Рай в твоем аду 2. Желаю быть твоей.

Сидящие мужчины активно поднимали свои таблички, выбирая то или иное действие из той самой карточки. Вторую девушку тоже задействовали. Один из мужчин, достав свой член, уже насаживал её, набирая темп. В то время как другой мужчина вынимал кляп изо рта. У стола происходили невообразимые действия.

Я смотрела на всё это, не чувствуя ни грамма стыда. Глаза жадно запоминали каждое действие, каждое движение.

— Нравится? — Шёпот у самого уха защекотал кожу, заставляя вынырнуть из гипноза.

Нравится ли мне? Ощущения кричали: «Да!» Я качнула головой, отвечая откровенно.

Одну из девушек уже хлестали розовой плёткой, выбивая из неё стоны удовольствия.

— Хочешь оказаться на её месте?

Позволить незнакомцам трогать меня? Нет! Но я точно знала, чего бы я хотела.

— Хочу оказаться на своём месте! — Я нагло уставилась ему в лицо, наблюдая за реакцией.

Алкоголь уже бурлил в моих венах, затупляя острые ощущения, делая меня смелее и, возможно, глупее.

— И где же твоё место?

У ног моего хозяина.

Мозг говорил одно, а рот совсем другое.

— Там, где у меня есть право выбора.

— Зачем выбирать, когда можно довериться, ведь так интереснее. Не знать, что произойдёт в любую секунду. Ожидать, дрожать от предвкушения. Гадать, что же последует, сходя с ума от желания.

Его слова разливались приятной негой по телу, заставляя трепетать каждый атом. Нейроны выделяли эндорфин в ударной дозе, заставляя поддаваться его влиянию, его словам. Удовольствие растекалось по венам, вызывая новое пугающее чувство — желание.

«Сходить с ума от желания»— его слова стали толчком, ориентиром, потребностью. Глаза опустились к его губам, и теперь всё, о чём я могла думать, — это каково ощутить их на себе.

— Предпочитаю знать, что со мной будет происходить. И иметь право выбора, нежели быть жертвой, обжигаясь от бездушия и жестокости мучителя. Лишённой всякой воли.

Ни один мускул не дрогнул на его лице. Бетонная стена. Ничто не выдавало его эмоций. Неужели ошиблась?

— Тогда что ты здесь делаешь? Играешь в скромницу, а сама сгораешь от желания! Пугливым здесь не место.

Слова ввели меня в ступор, сменяющийся гневом! Его грубость злила меня. Или же это была обида? Разбираться я не собиралась, ответ последовал незамедлительно.

— Действительно...

Я обошла его, прорываясь через толпу, направляясь к лестнице. Но стоило подойти к выходу, как двое амбалов загородили мне выход. Как бы я ни возмущалась, никто не собирался меня выпускать. Ловушка захлопнулась, стоило лишь сунуть свой нос куда не следовало.

— Ты не сможешь уйти отсюда сама. Без разрешения, а я не разрешал. — Угрожающий голос послышался позади.

— Я сотрудница этого клуба, вот моя карточка, пропустите. — Я продолжала смотреть на двух мужчин, пытаясь достучаться до них, понимая, что мой голос против голоса стоящего позади мужчины проигрывает.

Всё бесполезно. Они смотрели на мужчину, ожидая ответа лишь от него.

Я вихрем развернулась, приближаясь к нему.

— Почему я должна спрашивать разрешения? Я что, заложница? Рабыня?

Александр ухватил меня за локоть, волоча к столику, где сидели остальные.

— Не позорь меня перед моими гостями. Тебя никто не принуждал идти с нами, ты сама согласилась, так что наслаждайся вечером, Голди.

— Но...

Усадив грубо на стул, он опустился к моему уху, не позволяя выговорить и слова.

— Я твой босс, а значит, делай то, что я от тебя требую. Не заставляй пожалеть о том, что взял тебя на работу. — Александр был груб и зол, отбивая какое-либо желание сопротивляться.

Я знала, на что шла, и теперь поздно отбиваться.

Я осмотрела столик, понимая, что кое-кого не хватает. Обернувшись, я незамедлительно нашла в толпе подходящую фигуру.

Он по-прежнему стоял в той же толпе, загадочный, недосягаемый, опасный.

Г