Красивый, зараза! Как приручить наглого мага

Вот тут я перестала улыбаться.

– Совесть у меня как раз есть. Поэтому я обычным людям постоянно помогаю. Тем, которые не могут решить свои проблемы магией, зельями или амулетами. Пожилой соседке продукты таскаю. Парнишке из соседнего подъезда бесплатно математику помогала подтягивать, потому что мать у него на двух работах, а репетитора нанять не было возможности. И что-то я там ни разу не замечала добрых магов, которым есть дело до обычных людей.

В кабинете стало тихо. Даже директор как-то сдулся. Велизар стиснул зубы, осознав, как нелепо звучали его обвинения.

И всё же сдаваться он не желал.

– Не надейся, что я оставлю тебя в покое, – пробурчал он, а в следующий момент резко схватил меня за руку, потянул к стене и буквально пихнул вперёд. Я только успела возмущённо зашипеть, как перед глазами вспыхнул свет.

Через миг я оказалась в том самом переулке. Одна.

На улице уже сгустились мягкие сумерки и, видимо, недавно прошёл дождь, поскольку асфальт был мокрым, как и стена, из которой я только что выпала.

Я потрогала кирпичи. Не знаю зачем. Наверное, чтобы окончательно убедиться в том, что это не иллюзия.

А потом пожала плечами и пошла домой.

Глава 5

Поднимаясь по лестнице в свою небольшую квартирку, расположенную под самой крышей старой девятиэтажки, я думала обо всём, что сегодня со мной произошло.

Маги существуют. Порталы существуют. А ещё есть какие-то чудовищные горгульи и, возможно, другие жуткие существа.

Дома я заперла дверь, набрала горячую ванну с пеной и минут десять смотрела в потолок, а после вылезла, выпила чашку успокаивающего чая с ромашкой и... завалилась спать. День всё-таки был очень непростой.

Удивительно, но уснула я быстро под звук снова накрапывающего снаружи дождя. Однако спалось мне плохо. То казалось сквозь сон, что кто-то скребётся в окно, то мерещились шаги по крыше.

Утром я проснулась разбитая, недовольная и твёрдо решила больше не думать о магах. Мне вообще-то на работу надо. Там всё просто: клиенты, отчёты, планы, начальство, обещанное повышение. И никаких горгулий.

В тот момент я даже не подозревала, какие сюрпризы готовит мне этот день.

До работы я всегда ходила пешком, поскольку любила прогулки по свежему воздуху и терпеть не могла общественный транспорт. А ещё после вчерашнего хотелось проветрить голову. Желательно так, чтобы оттуда выдуло сияющие порталы, светящихся паразитов и одного синеглазого нахала с манией величия.

Первые десять минут всё шло почти нормально. Город просыпался, машины сигналили на светофорах, сонные люди тащились по своим делам, кто-то ругался у кофейного киоска, требуя латте без чего-то там, а я шагала по тротуару и старательно думала о работе и скором повышении.

А потом появилось ощущение, что за мной следят. Казалось, что кто-то упорно сверлил взглядом затылок.

Я пару раз оглянулась, но не заметила ничего подозрительного. Сзади шла женщина с сумкой на колёсиках, а за ней мужчина с собакой и школьник, жующий булку прямо на ходу.

А в следующий миг я уловила боковым взглядом движение. Мне показалось, что сбоку, чуть в отдалении, пролетело что-то тёмное и крупное. Но стоило повернуться, и наваждение бесследно исчезло. Судя по виду прохожих, они ничего странного не заметили.

– Обычная совсем, – вдруг раздалось сверху скрипучим противным голосом. – Не видит нас и не слышит. Зачем он обычную девчонку в офис притащил? Видно, магией её случайно шибануло, и пришлось память подчищать. Но всё ж надо понюхать её поближ-же... вдруг скрыла ауру мага. Проверь!

Я едва не споткнулась.

Очень хотелось задрать голову и посмотреть. Но что-то внутри вдруг резко этому воспротивилось. Появилось отчётливое ощущение – если обернусь, то всё, конец.

И я... просто пошла дальше, глядя прямо перед собой и пытаясь не ускорять шаг.

Минут через пять дорогу мне заступил высокий худощавый парень в тёмной кожаной куртке. И вот вроде внешне он был очень симпатичным, но впечатление почему-то производил отталкивающее.

– Простите, – он улыбнулся, но от этой улыбки захотелось передёрнуть плечами. – Не подскажете, как пройти к ближайшему пункту выдачи заказов?

– Да, конечно. Вам прямо до перекрёстка, потом налево, там будет аптека, а рядом...

Он очень внимательно слушал мои объяснения, слегка даже подавшись вперёд, а потом вдруг его лицо неожиданно изменилось. Нос на мгновение сполз набок, кожа посерела, скулы вытянулись, а рот стал слишком широким. Я моргнула – и передо мной снова стоял обычный парень. Вот только глаза у него были странные, светлые до желтизны. Не совсем жёлтые, но близко к тому.

– Потом направо, – продолжила я, чувствуя, как внутри всё холодеет. – Увидите вывеску. Там метров триста.

Он как-то по-птичьи склонил голову и внезапно уточнил:

– Почему смотрите на меня так?

– На моего двоюродного дядю вы очень похожи, – сориентировалась я и даже смогла улыбнуться в ответ. Кажется, даже убедительно. Работа с клиентами, спасибо тебе за всё.

Парень мгновенно поскучнел.

– Правда?

– Очень.

– Понятно.

Он развернулся и ушёл, даже не попрощавшись.

Бррр, ну что за жуткий тип, а!

Я медленно побрела в сторону офиса, размышляя о подозрительном парне. После вчерашнего в странные совпадения совершенно не верилось. Нет, это точно не совпадение.

Внезапно мне померещился вчерашний синеглазый нахал возле ближайшего дома. И снова я увидела его боковым взглядом, но как только повернулась, наваждение развеялось.

Однако стоило мне нырнуть в арку между домами, прямо за которой находился вход в нашу контору, как меня вдруг резко дёрнули в сторону. Спина ударилась о стену, сумка съехала с плеча, и надо мной навис Велизар.

Красивый, зараза.

Даже сейчас, когда он напугал меня до икоты, это было первой мыслью, пришедшей мне в голову. И только потом уже пришла злость.

– О чём ты говорила с горгулом? – выдохнул он мне в лицо. Дыхание приятно пахло свежестью. Да и вообще от него очень приятно пахло. Хотелось податься вперёд, к обнажённому участку кожи, который виднелся в расстёгнутом вороте, и вдохнуть волнующий ускользающий аромат всей грудью. Я понятия не имела, что это за запах, но если бы меня попросили его описать, я бы сказала, что так пахнет чистое искушение.

Внезапно до меня с запозданием дошло, о чём именно он спросил.

– С... кем? – Я моргнула. – А, с тем странным парнем?

– Да. Передай разговор в деталях.

Я пересказала. И про пункт выдачи, и про лицо, которое то плыло, то снова становилось обычным, и про необычные жёлтые глаза. Потом, подумав, добавила ещё про голос с крыши.

Велизар помрачнел ещё сильнее. И только глаза его цепко следили за моей мимикой. Слишком уж цепко. Ну, ясно... опять в игры играть изволим? Что ж.

– Ну всё, – с интонациями главного героя фильма произнёс он. – Заприметили тебя горгульи. Если хочешь жить, теперь нет у тебя другого выхода, кроме как к нам в службу идти.

Глава 6

Живот при мысли о горгульях противно свело, но я всё равно улыбнулась.

– Правда? А я слышала их разговор. Они меня совсем ни в чём не подозревают. Просто решили проверить, так как заметили, наверное, как ты меня вчера утащил с собой. Проверка, так понимаю, прошла успешно. Они убедились, что я обычная девица, ничем не примечательная.

Судя по раздражённому лицу Велизара, он действительно думал меня обмануть и напугать. Не вышло. Бедный мальчик. Привык, что его магическое обаяние делает за него всю работу.

Может, он сам на меня горгулий и натравил, чтобы заставить принять решение? Хотя, нет, выдавать меня горгульям не в его интересах. Он же планирует меня использовать для борьбы с ними. Иначе не стал бы тут в темноте подстерегать, а подошёл бы прямо посреди улицы.

Пока Велизар с досадой на меня таращился, я послала ему воздушный поцелуй.

– Хорошего дня, пупсик.

И пошла дальше. Больше меня никто не останавливал. Правда, храбрилась я в основном снаружи, а внутри меня слегка потряхивало.

Но стоило войти в родной офис, как стало легче. Стены знакомые, кулер знакомый, запах кофе из автомата знакомый, даже вечно заедающий принтер родной до слёз. Бумажки, рутина, клиенты, отчёты – лучший способ вернуть привычный мир на место. Я села за стол, открыла почту, ответила на пару писем и почти убедила себя, что всё нормально.

Настроение даже выправилось. Ровно до того момента, пока чёрт не принёс в офис самого мерзкого человека во вселенной. Слащавого приставучего сынка нашего шефа.

– Сонечка, какая ты сегодня красивая... – услышала я голос Никиты сбоку и едва не выругалась вслух.

Потому что если бы меня на свидание пригласил одновременно тот пугающий горгул с жёлтыми глазами и Никита, я бы тут же бросилась на шею горгулу.

Прыщеватый скользкий и приставучий Никита регулярно появлялся в нашем офисе без предупреждения, и расхаживал с хозяйским видом, то и дело посылая мне мерзкие улыбочки. Но это только поначалу. От улыбочек он перешёл к комплиментам, а потом и вовсе стал подолгу торчать возле моего стола и всячески намекать на отношения.

Правда, грань пока не переходил, поэтому я терпела, не желая накануне повышения портить отношения. Нашего директора я, несмотря ни на что, уважала, и поэтому не посылала сыночка прямым текстом туда, куда его следовало бы послать.

– Доброе утро, Никита Фёдорович, – я натянула вежливую улыбку и уткнулась в монитор. – Вы к Фёдору Юрьевичу?

– К нему, к нему, – протянул он, но уходить, естественно, не стал. Навалился локтем на край моего стола и заглянул в экран так, будто там мог увидеть что-то кроме таблицы. – Но сначала хотел на тебя посмотреть. Ты сегодня прямо светишься.

Я покосилась на лампу над столом.

– Это оптическая иллюзия.

– Скромничаешь, – он улыбнулся шире. – Я всё думаю, Сонечка, почему ты от меня бегаешь? Я ведь могу быть очень полезным.

– Правда? – Я щёлкнула мышкой. – Тогда можете отнести Фёдору Юрьевичу отчёт по продажам? Он как раз просил.

– Ты смешная, – Никита наклонился ниже. От него невероятно сильно пахло духами, аж голова закружилась. – Я о другом. Ты ведь хочешь получить повышение? Я могу замолвить за тебя словечко. Папа меня слушает.

Тьфу ты, ну что за омерзительные намёки! Он что, реально думает, что это сработает?

Нет, наш шеф, конечно, порой дурит, любит покричать, может придраться к запятой в отчёте, но в целом мужик адекватный. Он неоднократно говорил, что ценит меня, что я тащу половину отдела и что повышение вопрос почти решённый.

– Спасибо, я рассчитываю на свои показатели.

– Показатели – дело тонкое, – он постучал пальцем по столу. – Сегодня они хорошие, завтра кто-нибудь решит, что не очень. Тут важно, чтобы рядом был человек, который поддержит. А если этот человек расстроится... ну, сама понимаешь.

Может, всё-таки послать его по матушке?

– Никита Фёдорович, – очень спокойно начала я, – у меня рабочий день. И много задач.

– Подумай, Сонечка, – он выпрямился, поправил волосы и, прежде чем уйти в кабинет отца, улыбнулся ещё гаже. – Иногда один ужин открывает больше дверей, чем год усердной работы.

Никита скрылся в кабинете Фёдора Юрьевича, а я постаралась вернуться к таблице.

Минут через десять он вышел обратно и перед тем, как уйти, остановился возле моего стола, наклонился и тихо протянул:

– Ещё раз подумай, Сонечка.

А потом, напевая себе под нос, удалился. Я проводила его взглядом и только открыла рот, чтобы наконец выругаться, как из кабинета директора донеслось:

– Софья! Зайди-ка ко мне.

Отлично, просто отлично. Маги, горгульи, приставучий сынок начальника. День явно решил добить меня комплексно.

Фёдор Юрьевич сидел за столом, сложив руки на животе. Его лысина отражала свет лампы и, казалось, что она тоже светится. Обычно он начинал разговоры резко, без лишних прелюдий, а сейчас вдруг заулыбался почти по-отечески. Вот тут мне стало совсем нехорошо.

– Садись, Софья, садись. Разговор у нас с тобой будет не совсем рабочий, но важный.

Я присела на край стула.

– Слушаю.

– Ты девушка приличная, работящая. Мы тебя ценим. Я лично тебя ценю. Ты ведь знаешь?

– Знаю, Фёдор Юрьевич.

– Вот. А мой-то орёл глаз ведь на тебя положил. Только о тебе и говорит. И жена мне всю плешь проела: помоги сыночку, раз уж девушка ему нравится. Мол, начальник ты или кто?

Я медленно вдохнула.

– Фёдор Юрьевич, я уж со своей личной жизнью разберусь. По работе вопросы есть?

Он сразу посуровел. Улыбка сползла с лица.

– Ты не торопись отказываться. Никита парень славный, перспективный. Нет ведь у тебя парня-то! Если бы был, то хоть раз бы тут появился за всё время. Или по телефону ты бы с ним ворковала. Я специально наблюдал! Вот и сходи на свидание с моим Никитой. Считай, это тебе моё рабочее поручение. Ради такого дела можешь даже с работы пораньше уйти.

– Нет. И закончим на этом.

Глава 7

Фёдор Юрьевич побарабанил пальцами по столу.

– Резкая ты стала, Софья. Слишком резкая. А ведь я давно замечаю, работать ты стала через пень-колоду. Я вот уже не уверен, что ты лучший кандидат на повышение. Вот клиентка наша главная, Лидия, недавно, я слышал, недовольство высказывала! А ведь ты её ведёшь-то!

Я хмыкнула и подтвердила:

– Да, высказывала. Причём вчера.

– Вот видишь! – обрадовался шеф.

– Но возмущалась она тем, что её другому менеджеру хотят передать, – мило добавила я. – А она в нашу фирму только из-за наших с ней душевных разговоров ходит.

Фёдор Юрьевич багровел очень красиво.

– Это ещё проверить надо! – рыкнул он. – А вот ещё мне докладывали, что сделок у тебя в этом месяце меньше обычного!

– Так и есть. Потому что я нашла фирме пять крупных клиентов, которые сделали огромные оптовые заказы. Поэтому сделок меньше, а прибыли львиная доля – моя заслуга.

– Твоя? – Он аж подался вперёд. – Ты много-то на себя не бери! Явно без опытных менеджеров ты бы оптовиков не потянула! А сейчас себе заслуги присваиваешь?

Что? Под опытными менеджерами он имел в виду свою племянницу Марину, которую взял по блату и которая умела только гонять чаи, вздыхать над маникюром и поучать людей так, будто лично изобрела торговлю? Прелесть какая. Но вслух я произнесла другое.

– Да вы что, Фёдор Юрьевич, ваши опытные менеджеры отказались от моей идеи к крупным компаниям обратиться. Даже высмеивали меня. Мол, куда нашей фирме тягаться с более крупными поставщиками. Но я обратилась, лично на переговоры ездила, и потом полностью сделки с нуля вела. Я ж вам это всё на совещании рассказывала, и документы показывала. У самих клиентов спросите, они из фирмы нашей только меня и знают.

– Вот! – Фёдор Юрьевич сбился всего на секунду, но тут же ухватился за новую мысль. – А говоришь, всё хорошо у тебя! Опытные менеджеры тебя ни во что не ставят, значит, лидерских качеств в тебе никаких!

– Ну раз так, увольняйте тогда, – холодно и спокойно рубанула я. – Меня наши клиенты уже пытались к себе в компании переманить, а я всё вам верность хранила.

Фёдор Юрьевич мигом изменился в лице.

– Ну будет, будет, – он тут же стал ласковым, даже руками примирительно замахал. – Ты с плеча-то не руби. И не надо в штыки всё воспринимать. Конечно, мы тебя здесь ценим. Мы же семья уже почти! Иди работай давай. Но всё-таки насчёт сына моего подумай. Где ещё парня такого славного найдёшь?

Из кабинета я вышла с таким лицом, что Лариса с ресепшена сразу спрятала шоколадку обратно в ящик. Видимо, решила, что сейчас я либо откушу кому-нибудь голову, либо попрошу сладкое, а делиться она не любила даже в случае офисного апокалипсиса.

Настроение мне испортили знатно. Причём не напористый синеглазый мошенник на пару с горгульями, а шеф с сынком.

До вечера я доработала на чистом упрямстве. Отвечала клиентам, заполняла документы, перепроверяла договоры и мысленно составляла список мест, куда можно отправить Никиту вместе с его гнилыми подкатами. Список получался длинным, красочным и географически разнообразным.

Домой я пошла пешком, как обычно. В этот раз никто мне не встретился.

– Может, отстали, – пробормотала я, ускоряя шаг. – Или небеса решили, что с меня хватит, и ниспослали передышку?

Ага, конечно.

Поднимаясь на свой этаж, я уже почти уверовала, что сегодня меня все оставили в покое, однако, открыв дверь в квартиру, поняла, что поторопилась с выводами.

В прихожей стояли мамины ботинки. Вот только у моей мамы не было привычки приезжать без предупреждения. Она жила в небольшом посёлке и крайне редко выбиралась в город. Ей больше нравилось проводить время в своём любимом огороде. Особенно сейчас, когда там всё буйно росло. Обычно в этот период выманить её в гости было практически невозможно.

Но если бы только это...

Сами по себе мамины ботинки вряд ли шокировали бы меня.

Однако из кухни доносился подозрительно знакомый голос.

– Тамара Павловна, до чего вы умная и проницательная женщина! – восхищённо разливался соловьём… Велизар.

У меня аж глаз задёргался.

Нет. Нет-нет-нет. Только не это.

Я аккуратно сняла обувь и прошла на кухню.

За столом действительно сидела моя мама. А напротив неё вольготно с хозяйским видом расположился синеглазый мошенник, при виде которого у меня аж руки сами собой сжались в кулаки.

Но хуже всего, что моя разумная и на редкость обычно трезвомыслящая мама таращилась на Велизара так, будто он был не оборзевшим в конец нарушителем чужих границ, а самым прекрасным существом на земле.

Мало того, что этот мерзопакостный сын макаки расположил своё седалище на моём любимом стуле, так он ещё и прихлёбывал мой облепиховый чай и заедал его моим печеньем.

Тем самым печеньем, которое я позавчера напекла по секретному рецепту и которым не собиралась ни с кем делиться. С корицей, орехами и кусочками шоколада. Получилось просто замечательно! Это печенье должно было после тяжёлых рабочих будней восстанавливать мою веру в человечество.

Для мамы мне, конечно, ничего не было жаль, но мама на печенье даже не смотрела, тогда как склизкий синеглазый гад с аппетитом его доедал.

Велизар повернулся ко мне и нахально улыбнулся с видом абсолютного победителя.

– Сонечка! – мама радостно всплеснула руками. – Ты почему мне не сказала, что тебе такую интересную работу предлагают? Велизар мне всё объяснил. Такой замечательный молодой человек! Он сказал, что будет твоим непосредственным начальником, всему тебя научит, всё объяснит. Нельзя отказываться от такого шанса!

Велизар отправил в рот очередное печенье и довольно прищурился.

– Если будешь сопротивляться, – лениво сообщил он, – я всех соседей обойду. Влюблю в себя весь твой дом, чтобы каждый встречный говорил тебе обо мне, пока не согласишься работать. Ты-то, конечно, чарам не поддаёшься, но остальные вполне.

Мама умилённо вздохнула, улыбаясь как умалишённая.

– Какой настойчивый! Мужчина таким и должен быть!

И вот тут во мне что-то окончательно сломалось.

Я почувствовала, как губы сами растягиваются в улыбке. Широкой, безумной, почти джокерской. Велизар заметил её первым и слегка напрягся.