Сквозь облака к сердцу. Книга 2

Девушка расслабилась и обняла мужа, наконец ощущая спокойствие.

– Давай не будем вспоминать прошлое, Рич. Ему нет места в этом доме.

– Ты права, – он заглянул в ее глаза, – не будем. Давай думать о будущем. И мы поедем в Дубай. Я не хочу упускать прекрасную возможность познакомиться с высокопоставленными людьми. Ты моя жена, Анна, ты должна быть рядом.

Глава 4

Зафира сидела напротив врача, женщины средних лет, волос которой уже коснулась седина. Девушка волновалась, теребила ручки сумочки. Она ожидала финальный диагноз, про себя молясь Аллаху.

– Итак, – улыбнулась врач, и эта улыбка подала надежду, – я посмотрела ваши анализы, Зафира. Никаких отклонений нет, по УЗИ все в норме, вы можете иметь детей. Вы молодая и здоровая женщина, ваш организм готов к беременности.

– Но тогда почему… – поникла девушка. – Почему на протяжении двух с половиной лет этого не происходит?

– Я бы сказала, на все воля Аллаха, а также не исключаю, что проблема может быть в муже. Он пришел с вами? Мне бы хотелось с ним побеседовать.

Зафира вздохнула и мотнула головой.

– Нет, я одна. Мой муж очень занятой человек, но я передам ему, что вы хотите с ним поговорить.

– Мужчины часто перекладывают проблемы на женщин, хотя сами являются причиной бездетности. Я буду его ждать. Обследовать надо сразу обоих супругов, и только после этого можно сделать заключение. Но проблема не в вас.

Зафира вышла из клиники и села в машину, дверь которой ей открыл водитель.

– Куда поедем? – поинтересовался он, а она не сразу нашлась, что ответить: к мужу в офис или к его матери за поддержкой?

– В дом Шараф аль-Динов, поедем к ним. – Она решила применить сразу жесткую артиллерию. Вирджиния ей как мать, она встанет на защиту невестки.

Вирджиния Фернандес всегда с теплом относилась к ней, приняла сразу. И Зафире нравилась эта нежная женщина. Немного напрягала бабушка Оливия, которая больше молчала при встречах или удалялась в сад. Саид Зафиру принял как родную дочь. Точно так же принял ее Даниэль. Что касалось брата и сестер Амина, то они прекрасно относились к невестке, хоть с самой старшей Санией они не нашли общих тем. Но сейчас та жила в Катаре, дом Шараф аль-Динов пустел.

Вирджиния радостно встретила Зафиру, и они обе устроились в чайной комнате.

– Как вы поживаете, дорогая? – Джини налила из кофейника кофе. – Я очень рада, что ты нашла время заехать.

– А что мне еще делать, мама Вирджиния? Мой муж постоянно на работе, потом закрывается в своем кабинете и сидит допоздна. Вчера ездил кататься с Хасаном. – Она приуныла. – Может, я что-то делаю не так? Но я стараюсь, готовлю ужин, жду его весь день.

Вирджиния вздохнула. Эта тема все еще вызывала боль, и она помнила, как переживал сын Амин по поводу этой свадьбы. Стал раздражительным, грубым, нервным, а потом резко принял ситуацию и вроде даже смирился с ней. Прошло столько времени. Что он опять вытворяет и уходит из дома в ночь, чтобы погонять на машине?

– Сейчас у Амина много работы в связи с юбилеем. – Она начала искать причину. – Возможно, он так снимает стресс. Амин всегда любил гонки, и если выпадает такая возможность, то он ее не упустит. Не переживай, дорогая, – Вирджиния коснулась руки невестки, – я поговорю с ним и объясню, что нам, женщинам, надо уделять больше внимания. Но уверена, что он это прекрасно знает, и все дело в работе.

– Вот если бы у нас были дети, – начала Зафира издалека. – Мне было бы не так скучно одной.

– Когда есть дети, то да, некогда думать о том, сколько работы у мужа и почему он не уделяет достаточного внимания. Надеюсь, Аллах подарит вам много детей.

– Я очень надеюсь, – тепло улыбнулась девушка. – Сегодня я как раз была у врача. Меня беспокоило, что у нас до сих пор их нет. Ведь прошло столько времени! И доктор сказала, что со мной все в порядке, и просила моего мужа прийти к ней на обследование. Мама Вирджиния, – она с мольбой посмотрела на свекровь, – вы женщина и поймете меня. Как мне сказать об этом Амину?

– А что здесь такого? Почему ты боишься? Эта тема касается вас двоих, Амин тоже несет ответственность. И если тебя беспокоит отсутствие детей, то ты должна ему сказать про обследование. Или ты боишься, что он не примет твои слова всерьез? Мужчины в таком вопросе более черствые.

– Вот именно. Он сошлется на занятость, а я хочу, чтобы он сходил и проверился. Я хочу детей, но иногда мне кажется, что он их совсем не хочет.

– Ну что ты! – Вирджиния обняла ее. – Хочет! Еще как хочет. Поговори с ним сегодня, сделай это первая, и, если он откажется, тогда с ним поговорю я. Нам ведь нужны внуки.

Как только Зафира ушла, вышла Оливия. Она слышала весь разговор, потому что находилась в соседней комнате при открытой двери. На ее лице отражалась улыбка, от которой Вирджиния пришла в недоумение.

– Она права, – произнесла Оливия. – Амин не хочет детей и никуда не пойдет. Он смирился с ситуацией вынужденного брака, но детей в нем не будет.

– Это кто сказал?

– Бог или ваш Аллах, не важно. Я где-то слышала, что Вселенная дает детей тем, кто их заслужил. А в этом браке кто их заслужил?

– Мама, не говори глупостей. Амин заслужил счастье или в чем виновата эта девушка?

– Она жертва обстоятельств, а он заслужил счастье, но точно не с ней. И кажется, я догадываюсь, почему он вдруг стал нервным и уезжает по ночам.

Оливия держала паузу, действуя на нервы дочери. Она прошла к столу, налила себе чай и села. Вирджиния все это время ждала, взглядом провожая мать.

– Есть версии?

– Юбилей? Работа пагубно влияет на моего сына.

– Почти угадала. – Оливия сделала глоток чая. – Я вроде никуда не выхожу, а знаю больше тебя.

– Мама, не тяни уже! Говори, что у него случилось?

– Хорошо, дочка. Случился юбилей, на котором соберутся гости, среди которых будет Ричард Арчер… – Оливия замолчала, наблюдая за реакцией дочери, потом продолжила: – С женой.

– Аллах, Аллах! – Потрясенная Вирджиния села напротив матери. – Зачем он их пригласил?

– Я уверена, что Амин никого не приглашал и все сделал за него Абдул. А тому какая разница, кого приглашать?

– Но откуда ты знаешь об этом?

– Саид сказал Даниэлю. Я была свидетелем.

– Еще и Саид в этом замешан? – еще сильнее удивилась Джини. – Зачем он на это идет?

– Он тоже не знал, но ему пришел список.

– И что он думает по этому поводу?

– Не знаю. Они с твоим отцом обсудили лишь то, чтобы пригласить Ричарда к нам в дом.

Вирджиния была шокирована этой новостью. Какая глупая идея, чтобы поиздеваться над ее сыном!

– Вот же дьявол! – выругалась она как христианка и прикрыла рот ладонью. – Нельзя дать им встретиться. Вернее, они встретятся на празднике, потом пусть уезжают. Но ведь столько лет прошло. Ты думаешь, Амин еще помнит эту девушку?

– Амин помнит ее прекрасно. – Оливия кивнула и сделала еще глоток чая. – Представь, если бы ты сейчас находилась в доме своего мужа и этот муж был бы не Саид. Ты бы вспоминала прошлое?

– Это другое…

– Ровно то же самое, только сейчас ситуация еще хуже. Если твой муж вынуждено не женился в свое время на другой, то твой сын сделал это. Думает ли он о той, которую выбрало его сердце? Ежедневно!

– У Ричарда родился сын, если мне не изменяет память. Можно уже забыть об этой девушке.

– Это не тот случай. Такой любви дети не помеха: нет своего, будет воспитывать чужого.

– Мама! – воскликнула Вирджиния. – Твои фантазии сведут меня в могилу, честное слово! От чего такие выводы? Амин тебе это лично сказал?

– Дочка, о таком не говорят вслух, но поступки говорят о многом. Зафира пришла жаловаться на Амина, что он вчера уехал кататься за город? Можешь вливать ей в уши то, как он устал и ему надо развеяться. Но он устает каждый день, а уехал ровно тогда, когда узнал новость о приезде Арчеров. Как ты думаешь, в этой схватке Амин победит? Я наконец утру нос Джеку Арчеру?

– Мама! – возмутилась Вирджиния. – Я надеюсь, у моего сына есть честь и достоинство. Он женат! И у него долг перед семьей! Даже не столько перед нашей, сколько перед семьей Зафиры.

– Поэтому, – загрустила Оливия, – он может натворить такое… Лучше бы его отпустили к той девушке еще три года назад.

– Он сам принимал решение, – напомнила Джини, хотя плохо помнила тот момент. Она переживала за Саида, а как Амин пришел к осознанию того, чтобы соединиться с семьей Махди, помнила расплывчато. Просто сказал «да». – Ну и ну. И что делать?

Оливия пожала плечами:

– Позвоню ему, пусть зайдет сегодня к нам. Посмотрим на него. И эти разговоры про врачей отложи на потом, ему точно не до них. Дети для Амина – это привязать себя кандалами к этому браку, а сейчас это больная тема. Кстати, вчера этот старый изменник Джек прислал фото своего внука. Впервые за столько времени. Хороший мальчишка, даже не знаю, в кого у него такая яркая внешность. Гены матери если только, – Оливия засмеялась, – но точно не в Джека.

– Мама! – Вирджиния махнула рукой и поплелась в гостиную.

А вечером приехал Амин, не смог отказать бабушке, да и с дедушкой хотелось переговорить по поводу шоу над Дубаем.

– Ты прямо с работы, сынок? Но как же Зафира? Она ждет тебя дома, – удивилась Вирджиния. – Мы тебе, конечно, рады, но жена важнее.

– Важнее матери? – удивился Амин и поцеловал ее в щеку, потом обнял бабушку. – Привет! Ты меня пригласила. Я не смог отказать.

– Выглядишь ты счастливым. – Оливия посмотрела в голубые глаза сына. – Поужинаешь с нами?

– Поужинаю дома, жена же ждет, – напомнил он, и все расселись в гостиной. Пришли Саид с Даниэлем, и разговор из нужного для Оливии перетек в чисто рабочий. Полеты, самолеты, траектории и все, что она когда-то переживала сама. Сейчас бы такой трюк не повторила, но было здорово окунуться в прошлое.

– Я же пилотировал над аэропортом, – вспоминал Даниэль. – Это сделать было гораздо легче, чем над городом. Но уверен, что у вас хорошие инструкторы и пилоты, которые выполнят этот маневр профессионально. Однако я тебе начертил тут схему, – он протянул ее внуку, – рассчитал скорость и высоту, но надо иметь еще точную высоту «Бурдж-Халифы». Ты идешь по стопам своего деда Мухаммеда, Амин. История повторяется.

Оливия устала ждать, когда чисто технический разговор перерастет в нужный ей. Она посматривала на Вирджинию, но та тоже сидела смиренно. И если ее дочь никогда не встрянет в мужской разговор, то Оливия – это Оливия.

– Амин, я видела список приглашенных на праздник, – начала она с тарана. – Видела имена Арчеров. Они действительно прилетят? Может быть, пригласить их к нам на ужин?

Амин замер, даже глаз не поднял от схемы, но повисло напряжение. Он плотно сжал челюсти, готов был даже смять листок бумаги, отменить праздник и забыть обо всем этом.

– Да, – за него сказал Саид. – Думаю, раз мы сотрудничаем с ними, то обязаны пригласить их на юбилей.

– И что они ответили? Согласились? – не унималась Оливия, и недовольным взглядом ее тут же одарила Вирджиния.

Все устремили внимание на Амина, ожидая ответа. На этот вопрос Саид уже не ответит, потому что не знает.

– К чему эти разговоры? – наконец взорвался Амин и встал. – Я не знаю, кто согласен, а кто нет. Вас устроит такой ответ? – Он просверлил всех взглядом и направился к двери. – Пойду домой, там не плетут интриги.

– Там тоже ждет сюрприз, – прошептала Оливия, вспомнив приход Зафиры.

– Мама! – вмешалась Вирджиния. – Ты же видишь, он и так нервный.

– Сколько можно нервничать? – не понял Саид. – Что это за генеральный директор такой? Ты на своих людях так же отыгрываешься?

Он пошел следом за сыном. Амин обернулся и оказался напротив отца. Не хотелось никаких скандалов, но сейчас просто невозможно было молчать. Они пригласили его, чтобы оценить степень боли, которую они же и создали в нем?

– Мои сотрудники не плетут интриги за спиной, – он взглянул на бабушку, – а если что-то хотят спросить, то делают это, глядя мне в глаза. – Амин перевел взгляд на отца. – Если вы все хотите знать, рад ли я, что Арчеры приезжают сюда, то так и спросите. Мой ответ: я не рад! Больно ли мне? Да! Мне больно!

Он вышел, захлопнув за собой дверь, и все переглянулись.

– Ну, мама, – прошептала Вирджиния, – он нас никогда не простит.

– С таким настроением у него никогда детей не будет, – шепотом ответила та. – Бог все видит, и он знает, кому их посылать. Сейчас его дома пропилят еще этим. Боже, что станет с моим мальчиком…

– Мама…

– Что здесь вообще происходит? – разозлился Саид. – Женщины, вам больше заняться нечем? Какие Арчеры, к чему весь этот разговор?

Но Амин уже ничего не слышал. Он сел в «Бентли» и закрыл глаза, пытаясь снять напряжение. Он прекрасно понимал, что бабушка не хотела его расстроить, но расстроила. Они теперь будут всегда смотреть за его реакцией, когда произнесут фамилию Арчер. Или они не верили в большую любовь? Или они проверяют, ушла ли она? Растворилась во времени…

Придя в себя, немного успокоившись, он поехал домой. Надеялся, что хоть Зафира окружит его любовью и теплом. А получил то, что она за ужином начала говорить о детях!

Дети! Ее беспокоил вопрос о детях, когда его волновал вопрос об авиационном мероприятии и сколько денег уйдет из бюджета авиакомпании на праздник! И стоит ли продлевать его на несколько дней? Поднять цены на авиабилеты? Он не мог так поступить, пока он управляет компанией, пассажиры будут получать самое лучшее по доступной цене.

– Амин, – вещала Зафира, – врач сказала, чтобы ты к ней пришел, тебя надо обследовать.

– Меня? – включился он в разговор и крайне удивился.

– Да, любимый, потому что со мной все в порядке.

– Со мной тоже все прекрасно. – Амину даже есть перехотелось. Сегодня явно не его день, все кидаются с нападками. – Не понимаю, в чем проблема?

– У нас нет детей…

– И что? Это проблема? – Он повысил голос и понял, что зря вспылил. Напугал жену. Она расстроилась и опустила взгляд в пол.

– Моя подруга беременна вторым, а у меня – ни одного.

Амин закатил глаза, стараясь не нагрубить. Его завела еще бабушка в доме родителей. Нет, раньше! Его завел Абдул, когда сказал новость о приезде Арчеров. Но, Аллах, в кого он превращался? В чудовище?

Амин подошел к Зафире, понимая, что расстроил ее, взял ее руку и поднес к губам. Она улыбнулась и коснулась его лица. Может, для нее важны дети, а он со своими ценами на билеты! Она ждет внимания, его тепла и заботы. А он думает о масштабном – о бюджете на следующий квартал. Она – нежность, а он – бездушен.

– Что надо сделать? Идти в спальню?

– Амин, – захихикала девушка и тут же покраснела, – нет, к доктору.

– Зачем к доктору? Можно миновать этот этап? – Теперь улыбнулся он и потянул ее за собой. – В спальне больше вероятности исполнить твое желание.

– Амин…

Но он ее не слышал, тянул за собой, и Зафира легко поддавалась…

Утром она застала его в столовой: Амин разложил чертежи и стоял над ними, скрупулезно изучая.

– Доброе утро, любимый! – смущенно произнесла она и поцеловала его в губы. – Ты рано проснулся.

– Я вот думаю… Люблю цифры, могу легко рассчитать бюджет любого предприятия, но я мало что понимаю в траекториях полета.

Зафира даже остановилась, хотя уже направлялась на кухню.

– Зачем тебе это? На тебя работают тысячи людей, которые понимают.

Она скрылась в кухне, Амин оторвался от бумаг. Ему вообще это не надо! Дело не в траектории полета… Он поднял листок со схемой, а под ним лежал телефон, на экране которого они с Анной, счастливые, улыбались на камеру. Фотография трехлетней давности. Он не стер их с телефона и не удалил ее из всех социальных сетей. Она заблокировала его и была права. Он бы сам себя заблокировал.

Остались только эти фотографии и несколько видео. Амин впервые за долгое время открыл их. Нахлынули теплые воспоминания, которым нет места в нынешней жизни. Все кончено без возврата. Тогда почему за последние два дня он извел себя мыслями о ней? И что будет, когда они встретятся?

Глава 5

Сан-Клементе, штат Калифорния, США

Анна еще раз взглянула на себя в зеркало и выдохнула. Ладошки вспотели. Она сглотнула и коснулась горла рукой, ее словно душили.

– Ты готова? – В комнату зашел Ричард, завязывая галстук.

Настал тот самый день, когда они сядут в самолет и спустя шестнадцать часов ступят на арабскую землю. Как она не хотела лететь! Не хотела видеть бежевые дома, слышать азан, вдыхать восточный воздух. Она хотела остаться дома, прижаться к сыну и ощущать спокойствие.

– Я готова. – Анна взглянула на чемодан, который ее ждал. Сегодня она складывала в него основное, то, что понадобится только в поездке. Ничего лишнего.

Девушка встала и взглянула на мужа: Ричард надел элегантный серый костюм. Она и сама выглядела достойно, под стать своему мужу – бледно-желтые брюки и в цвет к ним пиджак. Схватила сумочку с комода.

– Отец и мама уже приехали. – Ричард потянул чемодан за ручку. – Я вынесу чемодан, а ты иди за Даниэлем.

В отсутствие Ричарда и Анны за ребенком вызвались присмотреть бабушка и дедушка. За последние недели, пока родители проводили большую часть дня за работой, ребенок находился у них. Анна уже была спокойна за Даниэля и полностью доверяла его свекрови и свекру.

Она вошла в детскую и замерла: Даниэль сидел на полу и размазывал по нему крем. При виде матери он быстро нанес его себе на лицо.

– Вкусно пахнет.

– Господи, – прошептала Анна и подбежала к сыну. Она так и думала, когда перестала слышать шум из детской. Если ее ребенок молчал, это знак того, что он придумывал очередную пакость. Вот только бы Ричард не увидел, опять будет ругаться. – Ты же знаешь, что папа не любит, когда портят мебель и пол.

– Это твой крем, – не понял малыш. – Я возьму его с собой к бабушке.

– Нет, дорогой, не стоит этого делать. – Она подняла ребенка с пола и направилась в ванную, чтобы его умыть, и уже не думала о том, чтобы стереть крем с пола. Иначе Ричард начнет нервничать, они и так опаздывают.

В аэропорту они попрощались с Миленой и Джеком. Даниэль стоял рядом с бабушкой, и Анна крепко прижала ребенка к себе, присев на корточки.

– Веди себя хорошо, слушайся старших, не выкапывай Томаса и не сажай на его могилу цветы с бабушкиного подоконника. Она выращивала их не для этого. И не заходи на дедушкины клумбы. В последний раз мне пришлось покупать ему новые цветы, потому что старые ты все сорвал. Даниэль, они были очень редкими.

– Хорошо, мам, – буркнул мальчик и ощутил губы мамы на своей щеке.

Анна уже скучала, хотя сын еще стоял перед ней. Пока она прощалась с Джеком, к Даниэлю обратился Ричард.

– Не заставляй бабушку и дедушку нервничать, веди себя хорошо. – Он тоже поцеловал ребенка в щеку. – Что тебе привезти из Дубая?

– Машинку, – улыбнулся тот.

– Если будешь себя хорошо вести. – Рич погладил ребенка по голове и обратился к родителям: – Мы позвоним вам, как доберемся.

– Хорошо, сынок, будем ждать. – Милена обняла его. – Вы же зайдете в гости к Шараф аль-Динам? Какие вообще у вас планы? Сколько вы пробудете в Дубае?

Ричард взглянул на Анну, но та на него даже не смотрела. Она вообще стала очень замкнутой в последние дни. Явно нервничала, но ничего, поделом ей. Пусть узнает, что в Дубае о ней никто даже не вспоминал. Да и в принципе, пусть ее любовник тоже созерцает союз Арчеров.

– У меня есть кое-какие планы, поэтому, может, задержимся на неделю. Что касается гостей, то наверняка зайдем. Я передам от вас привет Вирджинии и Саиду, им будет приятно.

– И моим старым друзьям передай, – напомнил Джек.

Анна и Ричард оказались в главном терминале аэропорта Лос-Анджелеса. Сразу нахлынули воспоминания о том, как она была здесь с Амином, когда он занялся строительством терминала. Она помнила, как возвращалась домой из Дубая, разбитая, со слезами на глазах. Но отогнав эти воспоминания прочь, Анна приказала себя быть сильной и пройти это испытание. Она сможет! Пусть Ричард ходит куда хочет, она посетит лишь главное мероприятие, и на этом все! Дальше будет сидеть в своем номере и выходить только в ресторан при гостинице. Муж, кстати, намекнул ей на это.

Даже самолет, в который они вошли, напоминал о прошлом. Стюардессы в одинаковой униформе – красной юбке с черными вставками, белой блузке и в элегантном красном пиджаке – встретили приветливой улыбкой. Красный цвет – цвет компании Arabia Airlines. Пока терминал авиакомпании строился, самолеты парковали у главного. Экипажи сменяли один на другой. Всех тонкостей Анна не знала, но самолеты здесь не задерживались. Как только терминал будет достроен, бортов прибавится, но они уже будут летать между городами внутри Америки.

– Бизнес-класс, – произнес Ричард, когда стюардесса указала ему налево. Направо шли пассажиры в эконом. Анна осмотрелась – светлый салон самолета с подсветкой, на широких креслах лежали красные подушки и бежевые пледы, завязанные красными лентами, и дорожные наборы. На экранах впередистоящих кресел мелькало видео об авиакомпании и юбилее. Мужчина арабской внешности и в национальной одежде шел мимо кресел – это был Мухаммед Шараф аль-Дин. Дыхание Анны замерло. Она боялась увидеть на экране Амина. Не хотела этого, боялась, что ее муж снова не промолчит. От волнения ее кинуло в жар. Но Ричард принялся разговаривать со стюардессой, а видео сменилось, и на экране появился Саид. Он сидел за письменным столом явно на пресс-конференции. Анна вцепилась в подлокотники, понимая, что не может оторваться от экрана. Сердце забилось чаще. Боковым зрением девушка видела, что Ричард продолжает разговор. А на экране появился нынешний генеральный директор – Амин Шараф аль-Дин, и дыхание Анны остановилось. На видео он что-то серьезно вещал свите, стоящей рядом, и не замечал камер. В следующем видео ему пожимал руку сам дубайский правитель. В груди Анны все сжалось, а когда показали стройку в Лос-Анджелесе, она поняла, что по-прежнему испытывала острую боль.

Девушка перевела взгляд в окно, чтобы сконцентрироваться на чем-то другом. Она слышала болтовню Ричарда со стюардессой, которая ее ни капли не задевала. Напротив, она радовалась, что он ничего этого не видел. Анна закрыла глаза, даже боясь представить, что ее ждет, если уже в самолете ей плохо. А еще… Она подумала сейчас о сыне. В жизни ему придется летать самолетами, и возможно, его выбор падет на авиакомпанию Arabia Airlines. Он взойдет на борт этого красивого лайнера, даже не подозревая о том, что его отец – генеральный директор этой компании.

– Я рассказывал стюардессе о том, для чего мы летим, – послышался голос Ричарда, который отвлек. – Она сказала, что это самый большой праздник за всю историю авиации. Там намечается что-то очень крутое.

Анна слегка улыбнулась, но лишь для того, чтобы он от нее отстал. Она готова была прислониться к иллюминатору, закрыть глаза и поспать. И как только самолет взлетел, она так и сделала, но сразу увидела лицо Амина. Пришлось распахнуть глаза, всматриваясь в экран. По нему уже показывали маршрут до Дубая и время в пути. Лететь было еще долго.

Стюардесса принесла меню и напитки. Она больше улыбалась Ричарду, чем Анне, и вспомнилась стюардесса на личном борту Амина. Анна помнила улыбку, которой та одаривала своего начальника. Вот тогда внутри вспыхнули гнев и негодование.

Анна принялась читать меню, думая над тем, что хотела бы на ужин.

Полет прошел неплохо – кресла в бизнес-классе спасали, делали его более комфортным. Стюардессы то и дело развлекали пассажиров, разнося еду и напитки. И только когда выключили свет и на потолке появились мерцающие звездочки, Анна уснула. Сон был поверхностным, она часто вздрагивала, вспоминала, куда летит и где окажется, в груди щемило. Видит бог, она не хотела этого. Еще и Люсинда напугала своими словами про зверя. Но что могло случиться? Только если чувства накатят вновь… И больше ничего! Как-нибудь можно потерпеть, а потом снова дом, работа, повседневная жизнь и Даниэль, который будет напоминать о том самом прошлом. По сути, оно даже не уходило.

Когда самолет коснулся взлетной полосы в аэропорту Дубая, Анна увидела, как воодушевился Ричард, как он быстро расстегнул ремень безопасности. А она продолжала смотреть в иллюминатор, не желая отстегивать ремень и вставать. Если бы была возможность остаться в салоне самолета, она бы ею воспользовалась.

– Ты даже не хочешь поинтересоваться, какой отель нам забронировали в Arabia Airlines? – спросил Ричард, отвлекая жену от раздумий. – Они не поскупились на Armani Hotel Dubai, который находится на одиннадцатом этаже в Бурдж-Халифе. Праздник пройдет на сто двадцать втором, – он засмеялся, – никогда не был так высоко.

– Как до облаков, – задумчиво прошептала Анна.