Дело 221: Заговор бессмертных

Кристиан Ваймс

Дело 221: Заговор бессмертных

Сцена 1: Пески Египта и Живое Пророчество

Испанский галеон капитана Смита, ведомый благословенными ветрами Лазурного Дракона, бросил якорь в душном, раскаленном порту Александрии. Египет встретил команду Кристиана Ваймса невыносимым, удушающим зноем. Палящее солнце стояло в зените, словно яростное око, выжигающее всё живое на километры вокруг. Даже на побережье воздух дрожал от жары, а компасы «Наутилуса», которые капитан Немо перенес на корабль, бешено вращались, фиксируя колоссальный приток солнечной радиации и древней магии.

Высадившись на берег, Филеас Фогг, Паспарту, капитан Смит, Гуинплен, невидимый Гриффин, Ван Хельсинг, Франкенштейн и доктор Джекил немедленно наняли караван верблюдов и двинулись вглубь пустыни — прямо к Великим Пирамидам Гизы, над которыми в голограмме сундука сиял солнечный диск. К Кристаллу Анубиса и Перстню Чернокнижника тянулись невидимые нити колоссальной энергии.

Путники шли по раскаленным барханам, когда внезапно песчаная буря, поднявшаяся из ниоткуда, преградила им путь. Ветер ревел, ослепляя героев, но сквозь стену летящего песка навстречу каравану медленно и величественно вышла фигура.

Это была Мумия. Та самая, что впервые явилась Джекилу и Немо в Нью-Йоркском музее в финале их первого приключения, а затем перенесла их корабль в Британию и Китай. Но теперь она больше не была бесплотным призрачным вестником или неподвижным экспонатом.

Её древние, пожелтевшие бинты были покрыты свежей пустынной пылью. Изумрудный свет в её глазницах сменился глубоким, пульсирующим золотым огнем египетских гробниц. Древний хранитель вернулся в родные земли, обретя плоть и полную силу.

— Вы пришли, защитники... — её глухой, утробный голос заставил верблюдов испуганно осесть на песок. Мумия протянула иссохшие руки к кованому сундуку, который вез на плечах великан Франкенштейн. — Круг замыкается. Энергия ваших битв разорвала последнюю печать Дуата — подземного царства мертвых. Бог Ра пробудился. Он видит в ваших артефактах Дракулы угрозу мировому порядку и намерен испепелить этот век, вернув Землю во времена первозданного хаоса.

Филеас Фогг хладнокровно прикрыл лицо полами плаща от летящего песка и шагнул вперед:

— Мы здесь не для того, чтобы воевать с солнцем, Хранитель. Мы здесь, чтобы остановить катастрофу. Куда нам идти?

Мумия повернулась и указала костлявым пальцем на Сфинкса, чьи каменные лапы начали медленно расступаться, обнажая уходящий в самую глубь земли потайной ход:

— Ра собирает свою огненную колесницу в недрах великого святилища. Я проведу вас туда, где родилось время. Но помните: под палящим взором бога Солнца даже Дневной Бродяга и бессмертный титан могут превратиться в пепел.

Сцена 2: Огненный заслон подземного Дуата

Команда Кристиана Ваймса вслед за Мумией спустилась в темный зев открывшегося под Сфинксом прохода. Стены подземного коридора были исписаны золотыми иероглифами, которые тускло светились в полумраке, отражая жар, поднимающийся из самых недр земли. Чем глубже они уходили, тем тяжелее становилось дышать.

Вскоре коридор вывел их в колоссальный подземный зал, залитый жидким золотом и ослепительным солнечным светом, бьющим прямо из расщелин. Но путь к главному святилищу бога Ра преградил неодолимый заслон.

Из пламени и песка соткались Стражи Ра — огромные, трехметровые воины с телами людей, покрытыми золотой броней, и головами священных соколов. В их руках покоились массивные копья-копеши, наконечники которых дышали чистой солнечной плазмой. Их глаза горели ослепительным белым огнем.

— Чужаки! — прогремел единый голос Стражей, эхом отразившись от каменных сводов. — Вы принесли скверну тьмы в чертоги Солнца! Ваша плоть сгорит, а души будут брошены на съедение чудовищам Дуата!

— Рассредоточиться! — хладнокровно скомандовал Филеас Фогг, выхватывая револьвер.

Первыми в бой ринулись капитан Смит и невидимый Гриффин. Смит, на ходу съев кусок пиццы с оливками, нанес сокрушительный удар ломом по щиту ближайшего Стража, заставив золото брони треснуть. Гриффин, невидимый в раскаленном мареве воздуха, ловко подсекал врагов, выбивая из их рук огненные копья. Гуинплен, Человек, который смеется, совершал невероятные акробатические трюки, уворачиваясь от плазменных вспышек и нанося точные удары клинками в сочленения доспехов соколов.

Но Стражи Ра были невероятно сильны под землей. Каждое их движение выжигало воздух вокруг героев.

Особенно тяжело пришлось Габриэлю Ван Хельсингу. Его вампирская природа Дневного Бродяги, несмотря на всю стойкость к обычному дневному свету, начала пасовать перед концентрированной первобытной магией бога Солнца. Стоило плазменному копью Стража пройти в сантиметре от него, как кожа вампира начинала тлеть, а силы стремительно покидали тело.

Один из Стражей взмахнул копешем, направляя мощный луч солнечной радиации прямо на ослабевшего Ван Хельсинга и доктора Джекила. Дорогу им заступил великан Франкенштейн. Он принял ослепительный удар на свою грудь. Его сшитые мертвые ткани выдержали тепло, но стальные электроды на шее начали плавиться, а лазурная энергия Чи, полученная от Дракона в Китае, стала стремительно испаряться. Франкенштейн рухнул на колени, теряя сознание.

Хайд внутри Джекила не успел пробудиться — солнечный жар буквально сковал волю доктора. Стражи Ра начали медленно сжимать кольцо вокруг изнуренной команды. Первое столкновение в Египте грозило стать для героев последним.

Сцена 3: Египетское преображение

Кольцо золотых доспехов Стражей Ра сжималось вокруг изнуренных героев. Жаром выжигало легкие. Силы Дневного Бродяги Ван Хельсинга таяли, а расплавленные электроды Франкенштейна испускали последний дым. Казалось, это конец кругосветного пари.

В этот критический миг вперед выступила Мумия. Её глаза полыхнули первобытным изумрудно-золотым огнем гробниц.

— Вы бились на равных с монстрами, богами и демонами, но здесь, в Дуате, вы — лишь смертная плоть, — утробно пророкотал древний хранитель. — Позвольте мне вплести силу ваших побед в ваши души!

Мумия резко сорвала замки с кованого сундука Дракулы. Она схватила Кристалл Анубиса и Перстень Чернокнижника. Магия двух реликвий, пропитанная кровью вампиров Трансильвании, пламенем Крампуса, технологиями Атлантиды и штормовой энергией Лазурного Дракона Китая, хлынула наружу. Мумия направила этот колоссальный поток энергии прямо в израненных защитников.

Произошло невероятное преображение, изменившее саму суть героев:

Капитан Смит взревел, когда его татуировки на руках налились расплавленным золотом орихалка Атлантиды. Его тело уплотнилось, превратившись в ходячую титановую скалу, неуязвимую для любого жара.

Габриэль Ван Хельсинг выгнулся, и вокруг него соткался защитный доспех из чистой черной мании Перстня Чернокнижника. Тьма укрыла его вампирскую плоть от испепеляющего солнца Ра, превратив Дневного Бродягу в бронированного Темного Рыцаря.

Чудовище Франкенштейна открыло глаза. Разрушенный Кристалл Анубиса переписал некромантию внутри его тела. Его швы намертво срослись под воздействием египетской энергии возрождения, а вместо лазурных искр по его жилам потекло жидкое солнечное золото — он стал несокрушимым Солнечным Колоссом.

Невидимый Гриффин почувствовал, как его прозрачное тело насыщается плотностью призрачного тумана Дейви Джонса. Теперь он мог становиться не просто невидимым, а неосязаемым духом, сквозь которого плазменные лучи пролетали без вреда.

Даже доктор Джекил ощутил, как внутри него пробуждается мистер Хайд, но теперь это был огненный титан, чья ярость подпитывалась лавой самого подземного царства.

— Восстаньте, защитники Нового Века! — воздевала руки Мумия, пока её собственные бинты рассыпались, обнажая сияющее золотое тело древнего жреца-полубога. — Ра ждет вас на своей огненной колеснице. Сметите его стражу!

Сцена 4: Рождение Абсолютного Защитника

Стражи Ра испарились в ослепительной вспышке света, но главная угроза была впереди. Из глубин подземного царства Дуат с грохотом выкатилась Огненная Колесница, запряженная четверкой солнечных коней-сфинксов. На ней высился сам верховный бог Ра — колоссальный исполин в короне из чистого пламени, с головой сокола, в руках которого сиял Скипетр Уасет, испускающий лучи термоядерной энергии.

— Ваше время истекло, черви! — прогремел голос бога Ра, и от его шага стены Дуата начали плавиться, превращаясь в лаву. — Я выжгу этот век машин и пара, обратив Землю в первозданный пепел!

Мумия, сияя золотым телом древнего жреца, поняла: даже в обновленном виде героям не выстоять против творца Вселенной поодиночке. Нужна была единая, сокрушительная сила, способная объединить разум человека, мощь монстра и вековую магию.

— Сомкните ряды! — истошно выкрикнул жрец.

Он поднял высоко над головой Кристалл Анубиса и Перстень Чернокнижника. Древние артефакты Дракулы вспыхнули сингулярным изумрудно-золотым пламенем, создавая колоссальную энергетическую воронку. Мумия направила этот вихрь прямо на команду Кристиана Ваймса.

Филеас Фогг, Паспарту, капитан Немо, капитан Смит, невидимый Гриффин, Ван Хельсинг, Франкенштейн, Гуинплен и доктор Джекил шагнули в этот сияющий поток. Произошло невероятное, грандиозное слияние душ и плоти. Девять защитников мира растворились, чтобы породить единое существо — Абсолютного Титана Нового Века.

Перед богом Ра вырос колоссальный сорокаметровый исполин. Его тело было соткано из несокрушимого титанового сплава Атлантиды и сшитых грозовых тканей Франкенштейна. На его груди, словно броня, пульсировал щит из темных теней Перстня Чернокнижника, укрывая от любого жара. Исполин был окутан неосязаемым призрачным туманом Дейви Джонса, а по его венам-кабелям циркулировала чистая лазурная плазма Лазурного Дракона. На лице титана застыла брутальная, железная ухмылка Гуинплена.

В этом едином теле слились воедино гениальный математический расчет Филеаса Фогга, технический ум Немо, охотничьи инстинкты Ван Хельсинга и первобытная ярость мистера Хайда.

Сцена 5: Битва на краю вечности

Бог Ра в ярости обрушил со своего Скипетра колоссальный луч солнечной плазмы, способный испарить океан. Но Абсолютный Титан, ведомый разумом Фогга, хладнокровно сделал шаг в сторону. Благодаря призрачной неосязаемости Гриффина и Дейви Джонса, огненный поток пролетел сквозь его плечо, не причинив вреда, и лишь оплавил дальнюю скалу.

Титан совершил мощнейший, реактивный рывок вперед. Используя сокрушительную силу капитана Смита и Франкенштейна, он голыми руками перехватил огненную колесницу бога Ра и с диким грохотом разбил её о каменный пол Дуата, превратив солнечных коней в облако пара.

Ра взревел, пытаясь выжечь исполина в ближнем бою, но разум Ван Хельсинга внутри Титана просчитал каждое движение бога. Объединенный великан заблокировал удар Скипетра своим теневым щитом. Тьма Дракулы на мгновение поглотила солнечный свет.

Воспользовавшись этой секундой, Хайд внутри Титана взревел от ярости. Колоссальный исполин перехватил руку бога Ра и сокрушительным ударом лазурно-электрического кулака, заряженного плазмой Лазурного Дракона, ударил точно в солнечный диск на короне Ра.

Произошел оглушительный взрыв. Энергия Чи и электрическая наука Немо вошли в жесткий резонанс с термоядерной магией египетского бога. Корона Ра раскололась, а его Скипетр Уасет со звоном разлетелся на тысячи безвредных золотых искр. Верховный бог солнца, лишенный своего главного источника разрушительной силы, тяжело опустился на колени перед Абсолютным Титаном. Его испепеляющий гнев был полностью сломлен и обуздан.

Финал рассказа: Триумф Нового Века и Тень на Бейкер-стрит

Золотая вспышка чистого света озарила подземное царство Дуат, и Абсолютный Титан медленно растворился в воздухе, выполнив свою миссию. Из сияющего марева на теплый песок египетского святилища один за другим опустились наши герои, вернув свои прежние облики. Кристалл Анубиса и Перстень Чернокнижника, отдавшие всю свою магию для слияния, с тихим звоном рассыпались в руках Мумии в серую безвредную пыль. Древний сундук Графа Дракулы наконец-то опустел.

Верховный бог Ра, лишенный огненного скипетра и короны, величественно поднялся с колен. Его ярость утихла, сменившись глубоким уважением к силе и разуму смертных.

— Вы доказали свое право на этот век, защитники, — прогремел его спокойный, согревающий голос. — Тьма артефактов уничтожена вашими руками. Пусть ваше время машин, пара и человеческой воли процветает. Солнце Египта отныне благословляет ваш путь.

С этими словами бог Ра вместе со своей разрушенной колесницей растворился в золотом сиянии, уходя на вечный покой в глубины подземного мира. Древняя Муния, выполнив свое великое предназначение вестника, тепло улыбнулась героям на прощание и медленно погрузилась обратно в свой вековой каменный саркофаг, который со скрежетом закрылся. Святилище Сфинкса вновь погрузилось в мирный сон.