Хозяин тайги. Ты - моё спасение

- А во сколько у вас в городе автовокзал открывается?

- Завтра не раньше десяти.

Отлично. Надо будет встать с утра пораньше, найти банкомат, чтобы снять деньги, а затем в каком-нибудь магазине купить коробку конфет. Вернуться сюда, чтобы отдать их старушке в знак благодарности.

- Просто я завтра хочу прямо с утра уехать, – всё-таки озвучиваю ей свой план. – Так что, если вам в чём-то нужна моя помощь, давайте я встану пораньше и…

Растерянно замолкаю, когда она хмыкает, кидая на меня острый плутоватый взгляд. Садится на второй табурет и открывает один пакет, двигая его на середину стола.

- На, хоть печенье возьми, – баба Валя отводит взгляд и начинает с шумом отхлебывать чай из своей кружки. – Силы тебе ещё понадобятся.

Каждое её предложение заставляет меня напрягаться и испытывать непонятную тревогу. Хотя почему непонятную. Очень даже понятную. Эта старушка выглядит малость…

Как бы помягче сказать?

Будто она не от мира сего, потому что уж больно взгляды и слова странные.

Беру всё-таки печенье из пакета и начинаю пить чай.

Старушка молчит, постоянно зыркая на меня и рассматривая будто под микроскопом. А мне эта тишина на уши давит. Не выдержав этого давления, несмело начинаю рассказывать, как попала в их город.

- Ладно, давай спать, – ворчит она, как только я замолкаю. – Ночью захочешь в туалет – в сенях ведро.

При взгляде на моё шокированное лицо хрипло хихикает.

- Ну, или прогуляйся по улице за дом. Там у меня туалет стоит.

Пожалуй, я прямо сейчас прогуляюсь до него, чтобы ночью не вставать и не ходить… на ведро!

- Иди-иди, а я пока постель тебе приготовлю, – она словно читает мои мысли.

Начинает вставать, негромко кряхтя.

Я подрываюсь с табурета и иду в коридор, слыша за спиной, как она что-то бубнит себе под нос:

- … дождалась… выспаться не помешает…

Дальше становится совсем неразборчиво.

Накинув только пуховик, бегу по тропинке за дом. Там стоит деревянный деревенский туалет. Быстро сделав свои дела, возвращаюсь в дом.

Старушка выглядывает из дальней комнаты в коридор.

- А как у вас дверь закрывается? – уточняю у неё, пытаясь найти на деревянном полотне замок или крючок.

- Вот как закрыла, так и закрывается.

- В смысле? – удивлённо смотрю на неё. – А если кто-то… ну, не знаю, кто-то чужой сюда ночью придёт? Вы не боитесь с открытой дверью спать?

Она молчит, наверное, с минуту, а у меня мурашки по телу бегут от её пристального, гипнотизирующего взгляда. Я под его тяжестью, замерев у двери, даже пошевелиться не могу.

- В Тайгинске не живут чужаки, – когда она наконец-то заговорила, меня будто «отпускает». – Мы тут… одна большая, правда, не всегда дружная семья, – насмешливо.

Отвожу взгляд и дрожащими руками вешаю пуховик на крючок, висящий на стене.

- Даже члены семьи иногда причиняют вред, – невольно вырывается у меня.

И это не пустые слова. Я слишком хорошо знаю, что они означают.

Тряхнув головой, удивлённо моргаю.

Историю своей семьи я никому не рассказываю. Даже с Леной, которая знает о моих родителях всё, мы никогда не затрагиваем в разговорах эту тему. Поэтому удивительно, что я ляпнула это какой-то незнакомой старушке.

- Это верно. И в моей «семье» не все хорошие, – голос бабы Вали смягчается. – Но поверь, даже они побоятся сунуться ко мне без спроса.

И что-то такое звучит в её голосе, что я… верю ей.

Глава 5

Спустя три часа

Рядом с Тайгинском, где-то в лесу

- Давай, топай уже быстрее… – шепчет старушка, пристально вглядываясь в сосновый бор и ежась от мороза. – Чай, мне не двадцать лет, чтобы так долго на морозе стоять и ждать твою мохнатую задницу… – недовольно ворчит, покряхтывая.

Спустя пять минут из чащи медленно выходит огромный тёмно-бурый медведь. Недовольно рыча, фыркает и ведёт носом по воздуху.

- Лапами перебирай шустрее, – бурчит пожилая женщина, повышая голос. – Околела я тут уже почти.

Зверь рычит ещё громче, но продолжает неторопливо двигаться к старушке. Дойдя до сгорбившейся маленькой фигуры, чёрными как ночь глазами смотрит на неё недовольно.

- Ты должен вернуться в город, Миша, – начинает говорить старуха, поправляя пуховой платок на голове. – Я привезла ЕЁ! – голос женщины возбуждённо дрожит.

Зверь равнодушно смотрит на старушку несколько секунд, после чего низко рычит и оскаливается.

- Теперь я уверена! Это точно та самая! – после очередного рыка медведя недовольно ворчит:

- Слушай, каждый может ошибиться. И я в том числе. Ну да, в прошлый раз…

Грозный рёв прерывает её речь, но ничуть не пугает старушку. Она лишь морщится.

- Ладно тебе. Поняла. Прошлое оставляем в прошлом. Слушай, даже если эта девчонка не та самая… Я чего ещё тебя позвала, – тяжело вздыхает. – Харитон твоё место хочет занять. Многие в городе недовольны, но боятся идти против него. Хотя бы ради людей вернись в город. Наведи порядок и можешь дальше шастать по тайге. Если помнишь, год назад говорила тебе о том, к чему может привести твой уход. Мог бы и побороться ещё годок-другой.

Она внимательно наблюдает за реакцией медведя. И когда видит презрительную усмешку в чёрных нечеловеческих глазах, сила, сидящая в ней, начинает ворочаться и злиться.

Старушка смело делает шаг вперёд, сужая глаза.

Воздух вокруг стоящей парочки становится плотным и тяжелым.

Под человеческими ногами, обутыми в валенки, и звериными лапами снег начинает будто оживать, хотя ветра и в помине нет.

Белые ледяные кристаллы идут рябью по земле, закручиваясь в воронки. С каждой пройденной секундой этих воронок становится всё больше. Они ползут в разные стороны, будто даже им сложно находиться в пространстве, где схлестнулись две природные силы.

Медведь уже не выглядит таким расслабленным и спокойным.

Чёрные глаза вспыхивают, а сам он предупреждающе рычит, оскаливаясь и демонстрируя острые белоснежные клыки. На зверином теле шерсть встаёт дыбом и идёт волнами.

- Ты, возможно, и Хозяин тайги, но не забывай, кто перед тобой стоит! – голос старушки теряет своё спокойствие и становится таким же громким, как и рычание медведя. – Давай-ка поуважительней, медвежья ты морда!

Два взгляда скрещиваются, как острые кинжалы в битве. Кажется, в этой давящей атмосфере даже слышны звуки металла, бьющиеся друг о друга.

Медведь постоянно фырчит, дёргая крупным чёрным носом, из которого вырывается пар. Ворчит и порыкивает, не спуская недовольного взгляда со старухи.

Старушка наклоняет голову и с прищуром внимательно смотрит на него. Будто понимает, что говорит ей огромный зверь.

Как только медведь замолкает, старушка с осуждением качает головой.

- Я понимаю, что тебе становится плевать на людские дела, – голос старой женщины уже не звучит как оглушающий раскат грозы. – Но дай своим сородичам шанс. Верни нам ЕГО на пару дней. Поможешь людям и заодно проверим мои слова по поводу девчонки.

Снег на земле перестает кружиться и, будто облегченно «выдыхая», тихо оседает.

Медведь опять ворчит.

- Твой выбор мне не нравится, но я принимаю его.

Зверь, довольно рыкнув, начинает разворачиваться. Снег хрустит под его лапами, когда он не спеша направляется в ту сторону, откуда вышел.

- Выполни тогда одну мою просьбу, – кричит женщина вслед огромной туше.

Увидев, что зверь замер и развернул голову немного вбок, показывая, что готов её выслушать, продолжает:

- Поброди пару дней в Урманском районе. А потом можешь идти куда хочешь.

Услышав низкий короткий рык, старушка удовлетворенно улыбается. А потом разворачивается и уходит с места встречи.

Вернувшись из леса в город, подходит к своему домуи сразу же видит тёмную большую фигуру, подпирающую плечом стену сеней.

- Ну что? – в голосе задавшего этот вопрос слышно слышится нетерпение.

- Не получилось, – спокойно отвечает старуха, берясь за деревянную ручку двери.

Перед тем как зайти в дом, женщина замирает на месте и поворачивает голову в сторону мужчины, который сдавленно матерится.

- Ты узнал то, о чём я тебя просила?

- Да. Послезавтра на базу вроде как кто-то заезжает.

Старушка удовлетворённо улыбается тонкими губами.

- Значит, я права. И девчонка та самая.

- Может, нам стоит… – мнётся мужчина, но его жёстко обрывают.

- Нет! Дальше от нас ничего не зависит. И наше вмешательство только навредит. Понял? – в хриплом старческом голосе слышатся предостережение и угроза.

Она не ждёт ответа. Шаркая ногами, заходит в дом, скидывает с себя тулуп и платок, а потом вынимает ноги из валенок.

Половицы негромко скрипят под её ногами, когда она идёт в сторону комнаты, где спит девушка.

Перед тем как пойти и лечь на свою кровать, женщина замирает возле дивана и смотрит на спящее расслабленное лицо.

- Извини, девочка. Я сделала всё, что смогла, чтобы ты избежала этого ада, – шёпот старухи еле слышен в комнате. – У НЕГО был выбор, по какому пути вас провести. И ОН выбрал… тяжелый.

Глава 6

Алиса

- В каком смысле… автобус будет только через два дня? – в шоке смотрю на кассиршу автовокзала, куда я пошла сразу, как только проснулась.

Встать пораньше не получилось. Без задних ног продрыхла до десяти утра, поэтому сразу рванула сюда, чтобы выяснить, во сколько отсюда уходит автобус, и купить на него билет.

А тут, блин, такой сюрприз.

- Слушай, к нам в Тайгинск автобусы ходят только раз в неделю, и это было вчера. А от нас он так вообще идёт один раз в две недели, – темноволосая женщина смотрит на меня с любопытством. – И первый из них поедет только через два дня, то есть послезавтра. Что тут непонятного?

Что?!

Да как такое вообще возможно?! Чтобы у автобусов был такой странный график!

- Слушай, а ты сюда чего приехала тогда? – взгляд женщины становится настороженным. – Я-то думала, к кому в гости… Но раз не знаешь о графике… – бормочет еле слышно.

Так, Алиса, без паники. Должен же быть какой-то другой способ выбраться из этой дыры.

- Слушайте, а есть у вас кто-то в городе, кто может за деньги отвезти меня на своей машине в ближайшую деревню или село, откуда каждый день уезжают автобусы или маршрутки? – с надеждой задаю вопрос, умоляюще смотря на женщину.

- Если ты приехала вчера, где ночевала? – не отвечая на мой вопрос, она тут же задаёт встречный.

Очень хочется нагрубить в ответ, интересуясь, зачем ей это надо знать. Но сдерживаю себя, потому что она пока единственная, кто может подсказать мне, к кому обратиться, потому что в помещении автовокзала никого, кроме неё, нет.

- У какой-то бабы Вали. Такая маленькая пожилая женщ… – растерянно замолкаю, когда вижу, как у неё открывается рот и широко округляются глаза. – Что? – чуть ли не вскрикиваю, не понимая такой реакции.

- Ничего… – бормочет она и начинает что-то суетливо перебирать на столе. – А по поводу машины. Я не знаю никого, кто мог бы тебе помочь.

Кажется, проще будет вернуться к бабе Вале и спросить у неё. Всё равно мне к ней возвращаться за вещами.

Впрочем, если я кого-нибудь встречу на улице, можно будет и у этого человека спросить.

Чувствуя на спине тяжелый взгляд этой кассирши, выхожу на улицу. Расстроена жутко от новости об автобусах, но пытаюсь не падать духом.

Медленно бреду по улицам в сторону дома старушки и ловлю себя на мысли, что город в свете дня всё равно кажется странным. Улицы всё ещё пусты. Смотрю по сторонам в направлении домов, которые не обнесены забором, чтобы увидеть во дворе хоть какую-нибудь машину. Но дворы пусты.

Это просто какой-то сюр.

- Баб Валя, а почему вы не сказали, что у вас так редко ходят автобусы? – с порога интересуюсь у старушки, выглянувшей из кухни. – Ближайший только послезавтра будет.

- Дак не знала я, – спокойно отвечает пожилая женщина, пожимая плечами. – Я редко куда езжу. Да и билеты мне покупает всегда дочь. Ну ничего. Поживёшь у меня эти дни. Я не против.

Это выглядит слишком подозрительно, учитывая, что она прекрасно знала, когда открывается автовокзал.

Боже, тормози, Алиса. Тебе уже здесь ВСЁ кажется странным и подозрительным.

Тебя старушка пожалела, приютила, а ты её в каких только грехах не подозреваешь.

- Заходи, давай. Я блины испекла. А то ускакала, даже не позавтракав, – ворчит она и скрывается на кухне.

- Баб Валь! – кричу громче, стоя на месте. – А у вас в Тайгинске есть у кого-нибудь машина?

- Да вроде у пары человек есть, – после секундной паузы отвечает мне она, снова выходя в коридор. – А тебе зачем?

- Попросить, чтобы отвезли меня. Что же я буду у вас тут жить ещё два дня… - голос садится, когда вижу, как её глаза прищуриваются и в них мелькает досада. А ещё что-то такое… тёмное и страшное.

Видимо, я не смогла скрыть испуга на лице, потому что её взгляд тут же становится нормальным, и она успокаивающе улыбается.

- Живи сколько надо. Но если хочешь уехать, держать не буду. А насчёт того, у кого машины есть, так это тебе в центр города нужно идти. Там у кого-нибудь спросишь.

- Может, кто-то из ваших соседей знает?

- Мне неведомо, чего они там знают. Да и навряд ли они сейчас дома.

Пулей вылетаю из дома и начинаю обходить ближайшие соседние дома. Её слова оказываются пророческими. Ни в одном из десяти домов мне никто так и не открыл, хотя я очень громко стучала в их двери.

Ладно, значит, идём в центр. Тем более вчера я так и планировала сделать. Кстати, нужно обязательно посмотреть баланс на карточке. Лена, понятное дело, скинула деньги. Но если я буду договариваться насчёт машины, вполне возможно, что её хозяин заломит нехилую сумму. Так что нужно точно знать, сколько я смогу заплатить ему.

Перестав ходить по соседям старушки, решительно направляюсь в сторону тех улиц города, где ночью видела столб света.

И когда, свернув с очередной безлюдной улицы, выхожу на огромную площадь, даже настроение поднимается.

Наконец-то я вижу хоть каких-то людей и… двухэтажное здание, откуда эти самые люди выходят с продуктовыми сумками в руках.

Вот в этом магазине я и спрошу у кого-нибудь о машине.

Практически бегом несусь через площадь.

Идущие мне навстречу женщины и мужчины смотрят на меня немного удивленно. Когда мы ровняемся, каждый из них глубоко вдыхает, и взгляд тут же меняется. Становится примерно таким же, как и у той кассирши на вокзале – настороженным и мрачным.

Когда они оказываются у меня за спиной, я слышу быстрое и тихое перешептывание этих людей. А от их странных взглядов у меня начинает гореть спина.

И есть ещё одна вещь, которая меня начинает смущать в попадающихся на моём пути людях.

Они все очень… большие. Даже у женщин достаточное крупное телосложение. О мужчинах я вообще молчу. Их высокие мощные фигуры мне кажутся какими-то великанами. Ощущение, что я маленькая мышка среди слонов, нарастает всё больше и больше, пока я подхожу к нужному мне зданию.

О чудо! Банкомат в нём имелся и стоял недалеко от входной двери.

Проверяю карту и облегчённо выдыхаю, когда вижу на ней деньги. Сумма приличная, и я мысленно благодарю подругу за неё. Видимо, Лена тоже посчитала, что пусть у меня лучше будет запас денежных средств, чем вдруг их не хватит.

Снимаю всю сумму и прячу во внутренний карман пуховика.

Вот теперь пора отправляться узнавать о машине.

Кстати, можно купить в магазине для бабы Вали что-нибудь, как я планировала, а заодно задать продавцу на кассе интересующий меня вопрос.

Спустя полчаса я вышла из здания, пребывая в какой-то прострации. Ну и в наиполнейшем шоке.

Сажусь на скамейку, стоящую недалеко от здания, и кладу рядом с собой коробку конфет, купленную для пожилой женщины.

Это не люди, блин! Это какие-то нелюди!

Помимо продавщицы я пристала ещё к пятерым. И ни одни из них не захотел мне помочь. Каждый бубнил под нос, что ничем не может мне помочь, так как не знает, у кого в городе есть машина.

Я снова начинаю впадать в панику. Мне нужно поговорить с Леной, чтобы она успокоила меня. Иначе я тут чокнусь.

Достаю дрожащими руками телефон, снимаю варежки и врубаю экран.

Чуть ли не плачу, когда вижу, что связи нет. Впрочем, чему я удивляюсь. Я уже проверяла несколько раз за утро: и в доме бабы Вали, и на улицах, пока шла. И даже возле автовокзала, на том же самом месте, где вчера стояла и разговаривала с Леной. Сегодня связи не было даже там.

Убирая телефон в карман и снова натягивая варежки, крепко зажмуриваюсь.

Похоже, что всё-таки придётся воспользоваться гостеприимством бабы Вали.

Горький смешок срывается с губ, когда в голове мелькает одна мысль.

Я её так боялась, а получается… она – единственная, кто пришёл мне на помощь в этом чёртовом Тайгинске!

По хрусту снега под чьими-то ногами определяю, что в мою сторону кто-то идёт.

Да плевать. Всё равно ведь пройдут мимо. Они тут все равнодушные и, можно сказать, даже бездушные.

Когда этот кто-то останавливается возле меня, я испытываю лишь лёгкое удивление.

- Я слышал, ты машину ищешь, чтобы уехать из города, – хриплый бас, раздавшийся над головой, заставляет резко открыть глаза и задрать голову вверх, чтобы посмотреть на говорившего.

Неужели в Тайгинске есть ещё кто-то, помимо старой женщины, кто готов прийти на помощь незнакомому человеку, попавшему в беду?

Глава 7

Алиса

Достаточно взрослый темноволосый мужчина с бородой смотрит на меня изучающим взглядом. Крупный и высокий, он словно гора, которая нависает надо мной, давя на меня не только своей массой, но и энергетикой. И она у него… тяжелая.

Холодок бежит по спине, пока я поднимаюсь на ноги.

Алиса, ты же уже видела. Тут все такие. Поэтому его габариты – не повод поддаваться панике.

- Да, ищу. Я готова заплатить, – торопливо начинаю говорить. – У вас есть машина? Вы согласны меня отсюда вывезти в какую-нибудь деревню, откуда каждый день идут автобусы?