Роза Соломоновна и ее приключения

– В штуках обозначь.

Племяш загнул три пальца, покрутил головой в стороны, демонстрируя отличный поворотный механизм и отсутствие остеохондроза.

– Лаз, два тли.

– Три вареника?

Он не особенно церемонился с проговариванием «р», а отсутствие передних зубов наполняло его речь разнообразием звуков. Роза, у которой уже несколько дней были заложены уши, разбирала его речь от случая к случаю, поэтому ориентировалась на общий контекст.

– Три. Хорошо. Ты не объешься, молодой человек?

– Я? Нет. Она поставила кипятить воду, достала вареники с вишней, те самые, купленные для особых гостей в дагестанской лавке.

– Матвей, пока я готовлю, ты тоже займись делом. Принеси книгу, которую вчера читал. Если не найдешь, возьми любую с полки. Матвей ускакал выполнять задание. Ожидаемо, он не нашёл ту, что брал вчера, но поскольку у Розы была библиотека, вернуться без книги было не вариантом. Прихватил Астрид Линдгрен, ту самую, что Роза когда-то читала своим детям. Её любимая детская писательница.

– Что дальше? – спросил он.

– Дальше – двадцать страниц. Из них две надо читать вслух.

Ребенок посмотрел по сторонам, словно пытаясь убедиться, что это задание для кого-то. Никого рядом не было.

Тогда он пошел ва-банк.

– Ты хочешь почитать эту книгу мне вслух? – уточнил он.

– Я? Побойся Бога! Я на задании: готовлю завтрак. Это развлечение для тебя.

Матвей вытянул вниз беззубую челюсть и расширил глаза до возможного XLL, чтобы Розе было максимально страшно.

– Не хочу, – весело парировал он.

– Понимаю. Тогда собери, пжс, грязную посуду в посудомойку вместо почитать книжку.

Ребенок посмотрел на гору тарелок и подумал: «Ну, тебя, тетя, нафиг».

Этот мезальянс перетёк в рабочий тандем: взрослая женщина варила три вареника, а маленький мальчик читал восемнадцать страниц из книги «Приключения Эмиля из Лённеберги».

Вареники с вишней тетя Роза посыпала сахарной пудрой и прошептала, что именно в ней и заключается секрет вкусных вареников. Мелкий облизал сок, который тек по рукам, и поинтересовался, кто ещё в курсе их общего секрета. Дальше он подтолкнул пальцем третий вареник и проглотил его беззубым ртом.

Часть 3

Роза обещала своей приятельнице испечь морковный пирог, и уже давно. Ей нравилась атмосфера, которую он дарил, насыщая дом ароматом корицы, цедры и апельсина. Пирог был идеален для осени и зимы, но на дворе стояло лето. Видимо, обещала угостить осенью, а дотянула до июня.

Закончив завтрак, Роза подумала: а почему бы и не испечь пирог?

– Матвей, во что ты хочешь поиграть?

– Не знаю.

– Тогда будем играть в повара.

– Э, нет, – замотал Матвей руками. – Я в повала иглать не хочу, – и поспешил покинуть кухню.

– Хорошо, – ответила Роза в то место, где только что стоял племянник.

– Тогда будешь заниматься математикой.

Матвей вернулся, одобрительно кивнул и получил инструкцию мыть руки.

– А когда я дома делаю математику, то я луки не мою, – задумчиво донеслось из ванной.

– У нас математика – это чисто умственное. Луки там не участвуют. Только голова.

В это время Роза доставала электронные весы, муку, сахар и всё остальное по списку, расставляя на столе, чтобы Матвею было удобно. Она также достала планетарный миксер для себя, чтобы взбивать и смешивать всё то, что подготовит Матвей.

– Ну что, приступаем?

Матвей опасливо смотрел на эту лабораторию, всё ещё пытаясь понять, где тут математика.

– Я готовлю пирог, а ты занимаешься математикой и отдаёшь мне всё в нужном количестве. Я тебе буду говорить, что и сколько мне надо подать, ты взвешиваешь. Вопросы?

– А математика где? – пискнул Матвей.

– Везде, – торжественно изрекла Роза. – В каждом грамме. Даже в том, как ты сейчас моргаешь, заложена теорема Пифагора. Не веришь, спроси у папы. Отсылка к папе – авторитету – была козырем, против которого Матвей не попер.

Он принял исходную позицию у весов (ноги на ширине плеч, пальцы на кнопке «вкл») и замер. Роза встала у планетарного миксера, который издал угрожающий звук, будто зверь.

«Двести пятьдесят граммов муки!» – скомандовала Роза.

«Триста граммов морковки!»

Пока он взвешивал, она готовила пирог со счастливой улыбкой на лице. Каждый был доволен своей функцией, а кухня работала в режиме коворкинга.

Через час пирог был готов, и Матвей уже собрался вонзить в него ложку, но ход его мыслей перехватила Роза.

– Это подарок.

Лицо ребенка продемонстрировало большие глаза, челюсть, которая выполняла команду «упасть», он резко опустил голову и удалился из кухни, пятясь назад.

– Если хочешь пирог попробовать, то давай собираться в гости. Нас там обязательно угостят. Матвей вернулся на кухню фирменной походкой Майкла Джексона и одобрительно кивнул.

Вообще, коммуникация с ним выстраивалась на вербальных сообщениях только отчасти. Всё тело Матвея, от макушки до пяток, включая уши и волосы, работало как многоканальный передатчик. Сигналы, которые он рассылал, понять порой было проще, чем его слова без буквы «р».

До этого дня Роза была свято уверена, что искусство пантомимы прошло мимо неё со скоростью Сапсана. Но последние 24 часа превратили её не только в догадливую тётю, но и в профессионального сурдолога. Она научилась интерпретировать поворот подбородка на 5,7 градуса в связке со взмахом левой ноги и особым положением указательного пальца на правой руке.

Часть 4

Утро следующего дня началось по уже отработанному расписанию, будто они прожили вместе лет сорок, а не двое суток: завтрак, чтение, посильные физические работы для «отдыхающего». Из удовольствий – общение с дочкой Розы и мороженое с клубникой, а по вечерам игры в шашки. Матвей очень быстро втянулся в свою хорошую новую жизнь, втянув в неё и Розу.

На третий день Роза предложила поиграть в «доставку».

– Интелесненько, – сказал Матвей и приложил палец к щеке, как сестрица Алёнушка из сказки, которую он, скорее всего, даже не смотрел.

У Розы к этому времени скопилось достаточно белья на сушке: целая гора маек, трусов и носков, готовая похоронить под собой любую надежду на порядок.

– Так вот, – продолжила она, входя в роль. – Я стою в гостиной, а ты идёшь в спальню. Спальня – это гараж, где стоят машины доставки. Я громко говорю «Доставка!» и ты выезжаешь за бельём. Отвозишь по маршруту и кладёшь в нужное место.

– А где маршрут?

– Я скажу. Поехали.

– Доставка! – скомандовала Роза.

– Лоза, а можно взять Теслу?..

– Ты же Босс, бери любую!

Из спальни вылетел Матвей. С руками растопыренными, как будто планировал обслужить все 15 этажей. Схватил стопку маек, рванул в детскую, бросил на полку и назад.

– Доставка! – вторая партия, трусы.

– Я на Фелали!

– Матвей, доставка дорого выходит!

– Лоза, сегодня бесплатно!

Ребенок вошёл в ритм. Он изображал звук мотора: «Вж-ж-ж!» и носился по коридору, как курьер, у которого горит срок сдачи.

– Доставка! – третья, четвёртая, пятая.

За пять заездов он перевёз всё: майки, трусы, носки, даже что-то лишнее.

– Заказ выполнен? – запыхался Матвей.

– Выполнен. Отличная работа. Премия – мороженое после обеда.

Матвей гордо выпрямился. Он откатал смену, был бодр и готов к новым подвигам. Роза было подумала поиграть в DHL, тем более, что в еë автопарке были Боинги и Матвей мог доставлять почту на любом из них, но потом отказалась от этой мысли.

За дни, проведённые у Розы, он дважды готовил пирог = занимался математикой. Пылесосил так, будто боялся, что мировая пыль кончится завтра. А однажды гладил платье своей молодой подруги паро-генератором, пока она параллельно пылесосила.

Если Роза что-то делала, а делала она что-то постоянно, то Матвей тоже был занят. И всё это без торга. Никаких «а что мне за это будет?», и «не хочу». Роза диктовала – Матвей делал. Они напоминали двух заводных хомяков в одном колесе, только один хомяк был с миксером, а второй – с пылесосом.

Самое странное случилось с самой Розой. Она поймала себя на мысли, что уже который день не скроллит ленту, не проверяет сторис и не пишет подружке «давай как-нибудь встретимся». Глобальный детокс от интернета случился сам собой. Дни наполнились делами, которые вдруг обрели смысл: насыпать муку, вытереть стол, напомнить почистить уши и зубы. Голова стала ясной и беззаботной. Никакой тревоги, никакого фонового шума.

Часть 5

В очередной раз проходясь взглядом по племяннику, Роза увидела, что пришла пора стричь ногти.

– Матвей, пора стричь царапки.

– А зачем? Они уже как у котёнка.

– Пора!

– Я сам умею.

– Сам так сам.

Матвей скрылся в ванной. Через десять минут вышел с постриженными ногтями. Роза проверила, забраковала два пальца («кривовато, но для первого раза сойдёт»), и разрешила достричь в следующий раз. Матвей посмотрел на свои руки с видом хирурга, который только что спас жизнь.

Пришел день расставания. Матвей очень привязался к своей старшей подруге, не к тёте. Тёте с её вкусными котлетами было уже не угнаться за молодостью и общим языком без буквы «р», и когда дочь уходила по делам, объяснив, что они больше не увидятся до его отъезда, Матвей расплакался.

Оставшись с тëтей вдвоем, ребёнок предался грусти. Свернулся калачиком, уставился в одну точку, философски переваривая несправедливость бытия. Роза дала ему пять минут прожить горевание, но потом включила терапию трудом, чтобы отвлечь от всего философского. Не тот возраст.

– Матвей, пойдем в магазин, кое что купить. И захвати пакеты, по пути вынесем мусор. Терапия подействовала мгновенно. Ребенок перестал делать глубоко несчастное лицо, заменив визуал на философский скетч так, будто он уже пережил большую любовь и теперь смотрит на мир свысока.

Скоро за ним приехал папа. Племянника вернули его создателям, передав по описи. Ребенок, одна штука. Сыт. Здоров.

После того как закрыла дверь, Роза выдохнула, падая на кровать.

– Хорошо. Но завтра, наверное, будет скучно.

Часть 6

Дома вечером ребенок был молчалив, а Роза сидела в интернете. Каждый из них был не в себе, разделенные огромным городом.

Роза написала маме Матвея:

«Мы нереально кайфанули, наверное, такое возможно только не со своими детьми))). Ноль нервов и только удовольствие. Но мне помогали доча и Семен. На одного ребенка требуется замес из трех разновозрастных взрослых, тогда будет баланс во всем. За дни, когда Матвей был у нас, меня не было в интернете. Ничего не болело. Я даже обнаружила у себя зарплату на карте и поинтересовалась после этого какое же число. Всё, что было важным, оказалось иным. Короче, я была в сказке. Спасибо. Матвейка замечательный.»

Ответное сообщение:

– Потрясающе! я твой должник. За это время мы успели выдохнуть, понять, кто у нас в доме мусорит больше всего, словить тишину, вспомнить, каково оно с двумя, а не с тремя детьми, включали по телевизору то, что хотели, слушали Алису – то, что хотели. Никто не клянчил денег на карманные расходы. Ты подарила нам спокойствие (не надо было переживать с кем, где, и что делает). Спасибо тебе, дорогая, и твоим помощникам!»

Розе стало очень интересно, кто же из оставшихся в семье подруги мусорит и клянчит деньги. Матвея она сразу исключила.

«Парень каждый день бегает по квартире с пылесосом. Нет. Точно не он»

– А кто больше всех мусорит? – Роза отправила сообщение с вопросом.

– Матвей.

– Не может быть. Он только сегодня три раза пылесосил!

– Видимо попал не в ту средУ!))). Ему просто не хватает внимания и заботы

– Дорогая, – ответила Роза, – да, внимание нужно нам всем. Как я говорю в таких случаях своему мужу: «Нам нужна богатая любовница, чтобы я не уставала и на все был ресурс»

Дальше была фотография беззубого Матвея с подписью:

«По-моему, так выглядит Счастье»

Глава 4. Пошаблим

Наступило лето, а вместе с ним долгожданный отпуск. В отпуск ехали Роза Соломоновна с дочкой, все остальные дома остались вкалывать и грызть гранит науки.

Коллаборация «Мама & доча» устроена просто и гениально, как швабра с отжимом. Задача мамы поддерживать на банковской карте хороший плюс и иногда тыкать пальцем в стог сена в неизвестном направлении со словами «Хочу туда, найди куда». Всё остальное составить маршрут, найти локацию и Wi-Fi, оплатить и улыбаться возложено на хрупкие плечи ребенка. Роза Соломоновна в этой паре стратегический инвестор и генератор идей. Дочурка операционный директор, казначей и мамин психотерапевт в одном лице. Схема работает безотказно, пока деньги есть. Мама и дочка идеальная пара для путешествий, как аппероль и шприц)).

Роза брала билеты по принципу не навредить бюджету. Поездка в Псков именно это и обещала, без шанса на внезапную покупку лобстера. Отдых манил монастырями, могилой Пушкина и Монументом на месте, где произошло Ледовое побоище. А что могло заинтересовать женщину в расцвете лет? Конечно же, могила и другая могила побольше. Если у Розы и были какие-то воспоминания об уроках истории и литературы, то поездка обещала их не только освежить , но и пополнить.

Сразу были куплены билеты в театр на последние ряды, впритык к буфету, чтобы можно было сочетать культуру с гедонизмом, и, если получится, все-таки узнать, замутил ли с кем-то Дядя Ваня. В школе на это сил не хватило. Кстати, билеты в Драмтеатр имени Пушкина обошлись дешевле, чем порция картофельного пюре с ростбифом в ресторане. И это было приятно. Приятно же, когда добро побеждает зло!

День прилета не нанес каких-либо повреждений бюджету семьи. В аэропорт «Внуково» доехали по цене двух поездок на метро, такси до гостиницы в Пскове обошлось ещё в 170 рублей. Дамы почувствовали, что сорвали джекпот. Спали замечательно на кровати, которая скрипела, как будто пыталась успеть рассказать последние сплетни улицы Лагерная. Детка, у нас еще четыре ночи, всё обсудим, не скрипи, вела внутренний диалог Роза.

Второй день отпуска прошел замечательно и с хорошим аппетитом. К вечеру Роза поняла, что если аппетит будет сохраняться, то завтракать самодельными гречкой и яйцами будет дешевле для бюджета и полезнее для кишечника.