Мифы о женщинах Средневековья. Регентши и трубадуры, пираты и еретички

Мы можем предположить, что молодой герцог встретился с отцом избранницы в 1048 году в городке Санлис, где оба поставили свидетельские подписи на королевской хартии. Граф Балдуин отнесся к сватовству благосклонно. Нормандские рыцари Вильгельма были лучшими воинами в Европе и могли принести пользу Фландрии в ее соперничестве с германскими императорами. Вильгельму же было выгодно породниться с девушкой из знаменитого семейства, находившегося в родстве с королями Франции.

Быстрое сватовство Вильгельма породило миф, который приобрел популярность в позднем Средневековье. Согласно легенде, когда Матильда услышала о том, кто попросил ее руки, она заявила, что никогда не выйдет замуж за бастарда. Конечно, слух о заносчивости девушки достиг ушей герцога, и он решил проучить гордячку. Когда Матильда выходила из церкви в городе Брюгге – столичном городе Фландрии, – Вильгельм напал на нее, повалил на землю и оттаскал за косы. Согласно другому варианту этой легенды, Вильгельм подстерег свою потенциальную невесту на охоте и сбросил с коня. В итоге дочь герцога передумала и заявила, что не выйдет замуж ни за кого, кроме герцога Нормандии.

Легенда о грубом сватовстве впервые зафиксирована в тексте Турской хроники, написанной спустя почти двести лет после описываемых событий. Современному человеку она покажется в высшей мере странной. Во-первых, такое поведение по отношению к девушке, отец которой был едва ли не самым могущественным феодалом в регионе, в лучшем случае привело бы к отказу от брачных планов, а в худшем – к войне. Во-вторых, анахронизмом выглядит упрек Матильды в незаконнорожденности жениха. Чтобы понять отношение современников к происхождению герцога, нам придется вернуться на несколько столетий назад, в те годы, когда на жителей Европы наводили ужас набеги прямых предков Вильгельма – викингов.

В 911 году отряд скандинавов под предводительством Роллона Датского захватил часть побережья королевства франков – ту самую, которая войдет в историю под названием Нормандия («земля людей с Севера»). В отличие от других отрядов, которые захватывали добычу и уходили, люди Роллона прочно закрепились на франкской территории.

Возникла уникальная ситуация: территорию будущего герцогства Нормандии заселили мужчины, жены и семьи которых оставались в Дании и Норвегии. Обосновавшись на новом месте, скандинавы брали себе наложниц из местных женщин. Конкубинат (то есть наличие одной или нескольких наложниц, помимо супруги) был широко распространен в раннесредневековых германских королевствах, а в Скандинавии и Нормандии это явление сохранялось гораздо дольше. После рождения детей конкубина, как правило, получала собственный дом и надел, которые позволяли воспитывать потомство до той поры, пока сыновей не забирал к себе отец. Родичи нормандских наложниц извлекали выгоду из сложившихся союзов, поскольку это позволяло породниться с новыми господами своей земли, а статус и репутация таких женщин практически ничем не отличались от положения жены. Многие конкубины впоследствии удачно выходили замуж вторично – именно так поступила Герлева, наложница герцога Роберта I Великолепного, мать герцога Вильгельма. Герлева и ее второй супруг, рыцарь Эрлуин де Контвиль, неизменно находились в числе приближенных будущего Завоевателя. Их сыновья Одон и Роберт стали ближайшими и самыми верными сподвижниками герцога Вильгельма: Одон – на епископской кафедре города Байе, а Роберт, получивший титул графа Мортена, – в бою.

Итак, бо́льшая часть знатных нормандских семей происходила именно от союзов викингов и их конкубин. Понятие законнорожденности станет в полной мере значимым для средневекового общества только тогда, когда в этом обществе прочно утвердится представление о единственном и нерасторжимом христианском браке. Это произойдет, как уже отмечалось выше, лишь в конце XII века, то есть через сотню лет после смерти Вильгельма Завоевателя. К слову, никто из современников не осмеливался назвать его бастардом: это прозвище появится в более поздних исторических текстах.

Единственное, что мы достоверно знаем о сватовстве герцога Нормандии к дочери графа Фландрии, – жених и отец невесты ударили по рукам. Молодые вступили в брак в 1051 году без позволения римского престола. Этого позволения они добились лишь несколько лет спустя. Невеста не принесла с собой приданого в виде земель, но благодаря ей потомок викингов смог на равных вести политические игры с древними семействами, возводившими род к самому Карлу Великому.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Notes

1

Варварские правды (лат. leges barbarorum – «законы варваров») – условное наименование сводов обычного права германских племен (вестготов, бургундов, франков и др.) в период становления раннефеодальных государств (V–XI века). На русском языке называются «правдами» по аналогии с Русской Правдой. Известны, например, Салическая правда, Баварская правда и др. (в зависимости от названий племен, которые их использовали). Прим. ред.

2

Эдикт Ротари // Шервуд Е. А. Законы лангобардов. Обычное право древнегерманского племени. (К раннему этногенезу итальянцев). М., 1992. С. 35.

3

На полях замечу, что в средневековой Европе не существовало специфических «свадебных» цветов одежды. Для жениха и невесты шились максимально яркие и богато украшенные одеяния из дорогих тканей. Элементы свадебного гардероба они впоследствии надевали по торжественным случаям, а женщины нередко передавали свои наряды по наследству дочерям. Вообще, все убранство, одежды и музыка на свадебном пире должны были рождать мысли о цветении и плодородии. Обычай надевать на свадьбу белое платье появился лишь в середине XIX века, после того как королева Англии Виктория надела наряд именно такого цвета на свое венчание с принцем Альбертом. Здесь и далее прим. авт., если не указано иное.

4

Сто́ла – часть облачения католического священнослужителя, представляющая собой узкий длинный кусок цветной ткани. Носится на шее и символизирует агнца, которого Добрый Пастырь взял на плечи.

5

В средневековой культуре кольцо было прежде всего символом власти (поэтому неслучайно именно кольца власти фигурируют в романах Дж. Р. Р. Толкина). Так, принимая у вассала присягу на верность, сеньор дарил ему кольцо. Конечно, кольца использовали и как знак любви и часто преподносили во время ухаживаний.

6

Руодлиб // Двойной венец. Эпос и драма латинского Средневековья в переводах М. Л. Гаспарова. М., 2012. С. 170.