Уверенно. Его рука легла на мою талию — тяжело, горячо.

— Богомолов? — Влад удивлённо поднял бровь. — Я не знал, что вы...— Теперь знаешь.

Влад посмотрел на меня, потом на Макса. Кивнул и исчез в толпе.

Я хотела возмутиться — но не успела. Макс рванул меня к себе. Его ладони легли на мою талию. Плотно. Жарко. Я чувствовала его тело — грудь, дыхание, каждый мускул под тонкой тканью рубашки. Он был горячий, как печка. И пахло от него — гель для душа, кожа, что-то тёплое, мужское.

Медленно, сама того не замечая, я начала двигаться с ним в такт.

Его ладони скользнули по спине. Плечи. Шея. Он смотрел на меня — проницательно, глубоко, будто заглядывал внутрь. Мои руки легли на его плечи. Я коснулась его волос — мягкие, влажные после душа. Внутри всё переворачивалось.

Сейчас мне казалось, что надёжнее этих объятий нет ничего. Что он — мой.

Мысль резанула.

Оля. Брат. Вражда. Что я делаю?

Я оттолкнула его. Резко. Он не ожидал — пошатнулся. А я уже бежала сквозь толпу, расталкивая чужие плечи. Слёзы жгли глаза. От боли. От обиды. От того, что поняла окончательно: я влюбилась.

Терраса была пуста.

Апрельский ветер резанул по голым плечам. Холодно. Ещё слишком холодно, чтобы стоять здесь в одном платье. Но мне было плевать. Я глотала воздух, хваталась за стеклянные перила и пыталась не разреветься в голос.

— Чёрт, что я делаю? — прошептала. — Какая же я глупая.

Отошла в угол. Прижалась лбом к холодному стеклу. Зачем я танцевала с ним? Зачем так близко подпустила? Я сошла с ума. Точно сошла с ума.

Шаги.

Я узнала их сразу. Его шаги. Его запах. Он остановился у меня за спиной. Ничего не говорил. Просто стоял. А потом его рука легла на мои волосы — нежно, едва касаясь.

— Малыш, — его голос прозвучал хрипло, тихо. — Тише. Я здесь. Слышишь? Я с тобой.

Слёзы хлынули с новой силой.

Он прижался ко мне со спины. Обхватил руками. Я почувствовала его тепло — даже сквозь куртку. Меня трясло. От холода. От эмоций. От него.

— Прости меня, малыш. Только не плачь. Я этого не стою.

Его голос был тихим, нежным, родным. Он наклонился к моей шее. Вдохнул. Замер. И прижался горячими губами — поцеловал. Раз. Ещё раз. Выше. Ещё выше. К уху.

— Дара... — он сжал меня сильнее.

Мы застыли. На минуту. На вечность. Время оборвалось.

Когда я снова смогла дышать, то спросила только одно:

— Зачем?

Он развернул меня к себе. Взял моё лицо в ладони — большие, горячие, чуть шершавые.

— Зачем ты здесь? Зачем это всё? Зачем?— Я не знаю, малыш. Не знаю.— Ты ненавидишь моего брата.— Да. Наверное, да.— Ты встречаешься с Олей. Она моя подруга.— Да.— Тогда зачем? Зачем ты здесь? — голос сорвался на крик.— Я не знаю! — он сжал моё лицо сильнее. — Я не хочу этого знать!

Его лицо приблизилось. Губы — в сантиметре от моих. Я почувствовала его дыхание.

— Нет! — закричала я. Оттолкнула его. — Нет, Богомолов! Ты не имеешь права так поступать со мной! Ты — идиот! Самовлюблённый баран, который думает, что все девушки мира в него влюблены! Нет! Уходи к Оле, она тебя ждёт! А ко мне не смей подходить! Слышишь? Не смей!

Он смотрел на меня. Грудь вздымалась. Желваки ходили.

— А я один виноват? — закричал он в ответ. — Я — гад, а ты — святая невинность? Ты сама стояла здесь со мной! Сама танцевала со мной! Тогда сама скажи — зачем это всё?— Я не знаю! Я не хочу знать!— Дара!— Прощай.

Я ушла. С этой террасы. Из этого клуба. Из этой истории.

Меня не интересовала вечеринка. Хотелось одного: уехать. Сбежать. Забыть его лицо. Забыть поцелуи на шее. Забыть всё.

— Сестрён, с тобой всё хорошо? — Свят возник рядом. Нахмуренный, встревоженный.— Да, Свят. Всё хорошо. Я хотела вызвать такси и поехать домой.— Окей. Устала? Пойдём, выйдем на улицу.

Мы вышли, не прощаясь. У входа ещё стояли люди. Чуть правее — Влад.

— Владя, привет! — окликнул его Свят. — Не видел тебя сегодня. Уезжаешь?— Приветствую. Да, домой поеду. Настроения нет, — он посмотрел на меня. — О, а я смотрю, ты у Богомолова девушку увёл?— Что? Никого я не уводил. Ты про Ольку?— Это? — Влад кивнул на меня.— Это моя сестра, Дарина.— Сестра?! — он выдохнул. Кажется, с облегчением.