Полная версия
Закон всемирного тяготения
Пещера снова раздвоилась, но к счастью, веревка показала, что существо зашло в левый проход. Дойдя до стрелы, я увидел, что впереди снова расширение пещеры и выход в очередной каменный зал. Не заблудиться бы тут. Кислорода осталось на час двадцать. Вышел из прохода. Первым делом я осмотрел потолок, до которого в самом высоком месте было метров пять-шесть. Вдалеке помещение заметно сворачивало влево. Я осторожно шел вперед, постоянно озираясь. Справа очередной тоннель, уходящий крутым откосом вниз. И куда мне идти?
– Жорж!
Черт возьми…
Я подошел к откосу. Обернулся. Так, обратно мне в этот тоннель, и я выйду туда, где на Жоржа напало это нечто, а из него… кажется, налево к слизням и батискафу. Налево? Или направо? Ладно, там на месте и смекнем.
Сполз по откосу. Тоннель вел меня в очередную огромную полость, из которой было несколько новых коридоров разного размера, от пятидесятисантиметровой расщелины в стене до трехметрового свода, уходящего в черную даль. Скорее всего, каждый из этих проходов дальше ветвился, и те, в свою очередь, тоже ветвились, подобно фракталам. Я понимал, что если начну проверять их, то потеряюсь тут. Пошел вперед.
– Жорж!
Тишина.
Снова огляделся. Черт! Где этот откос? Вроде… вон он. Или нет? Я вернулся. Да, он самый. Пожалуй, надо вылезти отсюда.
Оказавшись в предыдущем зале, я все же решил идти по основному самому широкому пути и никуда не лазать. Если предположить, что эта тварь могла с любой вероятностью побежать в каждом из направлений, то логичнее идти по самому удобному маршруту. Это напомнило мне историю с потерянными ночью ключами, когда человек искал свои ключи под фонарем. У него спросили: «Ты потерял ключи под фонарем?» Он сказал: «Понятия не имею, где я их потерял, но тут хотя бы есть шанс их увидеть».
Я дошел до поворота. За поворот заглянул очень осторожно и первым делом осмотрел потолок. Никого. Проход заметно сужался и превращался снова в обычный тоннель, которых тут неимоверное множество. Хотя бы нет новых разветвлений.
– Жорж!
Пошел дальше. В голове прокручивал обратный путь. Решил, что буду искать Жоржа, пока воздуха не останется на тридцать минут.
* * *
Тоннель петлял змеей. Больше десяти минут я брел по нему, а он все не кончался каким-нибудь новым просторным помещением, разветвлением или даже тупиком. Местами тоннель становился чуть уже, местами шире. Кислорода оставалось на пятьдесят восемь минут. Нога снова разнылась.
– Жорж!
* * *
Чувство безысходности начало заполнять мой разум. Насколько рациональным было решение искать в подземной пещере-лабиринте Титана человека, которого утащило местное хищное создание? Будто сам не свой я шел дальше, уже ни на что не надеясь. Ждал, когда показатель кислорода приблизится к тридцати минутам, чтобы развернуться и пойти обратно.
* * *
Время вышло. Я стоял в неизвестно каком по счету зале, заканчивающимся очередным проходом в другой точно такой же зал. Кислорода было на двадцать минут. Если сюда я шел осторожно, осматривая стены и потолок, то назад я уже несся со всех ног, шлепая подошвой по скользким камням. Бежал и в фазе полета преодолевал несколько метров. Из-за низкой гравитации планировать остановку во время бега приходилось заранее, ведь инерция тут выше, чем на Земле, а значит, можно не рассчитать и врезаться в стену. Боль в ноге стала сильнее, но выбора не было, надо терпеть. Продолжал периодически звать Жоржа, хотя в этом уже не было смысла, я все равно не успею его спасти. Надо выбираться самому. Кислорода оставалось на восемь минут. Я почти добрался до помещения, откуда утащили Жоржа, и тут вдруг услышал:
– Юра! Помоги!
– Жорж!
– Перчатка, она почти растворилась! Мне больно!
– Жорж! Прости, я не смогу помочь тебе, прости меня!
– Не бросай меня, Юра! Я не хочу, чтоб все закончилось вот так вот!
Ком подкатил к горлу. Я сделал все, что мог.
– Юра! Рука горит! Он переварит меня заживо! Не бросай меня!
– Я не могу, не могу! Прости!
– Юр… я… – из-за помех я не мог ничего разобрать, – домой… прошу! Я…
Не в силах слушать крики Жоржа, я выключил микрофон. Через семь минут я начну задыхаться. Еще надо как-то выплыть отсюда!
Бежал со всех ног. Руки мои затряслись, а из глаз брызнули слезы. Слизни к моему возвращению снова заползли на потолок. Под ними я прошел медленно. Добрался до батискафа, и, вместо того, чтоб запрыгнуть в него и на полном ходу помчаться к поверхности, я вдруг остановился. Безвольно стоял и плакал. Кислорода оставалось на шесть минут.
Не знаю, что заставило меня это сделать, но я совершил самый безрассудный и иррациональный поступок, который только можно было сейчас сделать – я побежал обратно в то место, где появилась связь. Добравшись, я включил микрофон.
– Жорж!
– Юра! Помоги!
– Жорж! Я тут! Попробуй описать, куда оно тебя отволокло!
Жорж тяжело дышал.
– После коридора мы вышли в зал, а потом оно скатилось куда-то вниз! А дальше забилось в какую-то щель! Юра! Умоляю, не оставляй меня!
Я рванул что есть мочи к тому откосу, у которого был более часа назад. Бежать было недалеко, буквально один коридор. Связь снова пропала. Добравшись, я кинул взгляд на таймер – четыре минуты. Я осознал, что уже не выберусь отсюда. Да и черт с ним! Все равно помирать!
Чуть ли не кубарем я скатился вниз. Протиснулся в щель. Продвигался, шаркая плечами о стены. Увидел за очередным поворотом слабый свет фонаря Жоржа. Свой фонарь я выключил. Не было смысла и времени что-то планировать. Выйдя из узкой щели, я оказался в небольшой полости. Выставив перед собой гарпун, я с криком бросился на тварь, а она бросилась на меня!
24. Реинкарнация
Крыша буровой промялась, а по стеклопакету пошли трещины. Щупальца сжимали кабину все сильнее. Мингли и Стив сидели на переднем ряду. Стив включил лампочку на потолке.
– Саид! Меня слышно?! – спросил Мингли.
– Слышно, – раздался голос из динамика, – я бегу к базе! Меня не преследуют!
– Саид, если мы погибнем, ты должен…
– Я все знаю, – перебил археолог, – я все сделаю как надо!
– Пистолет твой, я так понимаю, тоже в шатре остался? – спросил Мингли у Стива.
– Да, но какой от него толк? Ты посмотри, какие они огромные!
Стив уставился на щупальце, часть которого проходила по лобовому стеклу.
– Заводи машину! – воскликнул Стив. – Прогреемся и попробуем ошпарить эту сволочь!
Мингли нажал кнопку пуск, и бесшумный электромотор приступил к обогреву буровой.
* * *
Саид бежал, с каждым прыжком преодолевая более двух метров, и скорость его составляла около десяти километров в час. Археолог тяжело дышал, неся на себе костюм и оборудование массой двенадцать килограммов, но здесь это ощущалось в семь раз легче. Двигался Саид в приблизительном направлении ракеты. Свет прожектора, который Юра оставил включенным на базе, скрывала густая атмосфера и дождь. Археолог мыслил так: «Как окажусь на расстоянии в пару километров, дождусь молнию, вдали мелькнет база, и я скорректирую курс». Слушал разговор Минги и Стива в общем чате, но сам ничего не говорил, чтобы не сбить дыхание.
Через пятнадцать минут Саид все же решил передохнуть. Остановившись, он сделал обогрев костюма чуть слабее. Уперев руки в колени, в полусогнутом состоянии стоял он и пытался отдышаться, глядя в круг света под ногами. Вскоре Саид распрямился и увидел вдали молнию, а точнее лишь ее слабый блеск, который кое-как продрался через густой метановый ливень.
– Вы прогрелись? – спросил археолог.
* * *
– Да, – ответил Мингли.
Существо (а может, и существа, изнутри было не разобрать, сколько их там оплетают буровую), до этого сжимающее кабину, начало медленное движение. Мингли и Стив смотрели, как ползут щупальца, смещаясь назад к кузову.
– Ага, – сказал Стив, – не нравится им.
Вскоре космонавты увидели через лобовое стекло море. Огромный осьминог уже скрылся в пучине жидкого метана. Буровая из-за перевеса начала медленно вставать на дыбы, так что кабина приподнялась на несколько метров, и спустя мгновение все замерло в таком положении.
– Выскочим и рванем за Саидом?! – взволованно произнес Стив.
– Нет! – раздался голос археолога. – Я видел, с какой скоростью они набросились на шатер! Сидите в буровой!
– Долго мы тут не продержимся, – сказал Мингли, – кислорода на пару часов.
– Сидите сказал! – крикнул Саид. – Эти штуки лишь кажутся неуклюжими!
– Пока сидим, – ответил капитан.
* * *
Отдышавшись, Саид продолжил путь. Перепрыгивая ледяные камни, он мчался практически со скоростью буровой машины. В земных условиях, даже учитывая прекрасное здоровье археолога, он не смог бы поддерживать такой темп, но тут в условиях низкой гравитации бег казался чуть ли не полетом.
Когда сверкали молнии, Саид, напрягая зрение, пытался уловить вдали силуэт разрушенной базы, но гроза и капли на стекле шлема сильно ухудшали видимость. Сердце бешено колотилось, а пот стекал по вискам. Через двадцать минут Саид остановился. Он высчитал приблизительный путь, который проделал. Получилось около пяти километров, что составляло чуть менее половины маршрута.
Жажда дала о себе знать еще через десять минут бега. К этому моменту археолог был уверен, что преодолел большую часть расстояния и вскоре в очередном блеске молнии должен вдали разглядеть возвышающиеся над равниной контуры «Титана-1».
Гироскопический компас остался в шатре, который разорвали осьминоги. Другие компасы были встроены в буровую и ровер. Еще несколько штук валялись на складе. Невзирая на жажду и теперь уже усталость, Саид прибавил скорость. Казалось, спешить ему было некуда, ведь можно и пешком дойти, но у археолога был свой план по спасению Мингли и Стива.
* * *
– Интересно, как там Гречкин и Жорж, – произнес Стив.
– Лучше бы им пока не всплывать, – ответил Мингли.
– Если они вообще еще живы.
– Кажется, я вижу прожектор, – с сильной одышкой прозвучал голос Саида.
– Отлично! – радостно воскликнул капитан.
– Да, до него примерно километр, бегу, – задыхаясь, процедил археолог.
* * *
С каждой минутой свет прожектора становился все ярче. Последние пятьсот метров археолог прошел пешком, потому что силы все же его покинули. Первым делом он включил свет на улице. Постоял с полминуты, приводя в порядок дыхание, а потом зашел в геомодуль. Взял бутылку и сел на пол. Задержал воздух, снял шлем и принялся жадно глотать воду. Напившись, он надел шлем обратно. Завалился на бок.
Саид резко подскочил, увидев краем глаза за окном движение фонаря.
– Тут кто-то ходит, – прошептал он.
– Что?!
– Тихо, говорите шепотом.
Археолог выключил налобный фонарь, пока крался к окну. Дрожащей рукой он снял с пояса трехзарядный пистолет, когда увидел измазанного кровью человека, идущего со стороны склада. Одет он был в желтый скафандр экипажа «Титана-1».
– Саид, – шептал Мингли, – да что там у тебя такое?
– Кажется, это Леонардо.
Саид незаметно выглянул в окно. Когда человек подошел к модулю, археолог бросился к двери и запер ее.
– Может, у тебя галлюцинации? – предположил Стив.
– Понятия не имею, – ответил Саид, – все возможно.
Стоя у выхода, он увидел, как вспыхивает красная лампочка, показывая, что кто-то пытается открыть дверь снаружи. Археолог прицелился в сторону двери.
– Что тебе надо?! – крикнул он.
– Саид! Это я, открой! – раздался голос Леонардо.
– Слышали? – тихо спросил Саид у коллег.
– Да! Не открывай! Это не может быть Леонардо! – воскликнул Стив. – Мы с Юрой нашли его уже мертвым. Потом он несколько дней пролежал на улице в замороженном состоянии.
– Саид! Открой, у меня обогрев на костюме почти сел! – кричал геолог.
Археолог попятился, не отводя оружие от двери.
– Саид! Я тут замерзну! Открой!
– Не открывай! – произнес капитан.
– Я что, идиот, по-вашему?! – злобно процедил Саид в микрофон. – Мертвеца впускать буду?
– Саид! Твою мать! – кричал Леонардо. – Через пять минут батарея на скафандре полностью разрядится! Открой эту чертову дверь!
– Как ты объяснишь свое появление здесь?!
– Как? Ты издеваешься? Мы два года сюда летели! А как ты объяснишь, что ракета взорвана?! И где все остальные?!
– Ты был мертв! – крикнул Саид. – Я лично видел твой окоченевший труп!
– Что ты несешь?! У тебя крыша поехала, старый ты черт! Открой дверь!
– Где Данте?!
– Он напал на меня! Он пытался меня убить! Саид! Или ты впускаешь меня, или я разрежу модуль! Я клянусь, я это сделаю! Это последнее обогреваемое помещение! Ракета уничтожена, буровая и шатры куда-то делись! Открывай, или мы замерзнем оба!
25. Герои
– Саид, оружие при тебе? – спросил Мингли.
– Да.
– Он может быть опасен. Слишком многое на кону, – сказал капитан, – нельзя рисковать. Надо его…
– Я понимаю, – ответил Саид, – да… придется. Все равно нам осталось недолго.
– Впусти его и потом стреляй.
– Да.
Сосредоточившись, археолог медленно подошел к двери.
– Хорошо, я открою! – крикнул он.
– Ну наконец-то. Сообразил. Давай быстрее! И что тут произошло?! Почему я ничего не помню?!
Саид встал сбоку от входа в шатер. Отпер замок и быстро отскочил в угол комнаты стабилизации, чтобы, когда Леонардо войдет, оказаться слева от него. Выставив пистолет перед собой, держа его двумя руками, археолог затаил дыхание и прицелился.
– Главное, не попади в шатер, – сказал Мингли.
Дверь отъехала в сторону, и, как только голова Леонардо показалась в проеме, Саид нажал на курок.
«БАХ!» – раздался громкий хлопок, и брызги крови полностью заляпали внутреннюю поверхность скафандра геолога. Тут же обмякнув, он, будто тряпичная кукла, повалился на пол.
– Готово, – тихо произнес Саид.
Мингли ничего не ответил. Саид на всякий случай перемотал руки и ноги Леонардо изолентой, а потом отнес тело на улицу. Положил его неподалеку от входа на видное место, чтобы, если вдруг он снова вздумает воскреснуть, это не стало неожиданностью.
Вернувшись в шатер, археолог надел новый скафандр, а старый поставил на зарядку. Потом поменял кислородный баллон, закинул в рот немного тушенки, запил водой и вышел на улицу. Подключенный к генератору ровер был полностью заряжен. Саид, следуя своему плану, подогнал планетоход ко входу в геомодуль. Вынес пятилитровую пластиковую тару с водой и положил ее в обогреваемый багажник машины. Второй ходкой он взял четыре запасных кислородных баллона.
– Я возвращаюсь к вам, – произнес Саид в микрофон.
На протяжении обратного пути Мингли и Стив сначала ругались на Саида, потом возмущались, потом вежливо отговаривали его ехать к ним, обосновывая это тем, что если погибнут все и данные не будут отправлены на Землю, то их смерти окажутся напрасны, и что думать надо в первую очередь о науке, а не об отдельной человеческой особи.
Саид несся с опасной скоростью в двадцать километров в час, рассекая лучами фар зловещий метановый ливень и тьму. Он подлетал на маленьких камнях и объезжал крупные валуны, еле успевая крутить руль. Если бы археолог не был пристегнут, то после наезда на очередной ледяной булыжник с огромной вероятностью вылетел бы из открытой кабины ровера.
* * *
Вокруг все было как в тумане. Тело сковано. Вверх ногами я висел внутри густого киселя, в котором каждое движение давалось с неимоверным трудом. Сквозь прозрачное тело существа, поглотившего нас, я видел в луче света смазанный каменный пол, будто кто-то расфокусировал изображение. Нелепо извиваясь, я пытался вернуть себя в привычное вертикальное положение, но не мог этого сделать. Из динамика раздавались стоны Жоржа. Я схватился за ногу биолога и, медленно перехватываясь, прилагая немыслимые усилия, начал перебирать руками по его телу. Мне удалось перевернуться.
– Нам конец, – прошептал Жорж.
Кислорода оставалось на три минуты. Жоржу я ничего не ответил. Вот он – мой гарпун! Как в замедленном воспроизведении, я тянулся к оружию, и в этот момент все вокруг начало вертеться. Мы оказались будто в центрифуге. Стены и пол ожили, и шероховатые текстуры их побежали влево, вправо, вверх и вниз! В этом дьявольском водовороте я держал в фокусе свое оружие, а вокруг него все вертелось, кружилось. Существо несло нас вглубь пещеры.
Невзирая на тряску, я умудрился схватить гарпун. Уперев ноги в Жоржа, я разогнул колени, толкая стрелу зазубренным лезвием вперед, рассекая плоть зверя. Хищник рухнул. Вращение ускорилось, но теперь мы вертелись на месте. Мембрана его издавала нечленораздельные звуки. Я слышал свой голос и голос Жоржа, какие-то фырканья и свист. Возможно, это были звуки животных, которых это существо поглотило и заживо растворило до нас. Я резал его изо всех сил! Пилил и кромсал внешний покров этой гадкой твари! Слизь вытекала на камни.
Как остановился этот адский аттракцион, я не понял. Я осознал происходящее, уже когда наполовину торчал из трупа нашего палача. Жорж высунул сначала одну руку, потом вторую и, кажется, застрял. Я вылез и, не мешкая, вытянул биолога. Кислорода оставалось менее чем на одну минуту. Тыльная сторона костюма на предплечье Жоржа полностью растворилась. Я видел ожоги на его руке от кисти до локтя.
– Ты как? – спросил я.
Жорж стоял на четвереньках.
– Жить буду.
– У меня кислород закончился.
– У меня еще на двадцать минут.
Жорж сел рядом, снял шлем и наклонил его к моему лицу. Я присосался губами к трубке подачи воздуха на его скафандре и сделал глубокий вдох. Жорж надел шлем обратно.
– Ты знаешь дорогу? – спросил он.
Я кивнул.
– Веди.
* * *
Мы всплывали. Каждую минуту я делал вдох из баллона Жоржа. Связь начала восстанавливаться, и мы слышали обрывки фраз наших коллег: «…почти доеха... Вижу... выливаю и как только… вы разворачиваетесь и... к базе. Поняли. …я буду ждать Юру и Жо… кислорода на два... Осталось… не более… значит, пока не погибли…»
– Мингли! – кричал в рацию Жорж. – Мы поднимаемся! Мы живы!
– Жорж! Юра! – ответил Саид – …опасно… …сьминог…
– Осьминог? – произнес биолог.
– …на берег! – кричал Стив.
Когда до поверхности оставалось двадцать метров, связь наладилась полностью.
– Жорж, Юра! Прием, как слышно?! – спросил Мингли.
– Слышно хорошо. Мы всплываем, – сказал Жорж, – мы оба ранены. Костюмы разгерметизированы. Нам нужна помощь.
– Как всплывете, на берег не выходите! – приказал Мингли.
Вопросы отпали, когда мы увидели стоящую на дыбах буровую и огромное количество черных щупалец, овившихся вокруг кузова, а рядом находился, кажется… Саид? Из-за темноты я не мог разглядеть.
– Я лью! – услышали мы голос нашего археолога.
Да, очевидно, это Саид. Он держал канистру.
– Давай! – ответил Мингли.
Саид выплеснул воду из пятилитрового баллона на осьминога и тут же бросился прочь. Похоже, перед этим археолог срезал ножом верх пластиковой емкости, отчего вода вылилась в один мах. Ошпаренное животное, извиваясь, сползло на грунт. Оно помчалось в нашу сторону, а я, только что набрав новую порцию воздуха в легкие, чуть резко не выдохнул его, когда пытался судорожно развернуть батискаф, чтоб отплыть с траектории взбесившегося огромного зверя. Осьминог за несколько секунд преодолел тридцать метров и прыгнул в море возле нас. Раздался шум удара по жидкому метану. Батискаф снесло на несколько метров волной. Буровая опустилась на все восемь колес. Второй осьминог исчез из поля зрения. Судя по крикам в чате, хищник погнался за Саидом.
26. Мертвецы
Археолог, позабыв о низкой гравитации, разогнал ровер до скорости двадцать километров в час. Морское создание, перекатываясь и шлепая щупальцами по мерзлому грунту, преследовало жертву. Саид мельком оглянулся и понял, что еще мгновение и тварь достанет его! Что там кричат в микрофоны его коллеги, он не осознавал. Сердце бешено колотилось. Между осьминогом и ровером оставалось несколько метров.
Саид продолжил ускоряться, и вот уже он мчался на скорости сорок километров в час. Авария была лишь вопросом времени. Саид трясся, подскакивал и бился головой и плечами о рамы кабины. Кое-как он крутил руль, пытаясь объехать крупные камни, а на мелкие перестал обращать внимание. Стоял жуткий грохот от скачущего по неровностям планетохода. Несколько раз ровер подлетел более чем на метр, но смог приземлиться на все четыре колеса. Не успев объехать очередной валун, археолог налетел на него правым передним колесом, и машина взмыла вверх, сделав несколько оборотов по продольной оси. Транспорт упал на крышу. Археолог, не мешкая, выполз из кабины. Хотел бежать, но понял, что преследователя нигде нет.
Вскоре вдали показались фары буровой.
* * *
Я сидел на заднем сиденье возле окна. Смотрел на сверкающие вдали молнии. Слева от меня находились Жорж и Саид, Мингли за рулем, а Стив передо мной. Ехали медленно – километров восемь в час. Из-за разгерметизации скафандров печка работала на полную. Перед тем как уехать, мы вернулись к разорванному шатру, собрали драгоценные кислородные баллоны и заменили ими использованные всем, кроме Саида. Баллоны из ровера тоже не забыли. Сам ровер решили бросить, как и батискаф.
Жорж закатал потрепанный рукав, чтобы ткань не касалась места ожога. Нога моя немного успокоилась, осталось лишь легкое покалывание. Стив обещал подлечить нас по возвращении. Когда коллеги спросили, кто нас так потрепал, мы с Жоржем не стали рассказывать, а предложили им самим все посмотреть, когда вернемся на базу. Все, что произошло в море, мы смогли записать. Я думаю, когда на Земле это увидят, то будут в шоке. Хотя от ожившего Леонардо они будут в шоке вдвойне. На эту запись нам с Жоржем тоже не терпелось посмотреть. На вопрос «как он мог ожить?» никто из нас не смог выдвинуть вообще никакой теории, даже самой невероятной.
Да уж… ну и поездочка выдалась…
* * *
До базы оставалось двадцать минут.
– Зачем осьминоги напали на нас? – спросил Саид. – Если у них другая биохимия, то какой смысл нас есть?
– Я думаю, что те, которые поменьше, – это самки, – сказал Жорж, – а огромный – самец. Мы с Юрой, к сожалению, его не видели полностью, как вы, но, судя по щупальцу, на которое мы наткнулись на дне, осьминог этот в размахе достигает пары сотен метров. Вероятно, это крайне агрессивный вид животных. Не забывай, животное может нападать не только для того, чтоб съесть.
– Как они могли вымахать до таких размеров? – спросил Стив. – Я понимаю, что гравитация тут низкая, поэтому существа могут быть огромные, но как им прокормиться?
– У меня есть гипотеза на этот счет, – ответил биолог, – эти создания не просто так лежат на источниках газа. Я думаю, что они получают от него энергию.
– В их телах есть что-то типа газовой электростанции? – уточнил я.
– Да, вполне себе. Биоэлектростанция. Это бы объяснило их размеры, потому как морская фауна тут крайне бедна. Но всегда надо учитывать тот факт, что мы многого не знаем. Мы осмотрели лишь прибрежную зону в маленькой области, а это море тянется на сотни километров.
– А что это был за газ? – спросил Мингли.
– Сомневаюсь, что мы теперь уже узнаем.
– Может, они просто им дышат? – сказал Саид.
– Может, и просто дышат, – улыбаясь, ответил биолог, – но моя гипотеза с газовой биоэлектростанцией внутри их тела более изящная.
* * *
Мы добрались до шатра. Первым делом Стив обработал нам с Жоржем раны и дал обезболивающее. Переодев скафандры, мы все вышли на улицу и подошли к телу Леонардо. Если осьминоги, слизни, пауки и прочие обитатели Титана логически вписывались в окружение, то воскрешение геолога казалось нам чудом. Стив сел на корточки возле вновь окоченевшего трупа.
