Окрыленные

Он сделал глоток кофе и пожал плечами. — Ну или он просто псих.

– Ладно. Сузим круг до медицинских работников, у которых есть доступ к подобным материалам. В городе не так много моргов и лабораторий. Нужно понимать, что убийца — не просто медсестра или фармацевт. Для такого нужны серьезные знания и опыт.

– Я могу проверить все морги и лаборатории. Узнать, как получают подобные материалы и нет ли где-нибудь недостачи. — Оливер машинально выстраивал разбросанные по столу ручки в идеально ровную линию.

– Отлично. Все, что покажется подозрительным, сразу отправляй мне. Подадим официальный запрос и проверим.

Я поднялся.

– На сегодня все. До понедельника мы все равно ничего нового не сделаем.

– Стой! — Кириан вскочил со стула. — Сегодня пятница. Давайте завалимся в какой-нибудь бар, как раньше. Выпьем пива, посмотрим на прекрасных дам.

Нуждаясь в передышке, я был не против провести вечер в хорошей компании.

– А почему бы и нет?!

– Вот это я понимаю! — радостно заявил Тор, потирая ладони. — Повеселимся!

5

Сидя за столом в каком-то местном баре, я в очередной раз поймал себя на мысли, что атмосфера здесь ничем не отличается от любого другого заведения этого города.

Голые каменные стены без всякой отделки. Приглушенный свет. Громкая музыка, под которую на танцполе отплясывали почти полураздетые девицы, привлекая внимание мужчин.

Мы заняли самый дальний столик у окна, откуда открывался отличный вид на весь зал. Меня всегда удивляли подобные места. Но еще больше меня удивляли люди, которые приходили сюда не просто выпить и расслабиться, а найти себе очередную пассию на одну ночь. Хотя не мне их судить. Не так давно я и сам был одним из них, выискивая среди толпы самую симпатичную девушку, чтобы скрасить очередной одинокий вечер.

– Ты это помнишь, Грей? — Кириан толкнул меня плечом, вырывая из размышлений.

Он рассказывал ребятам какую-то очередную байку и громко смеялся. Ответ ему не требовался. Кириан тут же продолжил историю, а Кросс и Оливер дружно поддержали его смехом.

Я же давно перестал вслушиваться. Большинство этих историй я не просто слышал — я был их непосредственным участником. За окном начался дождь. Не просто дождь. Настоящий ливень. Судя по тому, как люди заметались по улице, никто его не ожидал. Кто-то прятался под остановками, кто-то забегал под навесы магазинов. Я наблюдал за этой суетой, медленно вращая в руках почти пустой бокал. Именно тогда я заметил ее. Она стояла под зонтом возле автобусной остановки и, казалось, совершенно не замечала происходящего вокруг. Белое пальто. Белые джинсы. Светлая кофта. Для Бронхилда такой выбор одежды был почти самоубийством. Здесь грязь находила тебя быстрее, чем ты успевал выйти из дома. Я невольно задержал взгляд. Длинные рыжие волосы спадали на плечи, скрывая лицо. Что-то внутри неприятно шевельнулось. Будто я уже видел ее раньше. Хотя это было невозможно. К остановке подъехал автобус, на несколько секунд закрыв ее от меня. Когда он уехал, остановка оказалась пустой. Я продолжал смотреть на то место еще какое-то время. Будто ожидал, что она снова появится. Глупость какая.

– Земля вызывает Грея. — Кириан щелкнул пальцами перед моим лицом.

– Ты уже минут пять пялишься в окно.

– Да все в порядке.

Лишь спустя несколько секунд я смог отвести взгляд от остановки. Только тогда заметил, что за столом мы остались вдвоем.

– А где все?

Кириан тихо хмыкнул и кивнул в сторону танцпола. — Врешь

Кросс уже вовсю обнимался с какой-то подозрительно молодой девушкой.

– С чего ты взял?

– Потому что ты всегда так смотришь, когда думаешь о чем-то неприятном.

Я отвернулся к окну.

– Хорошо. — Он пожал плечами. — Тогда я начну переживать завтра.

Я усмехнулся. Иногда мне казалось, что Кириан замечает обо мне больше, чем я сам.

Мой взгляд скользнул к барной стойке. Девушка, сидевшая на высоком стуле, улыбнулась мне. Я машинально улыбнулся в ответ. И почему-то вспомнил Мэри. Мы познакомились почти так же. Я сразу заметил ее у барной стойки. Черная кофта с открытой спиной, короткая юбка, громкий смех в компании подруг. Мэри была миниатюрной. Каштановые волосы спадали чуть ниже лопаток, а в больших карих глазах можно было утонуть. На тот момент отношения меня не интересовали. Максимум — одна ночь. Я мог бы сказать, что с ней все изменилось. Но нет. Изначально на нее у меня были точно такие же планы. В тот вечер у нас ничего не получилось. У нее были отношения, и я был послан. На удивление, не ею, а ее белобрысой подругой. Потом были еще несколько случайных встреч в этом же баре. Переглядывания через весь зал. Короткие разговоры. И в какой-то момент я понял, что хочу добиться ее любой ценой. Несмотря на то, что у нее был какой-то парень. Я привык получать то, чего хотел. И, кажется, она была не против.

– Что с тобой происходит? — вырвал меня из воспоминаний голос Кириана. — Последнее время ты сам не свой. Постоянно где-то витаешь.

– Да все то же самое. — Я тяжело вздохнул и сделал большой глоток из бокала. — Может, закажем чего-нибудь покрепче?

– Вот это я понимаю, правильное решение, дружище.

Подозвав официантку, он заказал восемь шотов текилы и бутылку спрайта.

– Вы так ничего и не решили?

– Я тебе больше скажу. Мы больше вообще не разговаривали. Ни об этом, ни о чем-либо другом. Она закрылась, как будто это я во всем виноват. Вчера даже отказалась пройтись со мной и Сони.

– Да ладно тебе. Дай ей время, все придет в норму. А сейчас мы с тобой напьемся, и тебе станет легче.

Я перевел взгляд на Этона, который увлеченно флиртовал с какой-то девушкой.

– Ты заметил, что он изменился?

– Да. Мы недавно сидели с ним за пивом. Он сказал, что наконец разобрался с тем, что творится у него в голове. Его начало отпускать. — Кириан тоже посмотрел в сторону Этона. — То, через что он прошел… — Он покачал головой. — Ну, ты сам понимаешь.

Этан был родом с дальнего севера. В детстве отец проиграл его в карты. Звучит как бредовая байка, но это была правда. Потом была шесть лет войны. О ней он почти никогда не рассказывал. Да и мы не спрашивали. Некоторые вещи лучше оставить в прошлом. Хотя прошлое никогда не исчезает бесследно.

Со временем мысли, заполнявшие голову, начали растворяться, и я наконец расслабился.

Когда мы вышли из бара, никто из нас толком уже не стоял на ногах.

Даже Оли. Особенно Оли. Он никогда не любил выпивать, но сегодня умудрился напиться в хлам. Именно таким мы помнили его до трагедии. Веселым. Открытым. Разговорчивым. Весь вечер у него не закрывался рот. Можно было поспорить, кто болтал больше — Кириан или он. Мы стояли на улице и ждали такси. В этот момент Этан кивнул куда-то в сторону парковки. Я проследил за его взглядом. Под одной из машин сидел маленький рыжий котенок. Худой. Грязный. Промокший насквозь. Будто дождь пытался смыть его отсюда последние несколько часов. А может, и дней. Этан молча присел рядом. Несколько секунд просто сидел. Потом осторожно протянул руку. Котенок подошел почти сразу. Будто ждал именно его.

– Ну привет. — В голосе Этона появилось что-то непривычно мягкое.

Он снял куртку и аккуратно завернул в нее животное.

Я даже не удивился. За годы нашего знакомства Этан притащил домой столько зверья, что мог бы открыть собственный приют.

– Ты серьезно? — усмехнулся Кириан. — И что теперь?

– Не знаю. — Этан пожал плечами. — Что-нибудь придумаю.

– У тебя дома уже зоопарк.

– Неправда.

– Этан, у тебя живет собака, три кота и попугай.

– Попугай не мой.

Он поднялся на ноги. Котенок уже спокойно спал у него на руках.

– Отвезу его домой, а там решу. Он хороший.

Дождавшись такси и усадив в него троих… нет, четверых, я решил пройтись до дома пешком. Я еще несколько секунд смотрел вслед удаляющейся машине. Внутри неожиданно стало спокойно. Мы давно так не собирались. Без работы. Без трупов. Без расследований. Просто как друзья. Усмехнувшись своим мыслям, я неторопливо побрел домой.

6

Проснувшись утром с жуткой головной болью и непреодолимым желанием выпить целую ванну воды, я несколько минут пытался понять, что вообще происходит. Воспоминания о вчерашнем вечере были размытыми. В голове всплывали лишь отдельные обрывки.

– Боже, как же мне хреново, — простонал я, с трудом разлепляя глаза.

Уже радовало то, что я хотя бы оказался дома, в собственной кровати.

По ощущениям, минут тридцать я просто лежал, заставляя мозг работать. Не помнил ни как добрался домой, ни как мы вообще вышли из бара. Последнее, что всплывало в памяти, — Кросс, лежащий на столе, и Кириан, стоящий на стуле и торжественно заливающий ему в рот текилу прямо из бутылки, после чего сверху отправляющий дольку лимона.

Постепенно сознание начало проясняться. Воспоминания возвращались одно за другим, и вскоре мне удалось восстановить события вчерашнего вечера.

Собравшись с силами, я поднялся и направился в душ. Прохладная вода быстро привела меня в чувство. Стоя под струями воды, я чувствовал, как головная боль постепенно отступает, будто вода смывает ее вместе с остатками алкоголя. Именно тогда я снова вспомнил ее. Рыжую девушку. Белого ангела. Не видя ее лица, я все равно почему-то представлял его. Правильные черты, высокие скулы, россыпь веснушек, пухлые губы и большие синие глаза. Глупость какая. Я даже имени ее не знал. Тряхнув головой, я прогнал ненужные мысли и выбрался из душа. Одевшись, спустился вниз гам меня ждал сюрприз.

На первом этаже не горел свет. От лестницы тянулась дорожка из лепестков роз, а по обеим сторонам стояли маленькие свечи. Я пошел по этой дорожке и оказался на кухне. Мэри стояла возле стола. На ней было только нижнее белье и моя белая рубашка, доходившая ей чуть выше колен. На столе уже стоял ужин: запеченная курица, ее любимый салат «Цезарь», бутылка вина в ведерке со льдом и два бокала. Посреди стола горели три высокие свечи.

– Милый, ты уже проснулся? А у меня все готово, — нежно произнесла она.

По ее глазам было видно, что настроение у нее более чем хорошее.

– У нас какой-то праздник?

Я растерянно обвел взглядом кухню, пытаясь вспомнить, не забыл ли какую-нибудь важную дату.

– Нет, дорогой. Я просто захотела сделать тебе приятно.

– Признаться, ты меня удивила.

И это была чистая правда. За все время наших отношений Мэри никогда не устраивала ничего подобного.

Я подошел к ней, поцеловал и открыл бутылку вина.

– Проходи, садись. Давай просто поужинаем. Только ты и я.

Она улыбнулась своей самой невинной улыбкой. Но где-то внутри уже зарождалось знакомое чувство тревоги. А моя интуиция редко ошибалась.

Несмотря на это, ужин проходил прекрасно. Мы разговаривали, вспоминали разные истории, смеялись и будто ненадолго вернулись в те времена, когда все было хорошо.

После нескольких бокалов вина я заметно расслабился.

Именно поэтому не сразу обратил внимание на одну странность. Потянувшись наполнить бокал Мэри, я увидел, что он почти полный.

– А ты почему не пьешь? — Я перевел взгляд на бутылку. — Это же твое любимое вино.

Мэри накрыла мою руку своей и мягко улыбнулась.

– Мне теперь нельзя пить, дорогой.

По спине пробежал холодок. Меня буквально передернуло. Я чуть не выронил бутылку из рук. После вчерашней попойки и нескольких бокалов вина сегодня мозг соображал не слишком быстро. Поэтому смысл ее слов дошел до меня далеко не сразу. — Что?

– Я теперь не могу пить, курить, и наша жизнь изменится, — она искренне улыбалась, а ее глаза были наполнены радостью.

Несколько секунд я просто смотрел на нее. Потом взял бокал и осушил его одним глотком. Вытер губы тыльной стороной ладони и попытался выдавить из себя хотя бы пару связных слов.

– Ты что… ты…

Я покачал головой и замолчал.

– Да, я беременна. И ты станешь папой, а я мамой. И у нас будет настоящая семья.

– И как давно? — Это было все, что я смог из себя выдавить.

– Узнала сегодня. Уже сходила к врачу. Три недели.

Она достала несколько снимков УЗИ и протянула их мне.

– Скажи, дорогой, ты рад?

Я взял фотографии. Долго смотрел на черно-белые снимки, пытаясь осознать происходящее. Потом встал. Прошелся по комнате. Остановился. Снова пошел.

Мне потребовалось не меньше десяти минут, чтобы собрать мысли в кучу.

– Ты не переживай, мы со всем справимся. У нас еще есть время. Мы поженимся. Я, кстати, хочу красивую свадьбу. Позовем моих родителей, твоих друзей. Я выйду к тебе в белом платье…

Но я почти не слышал ее. В голове крутились десятки мыслей. Недавнее признание. Ее отстраненность. Ребенок. Какой, к черту, ребенок? Это все какой-то бред. Этого не могло быть. Я этого не планировал. Не хотел. Да и вообще… Какой ребенок? Я резко остановился и посмотрел на нее. Опьянение исчезло мгновенно. Голова прояснилась. Сердце заколотилось где-то в горле. Руки задрожали. И совсем не от радости.

– …А если будет мальчик, назовем его…

Она заметила мой взгляд и замолчала на полуслове. Я видел, как она напряглась.

– Ты мне ничего не хочешь сказать? — Я старался говорить спокойно. Хотя внутри уже все кипело.

– Я тебе уже все сказала. Это хорошая новость. Я все подготовила и думала, что ты тоже обрадуешься. — Она заговорила быстро. Слишком быстро. Всегда так делала, когда нервничала.

– Я дам тебе еще один шанс рассказать мне всю правду.

Она подошла ближе и попыталась взять меня за руку.

Я сразу отступил на несколько шагов.

– Я жду.

– Милый, я не понимаю, о чем ты говоришь.

Она посмотрела на меня тем самым взглядом, который обычно действовал безотказно.

– Что именно ты хочешь услышать?

– Мэри… — Я сделал несколько глубоких вдохов. — У нас не было секса больше месяца. Ты не давала до себя дотронуться. О какой беременности ты сейчас вообще говоришь?

– Ты сейчас в чем меня обвиняешь?

– Я спрашиваю, как ты можешь быть беременна. И даю тебе возможность самой все объяснить. Потому что не собираюсь вытаскивать из тебя правду клещами. — Алкоголь и злость постепенно брали верх. Я уже не замечал, что повысил голос. Она отшатнулась, будто я ее ударил.

– Ты ничего не понимаешь! Это твой ребенок! И не смей на меня кричать!

– Да тут не надо быть детективом, чтобы понять, что ты врешь! — Я чувствовал, как внутри все закипает. — В прошлом месяце ты сама отправляла меня в магазин за тампонами и чем-нибудь сладким. После этого, между нами, ничего не было. Ничего. Так откуда тогда взялась беременность?

– Такое бывает! Ты ничего не понимаешь в женском организме! — Ее глаза наполнились слезами. — Ты вообще ничего не понимаешь! Просто обвиняешь меня неизвестно в чем!

– Конечно, я сомневаюсь в твоих словах. — Я больше не пытался себя сдерживать. — Ты уже однажды подорвала мое доверие. А теперь требуешь, чтобы я поверил в то, что противоречит здравому смыслу. Я чувствую, что ты врешь. Так скажи мне, чем ты можешь доказать, что была мне верна?

– Вот как…

Из ее глаз покатились слезы.

– А мы ведь договорились больше никогда к этому не возвращаться. Ты обещал. Ты сказал, что у нас все хорошо.

Она смотрела на меня так, будто это я ее предал.

– Получается, все это время врал ты.

Конечно, вслух я никогда не поднимал эту тему. Но она беспокоила меня каждый день. Во время одной из наших очередных ссор Мэри рассказала правду. Еще до переезда за ней начал ухаживать какой-то обеспеченный мужчина. Дарил подарки, возил на дорогой машине. По ее словам, ей просто нравилось внимание, которого, как она считала, не хватало от меня.

Но между ними ничего не было. По крайней мере, так она клялась. И почему-то тогда я ей поверил. Наверное, потому что действительно любил ее и был готов простить почти все. Когда мы решили остаться вместе и попробовать наладить отношения, где-то глубоко внутри я уже понимал, что лучше не станет. Воспоминания о том разговоре до сих пор отзывались болью. Человек, изменявший в прошлых отношениях, вполне мог поступить так же и со мной, если подвернется вариант получше.

– О каком «хорошо» ты сейчас говоришь? — спросил я. — Ты месяцами не разговаривала со мной. Отказывалась куда-либо выходить. Закрылась от меня. Даже не пыталась сделать вид, что хочешь все исправить.

В комнате повисло напряжение. Ее взгляд изменился мгновенно. Слезы исчезли. Лицо стало пустым. Голос — спокойным.

– Это ты во всем виноват. Ты постоянно пропадаешь на работе. Работа, работа, работа — больше я ничего от тебя не слышу. Все, что произошло, случилось только по твоей вине.

Она села на стул и уставилась на меня.

Ее слова ударили больнее, чем я ожидал.

– Да я для тебя старался! — не выдержал я. — Чтобы у нас была нормальная жизнь. Чтобы у тебя все было. Ты прекрасно знала, с кем связываешься. У каждого из нас были свои обязанности. Только вот ты даже со своими не справлялась.

Она резко вскочила. А потом сказала то, от чего у меня буквально подкосились ноги.

– Он тоже работал. Но всегда находил время для меня.

Она тут же поняла, что проговорилась. Но было уже поздно. Этот удар оказался гораздо сильнее предыдущих. Несколько секунд в комнате стояла тишина. Потом Мэри усмехнулась. Странно спокойно. Потом продолжила будто рассказывала о походе в магазин.

– Думаешь, мне было легко сидеть и ждать, пока ты наиграешься в детектива? Ты был удобным, Дэниель. Вот и вся правда. Даже тогда ты предпочел закрыть глаза.

Она не отводила взгляда.

– Я не закрывалась от тебя. Просто не хотела разговаривать. Не хотела ничего выяснять. Потому что знала — ты никуда не уйдешь. Ты любишь меня. И меня это устраивало.